Яд

Нью-Йорк, США

Соблазны созданы для того, чтобы им поддаваться!

Первое, что я чувствую, когда открываю глаза - ужасный привкус во рту, как будто меня целую ночь выворачивало. Пытаюсь привстать, и из пересохших губ вырывается стон:

- Черт... Моя голова...

Непонимающе оглядываюсь вокруг - это не моя комната и еще я ненавижу шелковое белье. В дверях появляется Берфорт, а я удивленно таращусь на него, потом заглядываю под одеяло и сползаю обратно на подушку. Нет, просто невероятно...

- Доброе утро, - говорит он, и матрац рядом прогибается.

- Оно не доброе, - хриплю, не узнавая свой голос.

Крис ставит на тумбочку стакан с водой и кладет таблетку.

- Как голова?

- Издеваешься?

Закрываю глаза и пытаюсь восстановить события прошлой ночи. В голове мелькают какие-то отрывки: мы за столиком, потом я танцую, потом танцую уже с Крисом, снова за столиком и кальвадос, хренова туча кальвадоса... "Прекрасно. Просто прекрасно. Ты надралась и ни черта не помнишь, Миллер."

- Выпей таблетку, Меган.

- Пожалуйста...помолчи...моя голова сейчас взорвется... - бормочу я.

- Конечно, ты же упала и напилась. Точнее, сначала напилась, а затем упала, - говорит Крис и встает.

- Ч-что??? Как упала?! - вскакиваю и сразу же хватаюсь за голову. Черт, как же болит! И...это еще что? Глаза расширяются, а рот раскрывается. Шишка??? Это шишка??? На лбу??? Твою мать!!!

- Эй! Эй! Немедленно иди сюда, говнюк! - кричу и одновременно шиплю от боли.

Откуда-то из квартиры доносится его смех, и мое терпение начинает кончаться. Я вскакиваю с кровати и выбегаю за ним. Быстро спускаюсь по ступенькам и шлепаю босиком на кухню. Крис оглядывает меня снизу вверх и берет в руки чашку. На нем только пижамные штаны, но меня это мало волнует. И то, что я стою перед ним в одних трусиках - тоже.

- Говори.

Он улыбается и делает пару глотков.

- Признаюсь, что даже после пьянки и с шишкой на лбу ты прекрасна, Меган.

Я чуть ли не скриплю зубами от злости.

- Берфорт, не зли меня.

Крис удивленно поднимает брови.

- Значит, ты все-таки знала, кто я?

- Если ты сейчас не скажешь, то...

- То?

Он заинтересовано оглядывает меня и опирается о стол. Мне хочется чем-то кинуть в него, но я сдерживаюсь, вздыхаю и говорю:

- Что вчера было?

Крис наклоняет голову и криво улыбается.

- Ничего такого, кроме того, что ты напилась и упала. Потом я привез тебя к себе. Вот и все.

- Замечательно...

Поворачиваюсь и иду обратно.

- И еще...думаю, тебе стоит посмотреть на себя в зеркало и сходить в душ, - говорит Берфорт насмешливо мне в спину.

Я быстро поднимаюсь на второй этаж и захожу в ванную.

- Ч-ч-черт...

Смотрю на себя в зеркало и начинаю умываться. Не верится, что он видел меня в таком виде: потекший макияж по всему лицу, огромная гулька на лбу и кубло на голове. "До чего ты докатилась, Миллер."

Душ приводит немного в чувство. Выхожу и сажусь на кровать. Шишка на лбу огромна и ужасно болит. Это как надо было навернуться... Боже. Я роняю голову на колени и тихо бормочу:

- Вот дерьмо...

Через пару дней Монако и фотосессия, но еще страшнее Микаэлла. Она убьет меня, и Роберто тоже, если это недоразумение не пройдет за считанные дни. Я слышу шаги, но головы не поднимаю.

- Она сойдет через пару дней.

