81 глава
Словно затянувшийся сон... - Ринэй уже долго стоял перед зеркалом, все всматриваясь в свои глаза. Ему стала нравиться своя красота, но всё больше ощущал, что он не принадлежит себе...
Ощущал удовлетворение собой, но без своего согласия, словно с отголосками насилия над собой...
Власть скрытой силы в душе уже не пугала, стал больше уверенным в том, что контролирует себя.
Но может Соломон и помогает, давая ему до сих пор успокоительное в больших дозах..
Но было больше ощущение, что сам справляется с собой, жаль Соломон не поверит.
Но чувствовал, что важно самому верить...
Соломон, войдя в покои, посмотрел, как Ринэй стоит перед зеркалом обнаженным, с распущенным шелком черных волос по плечам.
В его левой руке была белая лента, он словно забыл о ней и не услышал, как ближе подошел Соломон.
Надеюсь все это не сон... - думал Ринэй, чуть приподнял правую руку и коснулся зеркала, где не видел отражение Соломона.
Словно заворожённый смотрел, будто вдаль своего сознания.
Видел, как поплыла гладь зеркала, словно волны на воде из ртути.
Чуть коснулся пальцем подвижной глади, как ощутил, что кто-то схватил его за запястье и Ринэй очнулся, увидев в отражение Соломона.
- ... - вздрогнул, медленно обернулся на него, словно проверяя его реальность.
- Ринэй, что случилось?
- Ничего... - опустил ресницы, посмотрел как Соломон отпустил его руку.
Все его движения казались медленными. Вдруг не смог оторвать взгляда от его рук и движений, наблюдал, как он провел ладонью по его животу и вверх, взял волосы и убрал за плечо.
Соломон, взяв рядом со стула белый, прозрачный шелк накидки на бедра, повязал ему на талию, смотря, как красиво выделяются под блеском облегающей ткани его упругие ягодицы.
- Ринэй, ты что-то скрываешь от меня?
- Ничего... - прошептал, ощущая, как он нежно провел ладонью по его ягодицами и коснулся его руки, забрал белую ленту для волос.
- Зря я тебя похвалил, - поднял взгляд, посмотрел, как Ринэй приоткрыл томно губы, не поднял длинные ресницы, что чуть задрожали, - я же видел, как исказилось зеркало, и ты протянул к нему руку...
- ? – моргнул с мыслью, значит, не показалось, и это было, правда? Но он и правда не знает, что это и стоило ли сразу говорить об этом ему?
Но ведь Соломон просил, говорить даже о том, что показалось... - прости меня, - поднял ресницы, чуть улыбнулся, смотря, как Соломон смотрел на его губы. Ощутил, как он собрал его верхние пряди волос, стал завязывать белой лентой. Ощущение от его рук в волосах стало возбуждать, принесло удовольствие, - господин муж, за всю нашу жизнь, я правда, еще не надоел?
- Почему ты спросил об этом? – удивленно смотрел в его глаза. Посмотрел, как Ринэй осторожно взял его руку и поцеловал его пальцы, запястье с браслетом из пряди его истинно белых волос.
- Нам так хорошо вместе... - прошептал, - мы уже долго вместе последнее время, - чуть улыбнулся, - и мне стало казаться, что я сплю, что это не правда. Потому что я столько совершил ошибок, столько всего было... - отвел взгляд, - а вы меня все равно любите, но это не значит, что я на самом деле надоел...
- Что-то тебя понесло не в ту сторону... - чуть приподнял брови, взял его пальцами за подбородок, приподняв его голову, осмотрел лицо, опущенные ресницы, - посмотри мне в глаза и слушай меня внимательно.
Ринэй поднял ресницы, и замер не дыша, смотря, словно вдаль его холодных глаз.
Но только его они согревали, словно именно без этого взгляда его жизнь, не имела интереса.
Словно если бы Соломон вдруг исчез, то можно было и умереть не просто от потери любви, а от внезапной пустоты всего своего существования...
- Ринэй, мне надоело только одно, сражаться с тобой.
