Часть 5.
Спускаюсь в подвал, и мой взгляд сразу же падает на дрожащую девушку. На ее голове мешок. Видимо парни одели его, чтобы она не видела место, в котором мы находимся.
Её руки связаны за спиной, нога цепью прицеплена к колышку, вбитому в бетон.
Здесь стены каменные, потолок белый, штукатурка с него осыпается. Полы просто бетонные. Мы не особо заморачиваемся над этим местом. Но в других комнатах подвала все выглядит получше.
Следом за мной заходит Остин, но я поворачиваюсь к нему и взглядом даю понять, что он здесь не нужен. Вместе с ним из комнаты выходит ещё и Райан.
От звука моих шагов девушка начинает дрожать ещё сильнее. Я подхожу ближе, стягиваю с её головы мешок и замираю.
Эстер...
Её светлые волосы растрёпаны, тушь смазалась от слёз. Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами, а я... а я лишь стою и смотрю на неё.
Значит её парень украл у нас наркоту.
Но ведь Эстер была в колледже. Как мои парни выловили её оттуда?
Её рот приоткрывается. Словно она хочет сказать что-то. Но не может. Слова застряли в горле.
— Тогда всё ясно. — говорю спокойно.
Обхожу сестрёнку и опускаюсь сзади неё на корточки, развязывая её руки.
— Картер... Что ты тут делаешь?.. — шепчет она, разминая запястья.
Я усмехаюсь.
Даже не знаю как ей всё объяснить. Просто так вывалить? «Эстер, сестричка, твой братик торгует наркотой, а твой любимый паренёк украл у него целую поставку.» Это бред.
— Ну вот. Ты мне лучше расскажи как ты тут оказалась. — я знаю как, но хочется услышать это от неё.
Она встаёт, оступается и чуть ли не падает, но я успеваю подхватить её.
— Ну... Я шла на обеде в магазин, чтобы купить что-нибудь поесть, потому что в колледже сегодня какая-то хрень. Там за углом меня схватили какие-то парни. Я пыталась вырваться, но не получилось. И вот теперь я тут.. — она всхлипывает.
Я веду её в свой кабинет. Не хочу разговаривать с ней с подвале.
Как только мы отказываемся в моём кабинете, я сажаю её на кожанный диван, подкатываю свой стул и сажусь перед ней.
— Ты знала, что твой Оливер наркоша? — не колеблясь спрашиваю.
Её глаза расширяются. Взгляд бегает по кабинету, словно она хочет скрыться от моего взгляда.
— Смотри на меня, когда я разговариваю с тобой. — от мягкости в моём голосе не осталось даже и слова.
Она вздрагивает от моего тона, а затем переводит взгляд на меня и кивает.
— Я знала. Он рассказал мне это вчера. Мы с тобой встретились как раз после разговора с ним.
— Мг. И где он сейчас? — опираюсь локтями на свои колени.
— Я не знаю. Правда не знаю. Он мне сказал лишь о том, что у него сейчас проблемы.
Наступает пятиминутная тишина. Я думаю о том, что нам стоит делать. Но эту тишину прерывает Эстер.
— А что ты тут делаешь?
Я вздыхаю. Она теперь не отстанет от меня, и это плохо. Лишние уши, лишний человек, который будет знать о моей деятельности.
Но мне хочется надеяться, что я спокойно могу рассказать ей обо всём.
— Я работаю тут. Это всё помещение моё. Извини, не знал, что ты девушка того самого ублюдка, который украл у меня поставку. Если бы знал, то тебя бы доставили с комфортом.
Она удивлена. Снова наступает тишина. Эстер переваривает информацию, которую я ей сказал. А я думаю, что надо делать.
В голову приходит идея. Очень подлая идея. Я могу ненавидеть себя за такие мысли. Но от этого я ведь ничего не потеряю, верно?
Ухмылка расплывается на моём лице.
— Вишенка, как ты думаешь, твоей матери понравится, что ты водишься с наркоманом? — облизываю губы, скользя взглядом по блузке, которая идеально прилегает к её груди.
Она хмурится. Не понимает. Не верю. Она всё прекрасно понимает, понимает, что я придумал. Возможно понимает не до конца, но это вопрос времени.
— Я не думаю, что ей понравится. Домашний арест, никакого телефона и вообще любых гаджетов. Берёшься за учёбу. — я усмехаюсь, и хочу продолжить перечислять то, что её мать может запретить ей. Но Эстер перебивает меня.
— Не понравится... — она произносит тихо, неуверенно.
Я улыбаюсь. Хищно. Зло. В её взгляде я вижу проблеск страха.
— Вот именно. Так что я могу кое-что преложить. — подпираю подбородок сцепленными руками и внимательно смотрю ей в глаза.
Она поджимает губы. Думает. Думает, стоит ли ей соглашаться. Но я уверен, что она хорошая девочка, и согласится.
— Что за предложение?
Улыбка снова перерастает в ухмылку.
Это ужасный поступок. Я сам буду судить себя за это. Но сдержаться не могу.
— Давай так. Как только Оливер объявится, ты сообщишь мне. Сразу же. — она кивает, а я продолжаю. — И ещё кое-что. Раз уж ты не хочешь, чтобы твоя мамочка узнала о твоих отношениях с наркоманом, ты будешь умницей, и будешь делать то, что я тебе скажу. Всё просто, верно?
Она смотрит на меня. В её глазах мелькает недоверие, проблеск страха. Но затем она кивает. Соглашается на мои условия.
И она даже не знает, что её ждет.
Она согласилась спуститься в ад. Согласилась стать моим личным демонёнком. Это возбуждает меня. Её послушание вызывает во мне гордость. Мама воспитала её хорошей девочкой.