Глава 20
Меланхоличное состояние Катерины сказывалось и на её дочери. Не только в качестве перекладывания на юные плечи большинства домашних дел, но и моральных страданий. Дилара всячески пыталась поддержать мать, выслушивала, ухаживала, каждый раз понимающе кивала и убеждала, что впереди ждёт лишь лучшая часть её жизни.
Тётя Света подменяла девушку в её трудной миссии, заглядывая каждый день в гости, принося любимые блюда Катерины, к которым та не желала притрагиваться. Она рыдала в плечо снохе, сетовав на непутёвого мужа и выслушивала утешения.
Ненастойчивый стук в дверь отвлёк Дилару от рисования. Девушка, взглянув в глазок, провернула ключ и открыла, радостно приветствуя Валеру. Парень шагнул в коридор, прикрывая за собой дверь.
— Как она сегодня? — поинтересовался Турбо, указывая в сторону комнаты.
— Как и вчера, как и последние несколько дней. Спит, иногда плачет, почти не ест ничего. На работе взяла выходной.
— Хочешь остаться с ней вечером? Или тебя можно пригласить на танцы?
— Валер, я без проблем могу пойти, но настроение паршивое.
— У меня есть то, что тебе его подымет, — парень заговорчески улыбнулся и потянулся к внутреннему карману куртки.
— Прекрати таскать мне сладости.
Валера замер.
— Тогда, анекдот.
Дилара звонко рассмеялась. Турбо вытащил из кармана шоколадку и протянул девушке. Посерьёзнел, только сейчас замечая важную деталь.
— Так ты уже накрашена, и волосы уложены. Ты знала, что я приглашу тебя, не так ли?
— Я надеялась на это, — игриво улыбаясь, призналась девушка.
***
Кристина нервно наматывала телефонный шнур на палец, слушая строгий мужской голос из динамика.
— Мне нужно всё. Причины, имена, места. Всё, что только можешь узнать. Тем более что это не запланированная поездка в Москву.
— Я поняла. А, почему вы не можете обвинить Кащея, допустим в избиении Серого? Все знают, что они враждовали, у вас есть мои показания, я даже как свидетель могу выступить.
На другой стороне провода послышался тяжёлый выдох, будто мужчина набирался терпениея, дабы объяснять ребёнку совершенно элементарные вещи.
— Если Серый очнётся, если он выйдет из комы, что ему будет мешать сказать, кто в действительности напал на него? Так, ты меня услышала. Сегодня Универсам придёт в ДК?
— Да.
— Отлично, ты знаешь что делать.
Кристина повесила трубку. Девушка подошла к зеркалу, убирая волосы назад, взглянула в своё уставшее лицо. Ей было страшно, постоянный риск выматывал, запустившийся вихрь было не так просто остановить. Но, девушка и не собралась прекращать. Слишком сильно в её сердце вцепилось желание отобрать всё у той, кто постоянно портил ей жизнь.
***
Люба была расстроена тем фактом, что пришлось отменить встречу с Вахитом. С первых дней практики её предупреждали, что с большей вероятностью придётся задерживаться на подольше, брать на себя дополнительные задачи и помогать уже более опытным коллегам с теми обязанностями, что им не по душе, но девушка явно не была готова к тому, в котором часу придётся возвращаться.
Приняв душ и устроившись поудобнее на кровати, Люба открыла книгу в четной попытке сконцентрироваться, хоть для этого и были благоприятнейшие условия, ведь соседка вела себя довольно тихо.
— Ой, Любаш, ты должна выглянуть, — с ехидной улыбкой проговорила девушка, стоя у окна.
Люба в миг оказалась рядом, выглядывая на улицу. На снеге красовалось огромное вытоптанное сердце, в центре которого стоял Вахит с двумя мальчишками. Открыв оконное стекло и показываясь на глаза троице, девушка услышала первые аккорды «Седой ночи» в исполнении одного из мальчиков, второй же начал петь, довольно сносно.
Видя искреннюю улыбку Любы, парень повеселел, цель была достигнута, теперь его дама больше не грустит. По окончанию песни, Вахит с надеждой спросил:
— Пойдём на дискач?