Твоей войны я единственный не выдержу, потому просто брось все свое оружие, ведь ты уже давно победил меня.
- А если я Люцифер... - моргнул с дрожью, по его щеке скользнула слеза, - ты убьешь меня? Скажи мне муж мой, ты ненавидишь Люцифера, как и раньше...
- Ненависть большая привилегия, я ее никому не давал и даже Люцифер ее не достоин.
- ...
- Мне Люцифер не нужен и помнить о нем я не собираюсь.
Прошлое это болото, на дне может и уютно, но это просто смерть для будущего. Люцифер умер, его больше нет и мне нет до этого больше дела.
И тебе приказываю, забудь немедленно, не смей думать о нем, иначе сам не заметишь, как уйдёшь на дно.
Каждое сейчас живое существо и душа, изначально кем-то была, у всего есть начало, есть прошлое.
Но это прошлое не для того, чтобы нести его с собой как груз, не для того та истина. Ведь очевидно самой Вселенной, все прошлое исчезать должно вчерашним днём и все в нашей жизни обновляется, иначе не возможно будущее.
Люцифер умер и я рад. Вот только тебя это тоже больше не касается..
- Да... - бледнел Ринэй.
Его слова не успокаивали, наоборот испугали, - конечно...
- Но была от него и польза, - погладил ладонью по его щеке, - потому что мне именно ты нужен, мой Ринэй. Если бы не его поступок, я бы не знал тебя, а этого я уже принять не смогу.
Не нужно пугаться моих слов... - видел, как зрачок Ринэй стал шире и он тяжелее задышал, - я говорю правду и не собираюсь создавать между нами иллюзии.
У нас были проблемы, и мы их прошли, у нас есть проблема ещё хуже и это Люцифер и его мы пройдем, он останется в прошлом.
Но это должен понять не только я, - провел пальцем по его щеке, вытирая слёзы, - а именно ты. Потому что ты Ринэй и ты главный в своей судьбе и жизни.
Ведь тот Люцифер отдал всю власть тебе, управление и выбор. Это ты должен понять, а не тонуть в болоте все глубже, что тебе уже кажется, что ты спишь, когда у тебя все хорошо...
- Я Ринэй, - прошептал, - я помню, как рос и как вы меня вырастили.
Я помню, что любил сразу вас и как влюблялся все больше с каждым годом, с каждым днем, минутой. Помню... - посмотрел на его губы, - как осознал о желании ваших губ, поцелуе. Мне было очень трудно учиться, потому что мои мысли были заполнены до самого верха любовью и желанием... - чуть улыбнулся, привстав на цыпочки, наклонился на Соломона, чуть коснулся его губ губами, - я хотел вас всегда...
- Ты получил меня, - скользнул ладонью по изгибу его спины, сжал ладонь на его ягодицах, - я люблю тебя Ринэй.
Но Люцифер мне не нужен...
- ... - шире открыл глаза, ощутив, как его словно облило холодом с головы до ног, разум потерялся. Словно вдруг сорвался с края и стал падать во тьму, холодную и смертельную. И открывая крылья ощущал, что они уже отрублены, - и мне он не нужен...
- Ты обещаешь мне Ринэй...
- Я обещаю, - наклонился вперед и словно без чувств упал на него, положив голову на плечо, выдохнул, закрывая глаза, - я обещаю, что все будет так, как хочет мой Соломон, иначе быть не может...
***
Муриэль обернулся на двери, куда быстро вошёл Анубис.
Он бегом подошёл к нему, схватив за плечо, повернул к себе.
Взяв рукой за подбородок, приподнял его голову, смотря на красивое, светлое лицо. Синяка на его лице не было, Муриэль от страха опозориться и показаться в таком виде, сам не понял, как мгновенно исцелил себя. Смотрел, как Анубис выдохнул, провёл пальцем по его щеке.
- Мне сказали, тебя ударили... - опустил его подбородок, ощутив как по пальцам пошли мурашки от прикосновения к его лицу и коже.
