ВОСКРЕСЕНЬЕ
Дописываю свой дневник в аду. Знаете, всё не так уж и плохо, как кажется. Только щемящее ощущение недоделанности и недосказанности режет душу. Вы никогда не задумывались, как выглядят дети самоубийц? Точнее, как бы они могли выглядеть? Никак. Они никогда не родятся… Обречённые пустые бездушные глазки глядели на меня в тот момент, когда я выпнула стул из под своих ног. Я видела, как текут слёзы из их мёртвых глазниц, я слышала их грудной крик, которому так и не суждено будет вырваться в первые часы жизни… Потому что этой жизни не будет! Я лишила их этого… Не спрося…
Я уже никогда не смогу почувствовать теплоту их рук на своей дышащей груди, никогда не почувствую вкус их слёз, которые могла бы собирать губами с их детского личика. Я уже никогда не увижу их играющих на детской площадке и никогда не услышу их первого неуверенного: «Ма-ма»… Я больше НИ-КОГ-ДА… ни-ког-да…
Как можно попросить прощения у них… У тех, кого я убила, убивая себя? Если бы только хоть кто-то тогда, когда я ещё была живым человеком, сказал мне, как это больно — нести крест безысходного молчания и кровавых слёз раскаяния перед теми, кому так и не суждено было родиться по твоей воле…