Слишком мало

Эмили

— Нет, пап, хватит уже, — просила я папу, убирая его ложку, которой он хотел положить мне еще.

— Ты вся исхудала, — он качал головой. — Пододвинь тарелку, давай, — обольстительно улыбнулся он.

— Пааап, — жалобно протянула я. — В меня не лезет.

— Ты оскорбляешь мой фирменный рецепт картошки «По-робертски», — ну теперь в ход пошло его главное оружие. Три, два, один... — На брата своего посмотри, — я повернулась к Чарльзу, сидящему с полным ртом картошки, но при этом он смотрел на меня такими виноватыми глазами мол-извини-что-хочу-пожрать. — Или на красавца своего ненаглядного. Молодцы, ничего не скажешь.

— Издеваешься? — вопросительно вскинула бровь я. — Ты сравниваешь меня с братом? С братом. А потом еще и с парнем сравнил. Нет, я понимаю, если бы была сестра или подруга, но, знаешь, папа, женщины и мужчины...

Я не успела договорить, как папа резким движением руки отложил ко мне в тарелку еще одну порцию. Да как?!

— Пап!

Все засмеялись, в том числе и я.

***

Громкий звук будильника заставил вскочить меня. Потом я быстро легла, так как от резкости закружилась голова. Первое, что пришло мне в голову после сна: «Папа улыбался и выглядел очень хорошо». Только потом до меня дошло, что во сне был еще какой-то парень, да еще и мой бойфренд. Вот только это явно не был кто-то из моих знакомых.

Второй будильник прозвенел мне прямо в ухо. Привычка оставлять динамик прямо у уха хорошо срабатывала. Я отключила идиотский, но единственный звук, под который могла проснуться и пошла в ванну.

Я бы сейчас написала эссе на всех языках, которые знаю о том, как ненавижу ранние подъемы. Вот готова метать в пух и прах, подписывать любые бумаги за то, чтобы рабочий день начинался в 10. Вот только пока это всего лишь мои мечты.

Приняв душ, я оделась и хотела пойти что-нибудь приготовить, как прозвенел третий будильник, который так и говорил мне своим противным звуком: «Сегодня вы без завтрака, моя проспавшая леди, хехех».

— Ненавижу! — крикнула я, как только захлопнула дверь квартиры и быстрым шагом побежала вниз по ступенькам.

Обожаю свое настроение. Вот я, проснулась от достаточно приятного, но непонятного мне толком сна. Вот снова я, ору на свой телефон, потому что прозвенел будильник. И снова я, еду на своей машине в университет и «подмигиваю» каждому водителю, который уступил мне дорогу или поздоровался со мной.

До универа я доехала быстро. Припарковав свой метеор, я быстрым шагом направилась в корпус, не забыв, конечно, развернуться и забрать сумку из машины, которую забыла. Это и был, и есть мой самый обычный день в университете Вашингтона и Ли.

Первой парой был английский. Я вбежала в аудиторию, тихо открыла дверь и проскакала к первому ряду. Профессор Эванс улыбнулась мне и продолжила свой монолог. Я тем временем поздоровалась с Оливией и взяла стаканчик с кофе, который она всегда покупала мне.

— Ты никогда не изменяешь себе, — сказала она, отпивая свой кофе и записывая основные термины за профессором.

— Ну конечно, — фыркнула я.

Достав из своей сумки тетрадь и ручку, я написала число и принялась слушать преподавателя.

У нас с профессором Эванс были очень хорошие отношения. Она знала, что я всегда прихожу готовая к ее урокам, хотя и опаздываю. Так что мои оценки не страдали. Да они вообще никогда не страдали, в отличие от меня.

— Поговорки играют важную роль в нашем языке, мои дорогие, — профессор ходила туда-сюда, диктуя материал. — Не стоит закатывать глаза и думать, что вы все знаете из школьной программы. Что ж. Сообщу заранее, что вашим заданием будет чтение текста и переформулировка всех поговорок в нем. Текст вы можете увидеть на экране, — профессор подошла к своему столу, взяла указку и направила ее на интерактивную доску, пролистывая на ней страницы заданного текста. Глазами я уже видела там полно поговорок. И сказать, что они мне знакомы, я не могу. Странная формулировка. — Задание до среды, у вас есть два дня на его выполнение, — та самая улыбка отобразилась на ее лице. Она умела произвести впечатление. — Ну а теперь давайте разбираться.

