Яд

Нью-Йорк, США

Всякий раз, когда мы сворачиваем доллар трубочкой, мы душим президента.

Мэрилин Мэнсон

Я влетаю в свою квартиру и хлопаю дверью так, что, кажется, по стенам трещины пойдут. Кидаю чемодан и падаю на кровать, прижимая подушку к гудящей голове. Таксист так странно смотрел, как будто я наркоманка и у меня ломка последней стадии; а в самолете я съела две порции лазаньи и салата, причем на калории было совсем плевать, как и на ведьму Микаэллу, которая может убить за пару лишних грамм - голод оказался зверским.

Вздыхаю и поворачиваюсь на спину.

- Вот черт...

Кажется, это слово я повторила за сегодня раз сто, а то и двести, не меньше. В голове четко вспыхивает лицо Криса и ночь на пляже. Но почему, почему сейчас, когда уже все произошло и ничего вернуть нельзя? Почему у меня нет заветной лампы и Джинна, исполняющего три желания? Почему я в тот момент не подумала своей глупой головой? Сейчас бы не грызла совесть так, что хотелось кричать от безысходности.

- Черт...

Повторяю это снова и снова - слово дня. Укрываюсь одеялом с головой и тяжело вздыхаю.

Эш Кервел не входил в планы, и секс с ним - тем более. Но самое отвратительное то, что мы делали это раза три...или, может, четыре? Я переворачиваюсь с боку на бок, отчаянно вспоминая события ночи-ошибки. У него оказалось только три презерватива (Аллилуйя!), и после третьего раза мы оба отрубились (Аллилуйя в кубе!!!). Закрываю лицо рукой и разочарованно стону. Почему я такая дура? Ну почему? И почему нельзя отмотать время назад хоть разочек? Никогда прежде ненавидела себя, как сейчас: в голове зудит голос Марии Бринк* и песня "Whore"*, которая подходит в этой ситуации более чем кстати. Сколько раз такое происходило раньше, но я ни разу не мучилась угрызениями совести, а сейчас - сама себе противна. Трава, мартини и даже Эш Кервел (УБЛЮДОК) тут ни при чем. Я сама должна была остановиться и не переходить черту, но не сделала этого. Мой телефон звонит - в который раз за последние несколько часов - и снова неизвестный номер. Наверное, это Эш. Отключаю звук, прибавляю громкости на айподе и засыпаю под орущую Марию Бринк.

***

На следующий день с утра пораньше приходит Энди. В последнее время мы с ней не так часто видимся. Она входит и встревоженно оглядывает меня, стягивая пальто и шапку.

- Что с тобой? Ты такая бледная. Заболела что ли?

Энди отдает картонную подставку с кофе из Старбакса, и мы идем на кухню.

- Ты вчера прилетела? - спрашивает подруга и садится на стул.

- Да.

- И почему не позвонила?

- Я проспала почти весь день, - отвечаю и беру в руки стакан с кофе. Он еще горячий.

- Ладно. Рассказывай, что с тобой. Я же вижу что-то случилось.

Кладу руки и голову на стол.

- Я переспала с Эшем Кервелом, - говорю убитым голосом.

- Что-о-о?! - кричит Энди и даже подпрыгивает на стуле, чуть не расплескав кофе, но потом берет себя в руки и спокойно уже говорит: - И-и-и...ты с ним переспала...но тебе не понравилось? Он плох в постели или что?

Да уж. Как это рассказать Энди - я не знаю. Может вообще не стоит ничего говорить?

- Просто этого не было в планах, - объясняю ей и смотрю в одну точку на стене. Я же сказала правду? Да.

- Но планы изменились. И что он сказал утром?

- Ничего.

- Как это? - непонимающе бормочет Энди.

Я вздыхаю, поднимаю голову и тру переносицу.

- Я ушла, когда он спал. Собрала вещи и улетела.

У подруги глаза становятся, как блюдца.

- Не понимаю тебя. И он не звонил?

- Я не знаю его номера, Энди, да и все равно, даже, если и звонил, - беру в руки стакан и делаю пару глотков. - Я же говорю, вообще не думала, что так получится.

- Да уж, - она чешет нос и подпирает щеку рукой. - А что с Берфортом? Ты почти ничего не рассказала про Испанию.

- Ничего, - равнодушно говорю и отворачиваюсь.

Энди недоверчиво косится на меня - в ней проснулся Шерлок.

- Ничего?

- Да, ничего, - жму плечами и смотрю на стакан с кофе.

