Часть его жизни
Он всё ещё держал мою руку, и тишина между нами была такой плотной, что почти звенела. Когда его телефон завибрировал, я вздрогнула. На экране вспыхнуло имя:
Эллиса.
Слишком уверенное имя. Слишком короткое. Слишком знакомое ему — я увидела это по выражению его лица.
Он не взял трубку.
Звонок смолк.
Секунда — и снова вибрация.
— Возьми, — сказала я, стараясь не выдать, как в груди неприятно кольнуло.
— Нет, — коротко.
— Почему?
Он смотрел на меня серьёзнее, чем чуточка ревности того стоила.
— Это прошлое, — отрезал он.
Но телефон звонил снова и снова, словно напоминая: прошлое редко уходит тихо.
— Она красивая? — вырвалось из меня.
Кристофер шагнул ближе, так что воздух между нами сжался.
Я попыталась отвести взгляд, но он поймал мой подбородок пальцами.
— Смотри на меня.
Не на её имя.
На меня.
Его глаза были опасно близко.
— Ты ревнуешь, — сказал он, и в уголках губ мелькнула тень удовлетворённой улыбки. — Хорошо.
Он взял телефон... и прямо при мне заблокировал номер.
Один взмах пальцем — и словно стёр целую историю.
— Довольна? — тихо, почти хрипло.
Я не отвечала. Только стиснула его рубашку и притянула ближе.
— Только скажи, что хочешь, чтобы я остался.
И я сказала.
Без слов.
Поцелуем, в котором было слишком много накопленного желания и страха потерять.
⸻
Мы сидели на полу у дивана — там же, где всё началось. Снаружи гудел ночной город, но здесь было тихо и странно честно.
— Ты правда думаешь, что я уйду?— спросила я, играя его пальцами.
Он задумался, и ответ получился слишком честным:
— Каждый, кто был рядом, однажды уходил.
— Может, они просто не держались достаточно крепко?
Он усмехнулся.
— Или я не держал.
На мгновение он выглядел не неприкасаемым хозяином клубов и криминальных схем — а человеком, которого обманули много раз.
— Ты не обязан всё время быть сильным, — сказала я тихо.
— Я не умею иначе.
— Учись.
Он посмотрел так, будто услышал вызов. И принял его.
— А что будет с тобой, Кристина, если я стану слабым? — прошептал он.
— Я просто буду рядом.
Он закрыл глаза, вздохнул медленно — будто позволял себе роскошь расслабиться.
— Ты — неправильный выбор для меня, — честно признался он.
— И ты — неправильный выбор для меня, — ответила я.
Пауза.
Улыбка, почти незаметная:
— Значит, мы идеально несовместимы.
Он взял мою ладонь и переплёл пальцы с моими так, словно тем самым ставил подпись под чем-то важным.
— Ты должна кое-что знать, — его взгляд снова стал серьёзным. — Мой мир... не про танцы на кухне. И там нет места сомнениям.
— Тогда покажи мне его, — сказала я.
Он чуть наклонился вперёд.
— Уверена?
— Абсолютно.
— Ладно, — выдохнул он, поднимаясь. — Поехали.
Мы приехали в здание, которое легко спутать с офисом крупной корпорации: стекло, сталь, тишина силы.
Но внутри воздух пах властью и страхом.
Проходя мимо людей в дорогих костюмах, я почувствовала их взгляды. Не любопытство.
Оценка. Проверка.
«Кто она, если он ведёт её сюда?»
Охранник открыл перед нами тяжёлую дверь.
Внутри сидел мужчина.
Связанный.
Побитый.
Кровь на рубашке темнела с краёв.
Я застыла.
Кристофер положил мне руку на спину — уверенно, будто защищая, и одновременно не давая отступить.
— Хочешь знать, кто я? — его голос стал низким и ледяным. — Это часть ответа.
Мужчина поднял глаза, и в них было отчаяние.
А во взгляде Кристофера — ни капли сомнения.
— Он — украл у меня то, за что люди обычно умирают, — произнёс он спокойно, как будто обсуждал меню ресторана. — И думал скрыться.