Под конец лекции профессор пожелала нам удачи и отпустила. Я как обычно задержалась, попросив Оливию пройти в кабинет следующей пары и занять нам места.

— Стабильность, мисс Робертс, — ухмыльнулась она. — Мне нравится она в вас. Даже в таком ключе, как опоздания.

— Рада, что не разочаровала Вас хотя бы в этом плане, — улыбнулась я, доставая из сумки скрепленные листы. — Вот мое дополнительное задание.

— Вы, я уверена, и не думали меня разочаровывать, — она взяла листы и прошлась по ним глазами. — Ох, мисс Робертс, как много всего. Что же за мысли вы здесь выложили?

Я не ответила, лишь пожала плечами и попрощавшись, пошла на следующее занятие по французскому.

— Центральным элементом грамматической системы является грамматическая категория, представляющая единство формы и содержания. Его содержание проявляется в противопоставлении двух или более общих значений, — мистер Бинкерс стоял на одном месте, немного покачиваясь с пятки на носок и рассказывая нам лекцию о грамматике. Его речь не была монотонной. Он делал акценты, чтобы мы обратили внимание на то или иное высказывание. — В формальном плане это выражается изменением слова или же использованием слов-инструментов, изменением порядка слов или интонации в предложении. Изучение грамматической категории основано на принципе диалектического материализма, который выдвигает отражающую функцию языка в целом и грамматических явлений в частности. — Иногда он менял свое местоположение, в это время прерывая свой рассказ, давая нам записать все то, что он говорил. — Таким образом, явления экстралингвистической реальности...

— Экстра-лингвисти-чес-кой реаль-ности, — я повторяла за ним медленнее, диктуя самой себе, чтобы не ошибиться.

Рука на лекциях профессора Бинкерса уставала быстро, как и мозг от сложных формулировок.

— Отраженные в сознании говорящих субъектов, обозначаются грамматическими средствами. Например, последовательность подобных сказуемых отражает последовательность действий: Il a salué tous et est parti ou bien le sujet grammatical dénote l'agent de l'action: Un homme avance.* Отклонение от этого иконизма связано либо с использованием определенных языковых средств, либо с их употреблением в переносном смысле: Il est parti après avoir salué tous; Le travail avance — le verbe avancer est employé au sens figuré.**

Мой мозг работал на два фронта. Первый — понять, что он говорит на английском. Второй фронт — перевести и понять то, что он говорил на французском.

— Я в ауте, — Ливи быстро пережевывала сэндвич, параллельно пытаясь что-то говорить. — Ты поняла, что впаривал нам Бинкерс? Такое чувство, что он вытаскивал словами мой мозг, колдовал над ним своим французскими чарами «ле травали аванче», — она изобразила пальцами кавычки, сморщившись.

— Аванси, — смеясь, поправила я, отпивая свой апельсиновый сок.

— Не душни, итак жарко, — закатила глаза Ливи.

— Она та еще душнила, — раздалось у меня за спиной.

Я не оборачивалась, просто смотрела на Оливию, которая прожигающим взглядом смотрела мне за спину уходящему человеку.

— Он никак не отвяжется? — рассердилась она. — Сколько уже прошло с вашего расставания? Полгода аж. Что это он никак не угомонится?

Я не отвечала. Три месяца — максимальный срок, когда я о нем не думала. Счет обнулился.

После моего сообщения, отправленного шесть месяцев назад, мы все же встретились и смогли кое-как все обсудить. Правда, первое, что сказало было: «Я не смогу быть с тобой друзьями». Это была чистая истина, и пожалуй именно благодаря ей я более менее оставалась в хорошем моральном состоянии. А, ну еще я призналась, что не собираюсь переезжать, но визитов его неприемлю.

***

Занятия закончились. Я шла по гравийном дорожке к парковке. 

