Между строк

Pov: Даниела

Я не помню, как выбралась из своей палаты.

Помню лишь, как сорвала с руки капельницу, проигнорировала крики медсестёр и буквально побежала по больничному коридору. Сердце колотилось так, что, казалось, готово было выскочить из груди.

— Ламин... Ламин... — шептала я, не замечая слёз, бегущих по щекам.

Я не знала, что будет, когда доберусь до его палаты.

Но мне нужно было его увидеть.

Перед дверью реанимации меня схватила за руку Маргарита.

— Дани! Ты не можешь туда просто так влететь! — её голос был тревожным, но я видела по глазам — она тоже напугана.

— Мне плевать, — выдохнула я и распахнула дверь.

И замерла.

Ламин лежал на больничной койке, подключенный к аппаратам. Белая простыня казалась ещё более бледной на фоне его тёмной кожи. Глаза закрыты, дыхание ровное, но слабое.

Всё внутри меня оборвалось.

— Ламин... — голос сорвался. Я подошла ближе и сжала его холодную руку.

— Пожалуйста, проснись... — мои губы дрожали. — Ты не можешь оставить меня. Ты же сильный... ты же обещал...

Слёзы падали на его пальцы, а я просто сидела, вцепившись в его руку, как в последнюю надежду.

— Пожалуйста...

И тут я почувствовала слабое движение.

Я резко подняла голову.

Его веки дрогнули.

А потом — медленно, с трудом — он открыл глаза.

— Ламин!

Я резко вскочила, сердце подскочило к горлу.

— Дани... — его голос был слабым, едва слышным.

— Да! Я здесь! — я наклонилась ближе, не веря, что это правда.

Его губы дрогнули в подобии улыбки.

— Ты... плакала?

Я нервно засмеялась сквозь слёзы, сжимая его руку.

— Конечно, дурак! Ты едва не умер!

Он хотел что-то сказать, но вдруг его глаза закатились, а тело дёрнулось в судороге.

— Ламин?!

Он снова потерял сознание.

— НЕТ!

Я закричала так, что в палату тут же вбежали врачи.

Меня оттащили в сторону, а я просто стояла, зажав рот руками, наблюдая, как они снова борются за его жизнь.

— Давление падает!

— Адреналин!

— Он не реагирует!

— ЧЕРТ!

Я не могла дышать.

Страх сдавил грудь железным обручем.

— Пожалуйста... пожалуйста, нет... — прошептала я, цепляясь за край кровати.

Я не могла его потерять.

Не могла.

Врач сделал последний укол.

Несколько секунд тишины.

А потом...

— Устойчивый пульс! Он снова с нами!

Мир вернулся ко мне с оглушительным звуком мониторов.

Я закрыла лицо руками и разрыдалась.

Ламин жил.

Но как долго он сможет бороться?

Я не помню, как долго стояла, вцепившись в край кровати, пока врачи продолжали что-то выкрикивать. Время будто застыло.

Я слышала, как бешено колотится моё сердце, как срывается дыхание, как в ушах стоит оглушительный писк.

Но главное — я видела его.

Ламин.

Он дышал.

Я зажмурилась, пытаясь справиться с истерикой, но слёзы только сильнее жгли глаза. Всё внутри меня кричало.

— Дани...

Я вздрогнула.

Этот голос...

Слабый, едва слышный, но всё же его.

Я распахнула глаза и увидела, как Ламин медленно поворачивает голову ко мне. Его ресницы дрожат, а тёмные глаза наполнены усталостью, но он смотрит на меня.

— Ламин! — я подалась вперёд, почти падая на него, но тут же остановилась, боясь сделать больно. — О, Боже... Ты в порядке? Как ты себя чувствуешь?

Он чуть прищурился, словно силы хватало только на это.

— Как будто... поезд... по мне проехался, — его губы дрогнули в слабой тени улыбки.

Я нервно рассмеялась сквозь слёзы и схватила его за руку.

— Идиот...

— Ты плачешь, — он посмотрел на меня с какой-то болезненной нежностью.

— А что мне ещё делать?! — я судорожно выдохнула. — Ты только что чуть не умер!

Он не ответил. Просто слабо сжал мои пальцы.

И вдруг...

Его рука в моей начала слабеть.

— Ламин?

Я увидела, как его веки медленно опускаются.

— Нет... нет-нет-нет! — я потрясла его руку, но он уже не реагировал.

— ВРАЧА! — закричала я.

Всё повторилось.

Снова шум. Снова паника. Снова врачи, оттаскивающие меня от его кровати.

Я не могла дышать.

— Пульс нестабилен!

— Он теряет сознание!

— Готовьте дефибриллятор!

Я задохнулась от ужаса.

— Нет... Пожалуйста, не надо... — мои губы дрожали, но меня никто не слушал.

Я видела, как тело Ламина дёрнулось от разряда.

Раз.

— Чёрт, он не реагирует!

Два.

— Ещё раз!

Три.

— Есть пульс! Но он очень слабый...

Я упала на колени, вцепившись в голову руками.

— Господи... Господи...

— Дани... — я услышала голос Маргариты, но не смогла даже посмотреть на неё.

Я больше не могла это выдержать.

— Он будет жить? — мой голос был едва слышен.

Врач, стоящий рядом, посмотрел на меня долгим, напряжённым взглядом.

— Мы делаем всё возможное. Но прогноз... неопределённый.

Неопределённый.

Как будто холодной водой облили.

— Что... что это значит? — я встала, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

Врач тяжело вздохнул.

— Ему нужно пережить ближайшие сутки. Если он продержится... тогда шансы хорошие.

Сутки.

Целые сутки в этой агонии, не зная, откроет ли он снова глаза.

Я закусила губу до крови, стараясь не разрыдаться.

— Я останусь с ним.

— Дани... — начала Маргарита, но я её перебила:

— Я никуда не уйду.

Я снова подошла к кровати.

Ламин выглядел таким... хрупким. Как будто не он всегда был тем, кто тянул меня из тьмы, кто боролся за нас двоих.

А теперь я должна бороться за него.

Я села рядом и снова взяла его руку.

— Я буду ждать, — прошептала я, прижимая её к своей щеке.

— Сколько бы ни понадобилось.

***

Pov: Ламин

Темно.

Тишина.

Я словно провалился куда-то глубоко, где нет ни звуков, ни боли, ни времени.

Но вдруг...

Я почувствовал тепло.

Что-то мягкое, нежное, родное.

Голос.

— Я буду ждать.

Сердце дрогнуло.

Я знаю этот голос.

Знаю этот запах, это прикосновение.

Даниела.

Я попытался открыть глаза, но темнота сдавливала меня.

— Ламин...

Пожалуйста...

Я должен вернуться.

Я не могу оставить её.

Я сжал её пальцы, даже не зная, почувствует ли она это.

Но я точно знал:

Я вернусь к ней.

_______________

Если кто-то не до конца понял, что здесь произошло... Ламин балансирует на грани жизни и смерти, но его сердце продолжает биться, а значит, надежда жива.

Не расстраивайтесь слишком сильно, потому что очень скоро вас ждёт очень, очень хорошая новость! 🫶🏻