- Ладно, - она убирает выбившиеся рыжие пряди за ухо. - А что будешь делать с Кервелом?

- А что мне с ним делать? - вопросительно смотрю на нее.

- Даже не поговоришь с ним?

- Нет, зачем? Это была ошибка. И не о чем говорить.

- А если вы встретитесь? - спрашивает подруга и подносит стакан с кофе к губам.

- Если встретимся, тогда будет видно.

Я об этом даже не хочу думать. Ни о Кервеле, ни о том, что произошло.

- У нас внеплановая фотосессия. Точнее, у тебя, - переводит тему Энди, чему я рада.

- Что за фотосессия?

- Для журнала L'Officiel Италия.

- Когда?

- Завтра надо лететь в Милан.

- Ладно.

- И еще перед кастингом на Нью-Йоркскую Неделю моды, тебе надо будет зайти к Микаэлле.

Я ухмыляюсь.

- Плохие новости в конце.

- Просто, чтобы ты была в курсе, - она жмет плечами и ставит пустой стакан на стол.

Мой желудок недовольно урчит, а в холодильнике ни черта нет - это я знаю наверняка, потому что редко что-то покупаю из-за своей работы.

- Может закажем пиццу?

- Что? - удивленно таращится Энди.

- Что? Я хочу есть.

- Тебе же нельзя поправляться.

Закатываю глаза и смотрю на потрясенную подругу. У нее такое забавное лицо сейчас.

- Я не поправлюсь. Пицца и фильмы, как тебе? Или на сегодня какие-то планы?

Она мотает головой.

- Никаких планов.

Я широко улыбаюсь и беру телефон.

- Тогда решено.

***

Съемки в Милане и затем во Франции - я летаю из города в город практически каждую неделю, на отдых времени нет. Вечеринки, важные мероприятия, благотворительные вечера - за всем этим постепенно забывается и ночь в Чикаго с Эшем Кервелом, и Крис Берфорт. Хотя насчет последнего не уверена: как бы не гнала мысли о нем, все равно вспоминаю насыщенные карие глаза и наши душевные разговоры. Он перестал мне звонить, что к лучшему, потому что каждый раз, видя его номер, безумно хотелось услышать бархатный и успокаивающий голос. Но вовремя останавливалась: я не могу его любить, и не должна. Надо затушить эти дурацкие чувства и эмоции еще в зародыше.

Время летит так быстро, что я не замечаю, как уже наступает февраль. День Св. Валентина проходит дома с макбуком, разными запрещенными вкусняшками, мартини и душещипательными фильмами: "Дневник памяти", "Спеши любить", "Вечное сияние чистого разума"... Лежу на кровати, уминаю пончики из "Бальтазара" и реву - все это напоминает, какую-то тупую рекламу по ТВ: "Тебе плохо? Бросил парень? Неразделенная любовь? Включи грустные фильмы о любви на День Св.Валентина и добей себя сама". Жестоко, но так и есть.

На следующий день иду в офис к Микаэлле на расстрел. В том, что я набрала вес - даже не сомневалась, но каково было мое удивление, когда оказалось, что я похудела почти на два килограмма. И это при том, что ела калорийную еду и пропускала утренние пробежки. Скорее всего помогли постоянные перелеты, переживания и нервы - это тоже иногда приносит пользу, как ни крути.

Затем начинаются кастинги и бэкстейджи* на Неделю моды. Больше всего не могу терпеть именно их: куча моделей слетается со всего мира и может пройти целый день, пока попадешь к представителям элитных брендов. Некоторым нужны блондинки, а не брюнетки, другим - фарфоровая бледная кожа, а не бронз - у всех свои идиотские требования и условия, раньше было проще попасть на тот или иной показ. Новеньким не везет вдвойне - в основном сейчас берут супермоделей, с которыми подписаны контракты.

На одном из кастингов в Париже впервые попробовала кокс. Я всегда была противницей наркотиков, но на что не пойдет человек, когда единственный выход, чтобы не загнуться от нервов, переживаний и давления - это две дорожки на крышке унитаза в туалете.

Я стояла и курила, прижавшись к холодной кафельной стене. Руки тряслись и успокоительные ни хрена не помогали: я уже несколько дней плохо спала и выглядела, как побитая жизнью моль; про синяки под глазами можно вообще промолчать - панда нервно курила в сторонке. В туалет зашла Коби, высокая и очень худощавая модель из Голландии. Она посмотрела на меня, буркнула что-то вроде "Привет" и зашла в кабинку, щелкая замком. Ее не было минут пять. Затем она вышла, подошла к зеркалу, и мы встретились с ней глазами.

