страсть
Они едва захлопнули за собой дверь квартиры, как Тая развернулась и, не сказав ни слова, резко потянулась к нему, целуя жадно, с надрывом, будто за этот вечер накопилось слишком много того, что она больше не могла сдерживать.
Илья на секунду опешил, но сразу же поддался её губам. Его ладони скользнули к её талии, крепко сжали, притягивая её ближе, будто между ними не должно было быть ни миллиметра воздуха.
- Тая... - прошептал он сквозь поцелуи, но та не остановилась. Наоборот, будто только завелась от его хриплого, чуть охрипшего от возбуждения голоса. Она запустила пальцы в его волосы, потянула чуть назад, чтобы увидеть его глаза, а потом снова впилась в его губы.
Он зарычал негромко, на грани стона, и в следующую секунду его ладонь скользнула вниз, нагло и властно сжав её бедро, поднимаясь чуть выше. Она задохнулась от этого прикосновения, обвила руками его шею, а ногами - талию, без стеснения прижимаясь всем телом.
- Ебать ты опасная, - выдохнул он в её шею, когда подхватил её под ягодицы, прижимая к себе и без труда поднимая. - Сама захотела, да?
- Очень, - выдохнула она прямо ему в ухо, слегка прикусывая мочку.
Он не теряя ни секунды, понёс её в сторону спальни. Их губы не отрывались друг от друга - только короткие паузы, чтобы вдохнуть, снова зацепиться взглядами, и поцелуи продолжались - глубже, горячее, настойчивее.
Её спина стучала о его грудь, пока он нёс её по коридору, и каждое его движение чувствовалось ей сквозь плотную ткань платья. Она будто растворялась в этом моменте: запах его парфюма, тяжёлое дыхание у виска, горячие ладони, сжимающие её, и мягкий хрип в голосе, когда он снова сказал:
- Щас с ума сойду, если ты ещё раз так посмотришь на меня.
- Не обещаю, - хрипло ответила она, выгибаясь в его руках.
Когда он зашёл в спальню, света в комнате почти не было - только мягкий полумрак от уличных фонарей за окном. Он опустил её на постель, но не отступил ни на шаг. Их губы тут же нашли друг друга, его ладони скользили по её спине, ощущая каждый изгиб, каждый сантиметр её тела.
Тая прижималась к нему, уже не думая, кто кого спровоцировал - они оба были в этой буре страсти, которая копилась между ними не один день. И сейчас, когда всё вокруг замерло, остались только двое - она и он, в темноте, в дыхании, в губах, в жадных движениях.
Илья наклонился к ней, прошептал что-то тихое, непонятное, почти срывающееся на стон, и Тая снова притянула его ближе, обвивая руками за шею. В этой ночи не нужно было слов - только их голоса, сердца и тела, которые наконец догнали желание.
И пока они ещё были одеты, но слишком близки, чтобы это продолжалось долго, она тихо прошептала ему в губы:
- Не останавливайся.
Он только кивнул, зарываясь лицом в её шею, и на этом моменте всё началось по-настоящему.
Он только кивнул, зарываясь лицом в её шею, и на этом моменте всё началось по-настоящему.
Он уложил её на кровать, легко, будто боялся сломать, и замер на миг, просто глядя на неё. Её кожа казалась светящейся в полумраке, дыхание участилось, губы были приоткрыты, а глаза - полны чего-то почти священного. Он провёл пальцами по её ключицам, и она дрогнула, выгибаясь к нему, будто просила ещё.
- Чёрт, Тая, - выдохнул он, прижимаясь к ней губами. - Ты как будто сон, из которого нельзя проснуться.
Она провела ладонью по его затылку, пальцами перебирая волосы, и слабо усмехнулась:
- Тогда не буди меня.
Илья медленно расстегнул её укороченный пиджак, закинув его в сторону, по пути покрывая поцелуями обнажающиеся участки кожи. Он двигался неспешно, с какой-то почти болезненной нежностью, словно всё происходящее для него - что-то важное, что нельзя испортить торопливостью. Каждый вдох, каждый поцелуй, каждое прикосновение был будто ритуал, часть чего-то большего, чем просто страсть.