У меня пересохло во рту.
— Я контролирую порядок там, где закона нет, — продолжал он. — И если я позволю одному ослушаться... завтра это сделают десять.
Он повернулся ко мне.
— Если ты останешься рядом — ты увидишь такие вещи часто.
И тебе придётся решать — кто я для тебя.
Чудовище?
Или мужчина, которого ты выбрала?
Мужчина на стуле всхлипнул.
Кристофер даже не повернулся.
— Скажи, Кристина. — он сделал шаг ко мне. — Ты всё ещё хочешь быть со мной?
Мир сузился до одного вопроса.
И одного ответа.
— Да, — сказала я.
Без дрожи.
Без сомнений.
Потому что уже сделала выбор.
Он улыбнулся медленно — тёмно и опасно.
Но в этой улыбке была и гордость, и облегчение.
— Тогда держись крепче, — произнёс он. — Мой мир не прощает ошибок.
Он протянул мне руку — и на этот раз я взяла её первая.
Я всё ещё держала его за руку, чувствуя, как под кожей бьётся сталь, спрятанная под спокойствием.
Комната была слишком тихой — тишина здесь была не пустотой, а приговором.
Кристофер подошёл к мужчине, связанному на стуле.
Тот боялся смотреть ему в глаза, будто от одного взгляда могло стать хуже.
— Ты знаешь, почему это происходит, Томас? — голос Кристофера был ровным. Ужасно ровным.
Мужчина кивнул, хрипло сглатывая.
— Да... я... это ошибка, босс. Я верну всё... честно...
— Ошибки допускают дети, — перебил Кристофер, чуть склонив голову. — Ты сделал выбор.
Он говорил спокойно. А я чувствовала, как внутри поднимается холодная дрожь — не страх за себя.
Страх за того, кто перед ним.
Один из охранников протянул Кристоферу папку. Тот открыл — взглянул — закрыл.
— Ты продал мою информацию. Тому, кто считает, что я стал... мягким, — он произнёс последнее слово будто ядом.
Мужчина затряс головой:
— Это был разовый... я... я больше не...
Кристофер поднял руку — и тот сразу замолчал.
— Ты хотел лёгких денег и лёгкой жизни. А теперь получишь лёгкий конец.
Он сделал шаг назад и кивнул охранникам, как будто ставил точку в скучном рабочем вопросе.
— Подождите, — неожиданно вырвалось у меня.
Двое мужчин замерли, удивлённо посмотрев на меня.
Да и Кристофер тоже.
Я сама не поняла, почему сказала. Я была шокирована своим же поведением.
— Он ещё может быть полезен, — произнесла я тихо, но уверенно, не отводя взгляда от Кристофера.
Вот тогда он посмотрел на меня по-другому.
— Полезен? — спросил он медленно, словно пробуя вкус слова.
Я кивнула:
— Наказание может быть не только смертью. Иногда хуже — жить с долгом. И страхом.
В комнате стало ещё тише.
Охранники ожидали приказа.
Мужчина — чудо.
А Кристофер — ответа, который давала ему я.
Он подошёл ближе. Настолько, что от его дыхания по коже побежали мурашки.
— Ты просишь за него? — его голос был низким, угрожающим... или восхищённым? Я не поняла.
— Я не прошу, — выдохнула я. — Я предлагаю вариант.
Он изучал моё лицо.
Тщательно.
Словно в каждом жесте читал решение, важное не только для этого человека — для нас.
— Ладно, — произнёс он наконец. — Жить будет.
Мужчина всхлипнул, рухнув почти без сознания от облегчения.
Но Кристофер не смотрел на него — только на меня.
— Но теперь он будет работать только на меня. И вдвойне эффективнее, -он произнёс это так мягко, что от этой мягкости мурашки были страшнее, чем от крика.
— Не думай что просто так слезешь, я заставлю тебя пожалеть о содеянном,- это обращение уже было адресовано его подопечному.