— С тобой, хоть на край света, — ответила девушка.
Зима испытал приятное волнение, повернувшись к мини-оркестру, сказал заткнуть уши. Мальчишки послушно выполнили приказ старшего.
— Я люблю тебя!
В ответ Люба отправила воздушный поцелуй и скрылась в комнате.
***
Передышки между танцами составляли неотъемлемую часть дискотек, проводимых в Доме культуры. Дилара подошла к подпирающим стену Зиме и Адидасу младшему.
— Где дам своих потеряли?
— Айгуль вон, с девчонками своими треплется.
— Люба припудрить носик отошла.
— Она надолго на практику сюда приехала? — становясь между парнями поинтересовалась Дилара.
— До конца лета. Потом экзамены, защита диплома и выпуск. Она, кстати призналась, что замолвила кое-кому за распределение.
— Конечно, не так красиво, как если бы просто совпало, но это только подтверждает, что старалась всеми силами приехать именно к тебе. Я рада, что ты нашёл свою Любовь.
— А ты сама-то где кавалера посеяла? — встрял в разговор Марат.
— С пацанами говорит. Кстати, на счёт Турбо. Вы случаем не знаете, где он пропадает? Вечно уставший и сонный, я волнуюсь. Когда спрашиваю, отнекивается, говорит дела разные. У него какие-то проблемы?
— Диль, — Зима придал максимальную мягкость своему голосу. — Если не говорит, значит так нужно. Всё у него нормально, не волнуйся.
— Да, не накручивай себя, — поддержал Адидас младший. — Не по бабам же ходит ночами напролёт.
Вахит, явно недовольный шуткой, укоризненно взглянул на парня, давая возможность осознать ошибку, но было уже слишком поздно.
— Я раньше не думала об этом, в таком ключе.
Марат открыл рот, подбирая слова для исправления ситуации, но объявили медленный танец и рядом с ребятами возник Валера, протягивающий руку Диларе.
Пара медленно покачивалась в такт музыке.
— Это наш первый, но точно не последний танец, — прошептал на ухо Валера.
Девушка положила свою голову ему на плечо. Она хотела верить этим словам, она хотела верить во все произнесённые сладкие речи, она хотела верить ему. Но, пока что не могла. Дилара не могла быть уверенной в Валере, и эти сомнения съедали девушку изнутри. Она разберётся с этим всем. Со своими чувствами, подозрениями и опасениями на счёт будущего. Обязательно разберётся. Но, не сейчас. Сейчас ей просто хотелось раствориться в этом волшебном моменте.
***
Курсы медвежатника, пройденные на скорую руку дали свои плоды. Хоть и потребовалось не так уж и много времени, самой девушке казалось, будто миновала вечность, за которую её точно могли застать на горячем. Замок сейфа поддался. Нежные руки перебирали документы, лихорадочно пытаясь разобраться в цифрах, обследовали несколько пачек с деньгами и конверт, вскрытый очень бережным образом. Пробегаюсь по строкам, стало ясно, что это любовное письмо, но понимание всей истории ускользало от взбудораженного сознания.
Аккуратно сложив всё на свои места, юная шпионка принялась за обследование всех остальных ящиков и шкафчиков. Ничего не привлекало внимания. Разные фотографии, куча документаций, дорожные карты со всевозможными направлениями, мусор, бутылки с алкоголем, пачки сигарет. Будто вся личность Кащея умещалась в маленькой комнатушке, не неся в себе ничегошеньки полезного.
Девушка услышала голоса в дальней от неё части зала. Притаилась. Сердце было готово выпрыгнуть из груди, в горле пересохло, руки начали дрожать. Она никак не смогла бы оправдать своё нахождение здесь. Прислушивалась. Несколько пацанов покинули помещение так же быстро как и посетили его. С молниеносной скорость, но очень скрупулёзно, замела все следы пребывания и покинула тренажёрку, двигаясь к следующему объекту, который нужно было сегодня обследовать.
