𝐏𝐚𝐫𝐭 №7
После свадьбы графа Анастасия поменялась. В её глазах не было больше озорного огонька, теперь во взгляде девушки был холод и безразличие. С Арсением она спала в разных комнатах, ибо не хотела делить с ним одно ложе. Она не винила графа в произошедшем, у них не было выбора, однако видеть Попова в своей постели не могла, сразу просыпалось отвращение. Иногда у неё случались истерики на фоне пережитого, но к Анастасии в такие моменты старались не подходить. Только не Антон. Он был рядом со своей подругой всегда, поддерживал во время истерик и терпел её холодное общение. Но радовало то, что с каждым днём к Антону её сердце таяло, их общение наладилось.
Одним вечером Антон решил увидеться со своей подругой. У камина уютно потрескивал огонь, создавая атмосферу близости и тепла. На диване, покрытом бархатной тканью, сидела молодая графиня, её взор был в книге, которая явно заинтересовала девушку.
Антон заметил мрачное выражение её лица и решил, что сейчас самое время поговорить с ней после тяжёлого рабочего дня. К тому же они уже два дня не разговаривали из-за загруженности шатена. Он осторожно подсел ближе, стремясь пробудить ту лёгкость общения, которая, возможно, подугасла за эти дни. Заметив в её руках книгу, парень мягко улыбнулся.
— Что читаешь? — спросил он с улыбкой, стараясь разрядить атмосферу. Анастасия взглянула на него. Уголки её губ поползли вверх, создавая слабую улыбку.
Они начали обсуждать книгу, которую девушка читала, а потом перешли на другие темы. Парень с девушкой начали делиться воспоминаниями из детского дома, и вскоре разговор заиграл новыми красками — смех и шутки, хотя и осторожные, вновь заполнили комнату. Но внезапно, словно тёплый ветер сменился ледяным дуновением, Анастасия наклонилась вперёд и потеряла сознание, её тело беспомощно склонилось на плечо Антона.
Сердце Антона забилось быстрее, и тревога наполнила атмосферу. Он осторожно уложил её голову на диван и начал бить графиню по щекам.
— Настя? Настя, просыпайся! Ну же, открой глаза, — парень начал снимать с неё корсет, который был ужасно сильно затянут. Возможно, из-за недостатка воздуха она и потеряла сознание. Благо корсет был надет поверх платья, который хорошо подходил к ткани.
Убрав корсет на другой конец дивана, Антон вновь похлопал свою подругу по щекам. Результата вообще не было, от чего Шастун начал переживать сильнее. Он поспешил позвать врача, его голос дрожал от волнения. Вскоре в гостиную вошёл доктор, Сергей Александрович и сам Арсений. Уверенные шаги доктора произвели на Антона расслабляющее впечатление, однако, переведя взгляд на Попова младшего, сердце вновь сжалось. Он сильно переживал за свою жену, это было понятно даже по его взгляду, когда тот увидел Анастасию без сознания.
Арсений взял графиню на руки и направился с ней в спальню, где положил Анастасию на кровать и вышел из покоев, встав около двери. Антон, увидев состояние графа, подошёл к нему и положил руку на его крепкое плечо, успокаивающе погладив.
— С ней будет всё хорошо, Арсений Сергеевич... — тихим голосом проговорил Шастун. Он сам хотел верить, что с девушкой всё хорошо.
— Как думаешь, что с ней? — спросил мужчина, переведя обеспокоенный взгляд на Антона. — Вы же друзья, ты должен знать о её состоянии.
— Я думаю, ей просто сильно затянули корсет, из-за которого она не могла нормально дышать.
Эта версия показалась Арсению вполне логичной. Она даже немного успокоила его, но ненадолго. Через некоторое время из комнаты вышел доктор и разрешил тем войти. Графиня пришла в себя, её взгляд был испуганным, но вскоре на лице вновь появилось выражение сложных эмоций. Доктор, посовещавшись с ней, произнёс слова, которые произвели шок как на Арсения и других окружающих, так и на саму Анастасию:
— Она в положении.
Обстановка резко изменилась. Антон чувствовал, как в его душе поднялся вихрь эмоций — радость, ужас, любовь и страх. Графиня, осознавшая свою новую роль, взглянула на него, и в их глазах слились недосказанные чувства.
Отец Арсения, услышав такую новость, обрадовался и поздравил своего сына. На невестку ему было плевать, ибо Попов старший заботился только о своём сыне и о продолжении рода. Сам Арсений стоял, смотря в пол. На его лице читался страх. Он эту свадьбу-то не хотел, а тут ещё и наследник, к которому брюнет не был готов. Но разве это кого-то волновало? Правильно, никого.
Как только все вышли из комнаты, Антон подсел к девушке, слабо улыбнувшись ей, но улыбка сразу же сошла с его лица, когда он увидел её эмоции. Было не до шуток и радоваться тут нечему.
— Ты не рада? — спросил парень, уже пожалев о своём вопросе.
— А как ты думаешь? Тебя заставили выйти замуж за нелюбимого человека, ты лишился девственности на глазах у стариков, так ещё и забеременел от него! Стоит радоваться?! — девушка кричала, больно сжав руку друга.
Затем на Антона полетели обвинения со стороны Анастасии, чего парень вообще не ожидал. Разве он виноват в том, что это всё происходит с графиней? Нет, конечно. Он понимал, что нервы у неё начали сдавать, но злость победила в нём. Он отдёрнул руку и встал с постели, смотря на девушку со злостью.
– В каком месте я виноват? — начал он, смотрятна подругу с удивлением. — Ты сама не захотела возвращаться в наш мир, когда сюда попала. Ты, увидев, что тебя хотят приютить, сразу же побежала к незнакомому человеку, принимая его порядки. Ты знала, на что шла. И здесь моей вины в этом нет.
Слушая слова Антона, девушка встала и стала выслушивать мнение парня, хмурясь с каждым его словом. В какой-то момент она не выдержала и подняла руку на Шастуна, оставив на его щеке красный след от её ладони. Из-за такого удара парень даже пошатнулся.
— Не смей со мной разговаривать в таком тоне, — кричала Анастасия. Её всю трясло. — Я здесь графиня! Ты в этом доме никто и звать тебя никак! Ещё одно слово, и я прикажу казнить тебя!
После такого Антон перевёл взгляд на девушку, смотря на неё со страхом. Перед ним уже была не та девчонка Настя, которая прыгала по кровати в детском доме. Перед ним стояла жестокая графиня Анастасия, которая начала унижать своего друга своим статусом. Он ей никто. Их дружбе настал конец окончательно. Однако гордость у Антона была.
— Ну так казните меня, Ваше сиятельство, — съязвил Антон, покинув графскую спальню.
Закрывая дверь, Шастун услышал, как та вновь села на кровать и громко заревела, однако желания успокоить её и обнять у Антона не было. Он просто молча ушёл вниз, слушая, как кричала Анастасия и называла его предателем.