Monsta.com: Повышение без возврата

Наверное, этот гул никогда не утихает. Стук десятков каблуков туфель или подошв ботинок. Голоса, оклики и шепотки, которые разносятся на вокзале каждый божий день. Хотя сейчас людей должно быть гораздо меньше, чем утром и вечером.

Я подняла голову от телефона и направила взгляд так высоко, как только смогла. Здание было реконструированным, но очень старым. Центральную станцию Токио построили еще в начале прошлого века. Красный и белый кирпич, европейский стиль. Злые языки поговаривали, что архитектор вдохновлялся вокзалом Амстердама. Теперь же станция разрослась до лабиринта наземных и подземных платформ и галерей с магазинами, закусочными и барами. Мне оставалось лишь благодарить неизвестного связного, что он все-таки написал смс-сообщение о том, что будет ждать нас внутри северного входа Маруноути. Потому что иначе мы никогда бы не смогли его найти ни с цветами, ни без – слишком уж тут все запутано. Хотя неизвестный попросил сразу же удалить сообщение после прочтения. Что ж, в этом определенно был смысл.

Изнутри здание больше напоминало не вокзал, а дворец средней степени роскошности. Мраморный пол с узором, похожим то ли на стилизованное солнце, то ли на колесо со множеством перемычек. Из него поднимались восемь серебристых граненных колонн, которые поддерживали балкон второго этажа, над которым вырастал еще один. Все это замыкалось в восьмигранную широкую башню. Стены бледно-желтого оттенка и купол обильно украшены лепниной в форме цветов и голубей. Но кроме небольшого числа туристов, снимающих внутреннее убранство на любительские камеры, почти никто не обращал ни на что внимание.

Уже минут пятнадцать я расхаживала по залу, делая вид, что восхищаюсь его красотами. Никакого официального костюма, только джинсы, майка и рубашка сверху. Наряд должен был производить впечатление легкой небрежности, чтобы черная кепка не выглядела инородно.

Я опустила руку с завернутым в бумагу букетом лилий на бедро. Никогда не любила их запах. Слишком сладкий и терпкий одновременно. Но это мой отличительный знак, чтобы куда-то запропастившийся связной мог меня заметить. Оставалось надеяться, что, в случае чего, меня будет трудно идентифицировать как Кристанну Джозефсон. Айрис хорошенько поработала надо мной. Почти повторила вчерашнюю «маску», созданную для концерта визионерами из команды «Вайолетс». Сделала из меня блондинку с вытянутым лицом и тонкими усредненными чертами. Вот только у нас не было магического каффа, чтобы закрепить результат надолго.

Нервозность точила меня изнутри, заставляя обвести взглядом зал и наблюдать за терминалами и кассами по продаже билетов.

Мимо прошла женщина. Она держала за руку девочку лет пяти с розовым рюкзаком за плечами. Малышка что-то напевала на ходу и второй рукой прижимала к груди небольшую мягкую игрушку. Нечто похожее на помесь черного дракона и кошки.

Только мать заняла очередь в кассу, как девочка, посмотрев на игрушку, вдруг расплакалась. Женщина с обеспокоенным лицом присела рядом и стала что-то взволнованно спрашивать у дочери. Та только трясла головой и продолжала плакать. Почему-то я пристально смотрела на них и не могла оторвать взгляд. Из глубины души поднимался безотчетный страх. Словно укол непонимания и растерянности.

Как в кадре из кинофильма чья-то рука протянула малышке точно такую же драконо-кошку, только серебристо-серого цвета. И я не сразу поняла, что рядом с ними, наклонившись, стоит Джен. Айрис поработала и над ее лицом, чтобы сделать похожей на азиатку.

Одетая в джинсы и свободный свитшот, подруга по-доброму подмигнула, и девочка перестала плакать, дрожащей рукой принимая вторую игрушку назад.

– Arigato... oneesama! – со всхлипом выдавила девочка.

«Спасибо, старшая сестренка!»

Я невольно улыбнулась. Дженнифер и для меня была кем-то вроде старшей сестры. Видимо, устав слоняться по вокзалу и делать вид, что знать меня не знает, она решила встать рядом с очередью, чтобы изучить карту публичной транспортной системы Токио над кассой. Мать ребенка благодарно кивнула девушке и отвернулась к кассе, а малышка продолжала с любопытством изучать Микел. Постепенно на ее лице появлялась немного неуверенная улыбка. Дженнифер ответила понимающим кивком.

Я словно ощутила знакомый укол растерянности.

«Изредка официальное прошение о браке может помочь ситуации...» – в голове зазвучали слова Драйдена, сказанные после шоу за кулисами.

Теперь я понимала, что это было за странное чувство. Сколько бы ни уговаривала себя, что его слова ничего не значат, глупо было отрицать очевидное. Брак для Драйдена означает не совсем то же, что для меня. Он вместе с доком занимался созданием зелья для блокировки вампирской сущности, а значит хотел семью и... детей.

Меня передернуло, будто где-то рядом раздался скрежет металла о металл. Я не чувствовала себя готовой ни к чему подобному. Мне всего двадцать один год! Я не проживала пару десятков жизней! Все во мне сигнализировало о том, что я не подхожу для этой роли. И уж точно никогда не стану идеальной супругой. Такой, как того требует положение Драйдена. То есть, я никогда не буду... кем-то вроде Изабель.

Вот уж нет! Да и о каком браке может идти речь, если я даже не знаю, насколько мы подойдем друг другу в... Да во всем!

Я шумно выдохнула и виновато опустила взгляд на лепестки лилий, выглядывающих из свертка. Не стоит себя так вести. Не стоит об этом думать. Сейчас меня должен заботить только связной и информация, которую он передаст. «Мыслестраданиями» займусь позже! И желательно, когда судьба миров будет определена, а Юрген Вульф отправится в отставку или... за решетку.

