Узники ковчега - 1: Пробуждение

— Родной, просыпайся. Нам пора... — лёгкое, нежное прикосновение к моей коже, тонкий цветочный аромат и тёплое, ни с чем не сравнимое чувство в моей груди, — вставай, уже утро!

Тихий, приятный голос манил меня из царства сновидений, но мне совсем не хотелось пробуждаться, не хотелось открывать глаза и вырываться из этого сладкого плена. Я хотел навсегда остаться в нём — там, где звучал мягкий женский голос и сердце замирало от прикосновения тёплых, заботливых рук.

Но тонкие, невесомые сети чудесного сна вдруг стали превращаться в тугие, тяжёлые нити липкой паутины, а волшебный голос исчез, резко сменившись тревожным, испуганным криком:

— Кай, очнись! Кай, прошу тебя!

Вязкая, тягучая паутина не позволяла мне выбраться из пелены кошмара. Моё тело как будто было опутано ею, грудь сдавило, и мне пришлось изо всех сил напрячь свои мышцы, чтобы наконец-то сбросить тяжкие оковы и узнать, кто же так настойчиво звал меня по имени.

Я с трудом разлепил глаза, и последние обрывки сновидений исчезли из моей головы, наполняя её взамен тупой, ноющей болью, словно топором раскалывающей мой мозг пополам.

— Кай! Да очнись же ты, наконец! — отчаянно кричала Линда, пытаясь достучаться до моего сознания.

Но её пронзительный крик потонул в невероятном шуме воплей, свиста и глухого рычания. Поначалу мне показалось, будто мы с ней находимся в самом эпицентре этой кошмарной какофонии звуков, но когда взор мой достаточно прояснился, я увидел деревянные стены и потолок, и мне сразу стало ясно, что мы по-прежнему в хижине. Я попытался встать на ноги, но вдруг, к своему ужасу, обнаружил, что тело моё крепко обмотано тугой верёвкой, словно коконом, причём руки были так плотно прижаты к бокам, что я был способен пошевелить только пальцами. Мне не удалось даже согнуть свои ноги, не говоря уже о том, чтобы встать на них. Повернув в полной растерянности голову на голос Линды, я обнаружил, что она лежит связанная у противоположной стены и находится в точно таком же обездвиженном состоянии.

Она затихла, заметив, что я проснулся, и мы, наверное, целую минуту молча смотрели друг другу в глаза, в то время как снаружи, за пределами хижины, царил настоящий ад. Или что-то очень похожее на это место, судя по жутким звукам, доносившимся оттуда.

Затем девушку будто прорвало, и она взахлёб заговорила со слезами на глазах:

— Как я рада, что ты очнулся! Когда я пришла в себя, ты лежал будто мёртвый. Я боялась, что ты уже не оправишься от отравления и я останусь здесь совсем одна... Ты в порядке? Когда ты потерял сознание? Ты что-нибудь помнишь?

— Подожди, Линда! Не всё сразу! — прервал я, поморщившись, бурный поток её слов. В моей голове до сих пор не затихала пульсирующая боль. — Последнее, что я помню, это наш с тобой разговор, когда мы пили вино. Потом я, видимо, отключился.

— Мы с тобой наивные болваны, Кай! Вероятно, местные жители подмешали в напиток какую-то отраву или снотворное, а затем незаметно проникли сюда ночью и связали нас, заранее убедившись, что все андроиды находятся снаружи. И как только мы могли быть такими доверчивыми?

— Сейчас это уже не имеет значения, Линда. Что тебе известно, ты же очнулась раньше меня? — Я окинул взглядом погружённую в полумрак комнату и увидел, что дверь и окна прочно закрыты изнутри широкими досками. Люди, которые нас связали, не забыли позаботиться и об этом. Вполне возможно, что наши друзья-андроиды пытались проникнуть внутрь дома, чтобы освободить нас, но их попытки остались безуспешными. Как и следовало ожидать, импульсатора, оставленного мне накануне Конрадом, рядом не оказалось. Он исчез, так же как и мой меч.

— Меня разбудили эти жуткие крики. Обнаружив, что связана, я сразу же попыталась докричаться до тебя, но ты вообще не подавал никаких признаков жизни. Я боялась подумать, что ты умер... — начала рассказывать Линда, но её голос тут же потонул в душераздирающем вопле, и затем стена, у которой она лежала, содрогнулась от тяжёлого удара.

Удар был такой силы, что нижние доски с громким хрустом треснули, и небольшой кусок откололся от одной из них и упал на пол. Линда вскрикнула и, инстинктивно среагировав, откатилась от повреждённого участка стены в центр комнаты.