Никогда не ощущал возбуждения и даже не мог представить, как сильный Соломон так управляем любовью, ведь не любил просто раньше сам...
И теперь испугался, не планировал и не ждал, что любовь не спросит его мнение и выберет ему того, кого не ожидал и не посмел бы...
- Муриэль, что случилось? Мне говорят разное, никто не помнит, кто тебя ударил, это странно...
- Меня ударил... - коснулся щеки, - а это так важно?
- Да, - положил ладонь на его голову, наклонился, смотря в глаза, - Муриэль, ты нарушил уже все правила императора. Ты выходил, а он просил тебя быть здесь и читать, я тебе тонны книг принёс.
Помечу, ты больше не читаешь? И с кем ты вязался в драку?
- Анубис, - чуть приподнял темные брови, отвел взгляд смотря на его руку, ощутив как он чуть сжал пальцы в его волосах, скользнул рукой по его волосам, положил ладонь на плечо, - ты так много горишь, раньше ты был другой.
- Я спрашиваю... - резко выпрямился, и опустил руку, - не отвлекай меня господин Муриэль, отвечайте на вопрос.
- Но я главный здесь, - усмехнулся про себя, видя как железный, ангел полководец совсем не железный, может и не такой верный?
А ведь Анубис единственный, кому доверяет Соломон, он самый приближенный и просветлённый в дела императора.
И возможно было бы глупо не поймать сейчас его за эту верёвочку чувств, что заметил в нем. Ведь будет полезно управлять полководцем, почти как всем легионом и секретами...
- Сейчас главный я, - Анубис старался быть спокойным, - у меня приказ, вас господин, защищать. Но я не думал, что мне нужно прицепить вас на цепь и закрыть на ключ, я верил в вашу разумность...
- Хорошо, я больше не пойду никуда один, - шагнул ближе, протянув руку несмело и вдруг смело схватил его за кожаный ремень, сжал его тонкими пальцами.
Смотря вверх на высокого ангел воина, что кажется, побледнел в цвет своих белых как снег волос, что туго были завязаны в длинный хвост.
- ... - хотел убрать его руку, но казалось Муриэль, словно нанес невидимый удар и теперь держит его на мушке, нажимая все сильнее курок оружия притяжения, - господин... руку убери.
- Господин, - сильнее сжал пальцы на широком, толстом ремне, потянул его вниз, - я хочу, чтобы вы меня... - чуть ухмыльнулся, смотря, как Анубис совсем ушел в себя, - отвели к Йоран, я хочу с ним поговорить. Потом отведете меня к Ринэй.
И не переживайте, повелитель Соломон, не узнает об этом.
Это будет наш секрет.
- Муриэль, - только выдохнул, еле поднял руку и убрал его руку от своего ремня на талии, - никуда я вас не поведу, а если вы еще раз выйдете из-под ареста, я все расскажу повелителю. И больше вас не пожалею...
- Так ты жалел меня? – улыбнулся, - Анубис, так ты всегда позволял мне нарушать правила, притворяясь, что не видел моих грехов?
Теперь я понимаю, кто меня прикрывал со стороны, - отвел взгляд в окно, замер, смотря, как пошел ливень за окном, нарушил тишину большого полумрака покоев, - спасибо.
- Не стоит, я не собираюсь потакать вам, я просто уважаю вас как принца, наследника и сына господина Соломона и не более...
- А, что означает под этим... не более? – поднял на него взгляд, сделав шаг назад, стал расстёгивать пуговицы на бежевой тунике.
- Ничего...
- Анубис, а ты тоже не считаешь меня сексуальным?
- ?!!!
- Что ты видишь? – сделал несколько шагов назад и уперся бедрами в стол. Положив на холодную гладь ладони, Муриэль приподнялся и сел на стол.
Нежно откинул за плечо блеск темно коричневых волос, и снова расстегнул пуговицы, чуть сжал края воротника, смотря, как подходит ближе Анубис.
Полководец был высоким как архангел, даже на самом деле не падшим и не грешником когда попал в мир агеланов. Может, его не случайно перепутали с кем-то, он никогда не задумывался над этим. Может потому что когда научился дышать и чувствовать, думать, уже ничто бы не вернуло назад.
