Part 24 18+
Руслан вздохнул, зная, что оттягивать момент правды больше нельзя. Он почувствовал тяжесть ответственности, лежащую на его плечах – он должен был быть честным, но в то же время щадящим, чтобы не сломить ее окончательно.
- Ты выпила таблетку, - начал он осторожно, стараясь подобрать слова. – Тебе стало плохо... Ты стала... раскованной. Очень раскованной. Ты вела себя... не так, как обычно.
Он замолчал, собираясь с духом, чувствуя, как ком подкатывает к горлу. Ему было тяжело произносить эти слова, описывая то, что она делала, зная, как это ее ранит.
- Ты начала раздеваться, - продолжил он, избегая ее взгляда, фокусируясь на рисунке обоев на противоположной стене. – Говорила... говорила вещи, которые обычно не говоришь. Что хочешь меня. Ты трогала меня... очень настойчиво. Обнимала, облизывала мою шею... ты тянулась к моим штанам, но я вовремя тебя остановил. Ты клала свои руки на свое тело, словно призывая меня последовать за ними...
Он сглотнул. Ему было трудно говорить.
- Ты опустилась на колени... - голос его дрогнул, и он запнулся, не в силах продолжить. Он закрыл глаза, вспоминая ее искаженное страстью лицо, ее руки, тянущиеся к нему. – Ты утыкалась носом в мою ширинку... пыталась... пыталась отсосать мне. Ты понимаешь, к чему я.
Тишина, последовавшая за его словами, была оглушительной. Он боялся открыть глаза, боялся увидеть ее реакцию. Он слышал только ее прерывистое дыхание.
Наконец, она тихо прошептала: - Боже мой...
Руслан открыл глаза и посмотрел на нее. Ее лицо было белым, как мел. Глаза, еще недавно полные слез, теперь были широко раскрыты в ужасе. Она смотрела на него, словно не видела, ее взгляд был направлен куда-то внутрь себя, в этот кошмар, который она пыталась вспомнить и осознать.
Она провела рукой по волосам, словно пытаясь стряхнуть с себя грязь. Ее губы задрожали.
- Нет... - прошептала она, качая головой. – Этого не могло быть. Я... я не могла так себя вести.
- Ты была не в себе, - сказал Руслан, стараясь говорить мягко и убедительно. – Это был наркотик. Ты не контролировала себя.
- Но... - она снова покачала головой, ее глаза наполнились слезами. – Я... я всегда так осуждала таких девушек. Которые напиваются и... делают всякое. А теперь... а теперь я сама такая.
Она обхватила голову руками и заплакала, ее тело содрогалось от рыданий. Это были не просто слезы – это был крик души, крик отвращения к самой себе, от осознания того, что она сделала, от страха перед тем, что произошло.
Руслан не знал, что сказать. Он просто сидел рядом и ждал, пока она выплачется. Он понимал, что ей нужно время, чтобы пережить этот кошмар. Ей нужно будет переосмыслить себя, свое поведение, свои ценности. И он надеялся, что сможет ей в этом помочь. Но сейчас, все, что он мог сделать – это быть рядом и показать, что он ее поддерживает.