Монстры и люди

13 августа, 01:25

Минхо почувствовал запах грозы еще прежде, чем она ударила в окна. Он слышал ее босыми ступнями, ступая по дребезжащему кафелю. Окна плыли и плавились, и растворялись в океане черного и зеленого. И хоть здесь было тихо, Минхо все равно слышал, как сминаются деревья, и как невидимые молнии вонзаются в асфальт.

А в квартире шипели часы на стене, и шуршали осторожные кошачьи лапы. Минхо слышал, как скрипит половица под ногами Чонина на втором этаже - он опять заперся и слушал музыку в наушниках. Казалось, сколько бы он не жил в одной квартире с Джисоном, он так никогда его до конца и не примет.

На диване свернулся щенок золотистого ретривера и сопел в чужие руки. Вот он уже успел полюбить Джисона. Тот поджал ноги и печатал что-то в ноутбуке, иногда отвлекался и теребил щенку шею. Сонно тер глаза и часто моргал. Была уже ночь. Минхо предпринимал попытки заставить Джисона идти спать, но в итоге сник. Черные шторы наполовину закрывали окна, но тревога грозы все равно проскальзывала через щели в окнах и ползла по полу, чтобы забраться Минхо на ноги. Они замерзали.

Он зажег свечи и принес в гостиную, чтобы расставить на столике у дивана. А потом раскрыл крылья и сел рядом с Джисоном, незаметно укутывая его со спины.

- Что ты делаешь? - спросил, наблюдая, как пальцы с потертыми костяшками бегают по клавиатуре.

- Подключаю Сеть, - вздохнул и потер глаза, разминая шею. - Есть одна знакомая... Она иногда приносит мне информацию, не сообщая об этом начальству. Это дает мне немного свободы.

- За это уже взялось Агенство, - Минхо наблюдал за его руками. Заметил, как пальцы совсем чуть-чуть трясутся. - Ты должен доверять им.

Джисон вздохнул и закрыл лицо руками. Только сейчас заметил крылья, что все время укрывали его, и потянулся к ним.

- Я доверяю, - он приник щекой к черным перьям. Потянул Минхо на себя. Тот споткнулся и черное невесомое покрывало чуть пошатнулось, заволновалось, но аккуратно вернулось на место. - Но я не могу сидеть и ничего не делать. Ты должен понимать.

- Я понимаю, - Конечно, Минхо понимал. Но еще он видел, что еще чуть-чуть, и Джисон совсем потрескается. - Но только сегодня утром ты отключился от переутомления, а сейчас делаешь все, чтобы это опять повторилось. Ты говоришь мне не вредить себе, хотя сам поступаешь еще хуже.

Минхо снял ноутбук с его колен и поставил на столик. Джисон молча наблюдал, как от каждого его движения перья трепещут и разбрасывают волнистые тени, что разбегаются по углам и лезут под потолок. Минхо все еще не привык к крыльям. Последние года он совсем ими не пользовался, не говоря уже о том, чтобы раскрывать их перед кем-то. Но он видел, что Джисону они нравятся. Они его успокаивали. Как маленького ребенка.

- Спасибо, что показал мне их, - вздохнул Джисон негромко, не сопротивляясь, когда Минхо надавил ему на плечи, заставив лечь. - Ты такой красивый.

Минхо заулыбался. Лег рядом, подминая одеяло под ноги, и сгреб Джисона в объятья, даже не дав времени возразить. Свет приглушился. Над головой бесшумно пританцовывали перья, пока Джисон смотрел на него сонными глазами и не сопротивлялся.

- Ты понял, что разговоры бесполезны, и решил заставить силой?

Минхо уже слушал биение жилки на шее и наделся, что скоро она не будет такой рваной.

- Я вижу, что ты истощаешь себя, но ничего не могу сделать, - он поднял руку, открывая старые шрамы на запястье, что уже очень давно не пересекались новыми порезами. - Я держу свое обещание. А ты? Пообещай, что будешь себя беречь. Что будешь говорить мне обо всем. Ты знаешь, какого мне было, когда я нес тебя на руках к машине? Как будто бы я ничего не видел...

- Прости, - он опустил глаза и вздохнул. - Это моя вина. Я хотел уберечь тебя.

- Нет, Джисон, ты не должен извиняться. Я знаю, что раньше ты всегда полагался только на Хенджина, и теперь тебе кажется, что ты остался один. Но это не так. У тебя есть я. У тебя есть Юки, Чан, Агенство. Твой отец. Мы поможем. Мы найдем Хенджина и заставим этого Со Хэвона забыть о своей мести.

- Я знаю, - он потянулся к Минхо, запутался руками в его волосах, невесомый. - Знаю. Я обещаю. Обещаю, что буду беречь себя. И ты тоже береги себя. И ты не прав. Я не думаю, что остался один. Я знаю, что у меня есть ты. Я просто слишком сильно боюсь тебя потерять.