Я снова начала медленно изучать вокзал и людей вокруг. Скользнула взглядом по двум служащим станции в белесо-голубых рубашках и черных фуражках. Рации для переговоров крепились к правому плечу, но у мужчин не было оружия. И даже кобуры. Отчего-то это насторожило меня и даже расстроило. В этой стране все привыкли к безопасности.

Краем глаза я заметила, что ко мне, пересекая зал, приблизилась фигура в длинном черном плаще. Невысокий худой мужчина с каштановыми аккуратно подстриженными волосами, которые выглядели встрепанными. Впрочем, под плащом он был одет как самый обычный офисный клерк – белая рубашка, костюмные брюки, черный галстук. Темные раскосые глаза мужчины с опаской поглядывали по сторонам. На бледном почти европейском лице мне почудились капли пота. Было в его движениях что-то пружинистое и дерганое.

Мужчина замер в паре метров от меня, а потом так же внезапно шагнул навстречу, протягивая ладонь для рукопожатия. Я повернулась к нему, кивнула и вытянула руку в ответ. Он почти отчаянно схватил ее, а потом накрыл второй ладонью.

Незнакомец посмотрел мне в глаза. И я увидела в них обреченность и проблеск мольбы. Дыхание неизвестного было рваным. Тупая пульсирующая боль начала разливаться у меня под лопаткой, но и она не принадлежала мне.

– С вами все... – начала я и почувствовала, как что-то теплое тонкой струйкой мазануло меня по ладони.

Быстрый взгляд вниз. Из рукава черного плаща вытекала темная кровь. Мои брови поползли на лоб.

– Вы... – прошептал мужчина со свистом, – надеюсь, вы знаете, что делаете...

Из рукава плаща выполз крохотный механический жук с фиолетовым камнем на спине, перебежал на мою руку и быстро поднялся вверх по рукаву рубашки, чтобы скрыться из вида на плече. Холод металлических лапок пронзил болью у основания шеи. И я вскрикнула, но так и не поняла, из-за жука, или потому что связной начал оседать на колени на мраморный пол.

Дорожка из редких капель крови. Она вела в зал от самого северного входа в вокзал. Я не успела заметить ее сразу. Только сейчас в ноздри ударил знакомый запах железа. Его было трудно распознать за тысячами ароматов станции. На согнувшейся спине мужчины под лопаткой плащ прилип к телу. Как темная клякса.

Зал пронзил женский крик. Я вертела головой по сторонам, точно в замедленной съемке смотря, как ко мне спешат смотрители станции – тучный мужчина в возрасте и тощий парень. Связной ранен, но, возможно, ему еще можно помочь. Все будет хорошо, только нужно придумать достоверную легенду...

Но, Боги, если на него напали... Только бы со Стеф было все в порядке. С ней и с ее ребенком.

Первые отголоски паники заставили меня нервно озираться. Мой взгляд зацепился за арку, ведущую прочь из здания на улицу. Она выходила на пешеходный переход через широкую улицу, к стоянке автобусов. Там что-то происходило, люди отпрянули в стороны, а белый автобус с рекламными баннерами вдруг резко вырулил из стройного ряда и, набирая скорость, полетел ко входу в вокзал.

У меня в ушах раздался тонкий сверлящий звук. Ровно за секунду до того, как автобус протаранил прямоугольную арку входа. Она, как и соседняя арка, вмиг обрушились, перекрывая путь на улицу. В стороны брызнули осколки. Облако серой пыли на несколько секунд обволокло кабину автобуса и лобовое стекло. Удары сердца звучали в ушах, как сошедший с ума метроном. Это заглушало крики людей.

Рядом с кассой Джен схватила за руки мать девочки с дракошками и заставила их опуститься на пол и прижаться к стене под окном кассы. Отгородила их рукой от зала.

Согнувшийся передо мной связной закашлялся. Не понимая, что делаю, на уровне инстинкта, я коснулась его плеча и поняла, что ткань плаща под моей рукой была влажной от крови.

Меня охватил приступ парализующего страх. Перед глазами встала полуразрушенная главная улица Клифтона. И тело. Распростертое тело фермера Роджера Мортона, который искренне хотел помочь мне и Драйдену.

Нет! Очнись, Джозефсон! Нельзя еще раз допустить что-то подобное! Но я... не имею права применять свои силы на территории другой страны без разрешения Комитета.

Тем временем ногой в черном ботинке кто-то изнутри вышиб треснувшее лобовое стекло врезавшегося в вокзал автобуса. От другого пинка открылась дверь водительской кабины. И как в сюрреалистическом кошмаре, из искореженного железного нутра стали быстро выпрыгивать люди в черных костюмах и фантасмагорических масках. Как только первый ужас отступил, я поняла, что вижу несколько заключенных в резину растиражированных образов. Зеленокожая с жабрами голова Твари из Черной лагуны, две серых волчьих оскаленных морды, перебинтованное лицо мумии, маска Дракулы, повторяющая внешность актера Бела Лугоши(2), и испещренное шрамами пугающее лицо чудовища Франкенштейна.

Это какая-то идиотская шутка? Они выглядят как монстры из старых фильмов ужасов студии «Юниверсал». Но тут волна из запахов и образов захлестнула меня. Как минимум трое из них не были людьми.

Они все были с оружием, кроме «Франкенштейна». Несколько пистолетов и пара узи. Я не успела даже сделать вдох, как нападавший в маске Дракулы поднял ствол и первым открыл огонь в мою сторону.

Я видела все. Лица смотрителей станции, когда последний момент жизни застыл в их глазах. Застыл навсегда. Как пули прошили спину неизвестного мне связного и прошли сквозь мою грудь и живот. Ладонь инстинктивно коснулась расплывающегося красного пятна на одежде. Помню, как реальность моргнула серым цветом, а я завалилась на бок и ударилась о мраморный пол щекой.

Кепка слетела с головы. Изогнутые лепестки белых лилий осыпались вокруг. Прежде чем сознание покинуло меня, я увидела, как Джен и женщина с ребенком жмутся к стене с парой десятков других незнакомых мне людей. И как «Франкенштейн» вышел на середину зала, и с размаху впечатал кулаки в мрамор. Земля подо мной дрогнула, и я отключилась.