***
Парень ритмично двигался, ощущая горячее дыхание девушки на своей шеи, её ладони проходились по спине, оставляя за собой покрасневшие следы. Это лишь более раззадоривало юношу. Он страстно сжимал её грудь, грубо лаская сосок, слыша сладкий стон. Когда дыхание девушки стало более частым, ускорил темп, ощущая приближающийся оргазм.
Закончив, обессиленно лёг на спину, дабы отдышаться. Вероника, поспешно шмыгнула в ванную. Немного отдохнув и взглянув на часы, парень стал одеваться. С девушкой пересёкся уже в коридоре.
— Ещё ведь так рано, — растеряно обратилась Ника. — Может, хотя бы позавтракаем?
— Мне уже пора.
Девушка потянулась, дабы поцеловать парня на прощание, но тот грубо осадил её:
— Не усложняй, мы с тобой договаривались.
Дверь захлопнулась скрывая за собой мужскую фигуру и оставляя растерянную девушку в одиночестве.
— Я всегда буду проигрывать ей, — прошептала Ника с горечью.
***
Катерина Галиева, собравшись с силами, приняла решение возвращаться в обыденный ритм своей жизни, хоть и стоило это огромных усилий. Убрав в квартире, приготовив ужин и немного отдохнув, отправилась в ночную смену.
Дилара тешилась воодушевлению матери, но ожидала новой волны подавленности, ведь знала женщину слишком хорошо.
Довольно поздний час добавлял нехорошего предчувствия, когда девушка услышала трель звонка. Она осторожно подошла к входной двери и заглянула в глазок. Тревога сковала Дилару. Она неподвижно вглядывалась в лицо пришедшего. Из оцепенения её вырвал голос парня:
— Художница, я же знаю, что ты дома. Открывай.
Дрон явно был выпившим. Он настойчиво продолжал терроризировать кнопку. Понимая, что это не имеет должного эффекта, стал стучать в дверь. От вибрации, расходившейся по металлу, девушка отпрянула. Мозг вернул её в реальность, тихо отойдя и прихватив телефон, устроилась на полу, настолько далеко от угрозы, насколько это позволял шнур. Судорожно набрав заученный наизусть номер, слушала гудки.
Не рассчитывая, что ей ответят, потянулась к кнопке, дабы сбросить вызов, но в трубке раздался мужской незнакомый голос:
— Алло?
— Можно Валеру? — голос Дилары подрагивал.
— Его нет дома, что-то передать?
— Нет, спасибо.
Девушка снова закрутила диск. Тягучие гудки резали слух. Ответа не последовало. Была надежда, что Женя просто спит. Он ведь, должен проснуться, когда услышит шум в подъезде. Но, ждать она не собиралась. Третий набранный номер ответил почти сразу.
— Алло? — голос парня звучал хрипло.
— Андрей, помоги, ко мне ломиться Дрон.
— Что, прости? — не до конца пробуждённый мозг плохо справлялся с информацией.
— Приходи скорее, — Дилара больше не могла сдерживать эмоции, слёзы градом хлынули из глаз.
Она повесила трубку. Прижав колени к груди вслушивалась в звуки. Стук в дверь то прекращался, то возобновлялся с новой силой. Соседи, явно опасавшиеся влезать подобную историю, не предпринимали никаких действий. Тишина слишком затянулась. Девушка на четвереньках подползла в коридор и со страхом уставилась на дверь. Теперь, она отчётливо могла расслышать шуршание. С той стороны вскрывали замок.
Дилара оцепенела, она не была уверенна сколько прошло времени с того момента, как Андрей взял трубку, не понимала сможет ли брат успеть, не хотела представлять, что произойдёт, если Дрон переступит порог квартиры. Дверная ручка начала медленно опускаться вниз. Всплеск адреналина поднял девушка на ноги и она метнулась на кухню, рванув на себя кухонный ящик, схватилась за нож. Опыта с холодным оружием у неё не было, но и сдаваться она не собиралась. Тихие, приближающиеся шаги. Дилара припала к стене, рядом с дверным проёмом, эффект неожиданности должен был быть решающим в их схватке.
