Глава #15
Алиса привстала, выбираясь из объятий Масленникова, взяла в руки кружку с остывшим чаем и сделала глоток, не отрывая глаз от экрана. Вернула кружку на место и тут же округлила глаза, услышав реплику чародейки.
— Чего, блин?! — Воскликнула, показывая все свое возмущение, и обернулась на Диму.
— Ты видел? Геральт, значит, думает, что Йен мертва, а эта подружка, зная, что Йен, вообще-то, жива, такая «останься со мной этой ночью»! — Спародировала, не прекращая ругаться. Масленников захохотал.
— Это что еще за безобразие?! Это, блин, чужой мужик! Никаких ночей!
Она продолжала возмущаться и негодовать от всей этой картины, а Дима не прекращал смеяться. Сейчас она выглядела не столько грозно, сколько до безумия забавно.
— Че ты ржешь? — Воскликнула, чувствуя подкрадывающийся смех, и шлепнула его подушкой.
— Ты очень смешная, когда злишься.
— Ты офигел? — Алиса усмехнулась, глядя на него.
— Прости, но это действительно забавно.
Карпова фыркнула и села, отодвинувшись от него. Масленников всеми силами постарался успокоиться, молча потянулся к ней и, окольцевав талию руками, притянул к себе. Алиса молчала. Они досмотрели сезон до конца и около пяти утра, сонные и уставшие, поплелись спать. Девушка улеглась на одну половину кровати, не обращая особого внимания на то, что Масленников лег рядом — до невозможности хотелось спать.
— Сегодня ты предпочтешь спать со мной, а не с подушкой? — Усмехнулся, поворачиваясь к ней лицом.
— Я в принципе предпочту спать. Так что, если ты не затихнешь, я этой самой подушкой тебя придушу, — усмехнулась, чувствуя, что стоило прикрыть глаза, и ее тут же затягивало в сон. Послышался скрип — дверь в комнату открылась, а следом топот маленьких лапок. Корги запрыгнула на постель, прошлепала по пледу и плюхнулась прямо между ними. Алиса открыла глаза, глядя на Масленникова, и не смогла сдержать смех.
— Цири, это уже совсем наглость!
— Не трогай ребенка, — строго произнесла брюнетка. Цири развалилась пузом кверху, ожидая, когда ее погладят. Дима лег на бок удобнее и попытался обнять девушку, но собака тут же дернула лапами, отпихивая его. Алиса захохотала.
— Облом, — тяжело вздохнула, весело глядя на него.
— А ты и рада.
— Да не то чтобы...
— Что? — Он приподнялся на локте, вскидывая брови с улыбкой.
— Отстань, я сплю.
Дима засмеялся и лег обратно. Был просто уверен, что со стороны эта картина смотрелась до невозможности комично. Так обычно родители спят с маленькими детьми. Вспомнились шутки ребят про «семейство Масленниковых», которые сейчас показались вполне уместными.
Он еще раз взглянул на этих двоих и улыбнулся.
***
Алиса проснулась спустя часов пять, наверное. И никого рядом не обнаружила, лишь почувствовала, что укрыта пледом. Села, потирая лицо и стараясь согнать с себя сонную пелену. Откинула в сторону плед и поднялась на ноги, обнимая себя за плечи. Вышла из комнаты, наблюдая сидящего на диване Масленникова и Цири, что лежала на полу.
— Привет, — голос вышел сонным и немного хриплым.
— Привет, — Дима отложил телефон в сторону и протянул к ней руки. Алиса села рядом.
— Ты чего встала? Спала бы дальше.
— Да я вроде выспалась, — Карпова поежилась, становясь похожей на нахохлившегося совенка. Блогер улыбнулся и погладил ее по спине. Из монтажерной вышел Чернец, который, увидев Алису, тут же поспешил к ней с широкой улыбкой. Раскрыл руки для объятий, а после буквально подхватил ее, окольцовывая руками. Дима вперился в него острым взглядом.
— Мать вернулась!
— Вы так скучали? — Засмеялась, вновь чувствуя пол под ногами.
— Еще как!
Алиса улыбнулась, а после перевела взгляд на Диму, который выглядел так, словно сдерживал себя, чтобы не откусить Чернецу голову.