Время прекратило свой ход, оставляя меня в окрашенной вспышками боли темноте. Как клетка. Клетка, из которой нет и не может быть выхода. Бесконечное ничто.

Я не знала, сколько это продолжалось, пока носок чьего-то ботинка не ткнул меня под ребра, заставляя перекатиться на спину и раскинуть руки.

– Что э-это за де-е-евка? – голос говорил на английском с грубым растянутым произношением. Будто молодой Шварценеггер, только под наркотой. – Знае-е-ешь ее?

Ответом его не удостоили.

– Ды-шит? – спросил все тот же голос.

– На-а-а, – эхом протянуло еще одно существо, стоящее рядом. Видимо, это означало «нет». – Но пахнет странно...

Перед глазами начали медленно выступать из темноты два склонившихся надо мной силуэта. Здоровенный громила «Франкенштейн» и «Дракула». В одном бурлила какая-то примитивная плохо контролируемая магия, я это чувствовала. В другом – кровь вампира, но слабая. Полукровка или квартерон. Поэтому он выбрал себе такую маску.

Как в некачественной монтажной склейке точка обзора резко сменилась. Я увидела нападавших со спины, точно за секунду оказалась там. Но все было совсем не так. Мое тело все еще лежало перед ними в луже крови. Светлые волосы разметались вокруг головы и, казалось, даже чуть порыжели на концах.

Скорее всего, магия иллюзий способна поддерживать образ лишь на живом объекте. А сейчас меня вряд ли можно было назвать таковой. Впрочем, умирать было не впервой. На том свете я бывала, но меня оттуда «попросили» и назад не пускали. Если бы только время не работало против нас с Джен и всех людей на этом чертовом вокзале...

К двоим преступникам уверенной походкой победителя подошел тот, кто, кажется, был у них за главного. Один из «Волков». Высокий и крепкий.

Он неспешно взглянул на мое тело, потом на лежащего рядом связного и смотрителей станции.

– Обыскать. Всех четверых. Тщательно.

Кто они такие и чего хотят? Если эти ублюдки ищут жучок, то кто их сюда послал? Вульф? Или кто-то другой?

Дерьмо! Стоит им забрать его или уничтожить, и все будет напрасно. Гибель этих людей и расследование Стеф обернутся ничем!

«Дракула» присел на колено рядом. Каким-то странным почти заботливым жестом откинул пряди с моего лба, бесцеремонно взяв за подбородок, повернул голову сначала в одну сторону, а потом в другую. Перчатки на его руках спасли меня, не дали раскрыть настоящую личность.

Но я не ощутила этого. Я вообще не ощущала никаких прикосновений.

Что это было сейчас? Он так ищет жучок? Или пытается понять, кто перед ним?

– Yamete! – то, что начиналось, как отчаянный вскрик к середине фразы превратилось в слабый, но отчаянный шепот. – Ku-da-sai...

На секунду меня пронзило огнем и красными вспышками. Я будто на расстоянии почувствовала боль в мышцах. Это кричала Джен.

«Прекратите, пожалуйста...»

Все преступники разом повернулись в ее сторону. Микел так и сидела вместе с женщиной и девочкой. В окружении десятков напуганных, сложивших руки за головой или обнимающих собственные колени людей.

Она говорила что-то еще. Сбивчиво, глотая часть слов, но при этом заискивающе. Видимо, пытаясь сделать свой акцент менее заметным. Я частично разобрала только слово «kodomo». Ребенок, дети...

Наверное, Джен просила убрать тела и не пугать детей, потому что дрожащей рукой девушка указала на еще одну семью с ребенком. Мальчик лет десяти обхватил шею матери и пустым взглядом следил за тем, как «Дракула» шарит руками по карманам в моих джинсах, а потом и в плаще связного.

Я не знаю, делала это Джен осознанно или нет, но она выигрывала мне время и пространство для маневра. Действовать открыто нельзя, иначе кто-то еще может пострадать.

Высокий «Волк» медленно пересек зал, подошел к группе заложников и остановился рядом с «Мумией», направлявшим оружие на людей. Прямо напротив Микел. Все, даже самые тихие, всхлипы сменились гробовым молчанием. Он долго смотрел на Джен, в ее полные мольбы глаза, а потом дважды прерывисто кивнул и обратился к своим:

– Заберите тела в служебное помещение! Делайте, что хотите, ищите, где хотите, только найдите это...

Мужчина повернулся, поднял с пола за ручки объемную черную сумку и кинул ее второму «Волку». Тот был ниже и заметно худее, однако с легкостью поймал сумку и прижал к себе в каком-то опасливом жесте. Он вообще отличался от них всех. Единственный, кто манерой держаться не походил на наемника или преступника. Был как будто не с ними, но стоял посреди зала рядом с «Тварью из Черной лагуны».

Главарь посмотрел на «Дракулу».

– Есть что-нибудь? – требовательно спросил он.

Его подельник поднял в воздух руку с двумя зажатыми телефонами и помахал ею из стороны в сторону. С моей Моти и черным старым аппаратом погибшего связного.

Высокий «Волк» мотнул головой в сторону входа в пункт охраны.

– Отследите, что сможете. Франки, ты нужен мне здесь. Возвращайся, когда поможешь этим двоим.

«Франкенштейн» что-то заторможено прогудел в ответ и в мгновенье ока взвалил себе на одно плечо мое тело, а на второе – связного, которого направила сюда Саманта.

Мир перед моими глазами встряхнули, а изображение зала будто наклонилось набок. Странная тяжесть сдавила меня в области груди и потянула за амбалом «Франки». К своему телу.