Кто-то бежал по лестнице подъезда. Фигура, находящаяся в квартире, замерла. Началась драка. Дилара дёргалась при каждом громком звуке, она отчётливо представляла в своей голове всё, что там происходит. Яростно наносящиеся удары, опрокидывавшиеся предметы, звук бьющегося стекла, вымученные стоны. В действо вступил третий человек, явно быстро оценив ситуацию, без промедлений подключился уже не к драке, а скорее к избиению. Скулёж побеждённого растелился по полу. Раздался звук волочения. Дверь захлопнулась. Подошвы, хрустящие по стеклу разделились.
— Ты на кухню, я в комнатах проверю, — это был голос Андрея.
Дилара выдохнула. Включая свет, в проёме показался Женя. Он взволнованно рассматривал дрожащую девушку. Неспешно потянулся к её руке, с осторожностью разжимая девичьи пальцы и отнимая нож.
— Она здесь!
Андрей моментально влетел на кухню, заключая сестру в спасательные объятья. Дилара ощущала как напряжённые мышцы расслабляются, накатывает усталость и осознание произошедшего. Слёз не было, лишь ужас.
Женя старательно наводил порядок в коридоре, пока Дилара обрабатывала раны брата. Рассечённая бровь, царапина на руке и сбитые костяшки. В сравнении с противником, Андрей вообще не пострадал.
Женя констатировал, что наглеца уже не было на том месте, где они его оставили, виднелся лишь небольшой кровавый след, спускающийся по ступенькам и кое-где окропивший перила. Парень вернулся в свою квартиру. Андрей же постелил себе на полу у кровати сестры, не желая идти в соседнюю комнату. Дилара была безумно благодарна брату. За спасение, за поддержку, за безусловную защиту.
***
Дилара сидела на диванчике в тренажёрном зале, безразлично наблюдая за игрой в карты. Ночные воспоминания отходили на второй план, на протяжении всего дня девушка, благодаря сосредоточенности на занятиях могла не думать о нависшей угрозе. Никаких гарантий, что подобное не повториться, не было, хоть Андрей и пообещал разобраться со всем.
Турбо не смог добиться внятного ответа, касательно подавленного настроения. Дилара не горела желанием делиться произошедшим. Она не имела права таить обиду за то, что её рыцаря не оказалось рядом, но вот отсутствие его дома в столь поздний час настораживало. Смутные мысли подкреплялись ещё одной деталью. Дилара пыталась понять, насколько давно от Валеры стало пахнуть женскими духами.
Зима, наградил Турбо двумя шестёрками и с размаху хлопнул того по спине в дружеском проявлении своего превосходства в этой партии. Валера сквозь зубы застонал, на лице отразилась гримаса боли.
— Ой, я забыл, — оправдался Вахит.
— Что случилось? — поинтересовалась рядом сидящая Дилара.
— Да там, ничего страшного, — отмахнулся Валера.
В зал из кабинета вышли Адидас, Пальто и Лебедь в компании нескольких своих пацанов.
— Художница! — Адидас жестом подозвал девушку.
Дилара подорвалась с места и поспешила к мужчинам. Турбо напряжённо наблюдал, ёрзая на своём месте. Чувство, что от него скрывают что-то важное, лишь укреплялось. Говорили тихо, возможности уловить хоть малую часть разговора не было. В конце беседы Лебедь протянул раскрытую ладонь, в которую девушка вложила свою ручку и мужчина не сильно сжал её. Адидас отправился вместе с гостями на улицу, Андрей же с Диларой, сопровождаемые заинтригованными взглядами, вернулись к пацанам.
— Его отошьют? — с надеждой спросил Женя.
— Нет, — твёрдо ответил Пальто. — С ним Лебедь переговорит, но мы и так нехило ему мозги вправили. Диларе изъявил сожаления за неудобства, дал слово, что подобного не повторится.
— Мне кто-нибудь объяснит, что произошло? — Валера становился всё злее от непонимания.
Все замолчали переглядываясь, Дилара знала, что никто из посвящённых не станет говорить.
— Вчера ночью ко мне приходил Дрон.
— Так, — протянул Турбо подымаясь и подходя к девушке.