Сражение за пределами нашей хижины — а в том, что снаружи шёл смертельный бой, у меня уже не было никаких сомнений — всё не затихало. Увидев, каким образом Линда сумела переместиться в глубь комнаты, я решил проделать то же самое, но только в обратном направлении. Я плотно прижал подбородок к груди, чтобы не ударяться головой о доски, и попытался, перекатываясь по твёрдому полу, таким затруднительным способом подобраться к небольшому отверстию в стене, образовавшемуся там после удара. Дневной свет ярким лучом проникал внутрь дома через эту брешь, и я решил воспользоваться ею в качестве смотрового отверстия. Когда я наконец-то достиг цели, там мне пришлось ещё немного подкорректировать положение своего тела так, чтобы лицо моё располагалось точно напротив дыры в досках.

Мне открылось воистину ужасающее зрелище. Первым, что сразу же бросилось мне в глаза, было большое количество трупов, разбросанных в беспорядке на траве между домами деревни и на поляне недалеко от нашей хижины. Тела людей по своему внешнему виду очень напоминали тех дикарей, которые атаковали нас вчера в туннельном переходе ковчега. Вперемешку с человеческими трупами, а где-то прямо и на них, лежало несколько мёртвых животных с длинными мускулистыми телами, покрытыми короткой бурой шерстью и имеющими мощные, короткие лапы и кинжалообразные острые клыки, выпирающие вниз из верхней челюсти свирепой морды. Неподвижное тело одного такого зверя распростёрлось на земле прямо у нашего дома. Скорее всего, это животное в прыжке обрушилось всей своей тяжестью на стену, повредив в результате доски, из которых она была сложена, уже и до этого случая не отличавшиеся особой прочностью.

Причину, спровоцировавшую это происшествие, я обнаружил рядом с мёртвым телом зверя. Справа от него с напряжённым, сосредоточенным лицом стояла Фрея и, сжимая в вытянутых вперёд руках импульсатор, вела прицельный огонь по наступающему противнику. Впрочем, архаичное словосочетание «прицельный огонь» здесь не вполне соответствовало действительности, так как никакого «огня», в принципе, и быть не могло. Я слышал только приглушённые щелчки выстрелов, и люди, с громкими воплями нападавшие на неё, падали как подкошенные на землю, поверженные невидимым и губительным импульсом энергии.

Тем не менее вооруженные мечами и короткими копьями враги, несмотря на скорую смерть своих соплеменников и, несомненно, непонятную для них, смертоносную мощь оружия девушки-андроида, похоже, совсем не намеревались ослаблять свой натиск. Вместо этого они прятались за соседними домами, чтобы затем, истошно вопя и размахивая оружием, выбежать из укрытия и, быстро метнув копьё в направлении Фреи, попытаться бегом добраться до неё и сразить уже своим мечом. Однако все эти отчаянные попытки пока не принесли должного результата, и у ног девушки уже лежало множество копий, а из трупов врагов образовалась своеобразная дорожка, ведущая к поляне в центре деревни.

Посмотрев ту сторону, я увидел Конрада с обнажённым мечом в руке и Джона с двумя боевыми топорами, стоявших спиной к спине в кольце из обступивших их вооружённых людей. Трупы поверженных противников усеивали поляну за пределами этого кольца, и, кроме того, я заметил несколько мёртвых животных, лежавших в странных позах неподалёку. По явному отсутствию ран на телах людей и зверей, я догадался, что андроиды убили их при помощи своих импульсаторов. Должно быть, Конрад и Джон уже израсходовали весь имевшийся у них боекомплект, и пистолеты теперь стали бесполезными, иначе они не взялись бы за клинковое оружие.

Внезапно прозвучал оглушительный гортанный крик, и после этого воины, плотной стеной окружавшие двоих андроидов, перешли в наступление. Замельтешили мечи и копья, и наши друзья скрылись из виду за спинами наступающих дикарей, но буквально в следующее же мгновение первые трупы врагов начали падать на землю. Вопреки всему ужасу и дикости ситуации, я невольно залюбовался боевыми умениями андроидов. Конрад вращал мечом с невероятной скоростью, расчленяя тела и отсекая руки и головы своих противников. Джон не отставал от своего капитана, и его топоры также несли неминуемую смерть и тяжёлые увечья неприятелю. Аборигены, очевидно, не ожидали такого развития событий. Их пыл заметно поубавился, и те, кто ещё остался в живых и мог самостоятельно передвигаться на своих ногах, поспешно отступили, стараясь при этом всё же не нарушать строя, — кольцо вокруг андроидов стало значительно шире, но так и не исчезло окончательно.

— Кай, что ты видишь? — Раздался позади меня тревожный голос Линды. Я так увлёкся происходящим, что на мгновение совсем позабыл о ней.