Нас пронесли мимо заваленных здоровенными кусками стен и точно зацементированных в одно целое турникетов, ведущих в торговые галереи и к поездам. Тех, кому не посчастливилось быть у касс, забаррикадировали здесь, в этой части здания. Отрезали со всех сторон. Что происходило за завалами, я боялась даже думать. Но нагромождения мрамора, металла, кирпичей и кусков штукатурки не выглядели естественными. Это сделал «Франкенштейн», когда запустил волну дрожи под землей?

Теперь я увидела, как безвольно болтаются мои руки вдоль спины громилы, когда он переступил порожек небольшого наблюдательного пункта станционных смотрителей, больше похожего на узкий стальной контейнер. Еще одна дверь, и мы оказались в просторном помещении на несколько столов, одна из стен которого была полностью завешена мониторами. Часть из них продолжала работать, кое-где были трещины, а некоторые превратились в черные квадраты.

Раздался резкий звук сметаемых со стола папок с документами и другого инвентаря. Кто-то безразлично бросил на пол тела смотрителей, а потом участливо похлопал рукой по поверхности стола.

– Сначала блондиночку, – послышался надменный и ироничный голос. Кажется, он принадлежал «вампиру». – Кто знает, что и где она спрятала-а...

В поле моего зрения оказались носки черных кроссовок. За спиной «Франкенштейна» стоял еще один из нападавших. Второй «Волк»?

– Ты просто больной выродок! – приглушенный взвинченный голос принадлежал совсем еще юноше. Он будто выплюнул последнее слово. – С тобой в одном помещении тошно находиться!

– Отцепись и сдохни, ма-а-аленький волчок! – приторно искажая голос отозвался «вампир». – Если бы не твой брат, я бы тебе мордашку как следует разукрасил, а потом смотрел, как ты регенерируешь, чтобы повторить все сначала. Пару раз.

Я почти физически ощутила, что парня передернуло. Не от страха, скорее от отвращения. Но он тут же подавил это в себе.

– Помешаешь мне работать или станешь слишком... усердствовать, – недостоверным ледяным тоном бросил «Волчок», – объясняться будешь перед моим... перед командиром!

Кроссовки пропали из поля зрения. Юноша пошел дальше, а вслед ему понеслось презрительное, но тихое «ну-ну».

Мое тело поместили на стол. Перед взором тут же появился низкий потолок с лампами дневного освещения. Грудь, живот и спина моментально отозвались призрачной болью, но я все еще была в состоянии полного паралича жизненных функций. И не понимала, происходит это по моей воле или спонтанно. На соседний стол «Франкенштейн» уложил связного, а потом вышел из помещения и закрыл за собой дверь.

Вжик. Звук, открываемой молнии. «Волчок» доставал что-то из сумки, едва слышно ругаясь себе под нос. Через пару секунд я услышала стук пальцев по клавиатуре. Чем бы он ни был занят, от всего остального предпочел отгородиться.

– Что ж, продолжим поиски... – произнес «Дракула» вслух, склонился надо мной и положил пистолет рядом с моим виском.

Сначала долго вглядывался в лицо с открытыми глазами, потом еще раз ощупал все тело и снял с меня обувь. Когда рука в перчатке коснулась шеи, я взмолилась, чтобы он не успел найти жучок или задеть кожу голым запястьем, и впервые за долгое время поблагодарила случай и судьбу. Если бы меня решил тащить сюда не «Франки», все могло бы закончиться очень плачевно.

На моей ноге невольно дернулся большой палец, но «вампир» больше не смотрел в ту сторону. Маска на его лице немного съехала, и я не могла увидеть даже глаз.

Неожиданно тот выпрямился. Натянулся как струна, почувствовал что-то неладное, а потом резко задрал майку у меня на животе.

– Какого х... – от удивления тот нагнулся ниже, не веря, что раны от пуль затягиваются.

Сердце подпрыгнуло в груди и заколотилось, как бешенное. Будто от разряда. Я резко втянула воздух в легкие и вытаращила глаза. У меня была лишь доля секунды, чтобы успеть. Чтобы опередить «Дракулу» и воспользоваться замешательством. Сойти за труп на полчасика оказалось очень полезным.

Я согнулась в пояснице и вскинула ноги, чтобы обхватить мощную шею наемника бедрами. Сжать ее так сильно, как только могу, чтобы он не успел закричать и позвать помощь. Одновременно с этим я сорвала с него маску и вцепилась руками в лицо, заставляя кожу плавиться под пальцами. Из-под ладоней выскальзывали пепел и дым. Желудок был готов вывернуться наизнанку. Что-то глубоко внутри меня вопило от ужаса перед тем, что я творю.

Мне никогда не приходилось делать такого... Удерживать чужую яростно трепыхающуюся жизнь в своих руках. Но я мигом заставила себя вспомнить лица станционных смотрителей и связного Саманты. Снова увидеть, как они умирали. Вспомнить Джен и мать с дочерью, которых она старалась уберечь.

Невозможно выиграть войну без единой жертвы, но по-настоящему осознать это можно лишь в миг, когда на кону стоит нечто большее, чем собственная жизнь... И я вдавила ладони еще сильнее в его голову и сжала бедра, сворачивая шею набок.

Тело «вампира» повалилось на стол лицом вниз, я резко села, подобрала ноги и проскользила назад к краю столешницы, хватая пистолет. На пол упала пуля. Одна из тех, что словила я какое-то время назад. Она покатилась по полу и ударилась о подошву кроссовка «Волчка».

Мое зрение все еще давало осечки, но я отчетливо видела, как оборотень вздрогнул и начал медленно поворачиваться ко мне. Пистолет в моей руке был направлен в его сторону. Пальцы отчетливо дрожали, но для верности я взяла оружие двумя руками.

Тот находился у стены с мониторами и панелью управления. На ней так же аккуратно лежали два телефона и стоял раскрытый ноутбук. На черном экране мерцали белые полосы кода.

Значит хакер... Поэтому его так воротило от «грязной работы».