- В том-то и дело, что если эта фигня не исчезнет, то меня убьют: сначала стерва-агент, а потом фотограф... - приглушенно говорю в махровый халат.

- Сейчас 21 век, Меган, и существует куча мазей. Это всего лишь шишка.

Поднимаю голову и мрачно смотрю на него.

- Для модели это катастрофа, Берфорт, но тебе ведь не понять. Не тебе же через пару дней фоткаться для обложки Vogue.

Крис молча смотрит на меня, а я встаю, сбрасываю халат и надеваю лифчик, который лежит недалеко на кресле, как и вся моя одежда. Пусть смотрит, и хоть дыру прожжет во мне. Плевать. Натягиваю платье и засовываю чулки в клатч. Прохожу мимо него, но Берфорт останавливает меня.

- Меган, куда ты идешь?

- Пусти, - дергаю руку, но он крепко держит. Крис притягивает меня ближе и смотрит сверху вниз. Без каблуков еле достаю до его подбородка.

- Я отвезу тебя. Перестань злиться, ладно?

Молча отворачиваюсь и смотрю на серую стену. Крис отпускает меня и заходит в комнату, но я уже спускаюсь вниз, натягиваю курточку, туфли и выхожу из его квартиры.

***

Не успел начаться рабочий день, как на пороге кабинета появился Дайвиани. Я смотрел в окно и разговаривал по телефону. Маркус сел на диван и как всегда взял в руки журнал. Я закончил разговор и опустился в кресло.

- Что ж, признаюсь, ты меня удивил, - говорит друг. - Я терпел два дня, теперь рассказывай, как ты познакомился с той крошкой и почему молчал.

- Это так важно? - спрашиваю его, беру в руки документы и пробегаю по ним глазами.

- Да ладно тебе, Крис. Итак, вы познакомились...?

- В Париже.

- Ты же говорил, что не знаешь ее? - Маркус поднялся и налил себе воды в стакан.

- Я и не знал до того момента, пока ты не сказал.

- Значит...вы теперь вместе или как?

- Мы не вместе, - отвечаю и открываю папку с отчетами.

- А в субботу мне так не показалось, - говорит Дайвиани и играет бровями, насмехаясь надо мной. - Она тебя явно волнует.

Я кладу документы на стол и поднимаю глаза.

- Она не волнует меня. И что это за допрос такой? Ты подрабатываешь следователем в свободное время?

Маркус фыркает.

- Значит, если я...предположим, встречусь с ней, тебе будет все равно?

- Именно, - твердо отвечаю, глядя в его темно-зеленые глаза. Он точно мне не поверил.

Дайвиани встает и хлопает в ладоши.

- Как насчет партии в теннис сегодня?

- Может быть.

Когда Маркус уходит, я кидаю документы на стол и откидываюсь на спинку кресла, поворачиваясь к панорамному окну и глядя на возвышающиеся высотки. Она снова сбежала и теперь не отвечает на телефонные звонки. Как по-детски... Нажимаю на кнопку коммуникатора.

- Саманта, забронируй мне билет на самолет в Испанию на среду.

***

Последние три дня я выходила на улицу только утром на пробежку. Без этого никак, даже если на лбу огромная гулька. Я натягивала капюшон, чуть ли не на глаза, и бегала в Вашингтон-сквер. Остальное время у меня был включен "режим тюленя": я лежала под одеялом и смотрела фильмы. Сегодня наконец прошла шишка, очень вовремя, потому что Микаэлла точно прибила бы меня. Но она даже прибывала в духе, на удивление - это очень редкое состояние, в котором она находится не часто. Может в Нью-Йорке выпадет снег раньше времени?

Завтра я летела в Монако до воскресенья, а сейчас лежала в своей любимой кроватке с тарелкой фруктового салата и мартини и смотрела "Завтрак у Тиффани". Обожаю Одри Хепберн и старые фильмы. За эти дни я посмотрела "Красотку", "Возвращение в Эдем" и "Унесенные ветром". Ностальгия...