— Там идёт настоящая бойня. Нашим андроидам приходится туго, но они пока ещё сдерживают натиск, — быстро обернувшись, бросил я и, вернувшись снова к наблюдению, принялся попутно комментировать события для девушки.

Вдруг воздух прорезал резкий свист, за которым последовал громкий протяжный крик, а затем прямо напротив поляны из густых зарослей травы, высокой стеной опоясывающих деревню, неожиданно появилась довольно-таки странная процессия. Из неё заметно выделялось трое мужчин громадного роста и исполинской мышечной массы. Благодаря своему внушительному росту они значительно возвышались над побегами травы, и я, наверное, мог бы заметить их приближение намного раньше, если бы не был так увлечён схваткой андроидов с дикарями.

Гиганты были босы и одеты только в широкие кожаные шорты. Их лица были скрыты за плоскими масками, имеющими прорези для глаз, носа и рта. Каждый из них нёс в одной руке длинное копьё, а в другой сжимал толстую верёвку, свободный конец которой был затянут на короткой, мощной шее свирепо рычащего зверя. Трупы таких же животных, сражённых импульсами пистолетов, я уже заметил ранее на поле битвы. Великанов окружала группа мужчин нормального роста и сложения, но при этом они доходили головами своим спутникам только до живота, и со стороны это выглядело так, будто дети шли рядом со взрослыми людьми. Все они были буквально увешаны различным оружием, и одежда у них была существенно лучше, чем у исполинов, — я увидел ботинки, а также штаны и куртки из кожи. Тела их имели правильные пропорции, в отличие от жителей деревни и людей, напавших на андроидов, вот только лица их показались мне не совсем нормальными: они были частично, а у некоторых даже полностью, покрыты какими-то непонятными узорами, и поэтому, а также из-за расстояния, я не мог определить, имели ли они приятные черты лица, как все цивилизованные люди, или же были некрасивы и даже уродливы, как те аборигены ковчега, которых нам довелось повстречать до этого момента.

Словно по мановению руки крики затихли, и люди, до этого момента нападавшие на двоих андроидов, опустили оружие и расступились. Даже те, кто всё ещё не оставлял попыток атаковать Фрею, прекратили свои действия и скрылись за домами. Я увидел, как она устало прислонилась спиной к стене нашей хижины и бросила импульсатор на землю. По-видимому, она тоже израсходовала весь боекомплект и избавилась от пистолета, как от бесполезной теперь вещи. Девушка-андроид достала из-за пояса свой мачете и замерла как статуя с копьём в другой руке, не сводя при этом настороженного взгляда со своих товарищей и странных людей и животных, так неожиданно появившихся из зарослей. Я уже хотел было крикнуть ей, что мы с Линдой живы и заперты в доме, но потом передумал, так как побоялся отвлечь её внимание.

Конрад и Джон, не выпуская из рук оружия, обильно обагрённого вражеской кровью, стояли в немом ожидании прямо напротив гигантов и злобно рычащих зверей. Их разделяло лишь несколько десятков шагов. Прошло всего лишь пару минут, которые показались мне вечностью, как группа незнакомцев дополнилась новой персоной. В наступившей тишине, прерываемой лишь утробным рычанием животных, из зарослей выступил необыкновенный зверь. Это был невероятный гибрид из лошади, быка и ещё какого-то незнакомого мне животного. Его тело состояло из толстого, мохнатого туловища, коротких и сильных ног, заканчивающихся мощными плоскими копытами, а также большой косматой головы с двумя длинными рогами, растущими по обе стороны черепа. Сквозь его морду, точнее, сквозь щёки и плоский широкий нос, была протянута тонкая верёвка, петлёй уходившая ему на спину, где в седле с важным видом восседал обнажённый по пояс человек.

На широкие плечи наездника был накинут длинный кожаный плащ, свисающий с тела животного почти до самой земли. Лицо сидящего верхом человека, так же как и у остальных воинов, появившихся вместе с гигантами, было покрыто замысловатой сетью узоров. Поравнявшись с тремя великанами, ездовое животное остановило свою тяжёлую поступь и замерло. Я обратил внимание на то, что у его задних ног стоял один низкорослый человек в тёмном балахоне с большим капюшоном, полностью скрывающим лицо. Наездник внимательным взором окинул окрестности, поднял правую руку и, указав на двоих андроидов, произнёс что-то. Я не расслышал его команду, но дальнейшие события не оставили сомнений в смысле сказанных им слов.