— Эми! — Джастин окликнул меня. — Стой!

Я остановилась около своей машины, пока Джастин Халид подходил ко мне, нервно улыбаясь.

— Привет, — он провел рукой по волосам. — Как дела?

— Ты спрашиваешь уже третий раз за день, — заметила я. — Тебе что-то нужно, что ли?

Он стоял, раздумывая и переминаясь с ноги на ногу. Подумать только, капитан нашей баскетбольной команды стоит и мнется передо мной.

— Хотел пригласить тебя на наш следующий матч, — все же выговорил он.

— Туда чуть ли не весь универ пойдет. Если ты не забыл, то я вхожу в число его учеников, так что я по-любому буду, — фыркнула я.

Не то, чтобы мне нравился баскетбол, но смена деятельности требовалась всем, так что стабильно я ходила «расслабить» мозг с помощью наблюдения за игрой.

А и еще, я бы отвечала Джастину чуть более сдержано, но я жутко устала, и это явно было видно по моему лицу и тону. Почему он не видел этого, я не знаю. Может, голову отбило этим баскетбольным мячом.

Он сделал напряженный выдох. Что-то в нем было не так. Где эта супер-пупер уверенность: я-самый-крутой-мощный-смелый-сильный-красивый. Из всего этого передо мной только чет-это-я-сегодня-немного-ээээ-эмм.

— А на свидание пойти не хочешь? — резко выпалил он, отчего я дернулась.

«Нет. Нет! НЕТ», — ответ быстро стрельнул мне в голову как серебряный, точно отточенный кинжал.

— Джастин, извини, но нет, — выдохнула я, смотря в его голубые глаза. — Я... пока еще не готова к серьезным отношениям.

Многие знали о том, что мы с Томасом были парой, но почему-то расстались. И все, кто знал о нас, наблюдали теперь за новой девушкой Томаса (я даже немного удивилась, поняв, что это не та девушка из клуба. А потом до меня дошло, что там это было просто первая встречная). Ну а я все также одна с кучей претендентов на «завоевателя моего сердца».

— Я не буду настаивать или давить, — он выставил руки вперед. — Просто подумал, что ты захочешь отвлечься, ну или что -то еще, — под конец его голос стих.

— Буду иметь в виду.

Я открыла дверь машины и села внутрь. Затем завела машину и сняла ручник. Выезжая с кампуса, я смотрела в окно заднего вида, как Джастин уходил обратно в здание, положив руки в карманы и опустив голову.

***

Оливия прошла ко мне в квартиру, даже не разуваясь.

— Я помою тебе пол, — ответила она на мое недовольство. — А сейчас, так как я устала от твоего домоседства, мы пойдем в кафе, понятно? Понятно, — утвердила она, даже не дав мне ответить.

— Ну, Оливияяя — промычала я жалобно.

Обожаю сидеть дома. Если мне когда-нибудь предоставят выбор, где бы я хотела провести большую часть жизни, то я не раздумывая ответила бы, что дома. Мне не нравилось ходить часто на вечеринки, ну или просто в какие-то очень людные места. Для меня увлекательнее посидеть дома, почитать, посмотреть фильм, поработать. Удивительно, как я вообще подружилась с Оливией, которой не сиделось на месте...

— Меня так зовут уже на протяжении восемнадцати лет, я все еще это помню, — фыркнула она, выходя из моей комнаты с собранным рюкзаком. — Я сказала, что ты идешь, значит, ты идешь. Без возражений, без пререканий, — с этой ведьмой невозможно спорить. Особенно, когда она уже собрала мне сумку и кинула вещи, которые я надену.

Я нервно выдохнула, но все же решила больше не спорить, помня о том случае, когда после моего двухнедельного сидения в квартире, она ворвалась внутрь и надела на меня вещи, а затем просто поволокла на улицу.

Я хихикнула, пока одевалась, вспоминая это.

— Я готова, — сказала я, беря в руки рюкзак. — Ты обещала вымыть мне пол!

Она лишь фыркнула на это и ответила что-то неразборчивое, по типу: «Да, да, конечно». Мы вышли на улицу и сели в ее машину. Как только прозвучал звук заведенного мотора, она резко нажала на педаль, и машина неожиданно тронулась, как и мы, сидящие в ней.

