Просто один День
Ты просыпаешься с тяжестью в голове и наушниками в ушах. Возможно, ты когда-нибудь задохнешься, пока спишь, потому что эти провода постоянно оказываются запутанными вокруг твоей шеи. Но ты не можешь уже засыпать без воткнутых в уши "бананов".
Не получается.
Медленно, без радости и лениво ты садишься в кровати и убираешь от себя проводочки, вытаскивая из ушей уже ничего не воспроизводящие наушники. Встаешь и, шлепая голыми стопами по полу, продвигаешься в ванную, умываешься, пытаясь смыть, хоть и осознаешь, что действие это бесполезно, темные круги под глазами. Не выходит, как и в предыдущие дни. Ты ухмыляешься своему отражению в зеркале, и ничего не выказывающие глаза смотрят тускло, серо, безразлично, совершенно не соответствуя выражению лица. Ты полощешь рот водой, вытираешься полотенцем, затем, вернувшись обратно в свою комнату, находишь в барсетке пачку жвачки, после чего закидываешь жевательную пластинку себе в рот, заменяя ощущение чищенных зубов ее запахом. Одеваясь в более менее чистую одежду, в голове твоей ни одной мысли.
Пусто.
Собираешься на работу.
Когда ты смотришь на часы, понимаешь, что, хоть ты и собрался, опаздываешь. Чертыхаясь и спотыкаясь обо все, что можно, ты торопишься, наводя еще больший беспорядок как в комнате, так и в своих мыслях, которые вдруг соизволили появиться.
Не кстати.
Ты выбегаешь на улицу и видишь, что единственный нужный автобус как раз отъезжает от остановки. Следующий будет только через двадцать минут. Ты снова выругиваешься и со злостью пинаешь ни в чем не повинную банку из-под пива, валяющуюся рядом с твоей ногой.
Когда ты наконец приезжаешь в контору, то тебя сразу замечает "вовремя" проходящий мимо начальник, наорав, дает выговор. Оправданий, естественно, быть никаких не может, ведь опоздание — абсолютно твоя вина.
Настроение, которого и так с утра не было, падает ниже плинтуса. Весь рабочий день, который проходит как обычно, скучно, серо, обыденно, в одном твоем ухе снова торчит наушник, ведь ты уже не представляешь свою жизнь без постоянно на фоне играющего тяжелого рока и металла. Ну, кантри тоже неплохо слушается, но это на данный момент не подходящее сопровождение твоему состоянию.
Вечером, уходя от обыкновенного здания, где ты работаешь, идя по уже надоевшей тебе дороге, хотя ходишь ты по ней всего недели две максимум, у тебя звонит телефон. Ты сразу понимаешь, кто это, потому что кроме него никто звонить не может. Твой лучший друг.
Лучший и единственный.
Единственный, кто продолжил с тобой общаться, несмотря на твое скверное поведение, которое проявляется ко всем людям без отбора и разбора. И то, что он остался с тобой, ты, естественно, ценишь. Поговорив с ним, ты отказываешься от встречи. Тот, хоть и расстраивается, но не показывает этого, с веселой репликой кладет трубку.
Снова включив наушники, ты решаешь идти пешком до своего дома, хоть это и будет тебе стоить полтора часа времени. Но это даже лучше, ведь меньше будешь находиться в пустой квартире. И, тем более, нет настроения находиться в потной толкучке часа пик.
Кажется, у тебя мания преследования. Мало того, что зрение ни к черту, так как ты видишь курящего подозрительного человека в чепчике у забора, хотя это, как выясняется чуть позже, когда ты подходишь ближе, всего лишь куст с подвешенной на него кормушкой для птиц. Боковым зрением постоянно ловить темную фигуру... Ну, точно.
Нервозность и пугливость.
Но ты ни за что не вытащишь наушники из ушей. Внезапно начался дождь, почти сразу переросший в проливной. Ты делаешь музыку громче, чтобы не слышать шум дождя. Смотришь вперед. Вот, уже осталось минут десять до конца твоей прогулки. Тебе достаточно только перейти последнюю дорогу. Ты переходил в этом месте много раз. Хоть здесь и нет пешеходного перехода, это не останавливает.
Почти не глядя, ты делаешь шаг на проезжую часть.
***
Он едет в своей новой машине. Он так рад своей покупке. Все смотрит, когда стоит на красном свете светофора, то в салон, то в боковое зеркало, оглядывая свою прелесть. В приподнятом настроении, когда загорается зеленый глаз, разрешающий двинуться дальше, он давит на педаль газа, радостно слушая рев мотора. Его настроение даже не смог испортить внезапно начавшийся ливень. В своих мыслях о том, что его жена так обрадуется машине, он не замечает человека, переходящего дорогу в неположенном месте, а когда замечает — уже поздно. Руки на руле дергаются влево, машина тоже виляет влево. Звук клаксона разрывает воздух, спотыкаясь о струи дождя.
Визг тормозов.
Стук тела о капот. Аварийка и чертыхания. Испорченное настроение и чувство вины. Мокрая одежда. На асфальте лежат наушники, из которых точно слышится тяжелый рок.
И только красная вода ручьями стекает в водосток.