Эпилог
Похлопав девушку по плечу, я вновь уставилась в телефон и увидела одно сообщение от Рена из-за которого в груди начало колоть сердце.
«Клара потеряла сознание, мы увезли ее в больницу среди ночи. Это может плохо закончится для нас всех, прошу не волнуйся, все будет хорошо. Люблю тебя.»
Кладу телефон на стол и смотрю в одну точку, позже вновь перечитываю сообщения, пытаясь понять шутка это или действительно настолько все серьезно? В больнице сто процентов потребуют медицинскую карточку, которой у ребят нет, а из-за ее отсутствия потребуют другие документы, в который указано о смерти их опекуна, из-за чего Рену может хорошенько достаться. А я не хочу чтобы с ним что-нибудь случилось, боюсь, что он исчезнет, а я, даже не смогу ничем помочь и тогда до конца жизни буду жалеть о своей беспомощности. Но с другой стороны, что я могу сделать? Я несовершеннолетняя и вряд ли смогу помочь чем нибудь серьезным.
«В какой вы больнице?» — быстро печатаю ответ и с нетерпением жду сообщения, но его никак не было. С этого момента прошло ещё пару часов, но от Рена ничего не было. Моё сердце и моя душа были не на месте, мне хотелось бежать в каждую больницу, которую я только знаю, дабы найти их и выяснить случилось ли что-то, но чуть позже все же пришло сообщение, но я даже представить не могла, что это последние слова от моего парня...
«Это уже не имеет значения, они узнали о нашей истории из документов, мы находились в розыске и нас нашли. Если ты хочешь поговорить со мной, приезжай в участок, хочу хоть последний раз посмотреть на свою девочку. Прости меня, но я не мог бросить сестру в таком состоянии.»
Тяжело сглотнув, покидаю подруг ничего не объясняя, бегу на ближайшую остановку, которая находилась неподалеку от школы. Все время кладя руку себе на лоб, кусаю губы, так как слезы просто вырываются наружу. Я все ещё не могла осознать всю серьезность ситуации, мне страшно что Рена заберут и я больше никогда его не увижу. На эмоциях время длилось очень долго. С трудом помню, как полезла в первый автобус, забыв заплатить за проезд, но это вовсе меня не волновало. Через час я уже находилась рядом с участком, в котором сейчас сидит он, Рен. Как же страшно терять любимого человека. Ради своих родных, парень пошел против закона, за что пришлось платить своей же свободой.
— Здравствуйте, — подбегаю к мужчине, который направлялся по коридору с папкой в руках. — Сегодня задержали молодого парня в больнице, я могу с ним встретиться? — Незнакомец осмотрев меня, лишь выгнул бровь.
— Да, есть такой. Вы можете встретиться с ним на десять минут в последний раз.
— Как это в последний раз?
— Милочка, этот парень незаконно забрал детей и одного подростка в малоизвестное село, в котором проживал больше трёх лет. Я как раз занимаюсь этим делом и все время пытался найти эту семейку. У детей не было опекуна и они обязаны были попасть в дом малютки. Но повторяю ещё раз, этот парень пошел против закона и за это ему светить больше чем пять лет.
— Что? Пять лет? Да как он мог отдать своих родных непонятно куда? Разве вы смогли бы отдать своих братьев и сестру к чужим людям? — Слезы ручьем катились из глаз. Хотелось разорвать этого мужчину и забрать протокол, который держал своими руками.
— Давайте не будем переходить на личности, если вы хотите поговорить с ним, тогда за мной, если нет, думаю вы знаете где дверь!
— Хорошо, идёмте!
Мужчина кивнув, последовал дальше. Я шагая, шла рядом с ним, обняв себя за плечи и пытаясь угомонить дрожь в теле. Через пять минут работник открыл дверь, и за ней я увидела Рена. Это камера, в которую парня посадили на время. Кинувшись на своего любимого, сжимаю в крепких объятиях и даю волю слезам.
— У вас десять минут. — Слышу хлопок двери, смотрю на Рена, на его печальный взгляд.
— Прости меня Софи, но рано или поздно это должно было случиться и должно было случиться неожиданно. Я знал о последствиях, но все равно пытался уберечь всех нас.
— Неужели тебя действительно заберут на пять лет? Рен, мы всего лишь два месяца вместе и на этом наши отношения заканчиваются?
— Ты ведь знала мою историю, знала что за этим стоит, ты должна была подумать, хочешь ли терпеть все это.
— Когда я должна думать об этом, если люблю тебя?
— Софи, — Рен положил свои ладони на мои щёки и притянул к себе. — Я люблю тебя безумно и никого не любил так сильно, ты моя первая настоящая любовь, но мы не выбираем судьбу она распоряжается нами сама. Я был бы безумно рад, если бы ты ждала меня, но с другой стороны не хочу отнимать самые лучшие годы, которые ждут тебя впереди. Ты найдешь себе парня с хорошим прошлым и счастливым будущим, а я, не знаю что буду делать после тюрьмы. Мою семью попросту расселят по детдомам, а я буду здесь, но когда выйду обязательно их всех заберу. Не плачь, — Рен вытирает слезы указательным пальцем, целует меня в губы. — Я вернусь, слышишь? Мы обязательно встретимся и тогда, я не стану прятаться в сёлах ради своей безопасности, я буду жить здесь с тобой или без, решать только тебе. Я буду скучать, буду думать и вспоминать нашу первую встречу, твой интерес, твою смелость. Я безумно полюбил тебя за это короткое время и мне не хочется вот так все заканчивать. Прошу, живи дальше, на этом жизнь не заканчивается. У нас мало времени, потому хочу насладиться хотя бы твоим поцелуем, как в последний раз.
Около трёх минут мы целовались без остановки. Поцелуй действительно оказался, как в последний раз. После, меня попросту выгнали из камеры, отрывая от любимого человека, за одежду которого я держалась когтями. Уже возле участка я посмотрела на табличку, затем перевела взгляд на вход:
— Я буду ждать тебя Рен, как никогда, обещаю.