«Волчок» был без маски и в наушниках. Он поднял руки в воздух. Резиновая волчья голова торчала из раскрытой темной сумки. Также на его шее было переговорное устройство-обруч, которые я видела у Драйдена и Айрис с Марией на записи воспоминаний с инцидентом в порту. Стараясь не делать резких движений, одной рукой он снял наушники с головы. Комнату наполнили громыхающие басы и запилы гитар. Стало понятно, почему он не услышал борьбы.

Я повела пистолетом, указывая на плеер на его поясе. Он опустил лицо вниз, осторожно выключил музыку и тяжело вздохнул.

– Должно быть, спрашивать, кто ты такая или что ты такое, будет бесполезно? – хакер посмотрел на меня, поднимая вторую руку назад в воздух, и обреченно улыбнулся.

– Абсолютно бесполезно, – тихо и безразлично произнесла я, но что-то мерзко шевельнулось в груди.

Он был молод. Скорее всего, лишь на пару лет старше Курта. Худой, но не худее, чем Рейнхарт. Мягкие юношеские черты лица. Квадратные чуть затемненные очки-хамелеоны в тонкой оправе сползали на нос. Сверхкороткий светлый ежик на голове, похоже, был следствием желания показать мужественность в обществе старших и куда более опытных «монстров».

Я встала со стола, стараясь не задеть лежащие на полу тела смотрителей, но продолжала держать хакера на прицеле. Подошла ближе, чтобы говорить еще тише.

– Кто вы такие и какого хрена делаете?

Парень бросил презрительно-брезгливый взгляд на своего подельника, в чьей смерти я не была уверена до конца, и пожал плечами.

– Просто отрабатываем гонорар. Поверь, мне это нравится не больше, чем тебе.

– Да неужели? Это не ответ.

– Ну, можешь попробовать его из меня выбить, – оборотень снова пожал плечами. – Мне нечего сказать, кроме того, что мое второе дело пошло псу под хвост...

– Пытаешься давить на жалость?

– Мне не нужно на нее давить. Так даже проще. Хочешь – стреляй. В пистолете серебряные пули.

Его ответ меня огорошил. Они стреляли серебром. Просто на всякий случай? Или думали, что на встречу может прийти Драйден...

Внутри все похолодело, но я заставила себя вернуть самообладание. Значит, поэтому меня так «выключило». От серебра.

Быстро изучаю мониторы за его спиной. На одном из них стоят застрявшие по дороге к платформе поезда, на другом развороченные железнодорожные пути и сошедший с рельсов поезд...

Медики... Здесь срочно нужны медики или лекари. Я ничем не могу помочь.

Поудобнее взялась за пистолет и сделала еще один шаг.

Кто им заплатил за это? И для чего? Вульф же не идиот. Первый, на кого бы мы подумали после случившегося, это он. С другой стороны, Комитет полностью в его власти.

Переговорное устройство на шее «Волчка» хрипнуло и заговорило твердым голосом старшего «Волка».

– У вас там все в порядке? Запах...

Хакер нервно облизнул губы и начал отвечать, стараясь сохранить спокойствие в голосе.

– Драка ударило током, когда я попросил его помочь подключить технику. Здание старое, еще остались хреновые коммуникации, – взгляд «Волчка» обеспокоенно метался по комнате. – Но он уже снова обыскивает трупы. Как всегда, с удовольствием.

Последнюю фразу парень протянул намеренно ехидно, закатывая глаза.

– Хорошо. Продолжайте, – звучало вкрадчиво и почти как похвала.

Вызов завершился. Оборотень вздохнул с таким облегчением и вытер выступивший пот на лбу, что мои брови удивленно поползли вверх. Рука с пистолетом чуть дернулась.

– Почему не сдал меня?

– Потому что хочу выйти отсюда живым. И заключить сделку. Не трогай... нашего командира. Он... мой брат.

– Пока не знаю. Пиджак снимай.

В ответ на непонимающий взгляд, я чуть надавила на спусковой крючок. Тот нехотя разделся. Взяв пиджак, я аккуратно отступила назад, не сводя глаз с хакера. Наспех обернула голову «вампира», надеясь хоть немного ослабить тот самый запах, что вызвал беспокойство у, мать их, командира. Вниз старалась не смотреть по паре вполне очевидных причин.

Но не успела я занять прежнюю позицию, как мониторы на стене один за другим начали выключаться. На ноутбуке отчаянно забегали белые строки цифр. «Волчок» ошарашено закрутил головой по сторонам и вытянул в мою сторону палец, словно прося какого-то приятеля подождать минуточку. Он развернул к себе компьютер и начал яростно барабанить по клавишам. Однако это не помогало. Молодой оборотень шумно выдохнул, ослабил ворот рубашки и сросся с ноутбуком в единое целое. В какой-то момент его пальцы дрогнули над клавиатурой, и он убрал руки. Точно утратил контроль над чем-то важным. Над тем единственным, в чем преуспевал.

На центральном мониторе над панелью управления появился мигающий курсор. Через два удара сердца там появились слова: «Сообщение от White_Foxx».

«Волчок» улыбнулся совершенно ненормальной улыбкой, выпрямился и посмотрел на экран с надписью.

– А ты хорош, Белый Лис. Кем бы ты ни был... Мало кто может обойти мою защиту...

Экран продолжил жить своей жизнью. На нем в режиме реального времени кто-то написал остальную часть сообщения.

«Моти, ответь на звонок как можно быстрее».

– Моти?! – изумился оборотень и в запале начал поворачиваться ко мне. – Тебя что, правда так зовут?!

Но раньше этого его встретил удар рукояткой в затылок. Я подхватила оседающего незадачливого члена преступной семейки за ткань рубашки на спине и как можно тише опустила его на пол. Зачем-то поймала и очки хакера, а потом едва подавила вспышку истерического хохота.

Моти... Нет, блин, так зовут мой телефон!

После все снова превратилось в сюрреалистический кошмарный сон. Я схватила мобильник, раскрыла его и прижала к груди, надеясь, что до чьих-то волчьих ушей не успеет донестись звук вибрации. И часто задышала от напряжения и пережитого страха.