Гиганты отпустили верёвки, сдерживающие до этого момента троих зверей, и те молниеносно кинулись на андроидов. Первый из них уже через долю секунды достиг наших друзей и взвился в воздух, похоже, намереваясь в прыжке схватить одного из них. Конрад моментально выставил свой меч остриём вперёд и вогнал его по самую рукоять в широко распахнутую пасть животного. Тело уже мёртвого зверя по инерции сбило капитана с ног, придавив его к земле, и кровь фонтаном хлынула из страшной раны в горле хищника на грудь андроида. Конрад попытался скинуть с себя мёртвую тушу, но в то же мгновение второй зверь упал на него сверху и впился своими острыми клыками ему в руку.

Третий хищник выбрал себе в жертву Джона. Но андроид выбрал иную тактику, чем его командир. Выждав момент, когда зверь бросится на него, он сам ринулся ему навстречу и плашмя упал на землю. Гибкое тело зверя пролетело в воздухе над ним, лишь слегка зацепив когтями спину Джона и разорвав в том месте материал комбинезона. Обманутое животное разочарованно взревело и, мягко приземлившись на лапы, быстро развернулось на сто восемьдесят градусов, чтобы вновь атаковать свою жертву. Но было уже поздно. Джон опередил его, резко вскочив с земли на ноги, и со всей силы всадил один из своих топоров тому в голову. Зверь издал короткий, жалобный рык, попятился назад с торчащим из окровавленного черепа топором, а затем повалился на бок и затих.

Боковым зрением я увидел, как Фрея сорвалась с места и бросилась на выручку товарищам, кромсая своим мачете тела врагов, осмелившихся встать у неё на пути. Одновременно с ней Джон, прижав к груди оставшийся топор, помчался прямо к наезднику и группе воинов. Они сразу же обступили ездовое животное своего командира и ощетинились копьями. Тем временем несколько из них побежало к Конраду, яростно пытавшемуся избавиться от хватки последнего, оставшегося в живых зверя. Как ни старался, я не мог уследить за всем сразу, поэтому сосредоточил всё своё внимание на Джоне.

Не добежав буквально пару шагов до первого ряда воинов, андроид широко размахнулся и метнул свой топор в их предводителя. Но его оружию не суждено было достичь намеченной цели. Наездник проявил ошеломительную быстроту реакции и мгновенно среагировал на нападение, прижавшись грудью к спине своего животного. Топор, блеснув лезвием под искусственным солнцем, пролетел над его головой и упал в высокую траву уже за границей поляны. Джон остановился на секунду, чтобы проследить взглядом его полёт и, вероятно, именно это и стало роковой ошибкой для него. Из-за мимолётной задержки он упустил из вида одного из гигантов. Тот находился ближе всех к Джону и после его неудавшегося броска сорвался с места, и на полном ходу вонзил своё длинное копьё в живот андроиду.

Удар был чудовищной силы — оружие проткнуло тело Джона навылет, наконечник вышел за спиной андроида, и его комбинезон сразу же потемнел от крови. Увидев эту сцену, командир наших противников недовольно скривил лицо, выкрикнув что-то неразборчивое, и с явной досадой хлопнул себя рукой по бедру. Уже умирая, Джон обхватил руками торчащее из живота копьё, словно пытаясь вырвать его оттуда, но гигант со злобным рычанием прокрутил своё орудие в ране и вонзил его ещё глубже. Голова андроида упала на грудь, и ноги подкосились. Его убийца выпустил оружие из рук и своей мощной ногой оттолкнул Джона. Тело андроида, нанизанное на древко, опрокинулось назад и наконечник копья глубоко вошёл в землю, пригвоздив к ней нашего друга...

Я оцепенел при виде такой жестокости и от осознания потери. Всё произошло так стремительно, что мне даже не удалось рассказать Линде про атаку зверей, не говоря уже о последовавших за ней событиях. Девушка со страхом и тревогой в голосе спрашивала о чём-то у меня за спиной, но я, всё ещё ошеломлённый смертью Джона, никак не реагировал на её настойчивые вопросы.

Вдруг будто ядро из древней пушки врезалось в ряды статных воинов, разбрасывая их в стороны, — это Фрея, наконец-то, достигла неприятелей, пробившись через осаждавших её дикарей. Первый же воин, выступивший против девушки-андроида, пал, пронзённый копьём в шею. Не пытаясь даже вырвать оружие из мёртвого тела врага, Фрея перепрыгнула через его труп и принялась орудовать окровавленным мачете. Острая сталь смертоносным вихрем закружилась в толпе. Ей удалось сразить несколько человек, но остальные всем скопом набросились на неё, тем самым ограничивая её способность передвигаться, но в то же время и мешая друг другу.

