2
Двери номера 703, где все произошло, были приоткрыты, пропуская внутрь сотрудников криминалистической службы. Каждый шаг Вирджинии Гусман по ковровому покрытию, каждый вздох, казалось, нарушал незримую святость места, где оборвались две жизни. Но ее цель была иной – не почтить память, а найти истину. Атмосфера в номере была густой, пропитанной запахами дезинфекции, смешанными с чем-то более острым, что Вирджиния не могла точно идентифицировать – запах страха, запах смерти.
В дверном проеме ее встретил детектив, мужчина средних лет, с усталым, но проницательным взглядом. Он кивнул, пропуская ее внутрь, но его жест был скорее формальным, чем приветственным. Вирджиния вошла, и перед ее глазами предстала картина, которая, несмотря на ее опыт, все равно произвела сильное впечатление.
Номер был просторным, обставленным дорогой мебелью. Повсюду виднелись следы работы криминалистов: разбросанные улики, пластиковые пакеты с вещественными доказательствами, освещенные фонарями, направленными на детали. Но центральным объектом, привлекающим взгляд, была кровать. Огромная, застланная белым бельем, она теперь была ареной трагедии. На простынях, уже тронутых пятнами, которые еще недавно были ярко-красными, покоилось тело Виктора Матео. Его поза была неестественной, застывшей, словно он был застигнут врасплох в самый неподходящий момент. Лицо его было искажено гримасой, но даже в ней читалось что-то от его обычной самоуверенности.
Рядом с ним, на полу, лежало тело другой женщины. Ее одежда была смята, лицо обращено в сторону, скрывая часть выражения. Она была моложе, ее присутствие здесь, в этом номере, с Виктором Матео, казалось, добавляло еще один слой загадки к уже имевшейся. Кто она? Почему она была здесь? Была ли она любовницей Виктора, соперницей Лауры, или кем-то совершенно другим?
Вирджиния медленно обвела взглядом комнату. Обстановка говорила о роскоши: дизайнерская мебель, дорогой текстиль, предметы искусства на стенах. Все это контрастировало с хаосом, который царил сейчас. Она чувствовала, как каждая деталь здесь может быть ключом к разгадке.
"Мисс Альенде находится в ванной комнате", – сказал детектив, следуя за Вирджинией. – "Она... шокирована. Не говорит почти ничего."
Вирджиния кивнула. Она понимала. Любой на месте Лауры чувствовал бы себя разбитым. Но для адвоката шок – это не оправдание. Шок – это барьер, который нужно преодолеть, чтобы добраться до истины.
Она подошла к двери ванной комнаты и осторожно постучала.
"Лаура? Это Вирджиния. Я здесь."
После нескольких мгновений тишины дверь приоткрылась. Лаура стояла там, бледная, с опухшими глазами, ее волосы были растрепаны. Она выглядела намного старше, чем обычно, словно годы прошли за эту ночь. Ее взгляд был пустым, словно она видела что-то, что навсегда оставило след в ее душе.
"Вирджиния..." – прошептала она, и в ее голосе снова прозвучала та самая мольба, которую Вирджиния слышала по телефону.
"Лаура, нам нужно поговорить", – мягко сказала Вирджиния, стараясь не давить. – "Ты можешь мне доверять. Расскажи мне все, что произошло. С самого начала."
Лаура медленно кивнула, словно собираясь с силами. Она вышла из ванной, и Вирджиния заметила, что ее одежда была немного испачкана, словно она пыталась что-то отмыть. Еще одна деталь, которая могла бы стать уликой.
Они сели на диван, подальше от центра происходящего. Детективы, оставив их наедине, наблюдали из коридора, их присутствие ощущалось, но не вторгалось.
"Я... я не знаю, с чего начать", – прошептала Лаура, ее голос дрожал. – "Это все было так внезапно. Так ужасно."
"Начни с того, как ты оказалась здесь", – предложила Вирджиния. – "Когда ты приехала? Что ты увидела?"
Лаура глубоко вздохнула, и начала свой рассказ, тот самый, который Вирджиния уже слышала по телефону, но теперь в ней звучали новые, жуткие детали.
"Я приехала сюда утром. Виктор... мы договорились встретиться. Мы встречались уже какое-то время. Тайком. Я знала, что это неправильно, но... я не могла остановиться. Я любила его, Вирджиния."
Слова "любила его" прозвучали с такой искренностью, что Вирджиния на мгновение поверила. Но она была адвокатом, и знала, что в таких ситуациях эмоции часто искажают реальность.
"Когда ты вошла?" – спросила Вирджиния, возвращая ее к хронологии.
"Я позвонила в дверь. Но никто не открыл. Я подумала, может, он спит. Или... или что-то случилось. Я открыла ключом, который он мне дал. И... и я увидела это."
Лаура остановилась, ее глаза снова наполнились слезами.
"Виктор... он лежал там. На кровати. Я сначала подумала, что он спит. Но потом... я увидела кровь. И... и ее."
"Ее?" – подхватила Вирджиния. – "Ту женщину, которую нашли рядом с ним?"
"Да", – прошептала Лаура. – "Я... я не знала, кто она. Я никогда ее не видела. Она была... мертва. Я была в ужасе. Я не знала, что делать. Я хотела убежать, но... но я поняла, что меня найдут. И они подумают, что это я. Потому что я была здесь. С ним."
"Что ты сделала потом?" – осторожно спросила Вирджиния.