- Ты пишешь каждый день? - говорю я одновременно с Одри Хепберн, глядя на происходящее в экране.

- Конечно. - отвечает Пол.

- И сегодня?

- Конечно.

- У тебя красивая печатная машинка.

- Спасибо. Она ведь выдает прочувствованную эмоциональную многообещающую прозу.

- Но в ней нет ленты.

Кладу в рот кусочек манго и запиваю мартини. В дверь звонят, и я ставлю фильм на паузу. И кого это принесло? Я никого не жду. Может это Энди? Иду открывать, но это совсем не Энди, и даже не разносчики пиццы или еще кто. На пороге стоит Крис Берфорт, и я удивленно пялюсь на него. К слову, за эти дни мы с ним не разговаривали и не виделись. Он позвонил мне в воскресенье, когда я ушла, но я не стала отвечать: была зла на него и на себя, но в первую очередь на него. И вот этот тип стоит на пороге моей квартиры, как всегда безупречный и сексуальный: кожаная курточка, светлый свитер и джинсы - он напоминает рок-звезду, а не крутого известного бизнесмена.

- Э-э-э...что ты здесь делаешь?

- Что у тебя с телефоном? - спрашивает он, вместо ответа и приветствия, игнорируя мой вопрос.

- Что?

Он хмыкает и проходит в квартиру. И я его даже не приглашала. Наглости хоть отбавляй... Закрываю дверь и следую за ним. Берфорт проходит в гостиную, садится в темно-бордовое кресло и оглядывается.

- Здесь мило.

Молча стою и смотрю на него сверху вниз.

- У тебя сломался телефон?

- Нет.

- Тогда почему ты не отвечаешь на звонки?

- На звонок, - поправляю его. - И...я была занята.

Крис качает головой и криво улыбается. Да-а-а, актриса из меня никудышняя и "Оскар" я точно не получу.

- Чем?

- Тебя это не касается, - резко говорю и хмурюсь. Нет, нельзя хмуриться будут же морщины. Я пытаюсь расслабиться, но в его присутствии это плохо получается.

Он задумчиво смотрит на меня из-под бровей и водит пальцами по губам, чем очень отвлекает... Это такая уловка, чтобы запудрить мне мозги? Я вздыхаю и складываю руки на груди, принимая обороняющую позу.

- Ладно, так зачем ты приехал?

- Захотел увидеть тебя, - говорит без промедления Берфорт, и никто из нас не разрывает зрительный контакт. Тело сразу же реагирует на его слова, и внутри разливается тепло, как от алкоголя. "Нет, нельзя. Ты не должна поддаваться, Миллер. У вас был секс и все. Ты не должна чувствовать что-то к нему. Ни к кому."

- Увидел?

Его губы расплываются в самодовольной улыбке. Крис снимает курточку, и глаза пробегаются по его телу.

- Да... И ты очень милая, когда одета по-домашнему, - говорит низким с хрипотцой голосом, а по коже бегут мурашки от его взгляда. "Возьми себя в руки, тряпка!", - орет разум. Крис опускает глаза на мои оголенные ноги и потом переводит взгляд на лицо.

- И шишка прошла.

Вздыхаю и негодующе смотрю на него.

- Ладно. Ты увидел меня, да? Теперь можешь уйти?

Он поднимается, и я замираю. "Нет, нет, нет, только не подходи..." Крис делает шаг и проводит костяшками пальцев по моей щеке. Резко втягиваю воздух в легкие, которого не хватает, и отступаю назад. Глаза-ониксы щурятся, а на губах все та же томная улыбка, от которой можно с ума сойти.