Предводитель аборигенов, находясь на безопасном расстоянии от места сражения, указал рукой на девушку-андроида и истерично закричал. На этот раз я отчётливо услышал его слова:

— Убейте, проклятую ведьму! Живо принесите мне её голову, псы!

Двое гигантов, до сих пор лишь безучастно наблюдавшие за схваткой, моментально взяли свои копья наперевес и ринулись в толпу, окружившую андроида. Если бы не натиск воинов, Фрея, возможно, смогла бы увернуться от великанов. Но силы были слишком неравны, и через минуту она упала на трупы сражённых ею врагов, пронзённая сразу двумя длинными копьями. Воины поспешно расступились, и один из гигантов вырвал из рук мёртвой девушки мачете, схватил Фрею за коротко стриженные волосы и резко опустил клинок вниз, перерубив её шею одним стремительным движением. Затем высоко поднял отрубленную голову и торжествующе проревел что-то нечленораздельное. Остальные гиганты вместе с воинами с воодушевлением присоединились к его воплю. Все они, кроме предводителя, принялись кричать, хохотать и даже приплясывать от радости.

— Что там происходит, Кай? Не молчи! — Как сквозь туман донёсся до меня полный отчаяния голос Линды.

Я отвернулся от своего смотрового отверстия и взглянул на неё. Она лежала на боку, туго обмотанная верёвкой, прямо позади меня, волосы её были в беспорядке — локоны закрывали половину лица, а глаза были полны тревоги, но в то же время и надежды.

— Всё кончено, Линда. Джон и Фрея убиты...

Я с трудом произнёс эти слова. Перед моим внутренним взором ещё проносились ужасные картины смерти двоих андроидов. Глаза девушки широко распахнулись, и она испуганно прикусила нижнюю губу.

— А Конрад? Что с ним? — после небольшой паузы взволнованно прошептала она.

— Он ещё жив, но не думаю, что он способен один что-либо сделать для нашего с тобой освобождения... — обречённо ответил я и вновь повернулся к отверстию в стене.

Увиденное окончательно убило во мне всякую надежду. Третий зверь, напавший на Конрада и вцепившийся тому в руку, лежал сейчас бездыханным, а из его горла сбоку торчала рукоять ножа. Конрад, безусловно, был великим бойцом! Капитану каким-то непостижимым образом удалось убить свирепое животное, но это обстоятельство лишь ненадолго отсрочило неизбежную развязку: сейчас всё тело андроида было плотно обмотано верёвками, и только голова его оставалась свободной от пут — лишь по её редким движениям я понял, что он ещё жив. Должно быть, воины, устремившиеся к Конраду в тот момент, когда Джон атаковал их командира, сумели всё-таки одолеть раненного хищником андроида.

Разные мысли проносились у меня в голове, и сейчас, спустя уже много времени, мне кажется, что тогда я не осознавал до конца всех возможных последствий для нас, несмотря на всю серьёзность сложившейся ситуации. Мне просто не верилось, что моей жизни, а также жизни Линды, может угрожать серьёзная опасность. То, что произошло с андроидами, — их ужасная смерть, никак не могло случиться с нами, с людьми. Мой разум категорически отрицал такую возможность, хотя сердце в то же время сжималось от страха и отчаяния.

Вдруг мои размышления прервал глухой скрежет, и несколько досок пола в дальнем углу хижины подлетели вверх, как от сильного удара. В результате этого в дощатом полу образовалось широкое отверстие, из которого тут же появилась косматая голова жителя деревни. Я сразу же узнал в нём одного из людей, сидевших вместе с нами за общей трапезой накануне. Он, прищурившись, поглядел на нас с Линдой, затем окинул взглядом всё помещение и, довольно хмыкнув, выбрался из дыры. Вслед за ним внутрь хижины пробралось ещё двое его грязных и уродливых соплеменников.

— Помогите нам, друзья! Прошу вас! — взмолилась Линда.

Но они даже не удостоили нас своим вниманием, молча проковыляли к входной двери и железным штырём принялись отрывать доски, которыми она была заперта. Теперь мне стало ясно, каким образом жители деревни пробрались к нам ночью и связали нас, пока мы оба были без сознания. Линда замолчала, осознав, что просить их о помощи бесполезно. Мы с ней молча наблюдали за действиями наших пленителей. Они быстро и ловко справились со своей задачей, вероятно, подобную работу они проделывали уже не в первый раз.

Вскоре последняя доска была откинута в сторону, после чего один из них широко распахнул дверь и, выйдя наружу, громко крикнул:

— Они очухались! Всё в порядке!

Спустя мгновение в хижину вбежало несколько крепких воинов с разукрашенными лицами и, грубо схватив нас, поволокли наружу. Протащив на руках до поляны, они бросили нас на землю прямо под ноги верхового животного, на котором с гордым видом восседал их предводитель.