- Переживаешь?

- Нет... это все усталость...

Я и правда ужасно уставала в последнее время - напряженка с кастингами и перелеты выматывали. Две стороны монеты: на одной - слава, деньги, вечеринки, легкая и беззаботная жизнь, на другой - нервы, алкоголизм и даже наркотики.

Коби прислонилась к раковине и кивнула на мою сигарету в руках.

- У меня есть средство получше.

Я затушила ее и бросила в мусорку.

- Какое?

Она полезла в сумочку и достала маленькую коробку, а я удивленно посмотрела на нее.

- Кокс, - объяснила девушка, пожимая худыми плечами, как будто говорила не о наркоте, а о конфетах. - Пошли.

Мы зашли в кабинку, из которой она вышла недавно, и Коби опустилась на корточки. Сделала две дорожки, свернула стодолларовую купюру и протянула мне. Кокс - это не травка и сигареты, это уже посерьезнее. Но тогда мне казалось, что это поможет.

И это помогло на какое-то время: чувство, что ты можешь горы свернуть и тебе все по плечу; никакой усталости, а цвета ярче и в голове свежо. Полная эйфория...

Нью-Йорк, Лондон, Милан, Париж... Вечеринки, показы, снова вечеринки и снова показы... Все проносилось перед глазами, как один день - быстро и незаметно.

В Лондоне наконец-то ненадолго увиделась с мамой. Она плакала и говорила, что я ужасно похудела. Это, конечно, ее воображение. На самом деле, выглядела я как всегда, только была ужасно бледной и не высыпалась. Жаль, что не могла побыть подольше, но ее лицо и улыбка подбадривали и спасали от угнетающих мыслей.

На Неделе моды в Париже после вечеринки, на которой я побыла всего час или полтора, потому что ужасно хотела спать, в мой номер залетела Энди с телефоном в руках и начала тыкать им в лицо.

Ее глаза возбужденно горели, а на губах играла широкая улыбка в тридцать два зуба.

- Ты должна это посмотреть.

Я устало глянула на нее и взяла телефон.

- И что там?

Экран загорелся, а мой желудок скрутило в узел - реклама для компании Криса.

Энди нажала на плей вместо меня. Я смотрела на экран и даже не моргала.

Мы с Крисом.

Он обнимает меня.

Целует мою руку.

От этого стало плохо, и к горлу начала подкатывать тошнота. Я помнила, что произошло потом - Чикаго. Ролик закончился, а я тупо смотрела на погасший экран. Энди забрала телефон из моих ослабевших рук.

- Я даже поверила, что вы влюбленная парочка на какое-то мгновение. Он так смотрел на тебя...а ты на него. Казалось, между вами и правда что-то есть, - тараторила она, как сорока, а мне становилось хуже от ее слов. Захотелось ужасно курить. Я уже не слышала, что там говорила Энди, взяла пачку сигарет и вышла на балкон.

Меня как будто прокрутили несколько раз в мясорубке - на душе мерзко и противно. За все время, пока была работа, которая отвлекала хоть как-то, я перестала себя корить и ненавидеть - что было, то было. Но это видео напомнило о том, что я нечем не отличаюсь от обычной шлюхи.

В этом бизнесе мы товар, который покупают. А товар должен быть бездушным. Я всегда себе это напоминаю. Мы в каком-то смысле шлюхи. Ты и я. Только шлюхи торгуют своим телом, получая за это деньги, а мы торгуем лицом и своей внешностью.

Слова Эша больно врезались в память. "Да, никаких эмоций, Меган. Эмоции мешают."

***

В Нью-Йорк я возвращаюсь опустошенной, уставшей и выжатой, как лимон. Единственное, чего хочется - выспаться. Но еще надо пережить вечеринку, которую устраивает ежегодно в марте DNA Model Management, а она уже завтра. И мне совершенно не хочется туда идти. "Но это завтра, а сейчас я просто отключусь и наконец-то посплю, как человек."

Следующий день начинается с пробежки, от которой я в последнее время отвыкла, но расслабляться нельзя, надо возвращаться в прежний ритм и не быть размазней. На улице солнце и день обещает быть хорошим. Я включаю музыку и направляюсь в Вашингтон-сквер.