***
— Я все еще не понимаю — зачем? — Алиса пристально вглядывалась в отражение в зеркале, а после перевела взгляд на стоящую позади Алю.
— Ты ведь знаешь, что он задумал?
— Знаю, — хитро улыбнулась Алия, — но ничего тебе не скажу.
— Что могло взбрести ему в голову?.. Последний вопрос явно был адресован самой себе, потому что Еникеева молчала как партизан, лишь продолжала смотреть на ее отражение в зеркале и улыбаться так, словно отправляла дочь на утренник. Карпова шумно выдохнула, вновь пробежавшись глазами по своему силуэту, и поспешила отойти напрочь от зеркала, пока не возникло желание зарыться в огромную толстовку и спортивные штаны.
— Ты выглядишь...
— Ужасно, — скривилась Алиса.
— Нет, дурында! — Аля шлепнула ее по лбу.
— Ты выглядишь чудесно!
— О, серьезно? — Не унималась брюнетка.
— Спереди может и да, но...— Девушка повернулась боком.
— Вот так — полнейший пиздец! Тазовые косточки и ребра выпирали, а живот казался настолько плоским, что хотелось задать вопрос — как там вообще умещаются внутренние органы? Нет, Алиса, конечно, знала и понимала, что тощая, но чтоб настолько!
— Ты преувеличиваешь, — мягко произнесла Алия, понимая причину такого взрыва подруги.
— Ты привыкла выискивать у себя недостатки. Поверь мне, это выглядит совсем не так, как тебе кажется. Алиса едва ли удержалась от закатывания глаз. Сняла с крючка пальто, натянула на ноги ботинки.
— Может, я все-таки...
— Нет, — строго ответила русая. — Лис, спокойнее, ладно? Все замечательно! Я уверена, у них челюсти упадут, увидев тебя.
— Главное чтоб инфаркта от страха не случилось...
— Карпова!
— Все-все, я поняла!
***
Она вышла из такси, не спеша направляясь ко входу. Все те напряженные пару минут, пока поднималась на лифте, вела молчаливую борьбу с самой собой. До последней секунды, даже, когда открылись двери лифта, она все еще думала над тем, чтобы нажать на кнопку первого этажа и сбежать.
В итоге же, буквально заставив себя, нажала на ручку двери и вошла в студию. На встречу тут же выскочила Цири, радостно виляя маленьким хвостиком. Алиса заметила, что диван переставлен практически в центр комнаты, напротив стоят два компьютерных кресла, горит освещение и стоят штативы с камерами. Но все еще не понимала, что взбрело снять Эмилю в голову. Разулась, сняла с себя пальто и прошла в комнату. Эмиль сидел за стойкой с Даником и о чем-то разговаривал, Дима беседовал с Сударем. Алиса скользнула по ним взглядом. Все, как один, в костюмах, такие деловые и красивые. Невольно засмотрелась на них — непривычно было видеть друзей в таком обличии.
— Воу! — Протянул Эмиль, широко раскрыв глаза, когда обернулся и заметил подругу.
— Карпи-и-ик, ну ты даешь! — Алиса, — изумленно глянул на нее Даник, широко улыбаясь, — это просто пушка! Девушка смущенно улыбалась, стараясь предотвратить процесс покраснения щек. А мужчины не сводили с нее глаз. Платье, с длинным рукавом и воротником, подобно второй коже, цвета красного вина, облегало тело, выделяя каждый контур, каждый изгиб. Черные колготки, казалось, лишь подчеркивали стройность ног и эти острые коленки. Распущенные темные волосы лежали на плечах, дабы хоть немного скрыть остроту плеч. Конечно, Аля постаралась, заставив ее надеть это платье, но даже сейчас, слушая комплименты, ей до невозможности хотелось куда-нибудь спрятаться или провалиться сквозь землю.