— Здесь ещё одна ведьма! — вдруг с ужасом в голосе завопил он.

Гиганты, стоявшие рядом с ним, сразу же нацелили свои копья на Линду, ничком лежащую на траве и со страхом в глазах взирающую на них. Я в порыве ярости напряг мышцы рук, тщетно пытаясь разорвать путы, ведь я был свидетелем того, как погибла Фрея, и сейчас понимал, что жизнь девушки висит на волоске.

— Пожалуйста, не спеши, повелитель! Если бы она действительно была ведьмой, то уж точно не дала бы себя связать, — произнёс кто-то хриплым голосом из-за крупа животного, и вперёд вышел человек в тёмном балахоне с капюшоном на голове.

Во время битвы он не покидал своего безопасного места у задних ног животного и только сейчас осмелился сделать несколько неуверенных шагов, приблизившись почти вплотную к девушке.

Он низко склонился над ней. Хотя я не мог видеть его лица из-за накинутого на голову широкого капюшона, у меня не было никаких сомнений в том, что он тщательно её рассматривает или даже оценивает. Линда замерла на земле и испуганно смотрела на него. Через минуту он выпрямился, откинул капюшон на спину, и я невольно вздрогнул. Мне он показался ещё уродливее жителей деревни, а ведь они вовсе не отличались привлекательностью. Мужчина был довольно молод, но этот факт всё же не мог скрасить его отвратительной внешности. Я увидел щербатое лицо с непомерно длинным и кривым носом, широким ртом с отвислой нижней губой, открывающей вид на редкие, мелкие зубы, и высоким лбом, усеянным многочисленными бородавками и родинками. Неприглядную картину дополняли заросшие волосами уши с очень крупными, свисающими вниз мочками, через которые была продета тонкая железная цепь, идущая под подбородком от от уха до уха.

— В этой самке нет колдовской силы, повелитель, — прохрипел он.

— Надеюсь, что ты прав, лекарь! — грозно буркнул наездник, расстегнул застёжку своего плаща и бросил его на землю, затем перекинул одну ногу через седло и спину животного и легко соскочил вниз. — Ты знаешь, чем рискуешь, если ошибся!

Один из воинов тут же подбежал к лежащему на земле плащу своего начальника и подобрал его. Уродливый лекарь склонил в почтении голову и, пятясь назад, отошёл на пару шагов от Линды. Я молча наблюдал за этой сценой, думая о том, что для нас пока будет благоразумнее не проявлять активности. Командир воинов подошёл ближе к нам и остановился у моих ног.

— Проклятые отщепенцы уничтожили много людей из моего отряда и почти весь отряд Ханума! Уже только от одной этой мысли мне становится не по себе, лекарь! — со злостью в голосе прошипел он. — Если бы я знал заранее, что с ними ведьма, то не стал бы так неосторожно появляться у неё на виду. Хвала Мету, что он направил копья моих берсерков на эту тварь! Робур, это правда, что именно она убила колдовским способом кочевников Ханума, а также всех его боевых котов?

Один из воинов, широкоплечий мужчина с длинным шрамом на левой щеке, вздрогнул, сделал шаг вперёд и, потупив взор, почтительно промолвил:

— Да, великий вождь! Я лично осмотрел трупы кочевников, самого Ханума и боевых котов, которых мы ему предоставили. На многих из них нет видимых ран. Эти люди, а также все боевые коты кочевников были убиты колдовской силой мерзкой ведьмы!

— Я слышал о существовании ведьм, лейтенант, но никогда ещё не видел их живьём. До сегодняшнего дня все рассказы о них я считал глупой болтовнёй. Воистину Мет непредсказуем! Много странных тварей кишат в его полостях! — Вождь с отвращением сплюнул на землю. — Почему меня не предупредили о том, что среди отщепенцев находится ведьма? Кто главный на этой ферме? Приведите его сюда!

Он стоял рядом со мной, но не считал нужным удостаивать меня даже взглядом. Я же, напротив, внимательно рассматривал его. Человек этот был высокого роста и крепкого телосложения — могучие мышцы перекатывались у него под кожей при каждом его движении. Из одежды на нём остались только штаны, плотно сшитые из кусков кожи, и ботинки с толстой деревянной подошвой. Сбоку, на поясе, висели искусно украшенные разноцветными камешками и замысловатыми рисунками короткие ножны, с торчащей из них костяной рукоятью ножа или кинжала. У вождя были прямые светлые волосы, доходившие ему до плеч. Лицо его обладало идеально правильной формой. Оно могло бы показаться мне красивым, если бы не странные узоры, нанесённые на лбу, носу, щеках и даже шее. Узоры эти представляли из себя сложное переплетение тонких разноцветных линий и каких-то непонятных мне знаков и символов. Остальные воины, стоявшие на почтительном расстоянии от него, также имели сильные, стройные тела и лица, разукрашенные похожим образом.

