Глава 17
Я медленно пошла по тротуару, позволяя себе раствориться в городской суете. Мимо проплывали витрины магазинов, смеялись прохожие, где‑то играла лёгкая музыка из открытого кафе. Всё казалось таким обыденным — и в то же время непривычным, будто я смотрела на мир сквозь призму новых ощущений.
На перекрёстке я остановилась, ожидая зелёного сигнала светофора. Взгляд невольно упал на киоск с цветами — там стояли свежие герберы, такие же яркие, как тот букет, который Алонзо принёс мне в больницу. Я помнила, как он держал их в руках, как смущённо улыбнулся, когда я рассмеялась: «Ты серьёзно? Герберы? Они же как из школьного романа!» А он тогда ответил: «Зато они весёлые. Как ты».
Сердце дрогнуло. Я поспешно отвела взгляд, но воспоминания уже накатили волной.
Я свернула в парк, где аллеи усыпаны золотистыми листьями. На скамейке сидела пара, они делили один капучино из бумажного стаканчика и что‑то обсуждали, касаясь друг друга локтями. Я замерла. Это было так похоже на нас — на те моменты, когда Алонзо, не спрашивая, протягивал мне свою куртку, если становилось прохладно.
Ветер подхватил лист и бросил его мне на колени. Я подняла его, рассматривая причудливые прожилки, и вдруг поняла: я скучаю. Скучаю по его голосу, по его улыбке, по тем моментам, когда мы просто были рядом. И это уже не просто благодарность за помощь. Это что‑то глубже, теплее, что‑то, что заставляет сердце биться чаще, даже когда я просто думаю о нём.
Я достала телефон, открыла галерею. Там не было наших совместных фото. У меня даже нет его социальной сети. Я больше его не смогу увидеть, что я наделала? Почему я его испугалась? Зачем я уехала?
«А он чувствует то же самое?» — мелькнула мысль. И от этого вопроса внутри всё сжалось. Потому что если да... то что мне делать с этим знанием? С этим непривычным чувством?
Я подняла глаза к небу, где плыли розовые облака, и глубоко вдохнула. Город шумел вокруг, жизнь текла своим чередом, а во мне что‑то окончательно переменилось. Теперь я знала: это не просто воспоминания. Это начало чего‑то нового — и мне предстоит решить, готова ли я это принять.
Страшно, очень страшно, даже не могу понять чего я боюсь больше. Его или другой страны?
Отпуск еще идет, надо как-то продолжать жить с этим.- Пронеслось в моей голове.
Я поднялась со скамейки и пошла домой. Шла я не долго, дом был совсем близко. Зашла домой и кинула ключи на тумбочку. Надо срочно в душ, смыть с себя этот день.
Нетерпеливо срываю с себя одежду, будто она — оковы, стесняющие каждое движение. С лёгким поворотом крана из душа вырывается обжигающий поток воды. Сначала — робкие касания, осторожные пробы: даю коже привыкнуть к жгучему теплу. А потом — полный напор. Струи обрушиваются с силой, хлещут по плечам и спине, заставляя вздрогнуть от пронзительного жара. Влажный пар клубится в воздухе, наполняя ванную комнату пряным, почти осязаемым ароматом. Мокрые пряди волос липнут ко лбу, прилипают к коже. Закрываю глаза — и тут же перед внутренним взором возникает образ Алонзо. Это уже не просто воспоминание: это почти физическое ощущение, живое и неотступное. Чувствую прикосновение его губ, ощущаю тепло его дыхания на своей коже. Этот поцелуй — словно татуировка, навеки выжженная в моей памяти. Он преследует меня повсюду, даже здесь, под обжигающими струями воды, не оставляя ни малейшего шанса на забвение.
