6 глава: Черт, слёзы!
Меня не хотели отпускать мои тёмные воспоминания, и я чувствовала, что сейчас мне нужно побыть одной.
— Ну что же, я пойду в свою комнату. Завтра у нас будет веселье, и поэтому хочу хорошенько выспаться, — сказала я и притворно зевнула, стараясь скрыть своё истинное состояние.
— Уже спать? Ты же так рано не ложилась, сейчас только 9 часов, — насторожённо ответил он, и я увидела на его лице легкое беспокойство.
— Да, я хочу побольше поспать, чтобы набраться энергии на завтра, — пыталась я убедить его, надеясь, что он примет это оправдание.
Быстро пожелав ему спокойной ночи, я ушла в свою комнату без улыбки. Закрыв дверь, я не смогла избежать погружения в тёмные воспоминания из детства. Они нахлынули, как тучи, и я снова оказалась в том мрачном времени, когда меня морили голодом и избивали за малейшую провинность. Даже без видимой причины, если маме становилось скучно, она могла ударить меня просто так. Из-за этого у меня были шрамы по всему телу.
Я свернулась калачиком на кровати, всё глубже погружаясь в эту тёмную тучу воспоминаний и мыслей. Я даже не осознала, как слёзы начали катиться по моим щекам. Вдруг раздался стук в дверь, и я мгновенно затихла. Я знала, что это Джеймс, но не могла заставить себя произнести «войдите».
Он открыл дверь сам, осторожно заглянув в комнату. Когда его взгляд упал на меня — на меня с слезами на щеках, я чувствовала, как внутри всё сжалось.
— Ты в порядке? — быстро осознал глупость своего вопроса. — Прости. Почему ты плачешь? — спросил он и подошёл к моей кровати, сев рядом.
Я просто смотрела в стену, не желая встречаться с его глазами. Слёзы продолжали течь, словно я не могла остановить их поток. Я так не хотела, чтобы он видел меня плачущей снова, особенно из-за своих болезненных воспоминаний о детстве. Мне было стыдно показывать свою слабость.
Джеймс молча сидел рядом, его присутствие было одновременно поддержкой и напоминанием о том, как трудно мне открываться. Я чувствовала, что ему не нужно было задавать вопросов, он просто хотел быть рядом, даже если это означало видеть мою боль.
— Я не знаю, что сказать, — произнес он наконец, его голос был наполнен мягкостью. — Но я здесь. Если ты хочешь поговорить, я готов слушать.
Я наконец осмелилась повернуться к нему. В его глазах не было осуждения, только понимание и готовность поддержать. Он уже привык к моим слезам, и знал причины, но без деталей. Я глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями, и в этот момент поняла, что, возможно, мне не нужно скрывать свою боль.
— Это просто... да, у меня бывает трудно, — почти шёпотом произнесла я, всё ещё чувствуя, как слёзы стекают по щекам. — Я не хочу, чтобы ты видел меня такой... слабой.
— Слабость — это не то, что должно вызывать стыд, — ответил он тихо. — Это нормально, что у тебя есть свои переживания. Все мы проходим через трудности.
Его слова, как будто распахнули дверь между моими страхами и поддержкой, которую он предлагал. Я всё ещё не была готова делиться всем, но знала, что не одна.
— Мне просто не удаётся забыть, — призналась я, и слёзы продолжали течь, но на этот раз они не вызывали столько ужаса.
Он просто потянулся и обнял меня, прижимая к себе. В его объятиях я почувствовала небольшой уют, который начинал разгонять тьму, которая нависала надо мной.