Муриэль впервые посмотрел на него как на «существующего», только заметил уже привычную душу, того, кто с детства был рядом и его оберегал его.
Но раньше Анубис был словно само собой разумеющиеся, даже как предмет мебели, ведь не думал не о ком сердцем, кроме как о Соломоне.
Но с момента как потерял своего Соломона из-за Ринэй, стал замечать, как меняются его мысли и ощущения.
Как все больше появляется душ рядом, и как его сердце все больше нарушает правила...
- Я вижу, вы плохо себя чувствуете, - протянул руки и видел как Муриэль замер, вдруг испугался его.
Анубис взял его за воротник и стал застёгивать пуговицы, - кожа бледная, волосы у вас грязные, вы забыли заботиться о себе Муриэль.
Зима на пороге этого мира, уже холодно, одежда на вас летняя, - поднял взгляд, смотря в его глаза, - вижу, что пора вам привести себя в порядок принц и быть как всегда умным и правильным, чтобы, когда вернулся император, он был вами доволен.
- Он там хорошо проводит время со своим мужем и по возращению не побежит меня обнять. Учитель Соломон не скучает по мне, пока есть он... - опустил ресницы, смотря, как он застегнул пуговицу, - Анубис, я правда не сексуален? Потому я не нравлюсь...
- Я не могу говорить с вами об этом... - опустил руки, ведь сам особо не разбирался в сексуальности, и это было стыдным для него словом.
Да и был девственником, который сопротивлялся новым чувствам.
Но в его глазах Муриэль был слишком сексуален, как бы не хотелось чтобы было наоборот. Но Муриэль казался ему все прекраснее и притягательней с каждой секундой... - успокойтесь, хорошо отдохните эту ночь. Утром я вернусь, напишем доклад о том, кто вас ударил и причины, император об этом узнает, безусловно.
Сейчас ты можешь сказать мне имя, я посажу его за решетку, возможно до момента его казни.
- Хм, - усмехнулся, - это был Оникс, он меня ударил из-за Ринэй. Я назвал его полководца уродом, а он разозлился...
- ?! – обернулся на него,- капитан Оникс?
- Да, засунь его за решётку,- уверенно кивнул, видя, что Анубис растерялся.
- Мне нужно, - отвел взгляд, - к господину Соломону, - пошел к двери, - а вы отдыхайте.
- Эм... - огорченно выдохнул, ведь Анубис не запрет Оникса без разрешения Соломона, ведь тот потакает мужу Ринэй.
Анубис быстро подошёл к двери, чтобы уже сбежать из покоев, что казались ему стали душными и пахли слишком сладко...
И когда вдруг Муриэль обнял его со спины, схватившись спереди за его ремень пальцами - показалось, его ударило молнией.
И в глазах поплыло, накренился пол и его айсберг в сердце стал таить в огненной лаве желаний...
- Если ты не пойдешь со мной Анубис, я пойду один.
Со мной может что-то плохое случится, а ты не успеешь меня спасти и все доложить повелителю.
Просто всего этого недоразумения мы можем избежать... - вздохнул, погладившись щекой о его черный, грубый плащ.
Замер, когда белый хвост его волос коснулся его лица, вдохнул приятный запах свежести, словно Анубис и правда, пах снегом, - просто проводи меня господин полководец. Я поговорю с Йоран, но никому не скажу, что он жив и общался с ним, мне просто нужно его увидеть и успокоить его и себя.
Мне просто нужно будет поговорить с Ринэй, он же мне отец, разве мне запрещено с ним видеться?
Просто не скажем об этом повелителю, чтобы не расстраивать, ведь ничего плохого мы не сделаем...
- Хорошо... - сжал сокрушенно глаза и губы, поражённый своим ответом.
Приоткрыл ресницы, посмотрел на его руки, что сильнее обняли его.
Анубис расслабился и замер, ощутив, что не двинется с места, пока он будет так его держать...