— Сколько раз я обещала себе и тебе больше никогда не ездить с тобой, когда ты водитель?

— Много, Мили, — ухмыльнулась она, а после этого резко затормозила, я полетела вперед по инерции.

— Ты себе права купила что ли?! — возмутилась я, благодаря всех богов и ученых за изобретение под названием «ремень безопасности».

Она ничего не ответила, лишь рассмеялась и снова газанула. Плюсы ее езды заключались в том, что доехали мы минут за пять, когда обычно это делалось за десять. Резкий, даже слишком поворот, и мы приехали.

— Ваша милость, — обольстительно улыбнулась она. — Мы соизволили приехать. Приношу искренние извинения за такую долгую поездку.

— Да иди ты, — я махнула рукой, выходя из машины и даже немного покачиваясь. Мне было не по себе. Это было странно. Я много ездила с Оливией, были поездки и похлеще, когда она так сильно кружилась, что казалась, Земля медленнее вращается. Но тогда все было хорошо, да подташнивало, но сейчас...

— Погна... — она прервалась на полуслове, останавливаясь около меня. — Эй, ты чего? Укачало?

— Немного, — я сделала глубокий вдох носом. — Все хорошо.

— Уверена? — она явно сильно забеспокоилась.

— Да, — я махнула рукой, полностью распрямляясь. — Не делай из этого событие. Пойдем, хочу поесть.

Оливия взяла меня под руку и повела в наше любимое кафе. Аромат булочек с корицей и миндального латте, заправленного карамельным сиропом ударил в нос, взбудораживая в голове столько теплых и приятных воспоминаний.

Вот только эти воспоминания быстро омрачились. К нам направлялся Томас. Что-то в его взгляде было решительным, но в то же время он был напуган?.. Оливия заметно напряглась и раздраженно фыркнула.

— Эми, — он подошел совсем вплотную.

«Уходи. Черт бы тебя побрал, Эмилия Робертс! Чего смотришь на него?»

Я не уходила, стояла, как вкопанная и смотрела в его карие глаза. Они были такие грустные, будто в них когда-то рухнул мир.

Видимо Томас что-то сказал Оливии. Вроде, чтобы мы поговорили наедине. А потом я еще попросила ее об этом. Все так затуманено. В голове за секунду проносилось миллион мыслей, а потом они разом все исчезали.

— Эмили, — он дотронулся до моего плеча. Я дернулась, и он поскорее убрал руку. — Прости. Можно я скажу пару слов?

Я вроде кивнула, не помню. Но он продолжил, а в глазах появился какой-то блеск. Мир восстанавливался. Значит, я согласилась.

— Я долго думал над тем, что произошло, — дверь открылась, колокольчики зазвенели. Я услышала голос Джастина. — И мне кажется, что пора оставить все обиды в прошлом, как ты думаешь? — тихий, неуверенный голос, которые нес полную чушь.

— Что? — я будто вынырнула из омута, полного чертей.

Это все? То есть я должна забыть то, что он сделал и сойтись с ним? Он что, рехнулся? Это звучало настолько нелепо. Я с насмешкой смотрела на него. Меня просто переполняла злость, обида и разочарование. Как... Да как он мог?!

— Эй, Эмили, привет! — Джастин подошел к нам и положил руку на мое плечо. Его голос был приободряющим. Но все же каким-то пугливым.

Мне было все равно.

Я нахально посмотрела Томасу в глаза и заметила в его взгляде настороженность и отчаяние. Повернувшись к Джастину, я обхватила ладонями его лицо и поцеловала.

*Il a salué tous et est parti ou bien le sujet grammatical dénote l'agent de l'action: Un homme avance. — фр. он всех поприветствовал и ушел, или же грамматическое подлежащее обозначает исполнителя действия: мужчина идет вперед.

**Il est parti après avoir salué tous; Le travail avance — le verbe avancer est employé au sens figuré. — фр. он ушел, поприветствовав всех; работа продвигается — глагол продвигаться употребляется в переносном смысле.