Совершеннолетие
Хану исполнилось 18.
Этот день он ждал с замиранием сердца. Не потому что хотел подарков или торта — а потому что знал: с этой минуты никто больше не сможет использовать его возраст как повод разрушить то, что у него с Минхо.
Минхо, конечно же, всё устроил по-своему. Не просто вечеринку — а маленький праздник на крыше одного из своих зданий, украшенный мягким светом фонариков, живыми цветами и лёгкой музыкой в стиле lo-fi, которую Хан так любил слушать по вечерам.
Только самые близкие. Только те, кто знал правду.
Когда Хан задувал свечи на торте, Минхо стоял рядом, глядя на него с таким выражением, будто смотрел не просто на парня — а на целую вселенную, в которую влюблён до безумия.
⸻
— Так... — Минхо, облокотившись на перила крыши, повернулся к Хану, когда праздник уже шёл на спад. — Чувствуешь себя по-другому?
— Если честно... — Хан подошёл ближе, — чувствую себя свободнее.
— Потому что теперь тебе восемнадцать?
Хан усмехнулся.
— Потому что теперь ты не боишься меня целовать, даже когда мимо проходят твои сотрудники.
Минхо прищурился, будто что-то замышлял.
— Это ты к чему?
— К тому, — сказал Хан, приблизившись, — что теперь ты не обязан прятаться. Ни от кого.
Минхо потянулся и легко поцеловал его в уголок губ, еле касаясь кожи.
— А если я не хочу только уголок? — прошептал он.
Хан покраснел, но не отступил.
— Ну... я уже не ученик. Ты уже не учитель. У нас больше нет границ.
⸻
Через неделю Минхо официально устроил Хана к себе в офис — на стажировку. Тот настоял, что не хочет особого отношения, поэтому работал, как и все. Но вот что было невозможно скрыть — это мелочи. Взгляды. Улыбки. И то, как каждый раз, проходя мимо, Минхо клал руку ему на плечо или нежно целовал в щеку. Иногда в губы. Быстро, почти мимолётно — как тайная сигарета в школьные годы. Только теперь — без стыда.
— Эй, мистер Ли, вы снова флиртуете со стажёром, — как-то пошутил один из коллег.
Минхо только усмехнулся.
— Он сам первый начал.
Хан покраснел и уткнулся в ноутбук, пряча улыбку.
⸻
Однако Чонин не исчез совсем. Его поражение только разжигало злость. Но с каждым днём становилось всё очевиднее — у него больше нет рычагов влияния. Минхо перестал бояться. Хан перестал быть уязвимым. Они были вместе — официально, искренне, по-настоящему.
— Ты больше не спрячешься от меня, — как-то прошептал Минхо, когда они остались наедине в офисе после долгого дня.
— Я и не собирался, — ответил Хан. — Спрятаться от тебя невозможно.
И в этот момент он сам наклонился и поцеловал его. Уже не украдкой. Уже не как запрет. А как то, что должно было случиться с самого начала.