Глава 38
- Говорят, после последнего ужина дают закурить, не слышала о таком?
Я неосознанно делаю еще шаг назад и спиной упираюсь в холодные железки.
Из единственного окна едва пробивается свет, но этого достаточно, чтобы я смогла разглядеть вышедшего из тени костлявого старика. Он очень высокий и худой. Острые скулы и подбородок. Седая голова и такая же борода. Рукава его рубахи закатаны выше локтя от чего кости, обтянутые тонкой кожей, видны еще отчетливее.
- А вы, собственно, кто?
Мужчина отходит назад, видимо заметив мой страх. Улыбка кажется приветственной, но я не подхожу ближе.
- Не бойся меня, дева, я лишь тоже проживаю свой последний день в этой догнивающей камере.
Матрас, ведро, небольшая полка с двумя книгами на ней. Да уж, отвратительное местечко. Старик присаживается на свой матрас, скрещивая длинные ноги.
- Только вот деду интересно, за что такая красавица в росте на голову уменьшится?
Я не спешу рассказывать свою историю, лишь поглядываю на окно в двух с половиной метрах надо мной.
Если честно, мне бы и не очень хотелось делиться своей биографией с незнакомцем, который еще, к слову, и преступник.
- А вы за что тут?
Мужчина на миг вопросительно поднял бровь, но сразу же взял в руки карандаш, лежавший рядом, и стал крутить его меж пальцев.
- Не красиво отвечать вопросом на вопрос, но все же, может, я уже и не успею поделиться своим рассказом... Я много лет искал одного мужчину. Когда-то у меня была семья и я жил прекрасную жизнь в достатке с любимой женщиной и сыном. Пока... Он был каким-то министром, но когда мы пересеклись в баре, я об этом не знал. Встретились еще второй и третий раз, там сдружились. Привел его домой, познакомил с семьей... Если коротко, этот ублюдок захотел мою жену и пока я был на работе он добился своего только...
Мужчина замолчал, сжимая в ладони карандаш. Громкий вдох, затем выдох и он продолжает.
- Видимо, Мира отказала ему, и тот со злости овладел ею силой, и решил замести следы самым отвратительным способом - убив...
Карандаш в чужой руке ломается на две половины, и мужчина наклоняется вперед, пряча свое лицо.
- Это урод убил её, а самое страшное, что там случайно оказался Валенсий - мой сынок, которого тоже...
Старик выпрямляется на месте так резко, что я вздрагиваю в попытке предвидеть, что будет дальше.
- Я потратил почти семнадцать лет своей жизни, чтобы найти эту тварь и отомстить. Мечтал перегрызть этому мерзавцу глотку своими собственными зубами... Но вот, только когда я уже отмывал свои руки от его крови мне в голову пришла мысль о том, что даже если мудрецы говорят "За мертвых мстить нельзя, потому что живые этого не вынесут", то этот ублюдок заслужил себе такую участь. Только вот, к сожалению, наш закон гласит, что каждый, кто совершил преступление - становится преступником. Поэтому я здесь, дева. Не буду спрашивать, осуждаешь ты меня или нет, просто знай, не я злодей в этой истории.
Удивительная история мести оказалась такой прозаично-простой, если обдумать ее глубже.
Я замечаю, что постепенно успокаиваюсь, насколько это возможно в моей ситуации. Мой взгляд цепко прикован к окну, где уже за полдень.
Старик встает со своего матраса и подходит к полке, легко дотягиваясь к какой-то книге, на название которой я не обращаю внимания.
- Знаешь, дева, говорят тебе, мол, выше нос! Пройдет! Ты улыбаешься, но, кажется, не проходит...
Он молчит еще некоторое время, а я витаю в своих воспоминаниях и раздумьях. Никогда не верила в то, что перед смертью вся жизнь проносится перед глазами, поэтому сама прокручиваю яркие моменты у себя в голове.
- Ну же, дева, я прошу последний раз, если ты ничего не отвечаешь, мы продолжим ждать своего звездного часа в тишине, расскажи мне хоть что-то.
Я опираюсь спиной о холодную стену, чувствуя мурашки на своей коже. Что я потеряю, если выговорюсь этому старику? В конце концов, нас ждет один финал.
- Знаете, я столкнулась с несправедливостью этого мира еще года в три. Я видела странные сны, верила в существование динозавров и в то, что родные и близкие ни за что не предают друг друга. Потом, повзрослев, поняла, что если тебя предал родной и близкий, он не был родным и близким, а ты была открытой, доверчивой и недостаточно умной... Став старше я встретила еще много несправедливости и прочего дерьма. Если часы разбиты в крошку то смысла их чинить мало, так же произошло и со мной. Я струсила, решила, что начать все заново - легче, нежели отстраивать старое... За мной нет ничего, кроме меня самой и лживых, баснословных строк, которыми я время от времени пытаюсь себя успокаивать...
Я подхожу к окну, но понимаю, что теперь виду только сырую холодную стену, приходится возвращаться на свое прежнее место.
- Я — воришка на чужой территории с дырявыми карманами. Вчера мне довелось позавтракать двумя ложками риса и надеждами на лучшее будущее, а теперь я здесь...
Старик, к моему удивлению, ничего не говорит, лишь протягивает мне тоненькую книгу. Там от силы сотня страниц, пожелтевшая бумага и обложка со стертыми чернилами на ней.
- Самое темное время - перед рассветом, дева.