Оковы любви [Le catene dell'amore]

Я вернулась домой ближе к полуночи, злая, уставшая и слегка победоносная. Как раз в том состоянии, когда тебе хочется лечь в душ и там же умереть.

Поднимаюсь по лестнице, как древнеримская статуя: с рюкзаком, без души. Всё вокруг тихо, что радует — никто не орёт, не дерётся, не истерит во время романтической ссоры будто в дешёвом ром-коме, в общем, жильцы у нас приличные. Пока что.
Открываю дверь, захожу.

Свет выключен — Сара уже спит.

В зале мигает лампа, как последняя надежда студента перед экзаменом.

Я дохожу до своей комнаты, открываю дверь и...
СТОП.

На моей кровати стоит огромный букет красных пионов.

В чёрной коробке. С белой ленточкой. Как в рекламе духов для миллионерских любовниц.

Я моргаю. Потом снова. Цветы всё ещё там. Не глюк.

— Ага. Угу. Отлично. Теперь я в дешёвом триллере.
Я выхожу, как лунатик, и ломлюсь в комнату Сары. Врубаю свет.

Сара дёргается, как припуганный кот.
— Ари, блин! Что за фигня?!

Я подлетаю, хватаю её за плед и начинаю трясти.
Мне срочно нужен взрослый. Ну или хотя бы вменяемый свидетель.

— Ты... ты купила мне цветы? Пионы? Которые стоят, как половина нашей аренды? Если да — я польщена. Если нет — ЗВОНИ В ПОЛИЦИЮ.

Сара щурится:
— Какие, чёрт побери, цветы? Я не трогала твой гробик!
— Ну, значит, пока ты храпела, как морж в отпуске, к нам забрался кто-то, сделал небольшой тур по квартире и ОСТАВИЛ мне цветы. Видимо, чтобы компенсировать нарушение границ хорошим вкусом.

Сара подлетает к двери, я плетусь за ней — уже с крестообразно сложенными руками и лицом "я устала, вызывайте экзорциста".

Мы заходим.
Сара замирает, глаза округляются, как будто она только что увидела живого Джонни Деппа.

— Рот закрой, муха залетит, — бурчу я и прохожу к кровати.
Оба стоим у букета, как будто это бомба с таймером.
Я беру записку. Читаю вслух:
"Мой ангел, ты была прекрасна, танцуя в темноте.
Но не стоит ходить одной ночью.
— Д.С."
...
ЗАМЕЧАТЕЛЬНО.
Романтика уровня «маньяк с претензией на поэзию».
Сара выхватывает записку, как будто та ядовитая.
— СТАЛКЕР?! — визжит она. Я чуть не сломала шею от испуга.
— Да, сталкер, но с чувством вкуса. Не какой-то там "я в подвале рисовал твой портрет из кетчупа", а прямо "я смотрел, как ты танцуешь, и заказал букет в три своих зарплаты".
— Ари, ОН БЫЛ В НАШЕЙ КВАРТИРЕ!
— Ага. Пока ты спала. И, судя по всему, дал себе экскурсию по нашему гнёздышку. Приятного, блин, проживания.

Я хватаю этот подозрительно стильный букет, иду к выходу. Сара за мной, с лицом «мы все умрём».

На улице, не думая дважды, я швыряю это флористическое проклятье в мусорный бак.

Красиво, с драмой, как в мексиканском сериале.
Разворачиваюсь на каблуке и топаю обратно.
Запираю дверь. Проверяю замки трижды. Потому что ну а вдруг.

Сара смотрит на меня так, будто я виновата в том, что привлекла цветочника-убийцу.

— Это реально крипово, Ари. У тебя хоть одна догадка есть, кто это был?
— Вообще-то нет. Но на всякий случай: если я умру — пусть меня хоронят без макияжа. Это будет моя финальная месть обществу.
— А может, это был... Медведь?
Я зависаю.
— Ты думаешь, что мистер "Я убиваю взглядом" решил поиграть в Купидона? Серьёзно?
— Ну... он на тебя пялился. Много. Но как-то не мерзко. Скорее... с выражением "если кто к ней подойдёт — умрёт".
— Романтика в стиле "омертвел от ревности". Прекрасно.
— А может, он и не человек вообще? А демон?
— Сара, я устала, я голодная, и мне уже плевать. Завтра выясним. А сейчас... я спать.
— У тебя в комнате только что был человек, которого мы не знаем!
— И что? Пусть возвращается и найдёт мою бессознательную тушку в пуантах. Может, тогда испугается и уйдёт.

Я пошла в душ, смыла с себя весь день, стрессы, пот и остатки веры в человечество.
Зашла в комнату, увидела, где стоял букет — и по коже побежали мурашки.
Сделала глубокий вдох. Нет. Не думать. Спать. Жить. Не сойти с ума.
Пошла к Саре.
— Я сегодня с тобой.
Она обняла меня, как мамочка-утка.
— Сладких снов, Ари.
— Если нас ночью не зарежут — сладких, Птенчик.

Конец главы