Через пару минут на поляне появилось ещё два человека — воин и один из жителей деревни, сильно сгорбленный и прикрывающий лицо руками. Воин пинками подгонял этого человека, и тот послушно ковылял впереди него, только лишь громкими, жалобными стонами реагируя на столь грубое обращение с собой.

Подобострастно подбежав к вождю, он ничком бросился на землю и запричитал:

— Могущественный повелитель, великий вождь ангелов, сжалься надо мной, над твоим верным псом! Я ничего не знал о ведьме!

Я бросил взгляд на Линду и увидел шок в её глазах. Меня самого эти слова привели в крайнее изумление. Так это и есть те самые «ангелы»? И именно эти люди, как мы наивно полагали, должны были помочь нам найти выход с ковчега? Как же глубоко мы заблуждались! Я посмотрел на Конрада, туго обмотанного верёвками и лежащего на земле неподалёку от нас, но, как обычно, не обнаружил на его лице никаких эмоций. Рана на руке, нанесённая челюстями свирепого хищника, обильно кровоточила, и левый рукав комбинезона уже потемнел от крови. Это обстоятельство не на шутку встревожило меня, и я подумал, что если в ближайшее время андроиду не будет оказана врачебная помощь, то он может умереть от потери крови.

Вождь сделал шаг к распростёртому ниц жителю деревни и жёстко ударил его в бок своим ботинком. Человек громко завопил от боли и, перевернувшись на бок, сжался в комок. Теперь я мог разглядеть его лицо. Это был сам Управляющий: ещё вчера мы, не подозревая подвоха с его стороны, мирно ужинали вместе с ним.

— Паршивый ублюдок! Как ты мог не знать об этом? Или ты хочешь, чтобы мои берсерки позабавились с тобой? — свирепо прорычал вождь.

— Смилуйся, повелитель! Клянусь своей никчёмной жизнью, ведьма ничем не выдавала себя!

— Падаль! Мерзавец! — Командир воинов с видимым наслаждением вновь сильно пнул Управляющего, на этот раз уже в живот, тщетно прикрываемый руками несчастного.

Тот жалобно взвыл и перекатился на спину. Его обидчик уже поднял ногу, намереваясь ударить Управляющего прямо в открытое лицо, но был неожиданно остановлен хриплым возгласом лекаря:

— Повелитель! Позволь сказать слово в его защиту!

Вождь замер, посмотрел в сторону говорившего и медленно опустил ногу на землю.

— Я слушаю тебя, лекарь! Но знай, если твои доводы покажутся мне неубедительными, то я возьму его вонючее тело с собой в Цитадель и скормлю там боевым котам. Теперь я уже не желаю, чтобы мои верные берсерки пачкали свои руки о грязную и отвратительную плоть этого урода!

Управляющий задрожал мелкой дрожью и закрыл голову руками. Мы с Линдой с отвращением наблюдали за происходящим. Я видел негодование, сквозившее в её взгляде, и поэтому, улучив момент, когда она на меня посмотрела, отрицательно покачал головой, дав ей тем самым понять, что нам не стоит вмешиваться. Она еле заметно кивнула и вновь обратила свой взор на обитателей ковчега.

— Мой вождь, работникам фермы удалось каким-то образом связать двоих отщепенцев, которые сейчас лежат у твоих благородных ног, — начал свою речь лекарь. — Но ведь эта прелестная самка тоже вполне могла оказаться гнусной ведьмой. Я уверен, фермеры не допускали даже мысли о том, что среди отщепенцев может находиться ведьма, иначе бы они не стали идти на такие решительные меры. Всё, на что они могли бы осмелиться в данном случае, — это только предупредить вас, ангелов, об опасности, а потом спокойно дожидаться развития событий.

— Ты складно говоришь, лекарь, и твои слова не лишены определённого смысла, — задумчиво проговорил предводитель воинов. — Эти трусливые фермеры на большее и не способны.

— Повелитель, разреши мне задать несколько вопросов этому старику.

— Действуй! Я и так уже позволил себе слишком много лишнего — не пристало принцу ангелов, сыну верховного правителя Одреда, лично вести допрос грязных рабов. Подобную честь мы оказываем только нашим врагам. — Вождь скрестил мускулистые руки на груди и презрительно усмехнулся.

Лекарь низко поклонился ему и, быстро развернувшись к Управляющему, властно спросил:

— Фермер, как вам удалось пленить этих двоих отщепенцев?