- Мы уже говорили об этом, - Минхо слышал, что Джисон говорит правду. Он правда постарается сдержать обещание. - Я тоже не хочу теряться. Знаешь, если я чего-то хочу, я этого добиваюсь.

Джисон мягко фыркнул и заерзал, устраиваясь поудобнее. На диване было маловато места для них двоих, так что Минхо приходилось прижиматься к Джисону, чтобы не свалиться на пол. Впрочем, он был совсем не против.

- Фургон, что стоял на той улице, - неожиданно произнес Джисон. - Он попал на камеры. Номеров не видно. Но Сеть определила марку.

Минхо рассеянно кивнул, не понимая, как это может им помочь.

- Мы же не сможем проверить каждый фургон такой марки в городе...

- Не думаю, что в городе много черных фургонов дорогой марки, так еще и давнего года выпуска. Это будет не просто, но это возможно. Других зацепок пока что нет.

- А кровь? - Минхо не хотелось спрашивать об этом. Кровь Феликса. Конечно, ему было не все равно на него, даже если они практически не общались. Это было странно, но пока Феликс каждый день был под боком, он не обращал на него внимания, но как только он исчез, Минхо сразу же пожалел о том, что так мало общался с этим человеком. Он даже не пытался узнать его.

- Были следы не только крови Феликса, - нехотя протянул Джисон, закрывая глаза и едва разлепляя веки вновь. - Еще кровь как минимум четверых. Но всех этих людей нет в базе данных.

- То есть эта нить никуда не ведет?

- Да.

Минхо не знал, что отвечать. Шаги Чонина наверху затихли. Гроза продолжала биться в стены. Трещали свечи. Светлый воск плавился и стекал на стол. Огоньки пламени то беспокойно тряслись, то застывали. Это почему-то успокаивало.

- Как думаешь, Хенджину сейчас тепло?

- Думаю, да.

Они оба знали, что это ложь.

* * *
13 августа, 5:30

Хенджину было холодно. Он пытался спрятаться от холода, но куда бы он не шел, кругом были одни и те же ледяные стены. Железо уже забралось куда-то в позвоночник и ползло вниз по спине. Он опять ничего не видел. Он чувствовал чье-то едва уловимое тепло рядом, но оно то исчезало, то опять появлялось. Он пытался открыть глаза, но веки слиплись, а ресницы слезились. Кажется, на них застыли ледяные капли.

Он находился в полной тишине, кажется, уже целую вечность. Поэтому, когда вдалеке кто-то тихо позвал его по имени, он вырвался из липкого полусна. Не сразу. Голос резко врезался в сознание, но тут же уплыл. Потом снова громко, противно. И снова затих.

- Хенджин, - кто-то тряс его плечи. Каждое прикосновение отдавалось хрустящей липкой болью в теле. - Хенджин, проснись.

Он хотел сказать, что он не спит, но даже глаза открыть не получалось. Кости примерзли к железной стене и мелко крошились. Даже дышать было тяжело - казалось, что с каждым вдохом замерзающие легкие царапали ребра. Все из-за этого проклятого холода. Эта чертова черная клетка была от и до пропитана холодом.

- Это какая-то морозильная камера, - чьи-то руки прикоснулись к его ресницам, сбивая застывшие на них ледышки. - Да открой глаза наконец! Только попробуй замерзнуть тут насмерть.

Руки человека прошлись по его щекам, шее, забрались за плечи. Его пытались согреть, хотя сами были почти такими же холодными. И все же теплее. И от прикосновений ему стало чуть легче дышать.

- Слава богу, - он разлепил веки. Лицо Феликса было в каких-то нескольких сантиметрах от его. В темноте выражение глаз невозможно было увидеть, но в голосе звучало облегчение. - Я думал, ты помер.

Хенджин вздохнул и пошевелился. От движений весь застывший лед в теле мерзко рассыпался, царапая кости. Он попытался сжаться, лишь бы сохранить хоть каплю тепла, но Феликс остановил его. Вместо этого обхватил его плечи и прижал к себе. Так, что голова Хенджина оказалась у него на плече.

- Ты... не такой холодный, - выдавил он едва слышно, цепляясь за частички тепла, что шли от тела Феликса. - Почему?

- Это из-за крови, - Хенджин чувствовал, как руки отчаянно пытались согреть его - терли его плечи, заворачивали в себя - но все было бесполезно. - Благодаря ей мы не так восприимчивы к температуре.

- Она согревает изнутри?

- Типа того. - Феликс старался, чтобы голос звучал расслабленно, но Хенджин все равно все слышал.

Он умирал. Они оба это знали. Если в ближайшее время их не освободят из этой ледяной клетки, он умрет.