Анорексия — зараза, которая, может и затихнет внутри на какое-то время, но ошейник с подавленной самооценки не снимет. Будет сидеть и тихонько нашептывать тебе про выпирающие кости, широкие бедра, не идеальную фигуру, которая категорически не предназначена для подобной одежды. Будет говорить, как глупо и смешно ты выглядишь в этом платье, что каждый сказанный комплимент — утешение, чтобы не обидеть, а на деле же они думают совершенно иначе. А ты стой и слушай, не в силах ее заткнуть. Карпова опустила глаза на корги, стараясь как-то отвлечься и выдохнуть. Обняла себя за плечи, скрывая хотя бы верхнюю часть тела, а когда вновь подняла глаза, перед ней стоял Масленников и улыбался.
— Ничего не говори, — произнесла тихо, но строго, глядя прямо в глаза. Дима сделал к ней еще шаг, мягко обнимая тонкую талию одной рукой. Карпова напряглась, казалось, даже переставая дышать. Он понимал. Понимал ее поведение и эту нервозность, эту сжатость и краснеющие щеки, понимал, что ей сейчас совершенно не комфортно в таком виде, потому что в подобных нарядах она появляется крайне редко. Блогер наклонился к ней и прошептал на ухо, словно не желал, чтобы слышали другие:
— Ты. Очень. Красивая.
Алиса взглянула на него, поджимая губы.
— Спасибо.
— Если тебе так будет комфортнее, — Масленников улыбнулся и снял с себя пиджак. Накинул ей на плечи, отчего сразу стало теплее, и большая часть тела оказалась скрыта.
— Спасибо, — теперь она уже улыбнулась.
Этот жест был лучше всяких комплиментов. Подошла еще ближе, отчего напрягся теперь уже он, протянула руки и аккуратно поправила воротник белой рубашки. —
Тебе очень идут костюмы, — хитро улыбнулась, склоняя голову.
— Правда? — Дима вскинул брови.
— Правда, — Карпова кивнула.
— Ну, вы идете? — Крикнул Эмиль, привлекая их внимание.
Алиса присела на диван перед камерой, оказавшись между Сударем и Димой. Эмиль бросил короткий взгляд на пиджак друга у нее на плечах, взглянул на Масленникова и коротко кивнул, как бы говоря, что это было правильно. Сами же Эмиль и Даник устроились напротив в этих креслах, находясь, как бы, за кадром, но после девушка заметила оператора.
— Я так понимаю, все, кроме меня, в курсе того, что мы будем снимать? — Спросила Алиса, оглядывая ребят.
— Нет, в курсе только я, — Эмиль хитро улыбнулся.
— Они просто догадываются.
— Ну не томи ты! — Воскликнул Даник. Карпова повернулась к Сударю, улыбнувшись, а после аккуратно поправила воротник его водолазки. Никита только благодарно кивнул.
— Вы готовы? — Иманов хитро улыбнулся, заиграв бровями.
— Ну, говори уже, — нетерпеливо выдохнул Сударь.
— Сегодня мы с вами снимаем фанфики!
— А я-то тут каким боком? — Алиса невротически усмехнулась.
— Потому что ты, моя дорогая, принимаешь в них непосредственное участие, — склонил голову Эмиль.
— Чего? — Карпова нахмурилась.
— Они уже и со мной успели фанфики написать?
— Их, кстати, немало, — кивнул Даник. — Офигеть...
Эмиль кинул ссылки в телеграмме на подобранные им фанфики. Ребята открыли первый, пробежавшись глазами по названию и меткам.
— Причем, самое забавное, что там абсолютно разные пэйринги, — усмехнулся Иманов.
— Основные, конечно, с Димой и Сударем, но есть с Темой, есть с Даником. Даже со мной, прикинь?
— Чего? — Карпова вновь нахмурилась. — Я все понимаю, но шипперить меня с тобой максимально странно.
— Вообще, во многих фанфиках меня представляют твоим братом.
— Это более подходящая для тебя роль, — улыбнулась девушка, поправляя сползающий пиджак.
— А остальные-е, — протянул Даник, начиная хохотать.
— Страшно представить, — засмеялась Алиса.
— Ну, Дима парень, Сударь любовник, я брат, Даник сын, — манерно начал перечислять Эмиль, загибая пальцы, отчего уже пробивало на смех.
— Тема, небось, муж, да? — Подхватила его девушка, начиная смеяться вместе со всеми.
— Чей я муж? — Выглянул Чернец из монтажерной.
— Мой, — Алиса обернулась через плечо, усмехаясь.
