25 часть
Уже в кабинете я сидел на диване, наблюдая, как отец ходил по комнате, словно что то ища, но на самом деле просто сдерживал себя. Его шаги были резкими, нервными, как будто каждое движение давалось ему с трудом. Отец остановился, обернулся ко мне.
— Райан, что с тобой? – его голос был холодным, но в нем слышалось беспокойство. – С появлением этой девочки ты потерял голову!
Я сидел молча. Какой смысл отвечать, если он все равно не слушает?
— Ты любишь ее?
Я поднял взгляд. Он искал ответ в моих глазах, но там был только ледяной покой, ничего больше.
— Отвечай, когда отец разговаривает с тобой!
Я выдержал паузу и тихо сказал.
— Я не знаю. Я устал, папа. Ты вообще помнишь, когда мы в последний раз были семьей? Такое ощущение, будто мы не отец и сын, а два союзника, которые просто выполняют работу. Мне надоело.
Я говорил спокойно, но внутри будто щелкало что то.
— Неужели ты думаешь, что я настолько туго запрограммирован, что бы не чувствовать? Я человек. И если мне нравится кто то, даже если я люблю её, то что дальше? Ты убьешь меня, как убивал всех тех девушек, папа?
Отец застыл. Его лицо будто оканемело. Никакого гнева, только пустота.
Я продолжил.
— Мама бы ни за что не была с тобой, если бы знала, каким ты был на самом деле.
Он резко развернулся, подошел ко мне и схватил за кофту, почти прижимая к себе. Его дыхание было горячим и тяжелым.
— Не смей говорить про мать! – выдохнул он свой яд мне в лицо. – Из за нее я стал таким! Из за нее я теперь ненавижу любой женский пол! Я воспитывал тебя так же. Я никогда не хотел видеть девушку в этом доме, и ты знаешь почему!
Я спокойно посмотрел на него, хотя сердце билось громче, чем когда либо.
— Жаль, что ты потерял голову после ее смерти. Она была единственной, кто защищал во мне остатки чувств, пока ты их не вытравил. Но что то все таки осталось. И я рад, что я способен любить. Я не дам тебе уничтожить это.
Его глаза сверкнули опасным огнем. Он резко отпустил меня и словно отталкивая от самого себя, отбросил в сторону. Я чуть не упал, но удержался.
Отец отошел к столу, тяжело опираясь на ладони. Его спина согнулась, плечи дрожали. Он не смотрел на меня. Его голос прозвучал тихо, но в нем все еще была сталь.
— Убирайся.
Я понял, что разговор окончен. Он не проиграл, но и не победил. Просто отступил. На этот раз отступил.