Он смог?
ㅤОна была прекрасна. Красива, нежна, женственна и откровенно мила. Такой он начал видеть её недавно, хотя, казалось, на подкорке сознания он всегда видел её именно такой: умной, доброй, любящей, умеющей постоять за себя. И до безобразия – наивной. Обычная девушка из пригорода, приехавшая покорять большие многоэтажки, элитные заведения и один из лучших университетов страны, была простой и до боли в сердце казалась родной.
ㅤОна была воплощением уюта – той самой чистой девичьей красоты и доброго сердца. Она была как дом, и ей не нужно было ничего делать, чтобы привлечь внимание. Людей тянуло к ней, как мотыльков к огню. Но вместо того, чтобы сжигать дотла, она согревала.
ㅤИ как нелепо было, когда и он почувствовал. Когда её свет, её лучи, упрямо наровившиеся проникнуть в самое сердце каждого живого существа, пронзили его насквозь. И он, казалось, влюблялся первым. Быстрее, сильнее остальных. Человек, который когда-то запретил себе любить, начал тонуть в океане с её именем и даже не пытался всплыть. Он добровольно летел к огню и сгорал.
ㅤОн пытался убедить себя, что это всего лишь мимолетное влечение, слабость, которую он скоро преодолеет. Но пока она продолжала быть такой, – быть собой, – его решимость начинала ослабевать.
ㅤЕё любили. Её любили родители, друзья, одногруппники и преподаватели, милые старушки-соседки и даже ворчливый участковый. Каждое животное на улице жаждало её ласки, каждый цветок, казалось, распускался для неё. И он устал спорить с собой. Он тоже любил её, по-своему, пугливо пряча глаза, с непривычки не зная, что сказать, как себя повести, но любил. Искренне, глубоко, надолго.
***
ㅤКогда она впервые зашла в аудиторию, он инстинктивно отвернулся. Сердце странно кольнуло. Она заняла место в соседнем ряду снизу и принялась раскладывать тетради, готовясь к лекции. До него донесся легкий аромат фруктовых духов, мягкий смех, и он снова начал смотреть.
ㅤЧем больше он наблюдал за ней, тем сильнее становились противоречивые чувства внутри него. Тоска, раздражение, смесь нежности и разочарования. Странное и незнакомое тепло вспыхивало в нем каждый раз, когда он смотрел на её, и это было чувство, которое он не мог игнорировать. Он пытался отвлечься, переключить внимание на окружающую обстановку, людей, но его взгляд, как магнитом, возвращался к ней. Всегда, где бы они ни находились.
ㅤКогда он приходил в университет, отмечаясь галочкой в графе посещаемости, он искал её имя и заветный значок. Когда он входил в аудиторию, взгляд невольно пробегал по макушкам, желая найти ту самую. Это вошло в привычку. Он не считал себя сталкером и таковым не являлся, просто это было то, что он словно должен был делать, будто он родился для этого, будто для этого окончил школу, поступил в университет, жил. Чтобы быть рядом, наблюдать, защищать.
***
ㅤОна не была обделена вниманием мужского пола, и иногда его было слишком много для неё – хрупкой, чтобы справиться в одиночку. А он справлялся с агрессией и защитными инстинктами, ввязываясь в конфликты и драки, примеряя на себя роль спасителя. Голос в его голове рычал, приказывая не вмешиваться. Он не знал, как не вмешиваться.
ㅤПоследняя воля отца заключалась в защите слабых – нищих и убогих, как впоследствии часто, и, должно быть, крайне неудачно шутил друг, и он упорно защищал и тех, и других. Она не была исключением: она стала чем-то вроде главного приоритета. И однажды его сломали.
***
ㅤОн не удивился, когда в больницу стали поступать цветы, тюльпаны, на которые у него, к несчастью, была аллергия. Он выхватывал букеты из рук медсестер, аккуратно ставил их на тумбу, в вазу у своей больничной койки, и, пытаясь притупить упрямую аллергию, принимал необходимые лекарства. Через несколько дней упаковка кончалась, но это не имело значения, ведь цветы были от неё.
ㅤА потом она стала приходить сама. Рассказывала истории из университета, и даже если ему было неинтересно их слушать, он слушал, упиваясь её голосом и улыбкой. Больше всего ему нравились её истории из жизни, потому что глаза её в эти моменты горели ярче звезд, и он мгновенно нырял в этот космос.
ㅤОна всегда невинно улыбалась, сидя на краю кровати и крутя кольцо на указательном пальце, время от времени поправляя взъерошенные волосы. Она была искренне благодарна.
ㅤНа улице становилось все холоднее, и её одежда сменялась теплыми свитерами и шарфами. Её щеки и нос каждый раз были пунцово-розовыми после морозной улицы, и ему ничего не хотелось в жизни так сильно, как согреть её кукольное лицо своими теплыми поцелуями. Но пока он мог только держать её изящные руки с тонкими пальцами в своих, согревая. Этого было более чем достаточно.
***
ㅤВ одно мгновение время стало скоротечным. Выписка, возвращение в университет, засиживания за зубрежкой до поздней ночи, запланированные встречи. Она всё ещё была рядом с ним.
ㅤОни стали чаще встречаться, сидеть друг с другом на лекциях, пить напитки в кофейне рядом с университетом, гулять в выходные дни. Они делили одну остановку, оба ехали до нужной улицы, а потом расходились в разные стороны. Её стало больше, а тоски в груди – меньше. Но ощущение тепла, выворачиваемое его наизнанку, становилось невыносимо сильным, аромат фруктовых духов разъедал душу. Продолжать молчать больше не было возможным.
***
ㅤОн стоял посреди улицы, нервно отбивая ногой бессмысленный ритм по заснеженной земле и глядел на часы на руке. Всё казалось фатальным. Что, если она?.. Но он волновался напрасно. Она пришла, всё такая же невинная, совершенная и родная. Плотина прорвалась.
ㅤОн боялся своих слов, на одном дыхании льющихся водопадом. Боялся, что она услышит только оболочку, слова – неидеальные, никогда не способные полностью выразить то, что разрывало его бедное сердце. Но она услышала всё, что он пытался донести, она поняла, а затем внезапно расплакалась и ответила.
Их первый поцелуй у той самой остановки случился уже сам собой