— Жду любимую дома, — хохотнул Артем и скрылся.
— Хорошо, зай, — в тон ему ответила брюнетка, садясь ровнее.
— Кота не забудь покормить!
— Так, прекращайте!
— Воскликнул Масленников, в тоне которого невозможно было не услышать нотки ревности.
Эмиль и Даник уже просто валялись со смеху. Сударь тихо офигевал. Алиса не удержалась и залилась смехом, глядя на выражение лица блогера.
— Понял, Диман? Он только выглянул, а уже «зая», а ты все еще просто Дима, — не сдержался от шутки Даник.
Алиса прыснула, прикрывая рот ладошкой, потому что смеяться над этим было как-то неуместно, как ей показалось.
— Пока что просто «Дима», — подметил Масленников, заиграв бровями.
— Вот это заявочка! — Протянул Эмиль, широко улыбаясь.
— Ладно, все, давайте читать...
Без смеха не обошлось. Все это выглядело неловко, а, может быть, казалось таким только для Алисы, которой приходилось стараться изображать влюбленный вид по отношению к Сударю или Диме... Хотя, в отношении второго человека она не то, чтобы старалась. Все выходило само собой, и от того напрягало — может, ей не нужно было изображать, потому что она на самом деле испытывала к нему подобные чувства?
Первый фанфик был не то, чтобы очень оригинальным, но вызвал море смеха, а у Алисы же негодования — представить ее, как безудержную фанатку Масленникова, которая добивается своего и, наконец, влюбляет в себя блогера, было для девушки чуточку оскорбительно. Неужели, фанаты реально думают, что она всего лишь фанатка, которая просто «смогла»? Второй фанфик вызвал уже гораздо больше смеха.
Третий же оказался до невозможности милым и имел незамысловатое название — «овсяное печенье».
Задумка проста, как мир — Алиса попадает в аварию и все это время с ней сидит Дима. Но и название не взято с воздуха. Приходя к ней в палату каждый раз, он приносил ей ее любимое овсяное печенье, они долго разговаривали, и в итоге признались друг другу в чувствах. Такой легкий флафф.
— А тут есть какие-то контакты автора? Инстаграм или тик-ток? — Спросила Алиса, внимательно перечитывая шапку фанфика.
— А зачем тебе? — Сударь нахмурился. — Хочу дать отзыв напрямую. Мне понравился фанфик. Простой и милый, — девушка улыбнулась.
— Какая ты хоро-о-ошая, — протянул Даник, умиляясь.
Карпова прищурилась, как довольная кошка. Нашла-таки инстаграм девочки-автора и написала коротенькое сообщение, где похвалила ее творчество и отметила, что ей очень понравилось. — Во втором фанфике участвуют Дима и Алиса. Сударь, ты на скамейке запасных, — хохотнул Эмиль.
— Можно я зачитаю? — Даник поднял руку. Эмиль сделал жест рукой, мол, милости прошу.
Тут идея была довольно интересная и даже необычная. Алиса — майор полиции, Дима — главарь преступной группировки, что славится искусными грабежами. Текст прямо-таки и кричал о страсти и химии, происходящей между ними, и где-то внутри девушка безумно обрадовалась, что друг подыскал фанфики без пошлостей и намеков на постельные сцены. Она бы сгорела от стыда.
«Он ухмыльнулся, а голубые глаза в тусклом свете настольной лампы казались темными, как бушующее синее море. Карпова смотрела ему в глаза, невольно утопая, а Масленников продолжал ухмыляться. Как это забавно — хорошая девочка желает помочь хулигану...»
— Ты возбуждаешься, когда читаешь? — Обернулась к Данику брюнетка. Ребята покатились со смеху.
— Что, блин, у тебя с голосом? Даник так старался передать атмосферу, что голос его стал низким, бархатным, с небольшой хрипотцой. Некоторые предложения он и вовсе читал со странным придыханием.
— Так, цыц. Я только создал нужную атмосферу!
Алиса усмехнулась, взяла удобнее в руки телефон и вновь повернулась к Масленникову, чтобы доиграть эту маленькую «пьесу».