- Ты разве не хочешь повторить то, что было в Париже? - его голос будто становится еще ниже и опаснее. Я сглатываю ком в горле, и в мозгу что-то щелкает. Точно. У меня не было секса больше месяца, после Берфорта я ни с кем не спала. Внизу живота начинает ныть, когда вспоминаю ту ночь. Он делает шаг, но я снова отступаю, а Крис только хмыкает. Игра в "кошки-мышки", и я тут явно не в роли кошки... Натыкаюсь своей задницей в стенку, а он упирается руками - я оказываюсь в его ловушке. Кошка словила мышку. Тяжело дышу и поднимаю на него глаза, которые метают молнии. Мне не нравится это. Не нравится, что я не контролирую ситуацию, потому что мой мозг и здравый смысл решили сходить в отпуск, а тело предает и жаждет разрядки. Сжимаю руки в кулаки, и ногти больно впиваются в кожу.

- То, что было в Париже, осталось в Париже, - выдыхаю, глядя в бездонные черные глаза. В голове красными неоновыми буквами светится надпись: "SOS!"

Он щурится и опускает голову, мягкие волосы приятно щекочут шею и ухо. Все внутри горит и разрывается на части, а сердце вот-вот готово выпрыгнуть из груди.

- Но мы можем продолжить это в Нью-Йорке, Меган, - шепчет он и прикусывает мочку. Я издаю жалобный стон и чувствую, как его губы превращаются в улыбку на моей коже. Сукин сын!

Не поддавайся.

Не поддавайся.

Но его губы такие... Такие... Крис пробегает рукой по моей оголенной ноге и обхватывает ягодицу.

Не поддавайся, Меган.

Он берет меня за подбородок, заставляя посмотреть на него. И его глаза... Они чернее ночи, в них можно утонуть. И я тону... Пальцы оказываются между моих ног, и я открываю рот, задыхаясь от наплыва чувств и эмоций.

- Ты же хочешь этого. Я чувствую, - шепчет он в приоткрытые губы, а глаза-ониксы пожирают меня. Рука продолжает делать круги, от чего живот и все тело пылает, дрожит и сводит судорогой.

Его губы обрушиваются грубо и требовательно. Крис подхватывает меня и прижимает к стенке, а я чувствую его желание. Это так дико... Дико и необузданно. Он кусает меня, я - его. Губы творят что-то фантастическое, все больше и больше распаляя огонь в теле. Я отстраняюсь и сдергиваю тонкий свитер, зарываюсь в мягких волосах цвета растопленного шоколада и притягиваю его ближе. Крис улыбается и целует мою шею. Нет, он терзает ее, а я не могу сдержать стона, который так и рвется из груди. Снимаю ненужную тряпку, которая только мешает, и прижимаюсь к нему. Наши сердца так громко бьются в унисон, что можно услышать их стук.

Тук.

Тук.

Тук.

Крис отстраняется и опускает свой взгляд.

- Я говорил о том, что у тебя идеальное тело, Меган? - шепчет он и поднимает на меня глаза полные страсти и огня.

Не помню, говорил или нет, сейчас я просто хочу его и все. Затыкаю рот поцелуем, и Крис сильнее сжимает мои ягодицы. Берфорт идет в сторону комнаты, опускает меня на кровать и удивленно смотрит в экран макбука.

- "Завтрак у Тиффани"? - спрашивает он.

- Хочешь посмотреть или мы займемся более приятными вещами? - шепчу, глядя на него снизу вверх. Крис улыбается, убирает макбук и опускается рядом со мной.

...Не знаю, сколько раз я сгорела ночью. Сгорела с ним. Глаза в какой-то момент просто закрылись, и я провалилась в блаженный сон. Кажется, Крис сказал что-то, но я не помнила этого, потому что мозг уже отключался, как и тело.

А утром, когда я проснулась, его уже не было. Только засосы на груди и шее говорили о том, что это не прекрасный сон, и все происходило на самом деле. И запах на простынях, и подушке, оно пахло теперь им: жасмином, мускусом и самим Крисом, а я вдыхала и вдыхала этот аромат. Крис ушел так же, как и я тогда в Париже.