Студенты

Кирилл, шатаясь, подошёл к раковине. Холодная вода обожгла кожу, немного приводя в чувство. Он взглянул на свое отражение - в зеркале смотрел призрак былого себя. Резко отвернувшись, он пошатнулся и опёрся о стену, пытаясь унять дрожь. Ноги не держали.

Внезапный стук в дверь заставил его вздрогнуть. Сначала он подумал, что это галлюцинация. Он уже несколько дней жил в своем личном аду, где реальность смешивалась с кошмарами.

Стук повторился, настойчивее и громче.

- Да пошли все... - прохрипел Кирилл, не двигаясь с места.

- Кирилл, это Даня. Открой, пожалуйста.

Это было как гром среди ясного неба. Даня? Здесь? После всего? Он не мог поверить. Может, и правда галлюцинация?

Но стук не прекращался. И голос, такой знакомый, такой родной, продолжал звать его по имени.

Собрав последние силы, Кирилл оттолкнулся от стены и поплёлся к двери. Каждый шаг отдавался болью в голове и во всем теле. Он с трудом дотянулся до глазка и прищурился, пытаясь сфокусировать зрение.

Там стоял Даня. Он выглядел уставшим, но решительным. В его глазах Кирилл увидел вину, тревогу и... надежду?

Кирилл отшатнулся от двери, словно обжегшись. Он не был готов к этой встрече. Не в таком состоянии. Он чувствовал себя грязным, разбитым, недостойным Дани.

- Уходи, - прохрипел он, прижавшись спиной к двери. - Не хочу тебя видеть.

- Кирилл, пожалуйста, открой. Мне нужно с тобой поговорить.

- Мне не о чем с тобой говорить! - закричал Кирилл, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. - Ты предал меня! Ты бросил меня! Уходи!

Он ожидал, что Даня уйдет. Что оставит его одного в его аду. Но вместо этого он услышал тихий, но уверенный ответ:

- Я знаю, что причинил тебе боль, Кирилл. И я очень сожалею об этом. Но я не могу просто уйти. Я должен тебе все объяснить.

Молчание затянулось. Кирилл, прислонившись к двери, боролся со своими чувствами. С обидой, с гневом, с надеждой.

Наконец, он сдался. Он понимал, что ему необходимо услышать Даню, даже если это причинит ему еще больше боли.

Дрожащими руками он открыл дверь.

Даня стоял на пороге, словно врос в землю. Он смотрел на Кирилла с болью и сочувствием. Его взгляд скользил по его измученному лицу, грязной одежде, дрожащим рукам.

- Кирилл... - прошептал Даня, протягивая руку.

Кирилл отшатнулся.

- Не трогай меня, - сказал он, стараясь сдержать слезы.

Даня опустил руку.

- Я понимаю, - сказал он. - Можно мне войти?

Кирилл молча посторонился, пропуская Даню в квартиру.

Даня вошел и остановился посреди комнаты, оглядываясь вокруг. В его глазах читалось ужаса. Грязная посуда, пустые бутылки, окурки, разбросанная одежда - квартира выглядела так, словно здесь побывало торнадо.

- Кирилл, что здесь произошло? - спросил Даня, поворачиваясь к нему.

Кирилл молчал. Ему было стыдно. Стыдно за себя, за свою жизнь, за этот бардак.

- Я... я не знаю, - прошептал он, опуская голову.

Даня подошел к нему и взял его за руку.

- Кирилл, посмотри на меня, - сказал он.

Кирилл поднял глаза и посмотрел на Даню. В его глазах он увидел не осуждение, а сочувствие и заботу.

- Что с тобой случилось? - спросил Даня. - Ты не должен был так сломаться...

Кирилл не выдержал и заплакал. Он бросился в объятия Дани, крепко обняв его.

- Прости меня, - шептал он сквозь слезы. - Прости...

Даня обнял его в ответ. Крепко и нежно.

- Все хорошо, - шептал он. - Все будет хорошо. Я здесь. Я рядом.

В тот момент Кирилл почувствовал, что его кошмар закончился. Что в его жизнь вернулся свет.

Даня был здесь. Он вернулся. И это было все, что имело значение.