— Он долго стучал и звонил в дверь, потом, по-видимому, смог её взломать. Андрей пришёл в тот момент, когда Дрон уже зашёл в квартиру. Они дрались, пока я пряталась на кухне, и ещё Женя подоспел.
— Как Пальто узнал, что тебе нужна помощь? Ты ему позвонила? — девушка кивнула. — Вот как, а Женьку тоже набрала? Не мне?! Дилара, какого хрена?!
— Мы можем отойти и нормально поговорить?
— Нет. Отвечай мне здесь и сейчас! Я за тобой как собачонка бегаю, и то и это тебе, всё на блюдечке преподношу, а ты кроме того, что не подпускаешь к себе, так и всяким левым пацанам звонишь, когда помощь нужна, но блядь не мне?!
— Валер, — голос Дилары был тихим и спокойным. — Хоть это было глупо и иррационально, но тебе я позвонила первому. Мне было до жути страшно, я паниковала, но цифры твоего номера я набрала. И представляешь, тебя ночью не оказалось дома.
Глаза парня прояснились от ярости. Дилара забрала вещи и спешно покинула помещение. Турбо не позволил далеко уйти, он подбежал и схватил девушку за руку, разворачивая к себе.
— Не подпускаю к себе значит? — Дилара старалась сохранять хладнокровность. — Вот чего ты испугался, что кто-то доберётся ко мне раньше, чем ты. Ведь ты считаешь, что я уже принадлежу тебе?
— Не перекручивай, — злость не отступала, он сильнее сжал руку девушки. — Я не это имел ввиду. Несмотря на все мои старания, ты продолжаешь холодно ко мне относится. Почему с утра не рассказала, что произошло? Ты вообще собиралась это делать? Почему не доверяешь?!
— А на это есть причины? Не стоит ли тебе, для начала взглянуть на своё собственное поведение? Почему ты продолжаешь хотеть быть со мной, если считаешь, что не заслуживаю элементарного уважения? — она попыталась выдернуть руку, но парень не позволял.
— Что ты несёшь?
— Недоговариваешь мне о том, где постоянно пропадаешь, устраиваешь скандал при посторонних, причиняешь боль.
Дилара подняла свою руку повыше, дабы глаза Валеры точно заметили. Турбо моментально разжал пальцы, убирая руки за спину.
— Я не хотел, правда, — на лице отразилось сожаление и испуг.
— Не подходи ко мне, Туркин.
***
Кащей вернулся из своей поездки в Москву разбитым. Он не был зол и разъярён, как сам предполагал. Встреча прошла слишком болезненно.
Забредая в квартиру, устало поплёлся на кухню, достав из шкафчика водку, а из холодильника банку огурцов, примостился на стульчике. Пил с горла, закусывал редко, курил много. Мужчина предполагал, что затея глупая, не стоило вовсе ворошить прошлое, никогда это не заканчивалось хорошо.
Кащей пошатываясь добрёл до телефона и позвонил Вове. Он кратко изложил план, который обдумал за время своего отсутствия, попросил передать некоторым пацанам, дабы те готовились и проинформировал друга, что в порядке. Повесив трубку, вернулся к своему занятию. Наутро он и не вспомнит обеспокоенное лицо Адидаса, что пришёл проведать его, как изливал ему душу и высказывал все свои сожаления.
***
Собрание, больше походящие на некий шабаш, наполненный заговорческими планами, интригами и сплетнями, проходило в квартире Вероники. Мать девушки, изредка появлявшаяся дома в силу занятости на двух работах, не становилась помехой для Ники распоряжаться своей жизнью самостоятельно, даже наоборот помогла маленькой девочке скорее повзрослеть и научиться принимать, как той казалось, отличные жизненные решения.
— Да проще было бы просто встретить её где-то, обговорить всё.
— Кристин, — голос Ники выдавал раздражённость. — Это раньше я с лёгкостью могла любую его пассию заставить пропасть из виду. Теперь так не получится. Стоит как-то, может, скомпрометировать её.
— А вам не кажется, — Рита сделала глоток кислого вина и передала бутылку. — Что Дилара слишком умна, для того, чтобы подставиться. Даже если выстроим всё так, будто она косячнула где-то, Турбо всё равно поверит ей.
