Глава 39
На следующее утро просыпаюсь одна. Передо мной всплывают вчерашние картинки, и я краснею. Мир Юнги затягивает меня, и я понимаю, что с каждым разом мне все больше и больше это нравится. Вдруг открывается дверь, и входит Юнги с завтраком на подносе.
— Доброе утро, смугляночка.
Это приветствие так напоминает отца, что я невольно улыбаюсь. Сажусь на кровати, Юнги подходит и, нежно поцеловав меня в губы, садится рядом.
— Я принес апельсиновый сок, колбасу, тосты, кекс и два кофе с молоком. Как тебе такой завтрак?
Очарованная его заботой, расплываюсь в улыбке:
— Самый лучший.
Когда мы справляемся со всем, что было на подносе, Юнги ставит его на пол и снова устраивается рядом со мной. Он такой красивый в белой футболке и шортах с камуфляжным рисунком... Похож на молоденького парня, но никак не на директора международной компании.
— Ну что, малышка, как ты себя чувствуешь? — спрашивает он, поглаживая меня по лицу.
— Хорошо, а что? — увидев его поднятую бровь, добавляю: — Хорошо... Если ты меня спрашиваешь о том, что было вчера, то успокойся, я в порядке, я получила удовольствие, и, кроме того, ты ни к чему меня не принуждал, я сделала это, потому что сама очень хотела.
Юнги кивает. По его выражению лица видно, что ему нужно было это услышать, и он улыбается.
— Мне понравилось с тобой экспериментировать. Ты была великолепна.
— А для меня это было немного необычно. Своеобразно. Но также и сладострастно... очень сладострастно. Я видела, как ты наслаждался, когда Ёндже и Йерим ласкали меня.
— Ммммм... Ты так упоительно изгибаешься... Я просто схожу с ума, когда вижу тебя такой.
Мы смеемся.
— Кстати, о сегодняшнем празднике. Если не хочешь, мы не...
— Хочу. Я хочу пойти.
— Ты уверена?
— Да. Абсолютно.
Его, кажется, удивляет моя решительность.
— Ты не хочешь пойти?
— Нет... дело не в этом... просто...
— Может, там будет какая-нибудь женщина, из-за которой я должна переживать?
Юнги хохочет и поясняет:
— Вовсе нет. Я с ними просто играл и...
— И много ты с ними играл?
— Да.
Мне неловко. Любая из них имеет передо мной преимущество.
— Много... много?
— Много... много. Малышка, некоторых из них я знаю более десяти лет. Но тебе незачем волноваться. Наоборот, это я должен переживать. Ты будешь новенькой, и я уверен, что многие мужчины будут смотреть на тебя с вожделением и захотят стать избранными.
— Ты думаешь?
Юнги кивает, и его взгляд мрачнеет. Он что, ревнует?
— Да, я так думаю. Но не забывай, дорогая, что...
— ...что мы это сделаем только с тем, с кем я захочу, не так ли?
— Так. — Он улыбается, убирая с моего лица прядь волос.
Выпиваю глоток кофе.
— Ты будешь предлагать меня другому мужчине?
Вопрос застает его врасплох. Он задумывается.
— А ты хотела бы?
— Да... Мне нравится чувствовать, что ты мой хозяин. Вчера вечером меня это очень возбудило.
Он хохочет и, поцеловав меня в губы, тихо говорит:
— Госпожа Манобан, вы говорите о хозяине? Разве вы не говорили, что вам не нравится садо?
— Да, действительно, мне не нравится садо, — поясняю я. — Но я возбуждаюсь от твоей властности.
Юнги кивает. Всматривается в меня своими очаровательными глазами и шепчет:
— Я не забуду об этом, когда предложу тебя сегодня вечером.
Я одобрительно киваю. Ясно, что он сделает только то, что захочу я, и, желая, чтобы произошло так, как всегда, вытягиваюсь на кровати и, поманив его пальцем, шепчу:
— Ты у меня эксперт. Я в твоих руках.
Юнги улыбается и целует меня.
— Дорогая... с каждым днем ты все больше и больше меня удивляешь.
Закатываю глаза и хлопаю ресницами:
— Я с ума схожу, когда ты называешь меня «дорогая». Разве ты до сих пор не понял, как ты на меня действуешь, когда говоришь ласковые слова?
— Ты начинаешь меня пугать.
Я хохочу.
— Я тебя пугаю?
Юнги кивает, кладет руки мне на талию и щекочет меня.
— Да... госпожа Манобан. Я начинаю побаиваться твоих игр. Думаю, что ты будешь способна на все.
После обеда Йерим и Ёндже отправляются отдыхать. Юнги предлагает сделать то же самое, но я решаю почитать в тенечке. Он идет со мной, мы устраиваемся в удобные гамаки рядом с бассейном, спрятавшись в тени, слушаем музыку на айподе и читаем.
Но мне не до чтения. В голове пролетают мысли о том, что сегодня произойдет, о том, как приятно быть вместе с Юнги. Видеть его рядом, спокойным, расслабленным, читающим газету, кажется чем-то неземным, просто волшебным. Вдруг на айподе начинает звучать песня, и я слышу, что Юнги подпевает. Я теряю дар речи.
Знаю, что было мало причин, знаю, мешали капризы. Я с тобой, потому что ты изводишь меня, но без тебя я жить не могу. Ты говоришь «белое», я — «черное». Ты говоришь «ухожу», я — «прихожу». Я смотрю на жизнь в цвете, для тебя она черно-белая. Говорят, что любви достаточно, но мне не хватает смелости бороться с этим. Ты заставляешь меня плакать, но только ты сможешь утешить меня. Дарю тебе свою любовь, дарю тебе жизнь, Несмотря на боль, только ты вдохновляешь. Мы не идеальны, мы противоположные полюса. Я сильно люблю тебя, иногда ненавижу.
Он напевает песню «Белое и черное» группы Малу. Он знает ее наизусть!
Ошарашенная, я замираю и делаю вид, что читаю книгу. У меня мурашки бегут по коже, когда я слышу, как Юнги напевает именно ту песню, которая всегда мне напоминала о нем.
— Я до сих пор помню тот день, когда услышал, как ты пела эту песню.
— Да... ты был тогда таким дерзким. Сказал, что я ужасно пела, помнишь? — Юнги улыбается, а я добавляю: — Послушай... откуда ты знаешь эту песню? Я помню, что ты спрашивал ее название и кто ее исполняет.
— Я ее искал.
— Зачем ты ее искал?
— Потому что, слушая ее, я вспоминаю о тебе.
Я в шоке от этого признания. Юнги продолжает читать, и я делаю то же самое. Я взволнована, потому что понимаю: не говоря нежных слов, он сказал мне: «Я тебя люблю».