Выхожу из душа, и меня тут же обволакивает уютное ощущение домашнего тепла. Решаю заварить чай — пусть этот вечер будет по‑настоящему спокойным. Пока вода в чайнике медленно закипает, подхожу к окну. Вид, конечно, не сравнится с панорамой из квартиры Алонзо — там каждый закат казался картиной, достойной галереи. Но и здесь есть своё очарование: тихий двор, редкие прохожие, приглушённые огни...
Вспоминаю, что давно не смотрела ничего нового. Беру ноутбук, открываю стриминговый сервис и начинаю неспешный поиск. Взгляд цепляется за дораму «Игра смерти» — название интригует, описание обещает нечто захватывающее. Решаю: сегодня именно то настроение, чтобы погрузиться в новую историю.
Чайник, словно почувствовав мои мысли, начинает свой привычный «танец» кипения. Пора заваривать чай. Чёрный? Зелёный? Нет, сегодня хочется чего‑то яркого — выбираю фруктовый. Его аромат сразу наполняет кухню тёплыми, сладковатыми нотами. Пока чай настаивается, готовлю простой, но такой желанный омлет с сыром. Давно не баловала себя этим блюдом, а сейчас вдруг остро захотелось подкрепиться чем‑то уютным, домашним. Особой кулинарной фантазии не требуется — только свежие яйца, немного сыра и пара минут у плиты.
Наконец, всё готово: дымящаяся чашка чая, аппетитный омлет и открытый ноутбук с запущенной дорамой. Устраиваюсь поудобнее за столом, делаю первый глоток — и мир за окном словно растворяется. Теперь есть только экран, где начинается история, и этот тихий вечер, который принадлежит только мне.
Сюжет сериала завораживает меня, игра актеров просто прекрасна, наблюдаю каждое действие и получаю нереальное удовольствие. Давно мне не попадалось ничего столь привлекательного. Остановившись на середине сериала решаю лечь спать, на часах уже 3 ночи, вот это я засиделась.
Я окунаюсь в сон с воспоминаниями, где мне 6 лет.
- Мам, можно тебя спросить? - женщина откладывает книгу, внимательно смотрит на дочь
- Конечно, доченька. О чём хочешь поговорить?
- Я... - девочка опускает глаза, теребит край футболки - я давно хотела узнать про папу. Почему мы живём без него?
- Доченька, - она вздыхает, старается говорить спокойно, - это непростая тема. Ты уже достаточно взрослая, но...
- Я понимаю, что, наверное, это больно вспоминать. Но мне важно знать. Я же его почти не помню... - очень торопливо произносит девочка.
- Я знаю, милая. И мне жаль, что у тебя так мало воспоминаний о нём.
- А почему мы уехали? Что случилось?
- Понимаешь, - женщина делает паузу, и пытается подобрать слова, - иногда взрослые принимают решения, которые меняют жизнь. Мы с папой... не смогли быть вместе. Это было лучшее решение для нас обеих.
- Он... он нас не любил? - женщина подходит к девочке и берет её за руку.
- Нет, дело не в этом. Любить — это не только чувствовать, но и поступать правильно. Иногда люди ошибаются, и последствия бывают серьёзными.
-Он хоть иногда думает о нас?
- Я не могу ответить за него, доченька. Но я точно знаю, что ты достойна счастья, и я сделаю всё, чтобы ты его получила.
- А если я захочу его найти? Поговорить?
- Это твоё право, когда ты станешь совершеннолетней. Но сейчас я прошу тебя довериться мне. Я хочу защитить тебя от боли, которую сама когда‑то пережила.
- Прости, что спросила. - девочка прижимается к маме. - Я не хотела тебя расстраивать.
- Не извиняйся. - она обнимает её. - Я рада, что ты спрашиваешь. Это значит, что ты доверяешь мне. Но давай пока оставим эту тему. Если захочешь поговорить ещё — я всегда рядом.
- Спасибо, мам. - Она кивает и чуть улыбается.
- Пойдём чай пить? Я как раз печенье купила, твоё любимое.
- Пойдём! - широко улыбнулась девочка.