Он вновь обратился ко мне — уже тише, почти интимно:
— Интересный вывод, Кристина.
Ты думаешь, как я.
Я чуть улыбнулась:
— Или ты начинаешь думать, как я?
Он тихо усмехнулся — впервые в этой комнате.
— Не исключено.
⸻
Мы вышли в коридор. Воздух стал легче, но внутри всё ещё вибрировало от напряжения.
— Ты не испугалась? — спросил он, не глядя на меня, но прислушиваясь к каждому моему вздоху.
— Испугалась, — честно. — Но не тебя.
Теперь он посмотрел прямо.
— Кого же?
— Себя, — ответила я. — Что мне... понравилось иметь влияние. Понравилось, что ты слушаешь.
Кристофер остановился так резко, что я тоже замерла.
Он коснулся пальцами моей щеки. Легко. Осторожно.
— Я слушаю только тех, кто достоин, — произнёс он. — Ты сейчас доказала, что ты не просто рядом.
Он наклонился ближе.
— Ты — часть игры.
И эти слова почему-то согрели сильнее любого признания.
— Значит, теперь я игрок? — спросила я.
— Нет, — улыбка стала хищной. — Ты — моя.
Он взял мою руку и повёл вперёд.
— Пойдём.
У нас впереди много дел.
И впервые я почувствовала:
страшный мир может быть чертовски захватывающим,
если идти в него вместе с ним.
— Подожди здесь, — сказал Кристофер.
Он открыл дверь в свой кабинет — тяжёлую, тёмного дерева, с матовым стеклом.
Перед тем как войти, он коснулся моей руки — на мгновение, словно проверяя, выдержу ли я это.
— Я ненадолго. Просто документы, — его голос вернулся к деловому, но взгляд задержался на мне дольше, чем следовало.
— Я в порядке, — ответила я.
Он кивнул — и исчез за дверью.
Щелчок замка прозвучал почти как предупреждение.
Я огляделась.
Просторный холл, строгие стены, в оттенках серого и графита.
Ни одной неуместной детали.
Место, где всё подчинено дисциплине.
Охранники стояли неподалёку — двое у лифта, один у поворота коридора.
Они старались выглядеть равнодушно, но время от времени бросали взгляды в мою сторону — оценивающие, но не грубые.
Сначала я делала вид, что не замечаю.
Но через пару минут один из них всё-таки подошёл.
Крепкий, высокий. На вид около сорока. Лицо будто вырезано ножом — резкие линии, ни одной лишней эмоции.
— Могу я... чем-то помочь? — спросил он. Но это прозвучало не как забота — как проверка.
— Нет, спасибо. Я просто жду, — вежливо ответила я.
Он кивнул — и секунду молчал, как будто решал, стоит ли продолжать.
— Вы... сегодня сделали невозможное, — сказал он наконец.
Я приподняла бровь.
— Что именно?
— Вы убедили его оставить человека в живых.
Он произнёс это с таким искренним изумлением, что я чуть не рассмеялась — не от смешного, а от абсурдности.
Для меня это был инстинкт, порыв.
Для них — чудо.
Второй охранник, молчавший до этого, присоединился к разговору — явно заинтересованный.
— Босс никогда не даёт второго шанса, — серьёзно сказал он. — Никогда.
Слово «никогда» прозвучало тяжело, с опытом.
— Люди ошибаются, — тихо заметила я. — Иногда им просто дают шанс всё исправить.
— Но он — не люди, — отозвался первый, глядя в сторону двери кабинета. — Он... другой.
Я хотела спросить «насколько другой», но понимала — не мне сейчас расспрашивать.
Третий охранник подошёл ближе. Этот был почти моего возраста, только гораздо крепче и уверённее.
— Вы не боитесь его? — спросил он прямолинейно.
Я задержала дыхание на секунду.
Ответ пришёл сам.
— Боюсь, — призналась я. — Но не так, чтобы убежать.
Они переглянулись.
И во взглядах было что-то вроде уважения.
— Он слушал вас, — сказал молодой. — Это... редкость.
В его голосе было восхищение.