"Я... я запаниковала. Я обошла комнату. Я... я хотела убедиться, что никого больше нет. Я проверила ванную. Там никого не было. Потом я... я взяла телефон. Я хотела позвонить в полицию. Но я боялась. Я боялась, что они не поверят мне. Я боялась, что они решат, что я виновна."
"Но ты позвонила мне", – напомнила Вирджиния.
"Да. Потому что ты лучшая. Потому что я знала, что ты сможешь мне помочь. Я не убивала его, Вирджиния. Я никогда бы не смогла. Я любила его."
Лаура посмотрела на Вирджинию с мольбой в глазах. Это был взгляд человека, который искренне верит в свою невиновность, или же взгляд актера, который безупречно играет свою роль. Вирджиния не могла решить.
Она встала и подошла к кровати. Осторожно, стараясь ничего не трогать, она внимательно осмотрела тело Виктора Матео. Его одежда была в порядке, никаких явных признаков борьбы. Пулевое ранение, судя по всему, было единственной причиной смерти. Но где было оружие?
"Оружие?" – спросила она, обращаясь к одному из детективов, который незаметно подошел.
"Мы его еще не нашли", – ответил детектив. – "Ищем. Но судя по расположению раны, оно было близко. Возможно, из пистолета."
"А женщина?" – спросила Вирджиния, указывая на второе тело.
"Тоже убита. Возможно, тем же оружием. Нам предстоит провести вскрытие, чтобы установить точную причину смерти и время."
Вирджиния вернулась к Лауре. "Лаура, ты уверена, что в ванной никого не было? Ты проверила все?"
"Да. Абсолютно уверена. Я заглянула туда, когда искала... искала Виктора. Там никого не было."
"А вторая женщина? Когда ты ее увидела?"
"Я увидела ее, когда вошла в комнату. Она лежала там, рядом с Виктором. Я... я не могла поверить своим глазам. Я подумала, что это сон."
"Ты трогала что-нибудь?" – спросила Вирджиния, внимательно наблюдая за реакцией Лауры. – "Любую вещь? Предмет? Оружие?"
Лаура покачала головой. "Нет. Я... я боялась. Я старалась ничего не трогать. Только... когда я говорила, что хотела позвонить в полицию, я взяла телефон Виктора. Он лежал на тумбочке. Я хотела посмотреть, не смогу ли я найти номер экстренной помощи. Но потом я передумала и положила его обратно."
"Телефон Виктора?" – повторила Вирджиния. – "Ты его трогала?"
"Да. Только телефон. И я положила его обратно."
Вирджиния записала это в своем блокноте. Каждый незначительный, казалось бы, факт, мог стать ключевым. Прикосновение к телефону. Слова "я любила его". Неуверенность в личности второй жертвы. Все это были элементы мозаики, которая только начинала складываться.
"Лаура, ты уверена, что Виктор был женат?" – спросила Вирджиния, пытаясь получить больше информации о жертве.
"Да. Я знаю. Но... наши отношения были сложными. Он обещал мне, что разведется. Он говорил, что любит только меня."
"И ты верила ему?"
В глазах Лауры мелькнуло что-то, что Вирджиния не могла определить. Сомнение? Или, возможно, разочарование?
"Я хотела верить", – тихо ответила Лаура. – "Я действительно хотела верить."
Вирджиния посмотрела на тело Виктора Матео. Успешный, влиятельный, окруженный скандалами. Его смерть – это не просто конец жизни. Это конец целой истории. Истории, в которую, как она чувствовала, Лаура была втянута помимо своей воли. Или же, она сама была ее создателем?
Она снова обвела взглядом комнату, пытаясь уловить что-то, что упустила. Каждая деталь, каждое пятнышко, каждая тень – все могло иметь значение. Она понимала, что это только начало. И что правда, скорее всего, будет намного сложнее и мрачнее, чем кажется на первый взгляд.
"Хорошо, Лаура", – сказала Вирджиния, вставая. – "Теперь тебе нужно оставаться спокойной. Я поговорю с детективами. Ты не должна говорить ничего, кроме того, что я скажу тебе. Понятно?"
Лаура кивнула, ее глаза были прикованы к лицу Вирджинии, словно ища в нем спасение.
Вирджиния подошла к детективам. "Я поговорила с моей клиенткой", – сказала она. – "Она находится в состоянии шока, но готова сотрудничать. Она настаивает на своей невиновности. Она обнаружила тела и сразу же позвонила мне."
"Мы слышали ее версию", – ответил детектив. – "Но есть некоторые несостыковки. Например, она говорит, что телефон Виктора лежал на тумбочке. Но когда мы вошли, его там не было. Он был найден в другой комнате."
Вирджиния замерла. Несостыковка. Первый же серьезный промах в версии Лауры. Это могло быть доказательством лжи, или же просто следствием паники и сбивающих факторов.
"Это может быть следствие стресса", – сказала Вирджиния, пытаясь найти объяснение. – "Она была в шоке. Возможно, она что-то перепутала."
"Возможно", – скептически протянул детектив. – "Но нам нужно больше, чем просто "возможно". Нам нужны факты."
Вирджиния понимала. Это было только начало. Ей предстояло пройти через лабиринт лжи, манипуляций и обмана, чтобы найти ту самую, ускользающую истину. И в этом лабиринте, она чувствовала, скрывался кто-то еще. Кто-то, кто остался в тени, невидимый, но играющий главную роль в этой трагической истории. "Невидимый гость", который, возможно, был не просто свидетелем, но и архитектором всего этого ужаса.