Феликс это точно знал, когда сквозь собственную боль и холод закутывал его в свои руки. Его тело в тот момент казалось намного меньше и беззащитнее, и неконтролируемо дрожало. Феликс не так давно знал этого человека, но точно не хотел, чтобы он умирал. Тем более, у него на глазах. Он почувствовал бы себя самым ужасным человеком на свете, если бы позволил ему умереть здесь. Хенджин ведь просто пытался его защитить.

- Говори со мной. - попросил он, замечая, что Хенджин снова проваливается в болезненный сон.

Он цеплялся за Феликса обеими руками и глубоко дышал, выдыхая облачки пара. Старался сдерживать дрожь, но Феликс чувствовал ее даже своим телом.

- Как твоя нога?

- Намного лучше, - он получше завернул его в куртку и практически перетащил себе на колени - казалось, он даже весить стал намного меньше. - Твои таблетки очень помогли. Спасибо. Даже температуры кажется нет. А как твоя шея?

- Не чувствую ее, если честно, - он попытался улыбнуться, но вышло плохо. - Почему... почему ты вдруг стал таким мягким?

- Ты имеешь ввиду, что я обнимаю тебя, хотя месяц назад хотел убить? - он ждал, что Хенджин хоть как-нибудь отреагирует, но чувствовал лишь исходящий от него холод. - Думаю, потому-что намного лучше застрять здесь с живым тобой, а не мертвым. К тому же, мне нужен кто-то, кто сможет сражаться, когда мы выберемся отсюда.

Хенджин не ответил. Феликс прислушивался как мог, но едва мог улавливать его дыхание. Кончики волос покрылись белой корочкой инея, такая же застыла на губах и ресницах. Феликс только недавно стряхнул льдинки с его ресниц, но сейчас опять сделал это.

А потом склонился над ним, согревая его и пытаясь согреться сам, и запел. Он недавно просматривал эту мелодию в нотных книгах, которые Хенджин передал ему, и не думал, что запомнил ее. Но сейчас она почему-то вспомнилась. Он мурлыкал едва слышно, сбиваясь и не попадая в ноты. Надеялся, что Хенджин услышит и отругает его за такое ужасное исполнение. Но он молчал.

Голос едва доставал до стен и не отскакивал, растворяясь. Феликс задерживал дыхание, пытаясь справиться с лезущим отовсюду холодным страхом, и начинал мелодию сначала. На пальцах Хенджина застыла ледяная корочка. Феликс сбился с ритма, выдохнул облачко пара и попытался растереть их, но лишь разодрал натянутую кожу до крови. Хенджин никак не отреагировал. Феликс снова потряс его за плечи - и чувствовал, как его тело безвольно обмякает в его руках.

- Эй, эй, - позвал он, шаря руками по полу. Уже нельзя было тянуть - единственный способ продлить ему жизнь хотя бы на пару часов это пролить свою кровь. - Господи, потерпи еще чуть-чуть. Сейчас...

Дрожащими пальцами он прикоснулся к повязке на ноге и попытался стянуть ее. От холода кровь застыла и прилипла к ткани - он сжался, готовясь содрать ее вместе с кожей.

А потом увидел свет.

Заскрипело железо. Ледяная клетка содрогнулась. В глаза ударил ослепляющий луч, и Феликс закрыл глаза. Кажется, он не видел света уже целую вечность. Он настолько привык к темноте, что попросту не замечал ее.

Теперь он слышал звуки внешнего мира - скрип гальки под тяжелыми шагами и размываемый океан шороха волн вдали. А еще вместе с открытой дверью внутрь хлынуло тепло. Феликс смутно видел людские тени, когда оборачивался к Хенджину и с новой силой тряс его за плечи.

- Просыпайся, - шептал он, беря его лицо в свои ладони, - Тепло, смотри, тепло. Сейчас ты согреешься.

Феликс уже ощущал уколы тепла на своих руках, но тело Хенджина оставалось ледяным. Кто-то сжал его руки и оторвал от Хенджина, кто-то оттащил его в сторону и заломил руки за спину.

- Отвали от меня! - он дернулся, извернулся, упал на бок и отполз в сторону, снова сгребая Хенджина в охапку. - Да проснись уже наконец!

Он слышал, как тот, кто пытался вытащить его из этой клетки, снова идет к нему, но не собирался уходить отсюда один. Обернулся, держа Хенджина обеими руками - он чувствовал, как его тело начинает медленно оттаивать - и посмотрел на человека в черной непроницаемой маске.

- Если вы его еще хоть как-то тронете, я убью вас. - бросил со злостью, выдержав безэмоциональный взгляд Аями в маске, что склонился над ними.

Феликс отвернулся, лихорадочно водя руками по спине Хенджина. Человек наклонился ближе, сжал его шею до боли. Перед глазами и так все плыло, а теперь он едва свои руки мог чувствовать.