— Я не позволю им поймать тебя, — прочитала со странной нежностью и дрожью в голосе Алиса, вновь поднимая глаза на Диму. Ребята переглянулись, оценивая это актерское мастерство. «Зеленые глазки поблескивали в тусклом теплом свете. Он продолжал ухмыляться, а после подался вперед, облокачиваясь на стол, отчего наручники звякнули, нарушая эту трепетную тишину. Масленников был так близко...»
Алиса смотрела ему в глаза, а щеки розовели с каждым словом. Поджимала губы, стараясь сдержать смех. А Дима смотрел в зеленые глаза, но улыбался не от веселья, а от странной всеобъемлющей теплоты, что возникала от одного вида ее улыбки. Она, действительно, была слишком близко к нему. Поддайся чуть вперед и можно легко столкнуться с ней носами. Аромат вишни с нотками табака обволакивал каждую клеточку, стоило сделать глубокий вдох. Это казалось просто невозможным — вот так сходить с ума от запаха, и невыносимым — она сидела так близко, но обстоятельства не позволяли ему коснуться тонкой талии и притянуть ее к себе еще ближе. Алиса слегка прищурилась, глядя в голубые глаза и совершенно не понимая, какая из эмоций там отражалась. Голубые глаза, которые, почему-то, имели у нее странную ассоциацию с цветом льда на замерзшем озере зимой, сейчас же казались теплыми и яркими. Столько было в них нежности, что становилось даже странно — он действительно так на нее смотрит, или это игра ее воображения?
«Он поднимает руку, отчего наручники вновь издают раздражающий звук, тянется, убирая за ухо непослушную темную прядку волос с ее лица...» Масленников, чтобы соответствовать «закадровому» голосу Даника, потянулся и аккуратно заправил ей за ухо темную прядку. Кончики пальцев аж покалывало от прикосновения к теплой щеке. Сударь и Эмиль же сидели, широко раскрыв глаза и рты, и едва ли не визжали, понимая, что эти двое сейчас попали в какой-то странный плен друг друга, нежели следуют тексту. Друзья переглянулись с диким восторгом, словно задавая друг другу немой вопрос: «неужели реально поцелует?!». «Очерчивает кончиками пальцев линию ее скул...»
Дима касается кончиками пальцев ее подбородка и медленно ведет вверх, очерчивая линию скул. Алиса, начиная чувствовать, что все уходит куда-то не туда, едва заметно вскидывает брови. Он только улыбается.
«Неизвестно, сколько времени у них есть до момента, как сюда ворвутся полицейские, чтобы вновь утащить его в изолятор. Он не желает терять ни секунды. Тянется к ней, сокращая расстояние между их лицами...»
Если бы Даник не был так увлечен текстом и желанием передать всю ту атмосферу голосом, он бы заметил беззвучный визг восторга Сударя и Эмиля, заметил бы, что Масленников, стоило ему произнести фразу, тут же потянулся навстречу Алисе.
Девушка невольно приоткрыла губы, внутренне сжимаясь, потому что совершенно не понимала, что взбрело в голову Диме, но в то же время не хотела задавать вопросы и отстраняться. Странное, смешанное чувство. Масленников видел толику испуга в глазах, но не из-за того, что он собирался сделать — а он собирался! — а из-за того, что на них, вообще-то, не только смотрят друзья, но и направлена камера. Но не было никаких сил сейчас притормозить и взять себя в руки. Дима приблизился, ощущая такую странную дрожь предвкушения внутри, и только почувствовал легкое прикосновение собственных губ к ее...
Цири, которая тут же активизировалась в этот самый момент, подскочила на лапы, подбежала и тявкнула, прыгая передними лапами на диван. Алиса спешно отстранилась. Эмиль и Сударь взорвались от дикого хохота и визга, а Даник, который оторвал глаза от экрана телефона, смотрел на них, как на последних идиотов, не понимая, что произошло.
— И так, блядь, каждый раз! — Воскликнул Масленников, строго глядя на собаку.
— Ну, куда же нам без тебя, — засмеялась Алиса, отложила на диван телефон и похлопала по собственным коленкам, куда через мгновение улеглась Цири.
— Каждый раз? — Ошалело переспросил Иманов.
— Мы чего-то не знаем?