День пролетает незаметно за подготовкой к вечеринке. Она запланирована на вечер. Звоню знакомому стилисту, и он делает из меня человека: волосы блестят и уложены, лицо приобрело здоровый оттенок (наконец-то) и сделан макияж, последний штрих - платье. Достаю то, что успела приобрести в Париже совсем по смешной цене. Оно обычное, чуть выше колен, но смотрится эффектно: золотистая ткань плотно облегает тело, как вторая кожа, а слева вырез. Я смотрю на себя в зеркало и улыбаюсь. Да, сегодня можно даже позволить себе расслабиться, после всех показов и перелетов.

Такси останавливается возле известного ресторана в Верхнем Ист-Сайде. Вход уже облеплен папарацци, напоминающими жужжащий улей пчел - вечеринка DNA Model Management важное событие года. Позирую несколько минут, чтобы они отстали от меня, и захожу внутрь. Зал заполнен гостями, прибывающими каждые пять минут; прохожу и улыбаюсь, здороваясь с теми, кого знаю. Беру на баре бокал с мартини и обращаю внимание на сцену: там поет девушка с очень красивым голосом, а ее слова проникают сквозь меня, оставляя грустный осадок.

С тобой я вкусила то,

Что для меня ни с чем не сравнимо,

Могу поклясться. Надеюсь,

Я переборю эту лихорадку.

Знаю, иногда я кажусь сумасшедшей,

Ошалелой, опьянённой любовью.

Положа руку на сердце, я молюсь о том,

Чтобы пережить всё это.*

Завороженно слушаю, не обращая внимания на снующих постоянно мимо людей.

- Можно пригласить Вас на танец?

Перевожу глаза на мужчину с приятной внешностью и открытой белозубой улыбкой. Согласно киваю, и мы вливаемся в поток танцующих пар.

- Прекрасный вечер, как считаете?

Неоднозначно отвечаю ему - собеседник из меня сегодня никудышный, да и желания заводить знакомства нет. Мы перебрасываемся парочкой незначительных фраз пока танцуем, а глаза останавливаются на высоком шатене. Очень знакомом и обезоруживающе красивом шатене. В ушах шумит и, кажется, я сейчас рухну на этот отполированный до слепящего блеска пол. Крис стоит с какой-то высокой девушкой, одетой в серебристое длинное платье, рядом с ними Дайвиани и еще какой-то мужчина. Они о чем-то оживленно разговаривают и смеются. Я извиняюсь перед недоумевающим партнером, имени которого даже не запомнила, а может он и не говорил его, и иду в другой конец зала, где было бы удобно наблюдать (шпионить). Хочется ужасно покурить и хоть немного успокоить разбушевавшиеся нервы, но тогда придется проходить мимо них. Поэтому я могу только стоять, как на иголках, и испепелять "парочку" взглядом, полным ненависти.

Кажется, у Криса новая игрушка. Он спит с ней? В голове уже куча вопросов, на которые нет ответов. Я слежу за ними, как ястреб за своей добычей, от чего желание подойти к нему и все высказать прямо у всех на глазах становится паранойей. Крис обнимает ее (сучку) за талию и целует в щеку, а его спутница (сучка) кладет голову ему на плечо и что-то говорит. От увиденного внутри холодеет, а руки начинают предательски дрожать. Конечно, за два месяца, которые мы с ним не виделись, у него кто-то появился. Еще бы...

Мимо меня проходит официант с подносом, и я хватаю бокал, быстро выпивая содержимое. Разочарованно морщусь. Черт, шампанское: утренней головной боли не избежать и меланхоличного настроения тоже. Глаза, как приклеенные, наблюдают за Крисом и той девушкой (сучкой). Они выглядят счастливыми, и не скрываются, как это делали мы. Внутри становится паршиво. Хочется убежать и не видеть его улыбки и блестящих глаз. Они идут в сторону выхода, и я быстро направляюсь к окну: ко входу подгоняют черную блестящую машину, все четверо садятся в нее и уезжают в неизвестном направлении. Я отворачиваюсь и тереблю край платья, глядя непонятно куда бездумным взглядом. Ужасно хочется напиться и забыться. Забыть Криса Берфорта и его новое увлечение. Забыть, как он ее обнимает и смотрит...

Ненавижу.

Ненавижу то, что он до сих пор заставляет мое сердце биться быстрее и желать его.

Ненавижу себя за эту слабость. Слабость под названием Крис Берфорт.

*Мария Бринк - американская певица и автор песен. Известна как вокалистка американской метал-группы In This Moment;

*Whore(англ.) - блудница, шлюха; название одной из песен группы In This Moment;

*бэкстейдж - действия, процессы, которые не видит зритель - «за кулисами», «за сценой», «за кадром»;

* слова из песни "The Heart Wants What It Wants" Selena Gomez.