Мелкая дрожь телефона толкнула меня в грудь, заставляя хотя бы частично прийти в себя. Моти приняла звонок еще до того, как я поднесла трубку к уху.

– К-крис... Кристанна-сан... Т-ты в порядке? – слабо раздалось из динамика, а по моим щекам покатились слезы.

– К... Куруто-кун!

И тут же из меня полились вопросы.

– Ты... вломился в систему? Но откуда ты знаешь про нападение на вокзал, знаешь этот номер?

Я старалась говорить как можно тише, прикрывая рукой телефон. И говорила о себе так, будто одна здесь. Не нужно. Не стоит выдавать Джен, если нас подслушивают.

Нервная дрожь медленно отступала. Пальцы вновь начинали слушаться после того, как я вырубила «Волчка». Сложно сказать, почему это происходило. Потому что я почувствовала себя сильнее и увереннее, или мое тело устало от страха?

Связь прерывалась помехами. Мне показалось, что на заднем плане из трубки телефона раздался визг тормозов, и кто-то обо что-то ударился. Курт ойкнул от неожиданности, но тут же начал говорить быстро и сбивчиво.

– Я... я все объясню... Но ты должна выбраться из той комнаты. Я выведу тебя оттуда. Только найди устройство. Что-то глушит связь, я едва смог пробиться. Пользовался своими «придумками», а ваши не смогли...

«Ваши»? Курт имеет в виду Драйдена, Айрис и Марию? Они остались в автомобиле, на площади перед вокзалом. Вместе с водителем леди Бах, который уже так много и так часто помогал нам.

– Что искать? Где...? И мне нужно переодеться. Чтобы хоть как-то затруднить возможное обнаружение...

На мне кровь. Много крови. Если я начну перемещаться по зданию, меня могут заметить. Драйден говорил раньше, что если он не знает о моем присутствии, то меня будто нет. Но проверять, в каких аспектах работает эта теория, было опасно.

– Кристина... ты это, выдыхай, – прошептал он, хотя слова дались ему с трудом. Словно кто-то подсказал заранее.

И я послушалась, выдохнула. Слепой котенок... Я все еще ощущала себя им. Никакие тренировки не подготовят ко всему. Чтобы четко выстроить действия в одну схему, нужен опыт. Опыт, которой можно добыть только попав в передрягу, подобную этой.

– Эти парни. У них что-то было с собой?

– Пара-тройка... тел, – в собственном голосе я слышала стыд. – И сумка. Большая черная сумка их хакера.

– Хорошо, – сглотнул Рейнахарт, – посмотри, что там, но поторопись!

– Да-да, – тем временем я опустилась на колени перед сумкой младшего оборотня и начала ее обшаривать. – Только расскажи, что знаешь. Пожалуйста!

– Сегодня, уже почти на рассвете, к Рюи-сама пришли представители совета ёкай. Они заметили в городе странных оборотней европейской внешности и... квартерона. Сказали, что те ошивались несколько дней рядом с вокзалом. И даже что самый юный из этой компашки говорил о том, что людей жалко...

Я зло втянула воздух сквозь зубы, продолжая рыться в сумке. Ничего. Ничего, что могло бы вывести нас на личности этих наемников. Тут были только какие-то детали, микросхемы, неизвестные девайсы в чехлах и фляга со странной жидкостью. Открыв и принюхавшись, я тут же закупорила ее назад. Какое-то лечебное зелье, но воняет слишком сильно, чтобы смывать с себя кровь.

На самом дне я обнаружила это. Устройство, похожее на металлический цветок, сложившийся в бутон. На его вершине равномерно мигал фиолетовый кристалл, давая понять, что устройство работает.

– Нашла, – коротко обронила я.

– На... на что это похоже? – неуверенно спросил Курт.

– На, мать его, цветок! – почти простонала я.

– Бинго! – голос парня преобразился, и он щелкнул пальцами, будто на миг забыл, что это вовсе не компьютерная игра или симуляция. – Самодельная «глушилка». Я читал, что такими пользуются наемники. Его нужно сломать! Вряд ли тут одна такая штука, но так ты дестабилизируешь их сеть, ослабишь блокировку связи и магии. Ты сможешь уйти оттуда, Кристина!

Мои худшие сомнения подтвердились. Нам никто не пришел на помощь не только потому, что это запрещено. Они просто не могли.

– Прости, Курт... – я взялась за кристалл, обхватила его пальцами, и по ним тут же побежали фиолетовые молнии. – Здесь другие люди. И не только... Я не могу просто уйти.

– Он говорил, что ты скажешь именно это.

Горькая болезненная усмешка растянула мои губы. Почему-то я была уверена, что Рейнхарт сейчас делает то же самое. Где-то там. И кому могли принадлежать эти слова, я тоже знала.

Еще секунда, и всполохи подожгли бы рукава рубашки, но я стиснула зубы и надавила изо всех сил. Раздался звук, точно треснула скорлупа ореха. Ставшие прозрачными осколки кристалла обжигали пальцы, но недостаточно, чтобы вызвать ожоги и характерный запах. Совсем не так, как было в Клифтоне.

Набрав полные легкие воздуха, я позвала лиса по имени.

– Курт?

– Д-да...

– Говори со мной. Что было дальше? Вы доложили в местный Комитет? – требовательным шепотом спрашивала я, стряхивая осколки кристалла и переключаясь на карманы «Волчка».

Мне нужно было слышать хоть чей-то голос, чтобы заставить себя двигаться дальше. От самой необходимости процедуры обыска стало мерзко. Это ничем не отличается от того, как меня обшаривал их «Дракула». Но пришлось заставить себя. Как иначе я могла бы найти улики?

– Да, но, похоже, они никак не среагировали. Ёкай сказали то же самое. Что их слова просто приняли к сведению в Комитете...

– Ясно-о-о...

От раздражения я скрипнула зубами и недобро засопела, переворачивая хакера наемников, чтобы стянуть с него рубашку. Моя была в крови. Пахнуть одним из волков – не лучшая замена, но хоть что-то.