Он целовал её живот, грудь, шею - и она стонала еле слышно, кусая губы, чтобы не сорваться громко. Время словно остановилось. Между ними не было ни одного сантиметра воздуха - только напряжённое ожидание, тяжёлое дыхание и чувство, что они слишком долго держали это в себе.
Когда он вошёл в неё, всё остальное растворилось. Ни мыслей, ни слов - только движение, жар, биение сердец. Он держал её крепко, будто боялся потерять, будто боялся, что всё это может закончиться в любой момент. Она отвечала на каждый его толчок, каждый поцелуй, каждый взгляд. Целовала его в плечо, в шею, прижималась крепче, шептала его имя так, будто это было её спасением.
Сначала всё было мягко, осторожно. Потом быстрее. Громче. Глубже. Границы между болью и наслаждением стирались, и каждый момент был наполнен чем-то почти необъяснимым. Его рука лежала у неё на бедре, сжимая, направляя, а она вся дрожала, будто стояла на краю чего-то необъятного.
Когда всё закончилось, они не сказали ни слова.
Он просто опустился рядом, обнял её за талию, прижав к себе, и она положила голову ему на грудь, слыша, как бешено колотится его сердце. Несколько минут они лежали так, не двигаясь, не разговаривая, просто дыша вместе.
- Ты спишь? - прошептал он.
- Нет. А ты?
- С тобой? Вряд ли.
Тая улыбнулась, не открывая глаз. Он прижал губы к её виску и медленно накрыл их обоих одеялом. Тепло тела, тепло момента, тишина в комнате - всё слилось в одну большую, мягкую, насыщенную нежностью точку.
И только когда она, наконец, уснула, он позволил себе расслабиться. Пальцы его ещё долго поглаживали её по спине, как будто не верил, что она действительно рядом.
И в этот момент всё было правильно.
---
Утро
Комната лениво купалась в солнечном свете. Простыни смялись под их телами, как будто тоже устали за ночь. Тая лежала, прижавшись к нему щекой, одна нога наброшена поверх его. Она тихо посапывала, а Илья смотрел в потолок, ладонью поглаживая её по спине.
Он думал. Много. Бестолково. Глупо. Сердце мешалось в эти мысли, стуча прямо в горло.
- Таисия, - выдохнул он почти шёпотом, погладив её плечо.
- М-м? - она сонно повела носом по его груди, не открывая глаз. - Я ещё хочу спать.
Он усмехнулся и медленно, осторожно заставил её посмотреть на себя, подцепив пальцами за подбородок.
- Я серьёзно. Мне надо сказать тебе кое-что. Не могу уже это держать.
Теперь глаза её были открыты. Светлые, тёплые, чуть испуганные.
- Чего ты такой серьёзный? - выдохнула она, приподнимаясь локтем.
Он сглотнул. Почесал затылок. Вздохнул и просто выдал:
- Я тебя люблю. Прям как долбоёб, - усмехнулся, опуская взгляд, - и хочу, чтобы ты была моей девушкой. Типа, официально. Не просто "монтажёр, с которой я сплю"... а ты - моя. По-настоящему. Я твой, ты моя. Без приколов, Таисия.
Она замерла. На пару секунд. Сердце у неё звенело в ушах, а внутри всё потеплело, будто кто-то развёл костёр. Потом она засмеялась - от растерянности, счастья и потому что он сказал это так по-Ильевски, неловко, но до мурашек.
- Я тебя тоже люблю, Илья, - прошептала она, прижимаясь лбом к его виску. - И я... давно уже твоя. Только ты не замечал.
- Замечал, - буркнул он, обнимая её и заваливая обратно в подушки. - Просто боялся спросить.
- А теперь?
Он поцеловал её в висок и зарывался в волосы, улыбаясь как идиот.
- Теперь я буду тебя заебывать своей любовью каждый день.
Она фыркнула, целуя его в шею:
- Попробуй только не.
И так они и остались - в одеяле, в объятиях, в этом да, которое не требовало ничего больше. Просто они. Просто вместе.
И теперь - уже по-настоящему.
Конец.