— Именно поэтому я и собрала вас. Предлагайте.
Повисла тишина. Кристина запалённая возможностью и в такой способ навредить, перебирала в голове различные варианты, предлагала, сталкивалась с критикой, обдумывала следующие. Вероника, мучавшаяся уже долгое время этим вопросом, находилась на грани принятия крайних методов. Только Маргарита ловила себя на мысли, что это не совсем то место, где хотелось бы находится, не те обстоятельства и даже люди.
***
Несколько дней Турбо не подходил к Диларе, съедаемый чувством вины не понимал, какие слова лучше подобрать, какой подарок преподнести, как вообще начать разговор. Парень причинил ей физическую боль, хоть и не осознавая этого в моменте, а ужасаясь лишь после. Впервые столкнулся с тем, что на него не кричали в ответ, а лишь предлагали спокойно всё обсудить. Снова не разобравшись сделал выводы и сорвался на неповинную девушку. В конце-концов не соответствовал самому важному критерию, не смог стать тем, кто защитит.
Узнавал у Пальто и Зимы о чувствах и настроении Дилары, выжидал подходящего момента. Злость девушки, по словам друзей поутихла. Вооружившись букетиком, отправился на её поиски.
Дилара помогала вылепливать из бесформенной груды снега причудливые фигуры. Юля радостно хохотала, бросалась в сестру снежками, ловко убегала от старшей. Девчонки выглядели очень счастливыми, эта картина нравилась парню. В голове Валеры промелькнула мысль, от которой он оторопел. Проанализировав её, осознал, что он должен помириться с Диларой во что бы то ни стало.
Неспешно подойдя ближе, поздоровался сначала с Юленькой, девчонка озорно дала «пять» парню и побежала дальше играть. Дилара, со скрещёнными на груди руками, оценивающе глядела на провинившегося.
— Я очень нехорошо с тобой поступил. Готов взять ответственность.
— Красноречиво, — саркастически ответила Дилара, одним глазом поглядывая на сестру.
— Просто скажи, что мне сделать.
— Туркин, у тебя очень удобная позиция: позволяешь себе всевозможные вольности, живёшь так как тебе удобно, не принимая во внимание потребности другого человека, а потом просто предлагаешь каким-либо образом загладить вину. Допустим, сейчас мы с тобой помиримся и как долго я смогу спокойно себя чувствовать? Насколько хватит твоего терпения?
— Диля, помоги мне понять, что ты требуешь от меня.
— Ты не сможешь, мы с тобой говорим на разных языках. Я на языке чувств и рациональности, а ты на языке агрессии и безрассудства, — Дилара повернулась к девчонке. — Юля! Нам пора идти, скоро стемнеет.
— Цветы хотя бы примешь?
Девушка отрицательно покачала головой и сфокусировала своё внимание на подбежавшей сестре. Взяв Юленьку за ручку, осмотрела маленькую ладошку.
— Так, ты в перчатках, а где твои варежки?
— Ой, — девочка растерялась. — Я их где-то спрятала, чтобы мы потом в горячо-холодно поиграли и забыла.
— Даже примерно не помнишь где?
— Где-то на площадке или рядышком.
Маленькие глазки наполнились слезами. Дилара подхватила Юлю на руки и пыталась успокоить.
— Ну чего ты, я завтра тебе их верну. Или новые принесу, такие же самые, договорились?
— Я те хочу.
— Хорошо, — Дилара чмокнула сестру в висок и обратилась к Турбо. — Поговорим в следующий раз.
Валера коротко кивнул, бросив на лавочку букет, пошёл прочь от девчонок.
***
Дилара до сих пор с опаской подходила проверять, что за нежданные гости пожаловали. Взгляну в глазок, смогла расслабиться.
— Туркин, ты преследуешь меня? — без тени злости сказала девушка через закрытую дверь.
— Я пришёл поговорить. И не с пустыми руками.
— Пирожными не откупишься.
— Я Юлины варежки принёс.
Дверь моментально открылась. Обеспокоенная Дилара проигнорировав протянутую находку, затянула парня в квартиру.
