сладкая
— Сладкая, я так хочу тебя трахнуть, — Чимин обсасывает мочку уха, интимно губами задевает, и убивает своим хриплым голосом. — Ты такая красивая, аж член болит.
Член и вправду болит. Он давно истекает природной смазкой, упирается в штаны и ноет, чтобы уже наконец-то выпустили из плена одежды и ввели в узкое, горячее, влажное лоно. У Чимина столько было представлений о вашем сексе, потому что у тебя зад большой, грудь тоже, все тебя хотят, а он перетрахал многих девушек, только ты не успела попасть в список. Он не трогал тебя никогда, специально оставлял под конец, когда желание уже будет равным смерти. И вот сейчас, когда на вечеринке общего друга стало слишком скучно, его маленькая мечта начинает потихоньку исполняться, ведь вы на кровати; его руки по бокам от твоего лица; тела прижаты к друг другу слишком близко; а губы находятся в запретной близости.
— Неужели? — выгибаешь бровь с ухмылкой на губах, которую Пак тут же стирает, утыкаясь своими губами в твои, слизывает все слова языком и причмокивает пошло.
Целоваться с Чимином вкусно, приторно-сладко, потому что его губы пухленькие, блядские, как их владелец, и красивые. Не у всех девушек такие губы, такому можно завидовать, ведь если их накрасить помадой, то уже можно выставлять на показ в журнал косметики. Они умелые, правильно целуют, от чего даже твой достаточно большой опыт с парнями испаряется. С Чимином чувствуешь себя неумехой, которая просто невнятно мычит от наслаждения и прикрывает глаза, отдавая власть над всем парню.
Чимину тоже нравится с тобой целоваться. Ты ему не кажешься какой-то необычной, но когда юноша осознает, что вот она, та девушка, с которой хотят все потрахаться; на которую он дрочил ночью, а порой представлял в других девушек тебя, то сладкие стоны сами льются красивым пением, а самодовольство растёт с каждым оглаживанием желанного тела.
Поцелуй выходит немного смазанный, но чувственный, почему-то нежный, медовый. Вы трогает чужие тела, изучаете, гладите, пробуя на ощупь, а возбуждение в это время растёт больше, захватывая в свои сети полностью. Вам мало друг друга, хочется больше, от чего вы не успеваете опомниться, как остаётесь раздетыми перед друг другом.
Чимину нравится твоё тело. Женские тела — его слабость, а тут милый животик, красивая грудь и, блять, ему впервые неловко смотреть вниз, прямо на промежность. Его глаза медленно обводят все тело, с детским восторгом запоминают.
А тебе тоже нравится Чиминово тело. Оно такое, прямо как ты и представляла. У него стальной пресс, а ниже все так гладко выбрито. И член. Не идеальный, но с фигурной головкой, из которой так и сочится смазка, выпирающими венками. Он не огромный, не длинный, обычный член средних размеров, от чего к нему нет отвращения.
—Ты девственница? — Чимин пыхтит, смотрит помутневшими зрачками прямо в твои. Эти слова тебя смешат немного, в них слышатся нотки заботы.
— Не бойся, нет.
Этот факт немного расстраивает. Парень уже с радостью представлял, как скажет всем, что он у тебя первый, но, в итоге, пришел облом. Но это не мешает ему сейчас натягивать на член заранее подготовленный презерватив, все равно с жадностью рассматривать тебя, лежащую на подушках и ожидающую тёплых рук Чимина.
Головка приставляется к влажному входу; ладони Чимина сжимают бока, чтобы не упасть; а ты в ожидании сжимаешь пальцы на ногах и жмуришься. Толчок. Вы сливаетесь в почти одно целое, прислоняетесь ближе телами, чтобы ощущать ещё лучше друг друга.
Ты чувствуешь Чимина каждой клеткой тела, отчётливо ощущаешь все неровности его члена. Он толкается несдержанно, рвано и нетерпеливо, но за это извиняется короткими поцелуями, которыми покрывает ключицы.
Ваш секс тебе запомнится надолго. После стольких мыслей об этом, взаимном желании, он кажется нереальным. Но когда Чимин вновь толкается, то облака, на которых ты отдыхала, испаряются, а ты падаешь на землю, возвращаясь в реальность. И тогда ты веришь, что вот: его член в тебе, сам Пак активно двигает бёдрами, держит тебя крепко и обжигает своим дыханием у уха. Стоны, частые вздохи, глухие шлепки разносятся по комнате и красиво гармонируют, превращая б в один шикарный секс. Чимин быстрее двигает бёдрами, ощущая, как ты сильнее его сжимаешь, дрожишь под его напором, что предвещает о скором оргазме. Он сам чувствует, как скоро кончит от твоей узости, от этого понимания, что ВЫ занимаетесь таким непристойным делом.
— Бля-ять, — низким басом стонет, кончая в презерватив и почти падает на тебя, если бы не твои руки, держащие у торса. В этот момент все взрывается: узел внизу живота, петарды, звёздочки, бабочки. Оргазм накрывает волной и тебя, из-за ты сжимаешься и почти плачешь.
Чимин выходит из тебя, завязывает защиту и выкидывает в мусорку, а потом слишком быстро одевается. Ты даже не успеваешь отойти от всего царящего в комнате, просто смотришь за его действиями сквозь пелену перед глазами. И после просто уходит, закрывая за собой дверь.
— Ну как? — пьяно лепечут парни, которые все слышали, знали и просто ждали выхода их самца.
— Такая же, как и все.