Веки оборотня слабо дернулись, но, к счастью, он не пришел в себя.

«Действительно, худой, – мимоходом отметила я. – Вряд ли он в своей жизни поднимал что-то тяжелее ноутбука. Ну, или пистолета!»

Давя отвращение к своим действиям, я сделала глубокий вдох и сконцентрировалась на голосе Курта.

– Перед тем, как... – тот сделал паузу, сглотнул, и его будто повело в пространстве. Голос на миг стал расплывчатым. – Перед тем, как погрузиться в свой дневной сон, Рюи-сама велел мне и Ханне следить за обстановкой в городе и... связаться с мистером Ван Райаном, если что-то пойдет не так... Сказал больше не доверять Комитету.

Слушая его, я поднялась и подошла к одному из столов в комнате. Старалась держаться подальше от входа и того места, куда положил меня «вампир» и где сейчас покоилось его тело. Только отметила несколько смятых пуль, лежащих с ним рядом на поверхности стола. Регенерация вытолкнула их из меня, пока я была «трупом».

Плечи и руки снова начинало потряхивать, когда я снимала с себя часть одежды, подбирала чью-то упавшую бутылку минералки, отрывала бесполезные рукава с сорочки оборотня, чтобы намочить их и наспех начать стирать кровь.

Методично и быстро, насколько это возможно с телефоном, зажатым между плечом и подбородком. Одно оставалось неизменным. Время – непозволительная роскошь. У нас его не было.

Я как могла старалась вслушиваться в тихую, почти заговорщическую речь Рейнхарта.

– Где-то в одиннадцать тридцать произошел сбой камер наблюдения на улицах. Ну, рядом с вокзалом. Запись возобновилась, но там были кадры, сделанные утром. Мы с Ханной узнали их, потому что все утро проторчали у пульта...

– У вас есть «пульт»?! – изумилась я громче, чем стоило бы, натягивая на себя рубашку с оторванными рукавами.

– Мы типа... приглядываем за городом. Иногда, – смутился парень, а перед моими глазами встало что-то вроде пещеры Бэтмена.

– Или за коллекционерами старого оружия? – не преминула уточнить я с легким злорадством, вспоминая нашу первую встречу.

– Ну или... да, – сконфуженно отозвался Курт, и мне показалось, что я слышу где-то на заднем плане ругань его сестры. – Кристина, ты готова?

– Нет, – честно ответила я, напяливая обувь и вставая посреди комнаты, напротив потухших экранов, – но, боюсь, выбор невелик.

– Видишь решетку вентиляционной шахты под потолком?

Взгляд тотчас устремился выше. Таковая действительно имелась в этом помещении с одной единственной дверью. Дверью, что вела в наблюдательный пункт смотрителей.

– Да.

– Ага, полезай внутрь!

– Да ты, блин, прикалываешься?! – я почти согнулась пополам и яростно зашипела в телефон. – Косплей Брюса Уиллиса – это хреновая идея! Я там вообще протиснусь?

– Это очень старая часть здания. Все у тебя получится! – было отчетливо слышно, как его пальцы бегают по клавиатуре в каком-то замкнутом пространстве. – По моим подсчетам девушка твоего размера может там поместиться.

А потом я долго материлась себе под нос, пытаясь запихнуть в карман поглубже мобильник связного. Радости его обнаружения я не доставлю ни Комитету, ни полиции, ни тем более этой банде. Трофейный пистолет «Дракулы» отправился на спину, за пояс джинсов. Я залезла на стол и сняла решетку со стены.

Запахло пылью. Темное нутро здания зияло серым провалом, казавшимся бесконечным. И где-то там я увидела покачивающиеся нити паутины. Прекрасно, просто прекрасно!

– Ползти не так далеко, – искреннее обнадеживал меня Курт. – Метров двенадцать, потом поворот налево, и ты окажешься в старом служебном коридоре. Там есть лестница на второй этаж. Можно подойти к залу с заложниками сверху. Лучшая точка для наблюдения. Или для нападения. Но мне было четко сказано объяснить тебе, что ты не имеешь права на прямое вмешательство.

Я ударилась локтем о металлическую обшивку шахты при этих словах. Больно прочертила ребрами по вентиляции. Сжала зубы, максимально прижала к себе руки и втянула задницу. В последних фразах Курта я тоже сразу отчетливо узнала того, кто отдал этот приказ. А это, без сомнения, был приказ.

– Да вашу же дивизию налево! – протянула я сквозь сцепленные зубы. – «Встреться со связным», говорили они. «Это будет быстро», говорили они. Ага, сейчас!

Рейнхарт невольно рассмеялся в трубку. И вдруг в его смех вклинился сначала скрип, а потом звуки набирающей скорость машины. Голос лиса то удалялся, то становился ближе. Меня саму чуть не унесло в стену при этом звуковом сопровождении. На миг я уткнулась лицом в грязную металлическую коробку и жалобно застонала. Моя ненависть к этой квадратной серой кишке за долю секунды поднялась до критической точки.

– Курт? Ты меня слышишь?! Где ты?

– Почти на месте. Мы с Ханной едем к вам. Вернее, к тем из вас, кто остался снаружи. Тут происходит что-то странное. Мы проехали несколько полицейских машин, стоящих на улицах, но они пусты!

Я снова застонала в трубку. Так вот почему связь была такой странной. Они в дороге. А насколько сестрица Рейнхарт «преуспела» в вождении, нам с Джен уже удалось убедиться.

– Кристина?

– Что?!

– Убедись, что скрыла за собой следы побега.

– В смысле?

– Решетку прикрой.

Теперь уже я недовольно фыркала в вентиляции, но заставила себя сконцентрироваться на оставленной на столе решетке. На каждом ее скошенном ребре. Сжала свободную руку в кулак и мысленно потянула на себя. Позади раздался лязг. Я с удовлетворением поняла, что выполнила все, о чем меня просили. И, стараясь не думать о паутине, поползла дальше.