Алиса уронила лицо в ладони, начиная невротически смеяться от всей этой ситуации. Масленников же сидел, едва сдерживая порыв выплеснуть весь свой словарный запас нецензурной брани на несчастную корги и друга, которые испортили самый, черт возьми, важный момент.
— А че произошло? — Даник все еще ничего не понимал.
— Цири обломала им поцелуй, — хохотал Сударь.
— Серьезно?!
Им пришлось прерваться, чтобы успокоиться: ребятам перестать хохотать, Диме злиться, а Карповой нервничать. Алиса успела выкурить сигарету, прежде чем они вернулись, чтобы доснять еще один фанфик. Здесь без смеха ну никак не обошлось. Дима — жених Алисы, Сударь — любовник. Саундтреком к фанфику выбрали песню Земфиры — Лондон.
Мне приснилось небо Лондона В нём приснился долгий поцелуй...
Тихонько напела Алиса, качая головой. Эмиль смотрел на нее и улыбался.
— Она даже в Гостбастер умудрилась кавер вписать, расслабься, — засмеялся Даник, шлепая друга по плечу.
Чем дальше Эмиль читал, а ребята проигрывали реплики, тем сложнее было сдерживать смех.
Сударь глянул в телефон и поднял глаза на Алису, которая поджимала губы, лишь бы не захохотать.
— Давай убежим. Уедем в Лондон!
— Эмоционально выдал Никита.
— Но... как же Дима? — С подобной интонацией ответила Карпова.
— Он ни о чем не узнает!
— Узнаю, блядь, — раздался строгий голос Масленникова за спиной. Ребята не удержались. Алиса положила голову Сударю на плечо, начиная хохотать от души.
— Вообще, я находил еще одни фанфик, но не решился вставлять его в этот ролик, — аккуратно начал Эмиль.
— Потому что там совершенно неприличные метки...
— Ну-ка, — Даник глянул на него.
— Называется «девочка нарасхват», — прочитал Иманов.
— Мне уже не нравится название, — скривилась Алиса.
— А пэйринг то тут, уф...
— Ну, — нетерпеливо выдала Карпова. — Дима/Алиса/Сударь...
— В смысле? — Нахмурилась девушка, а парни уже начинали смеяться.
— Втроем, — мило улыбнулся Эмиль. У Алисы округлились глаза. Она невротически усмехнулась.
— Охереть... Засветилась в парочке роликов, а в фанфиках уже перетрахала всю команду...
Ребята взорвались громким смехом. Дима завалился на спинку дивана, пока Карпова, прикрыв лицо рукой, невротически смеялась от всей этой ситуации... Какой кошмар...
— Ничего себе ты активная, — подхватил шутку Сударь.
— Да пипец, — всплеснула руками.
— А самый прикол в том, что в жизни все еще девственница...
Эмиль выдал это, совершенно не подумав своим мозгом. Улыбка тут же исчезла с лица девушки, даже парни притихли, глядя то на нее, то на друга, который, осознав, что сказал, тут же прикрыл себе рот рукой.
— А это обязательно было озвучивать, да?
Она остро смотрела на него, начиная злиться, но злость в данной ситуации была защитной реакцией — на самом же деле ей было невыносимо стыдно сейчас. Такие детали должны оставаться втайне, потому что касаются исключительно личной жизни человека. Единственное, что не давало этой тонкой ниточке спокойствия разорваться — осознание, что камеры уже выключены.
— Я уже готов получить по лицу, только прошу, не смотри так на меня,
— невротически усмехнулся Эмиль. Алиса хотела сказать ему очень многое, но в итоге же просто выдохнула, поднялась на ноги, зацепила по пути пачку сигарет и направилась на балкон. — Карпик...
— Заткнись, иначе я тебе что-нибудь сломаю, — не глядя указала на него рукой, скрываясь на балконе. Иманов поджал губы, как-то испуганно глядя на друзей.
— М-да, Эмиль, — протянул Даник, тяжело вздыхая.
— Ты ебанулся? — Невротически усмехнулся Масленников.
— О таком не говорят в компании. О таком в принципе не говорят, даже если знают, — серьезно произнес Сударь.
— Да я не специально...