— Разувайся скорее.
Небрежно кинув варежки на тумбочку, помогла снять куртку и поволокла Валеру в ванную. Открыв холодную воду, подставила его ледяные руки под струю, постепенно увеличивая температуру.
— Что ж ты такой безрассудный у меня. Ты несколько часов копошился в снеге, просто чтобы найти варежки?
Продолжая растирать руки парня, взглянула на него.
— Чего ты улыбаешься?
— У тебя.
Взгляд Дилары потеплел.
Опираясь об стену на кухне, Валера наблюдал за суетившейся девушкой, которая откинув на второй план свою обиду и невысказанность, проявляла заботу о нём и готовила чай.
Послушно зайдя в комнату, парень по-турецки сел на кровать, любуясь красными розами, которые девушка всё-же не оставила одиноко лежать на морозе, а украсила ими стол. Войдя, Дилара накрыла Валеру принесённым пледом, скопировав его позу, села напротив. Заметив поникшее настроение парня, проследила за его взглядом и одёрнула рукав, закрывая синяк.
— Такого больше никогда не повториться, — голос звучал серьёзно. — Даю слово.
— Валер, я понимаю, какой ты человек и могу принять тебя со всеми твоими недостатками, но не с плохим отношением ко мне.
— Я не позволю себе тебя обидеть физически. Буду больше контролировать свои эмоции, не выяснять отношения на людях, стараться говорить спокойно.
— Не только это меня беспокоит. Где ты пропадаешь последние пару недель? У тебя проблемы?
— Нет, — парень помолчал, собираясь с мыслями. — Я начал больше заниматься делами Универсама, можешь Адидаса спросить.
— Зачем тебе это? Видно насколько сильно ты устаёшь.
— Чтобы заработать денег, конечно. Ты же ворованные подарки не примешь.
Шутка не позабавила девушку. Она строго продолжала смотреть в серо-зелёные радужки.
— Почему сразу не сказал?
— Знаю, что ты будешь говорить, — парень опустил взгляд. — Что тебе это всё не нужно, и без этого обойдёшься. Ты привыкла, что отец тебя вечно всякими безделушками окружал, все твои желания исполнял, а я тебе этого дать не могу. Хоть и очень хочу.
Дилара покусывала нижнюю губу, поражаясь ходу мыслей Валеры.
— То, что ты отнекивался, для меня равноценно лжи. Этого я больше всего не терплю. Мне важно знать, что я могу тебе доверять, что ты будешь открыт со мной, не станешь таить вообще ничего.
— Я понял тебя. Исправлюсь.
— Валер, — она нежно взяла его за руки. — Измениться очень сложно, но если достаточно важная цель перед тобой, если чувства другого человека имеют значимость, то это вполне выполнимо. Я знаю, что у тебя есть чувства ко мне, но настолько ли они сильны для того, чтобы ты изменил своё поведение, не стал относиться как к очередной своей игрушке. Я не хочу быть обманутой. Помнишь, у меня есть желание? Давай ты подумаешь, насколько я дорога для тебя и тогда решишь, сможешь ли считаться с моим мнением, уважать меня, готов ли идти на уступки, и только тогда уже вернёшься.
Парень помолчал, обдумывая слова Дилары. Встретился с ней взглядом, убрал свои руки, лишаясь теплых прикосновений и спокойно заговорил:
— Если, я правильно тебя понял, то мне не стоит прикасаться к тебе, пока не пойму, что люблю тебя?
Дилара опешила от услышанного, она не рассчитывала, что Валера произнесёт такие громкие слова. Обронены они были небрежно, но по строгому взгляду, напряжённому лицу и выжидающему молчанию, девушка понимала, что он сказал именно то, что хотел.
— По сути да, — не уверенно ответила Дилара.
— Я выполню твоё желание, — подчёркивая серьёзность, добавил. — Слово пацана.
Медленно поднеся руку к лицу девушки, завёл её за шею и потянулся на встречу. Легко и нежно прикоснулся губами к устам девушки, вовлекая её в теплый и чувственный поцелуй.