Темнота и тусклый свет, проникавший через решетки где-то спереди, были моими единственными путеводными знаками. Я загребала локтями перед собой и отталкивалась ногами. Тело недовольно отвечало мне фантомными болями в местах, куда ранее вошли пули. Словно припечатывало к месту, напоминая о том, что вовсе я не всемогущая. Воткнувшись лбом в висящую ткань паутины, остановилась. Сделала пару вдохов и поползла напролом, без слов нервно затягивая музыкальную фразу из квиновского «Don't Stop Me Now». Просто так. Чтобы немного успокоиться и прийти в себя. Или чтобы заставить свое тело поверить, что все не так уж плохо. И надеяться, что мое движение вперед в сочетании с песней распугает чертовых пауков, которые наверняка здесь живут...

Курт прыснул со смеху, кажется, прикрывая рот рукой. Я испытала чувство стыда и замерла. К лицу прилила краска, но, скорее всего, это было следствием моего нахождения в вентиляции.

Чуть помотала головой, а потом с сопением продолжила ползти, понимая, что теперь в голове крутится уже «Livin' On A Prayer» Бон Джови. Видимо, песня тоже сорвалась с губ, потому что мой собеседник засмеялся снова.

Я тяжело вздохнула и усмехнулась.

– Прости, мне определенно не светит титул самого психически здорового демонического существа в этой Вселенной...

– Все нормально, – ободряющим и будто даже флиртующим голосом поддержал Курт. – Это... забавно. И вчерашнее шоу тоже было... забавным.

«Бра-а-атец?!»

Я дернулась и ударилась головой о потолок вентиляции, когда различила вопросительно-убийственную интонацию Ханны на заднем плане.

– Ты смотрел его?

Тем временем все мое внимание сконцентрировалось на полосках света впереди и ответвлении квадратной кишки. Близко. Я почти добралась! После чего засопела еще сильнее.

– Только нарезку в новостях. А еще интервью Лима. Видела бы ты, какое удивленное лицо он корчил перед журналистами! Что он знать не знает, как вы выглядите без масок и иллюзий. И что вы были его чертовым озарением, найденным абсолютно случайно. Короче, темнил и намекал на некую «тайну», как мог...

Курт вдруг замолчал. Из моей груди вырвался звук, похожий на хмыканье. Но это не было хмыканьем, просто я почти сложилась пополам, вписываясь в поворот, и уткнулась лицом и локтем в спасительную решетку. В навыки недо-демона не входила эластичность, как у Мистера Фантастики(3).

Я сконцентрировалась, чтобы с шумом не вышибить решетку. Чтобы осторожно отжать ее и заставить тихо опуститься на пол. А потом выскользнуть самой, кувырнувшись вперед в воздухе.

В коридоре пахло осыпавшейся штукатуркой и подгоревшим пластиком. С потолка свисали покореженные лампы дневного освещения. Большая часть из них продолжала работать, при этом опасно мигая. Я стояла на посеревшем от штукатурки полу.

Какое бы заклинание ни применил этот «Франки» из шестерки бандитов, его сила дугой прокатилась от зала с заложниками. Основной удар пришелся на поезда.

У меня загудело в голове. На смену состоянию истеричной бодрости пришло щемящее ощущение безысходности. Ущерб уже нанесен. И я ничего не смогла с этим сделать. На секунду мне показалось, что в легких стало недостаточно воздуха. Словно кто-то высосал его оттуда, забрал прочь.

Пространство завертелось перед глазами в фантасмагорический водоворот. Я оперлась ладонью о стену и прижала руку с телефоном к груди. Пальцы царапнули по трещинам на стене. Кожа точно впитала пульсирующие страх и боль сотен людей, находящихся в этом здании. И они обрушились на меня в едином порыве. Как сотня отчаянных криков, рвущихся наружу. Одновременно с удушьем пришло мерзотное ощущение тошноты. Я потеряла связного, свернула шею «вампиру», и это было зря?

Ладони, руки до предплечий, грудь – они накалялись. Как сталь под действием жара. Синие с оранжевыми проблесками искры пробежали между пальцев. Воздух вокруг резко стал сухим и горячим.

С губ сорвался беспомощный всхлип, и вдруг я услышала голос, который раздавался будто внутри моей грудной клетки. Шел из глубины. Голос, который обволакивал своей неизменной спокойной интонацией. Телефон заметно накалился, как от долгого пребывания на солнцепеке, но звонок не прерывался. Сменился лишь говоривший.

– Кристина, я знаю, ты слышишь меня, – по венам тут же потекла спасительная прохлада, спазм отпустил горло и сжатые пальцы. – Дыши, не поддавайся... Ты сильнее этого. И ты... нужна нам. И всем людям, попавшим в ловушку.

Я задрала голову к потолку. Внутренний пожар начал затухать. Картинка перед глазами переставала трястись и закручиваться в вихрь. Неуверенный вдох. Потом еще один. Кончик языка тронул пересохшие губы, и я почувствовала вкус пыли во рту.

Тело возвращалось в норму. Не остывала лишь моя решимость.

«Катитесь к дьяволу, твари в масках! Сегодня вы больше никому не навредите!»

Когда я поднесла телефон к лицу, чтобы заговорить, то не узнала собственный голос, сосредоточенный, немного дрожащий.

– Я в норме, Драйден...

– Нет, это не так... – выдохнул он с сожалением, и я почувствовала, насколько он на самом деле прав.

– Но я буду!

___________

1) Название главы «Умри, но не сейчас» (англ.). В данном случае отсылка на серию фильмов о Джеймсе Бонде

2) Бела Лугоши (1882-1956), американский актер венгерского происхождения, известный благодаря ролям в фильмах ужасов. Роль Дракулы была его визитной карточкой.

3) Рид Ричардс, член Фантастической четверки. Персонаж фильмов и комиксов. Обладает эластичностью тела.