Первый добавил:
— За всё время я видел только одного человека, на которого он когда-либо смотрел так... — он на мгновение задумался над словом, — будто тот важнее воздуха.
— И кто это был? — спросила я осторожно.
Он повернулся ко мне:
— Это были вы. Сегодня.
Тепло вспыхнуло где-то под рёбрами — неожиданное и пугающее.
— Вы... — второй охранник сжал кулак на груди, будто пытаясь выразить мысль, — вы изменили ход его решения.
Здесь это... ценится.
И опасно.
Последнее слово прозвучало как предупреждение.
Я посмотрела на дверь его кабинета: тяжёлая, неприступная.
А за ней — человек, который доверил мне то, чего не доверяет никому: право влиять.
— Он не должен меняться из-за меня, — сказала я тихо.
Молодой усмехнулся:
— Он уже меняется. Вопрос лишь в том — к лучшему или к худшему.
Серый интерьер давил на сознание.
Я вдруг осознала — это не просто место работы.
Это сеть, паутина, где каждый связан с ним долгом, страхом или преданностью.
И каждый смотрит на меня как на новую вершину в его жизни.
— Вы... особенная, — сказал первый охранник. — Это правда.
— Здесь так не говорят просто так, — добавил второй.
Я вдохнула глубже, пытаясь проглотить ком в горле:
— Я не уверена, что хочу быть особенной в таком месте.
— Вы уже ею стали, нравится вам это или нет, — произнёс молодой с лёгкой грустью.
Секунда.
Другая.
Третья.
Коридор снова накрыло молчанием.
Теперь оно было другим — не враждебным, а внимательным.
Будто весь этаж ожидал, что из меня получится.
Сколько времени прошло? Пять минут? Десять?
Может, целая вечность.
Я почувствовала движение воздуха за спиной ещё до того, как услышала шаги.
Кристофер вышел.
Его взгляд сразу нашёл меня — будто никто и ничто больше не существовало.
— Всё хорошо? — спросил он тихо.
— Да, — ответила я.
И это была правда.
Он скользнул взглядом по охранникам — коротко, властно.
Каждый из них вытянулся ровнее, как по сигналу.
— Я надолго пропал? — спросил он, изучая моё лицо.
— Достаточно, чтобы понять пару вещей, — я улыбнулась едва заметно.
Его бровь чуть приподнялась:
— Например?
Я сделала шаг к нему ближе.
— Например, что люди здесь боятся тебя.
Уважают, но боятся.
И не привыкли видеть тех, кого ты слушаешь.
Он смотрел внимательно.
Как будто я была документом, в котором нужно прочитать скрытые строки.
— А ты? — спросил он.
— Я? — я сделала вдох.
— Я пытаюсь понять — правильно ли я поступаю.
На губах его появилась тёмная усмешка.
Опасная.
Но тёплая — только для меня.
— Отличный ответ, — произнёс он. — Пойдём. Нам ещё предстоит кое-что обсудить.
Он подал мне руку.
И когда пальцы переплелись — охранники отвели взгляд.
Из уважения.
Их признание: я теперь — часть его мира, надолго засело в голове.
В лифте мы остались вдвоём.
Он нажал кнопку VIP-уровня — и двери закрылись.
Секунда.
Другая.
Его рука легла на мою талию.
— Они правы, — сказал он, наклоняясь ближе. — Ты — особенная.
Лифтовая кабина поднималась всё выше.
И я знала: чем выше поднимаешься в его мир —
тем больнее падать.
Но я больше не думала о падении.
Я думала —
как далеко я готова зайти вместе с ним.
Двери открылись.
— Добро пожаловать, Кристина, — произнёс он. — В верхний этаж моей жизни
—————————
Очень раскаиваюсь и прошу прощения за то, что пропала, на то было весомые причины.
Главы стали намного объемнее, дальше больше )
Также пишите свои догадки в комментариях, что будет дальше с нашими героями, либо же какой разворот событий вы бы хотели видеть в следующих главах
Спасибо всем кто со мной, целую 💋