Эмиль поджал губы. Косякнул, так косякнул. Поднялся на ноги и пошел в сторону балкона.
— Ставлю сотку, что она даст ему в глаз, — тихо произнес Даник.
Эмиль тихонько вошел на балкон. Алиса стояла у открытого окна и нервно курила, делая затяжку одну за другой. Ее аж колотило от раздражения. Девушка глубоко вдохнула прохладный воздух, стараясь держать себя в руках, иначе друг и правда получит по лицу.
— Лис, — тихо мяукнул за спиной.
— Что? — Брюнетка не обернулась.
— Прости, пожалуйста. Я, правда, не специально.
— Я сейчас очень хочу сломать тебе нос...
— Заслуженно.
— Научись держать язык за зубами.
— Тоже верно. — Она резко обернулась, а он тут же поднял руки в капитуляции. — Понял, понял.
— Придурок, — выдохнула горьковатый дым, вновь отворачиваясь к окну.
— Ты простишь меня? — Алиса вновь скосила на него взгляд. Эмиль подошел, обнимая ее сзади и сцепляя руки в замок у нее на животе.
— Я же твой дру-у-уг.
— Это было в первый и последний раз. — Ты мой самый лучший друг!
— О, Господи, дай мне сил...
***
Они сняли еще парочку шуточных видеороликов в тик-ток, под популярные отрывки песен «мы итальянцы» и «baby mama» (если вы видели эти тренды в тик-токе, то понимаете, что я имею в виду).
Дима вызвался отвезти ее домой. Завтра предстояло вновь отправиться с Леной в кофейню и проконтролировать идущий ремонт. Этот день вышел настолько насыщенным, что до невозможности хотелось как можно скорее принять душ и лечь спать на следующие часов десять. Карпова смотрела в окно, наблюдая за проплывающими зданиями и фонарями. Дима периодически отрывал взгляд от дороги и смотрел на нее. Она выглядела уставшей. Невольно вспоминался этот неудавшийся
— спасибо, Цири! — поцелуй, и внутри все скручивалось в узелок. Он ведь, действительно в тот момент наплевал на всех, кто были в студии и смотрели на них, готовый прильнуть к ней, даже если в чертовом фанфике и было написано иначе.
Гелентваген остановился у ее дома. Алиса отстегнула ремень безопасности и убрала телефон в карман пальто. Повернулась к нему.
— Спасибо, — улыбнулась, глядя в глаза. — Не за что.
Улыбнулся в ответ, но взгляда не оторвал. В полутьме, освещаемые лишь отблеском фонаря, ее глаза икрились. Аромат вишни заполнил салон автомобиля. Он вдохнул глубже. Кончики пальцев покалывало от желания прикоснуться к ней, как тогда, в студии, а внутри все трепетало. Он не мог упустить такую возможность. Сейчас. Резко подался к ней, скользнув кончиками пальцев по ее щеке, очертил линию скул, и прильнул к пухлым губам. В первую секунду Алиса опешила, словно не ожидала, что он в действительности это сделает, а после, так робко и боязливо, ответила на поцелуй. Внутри все сжалось в тугой узелок — было так неловко и отчего-то страшно. Дима поглаживал ее по щеке подушечкой большого пальца, но отстраняться не собирался и совершенно не хотел. Ей стало жарко, то ли от волнения, то ли от тепла, что исходило от него. В первые секунды поцелуй был страстный, ведомый этим порывом, а после смягчился, стал нежнее, аккуратнее, что ли. Целовал ее так бережно, словно боялся причинить физический вред. По всему телу проходился электрический ток — так сильно желать этого, и, наконец, сделать.
Алиса отстранилась первая, и ему фактически захотелось взвыть. Дима улыбнулся, глядя в зеленые глаза напротив, а после потянулся и коротко поцеловал в лоб.
— Спокойной ночи, Лисенок.
— Спокойной ночи, — Карпова улыбнулась.
Пересилив себя, убрал руку с ее щеки, и ей показалось, что кожу тут же обдало холодом. Алиса смотрела на него еще мгновение, а после вышла из машины. Запахнула пальто и направилась к подъезду. Масленников проводил ее взглядом, а после завел машину, не в силах сдержать широкой улыбки, и направился обратно в студию.