Он до последнего цеплялся за Хенджина. Меньше всего на свете он хотел отдавать его этим монстрам.

Но их все таки разделили.

Феликс видел, как второй человек зашел следом и поднял Хенджина на руки. Хотел дернуться к нему, но ногу обожгло болью, и его грубо оттянули назад. Руки с кровавыми мозолями безвольно повисли, алые волосы, покрытые белеющем инеем на концах, упали на лицо. Это все из-за него. Это все из-за того, что Феликс не был достаточно внимателен. Если бы его не лишили возможности ходить, Хенджину бы не пришлось защищать его. Они бы не оказались сейчас здесь, разделенные и совершенно без сил.

А потом ему завязали глаза и грубо потянули за собой. Он слышал шум волн, бьющихся о каменный выступ, и далекую трассу. Это был порт. Их заперли в одном из портовых холодильных контейнеров. Настоящая морозильная камера. Конечно, он догадывался, где именно их заперли. Но эти знания все равно бы не помогли.

Его долго куда-то везли. Связали руки, что ужасно затеки и чесались от веревки. Он чувствовал, что от движений рана на бедре снова открылась, кровь пропитывала повязку и стекала на сиденье. Его это не волновало. Его волновал Хенджин, которого забрали у него. Он пытался спрашивать об этом, но его либо игнорировали, либо грубо били по лицу.

Он ужасно устал. Еще недавно самой главной проблемой его жизни было найти интересную книгу в библиотеке. А потом все как-то завязалось, закрутилось, и в итоге он даже не мог кого-то винить. Хотел злиться на Хенджина, что он втянул его в это, но вспоминал, что игра начала еще задолго до его прихода. Цепочка событий началась еще три года назад, когда он познакомился с Минхо.

Спустя миллион часов в душной машине его наконец вытащили на улицу. Он споткнулся, и чуть не упал, но Аями, похоже, было все равно - он продолжал тащить его за собой.

- Можно поаккуратнее! - прошипел Феликс, за что тут же получил обжигающую пощечину. Дернулся, замер, но продолжил говорить. - Сначала режете так, что я ходить не могу, а потом ждете, что я за вами бегать буду.

Он ничего не видел за повязкой на глазах, но тишина и запах сосен говорили о том, что они где-то за городом.

- И снимите с меня уже это. Я устал в темноте сидеть.

Он ждал, что его опять ударят, но в глаза снова ударил свет, и он разглядел перед собой девушку. В черной нейтральной одежде и в капюшоне, с выточенными, однако симпатичными чертами лица. Когда она заговорила, голос у нее был грубоват, но все же было понятно, что перед ним девушка.

- В самом деле, у него не нога, а кровавое месиво, можно было и поаккуратнее. - она обращалась к человеку, что держал его под руки и не давал упасть.

Феликс дернулся и вырвался из его рук, чуть не упал, но устоял на ногах. Незаметно огляделся. Честное слово, здание, к которому его привезли, было похоже на заброшенную психбольницу. Двухэтажное, длинное, со внутренним заросшим двором и выбитыми окнами. Краска почти слезла, но раньше здание было яркого, темно-зеленого оттенка. Ну а кругом были лишь сосны. Прекрасно. Если он сбежит отсюда, ему придется идти по лесу очень долго, прежде чем он выберется на оживленную трассу.

Девушка несколько минут молча его разглядывала, а потом откинула капюшон и протянула ему руку.

- Я Со Сэбёк, - он уставился на ее руку. Она серьезно? - Жаль, что знакомство не задалось.

- Вы издеваетесь? - он огляделся. Кроме Сэбёк вокруг них было еще человек пять, все в однотипной черной одежде и масках. Одна она открыла перед ним свое лицо. - Сначала вы режете мне ногу, оставляете нас в чертовой морозилке на сутки, а теперь ты хочешь познакомиться? Вы больные?

- Ты будешь работать на нас, - Сэбёк пожала плечами так, будто это было обычное дело. - Так что лучше тебе поддерживать хорошие отношения со своими работодателями.

Феликс рассмеялся. Они точно все тут больные.

- Идите к черту! Я лучше сдохну, чем буду работать на вас.

Девушка вздохнула и отвернулась.

- К сожалению, сдохнуть ты не можешь. А вот твой красноволосый друг - вполне. - выдержала паузу, давая Феликсу возможность обматерить весь мир, и махнула рукой. - Проводите его. И сделайте что-нибудь с его ногой, на нее смотреть страшно.

Пока Феликса вели по обшарпанным коридорам старого здания, единственное, о чем он мог думать, это то, что Хенджин жив. Если его собираются использовать как точку давления, значит, его не будут убивать. Если бы только их не разлучили. С ним все таки было бы намного спокойнее.