Старик, успевший к этому времени опять распластаться на земле лицом вниз, приподнял голову и бросил робкий взгляд на спрашивающего.

— Когда они появились у нас на ферме, мы сразу же пригласили их всех ко мне в дом и накормили, — ответил он прерывающимся от страха голосом. — После этого я распорядился разыскать отряд повелителя Артиса, так как знал, что он со своими ангелами охотится неподалёку. Я сделал всё возможное, чтобы во время ужина усыпить бдительность наших гостей, а когда они отправились спать, передал им кувшин вина с подмешанным в него соком из корня кареаны. Я надеялся, что они все попробуют его и заснут, как только яд растения проникнет в кровь, но, к моему прискорбию, некоторые из них, по-видимому, не стали пить вино, а сразу же покинули отведённую им хижину и остались на всю ночь снаружи.

— Значит, эти двое поддались искушению и отведали твоё пойло? — предположил лекарь и указал пальцем на меня с Линдой.

— Да. Они вылакали всё до последней капли в кувшине. Когда кочевники Ханума были уже на границе фермы, мои люди пробрались по подземному ходу внутрь дома. Отщепенцы спали как младенцы! Мы прочно заперли дверь и окна хижины и крепко их связали.

— Твоя ловушка сработала превосходно, фермер. Ты ведь уже проделывал подобное?

— К нам иногда забредают странники, и таким способом мы справляемся с ними и поставляем их коменданту Цитадели.

— Заканчивай с ним, лекарь! — прервал его грозным голосом вождь ангелов. — Я намереваюсь ещё засветло вернуться в Цитадель. А перед этим мне ещё надо допросить отщепенцев. Один из них — могучий воин, но он ранен, а мне он обязательно нужен живым. Ты должен позаботиться о его ране!

— Я всё понял, повелитель! Прошу у тебя только пару минут для разговора с фермером. А раненого отщепенца лучше отнести в одну из хижин. Внутри дома мне будет легче обработать его рану.

— Хорошо. — Вождь взглянул на своих людей и отдал короткий приказ: — Выполняйте!

Четыре воина мигом бросились к Конраду и подхватили его на руки.

— Повелитель!

— Что ещё, лекарь?

— Прикажи, чтобы вместе с раненным твои воины отнесли в дом трупы отщепенцев.

— Зачем они тебе?

— Я хотел бы осмотреть их. Особенно ведьму. Мой ментор Изориус всегда настаивает на тщательном осмотре мёртвых отщепенцев. Таким образом мы можем установить, насколько они близки по своему внешнему и внутреннему строению ангелам. Может быть, они только с виду отщепенцы, а внутри поражены гнилью и пороком.

— Изориус мудр, хотя и выглядит как тупая, жирная свинья! — Принц ангелов захохотал, и его люди тоже начали громко смеяться и похлопывать друг друга по плечам. Видимо, шутка их предводителя пришлась им всем весьма по вкусу, лишь только одни гиганты стояли с невозмутимым видом среди всеобщего веселья.

— Сделайте так, как сказал лекарь! — резко распорядился вождь.

Воины разом перестали смеяться, схватили труп Джона, тело и голову Фреи и поволокли их, а также связанного капитана андроидов к ближайшей хижине.

Проводив их взглядом, лекарь вновь обратился к Управляющему:

— Скажи, фермер, ты лично видел, как ведьма использовала свои колдовские навыки, когда убивала кочевников и боевых котов?

— Да. Я спрятался за одним из домов и наблюдал оттуда всё время и за сражением, и за ведьмой.

От меня не скрылось торжествующее выражение на лице лекаря, когда Управляющий произнёс эти слова. По нему было заметно, что он очень хотел услышать продолжение истории и его прямо-таки распирало от нетерпения. Но рассказ старика, похоже, совсем не интересовал предводителя воинов.

— Теорис, мне уже надоел этот урод! Убери его от меня, если хочешь с ним и дальше болтать. Мне надо заняться отщепенцами! — сердито бросил принц и нетерпеливо махнул рукой.

— Как прикажешь, мой господин. Я пойду с этим фермером к хижине с трупами отщепенцев и по пути задам ему ещё пару вопросов, — почтительно проговорил лекарь.

— Не трать много времени на этого ублюдка. Не забывай, тебе следует посмотреть рану воина-отщепенца. Я не хочу, чтобы он умер. Он очень силён и ловок, и мне нужны такие бойцы. Жаль, что второй отщепенец погиб, он тоже был хорошим воином...

Лекарь подобострастно поклонился, схватил за шиворот Управляющего и поволок того прочь, а ангел зловеще усмехнулся и обратился к воину, которого он незадолго до этого назвал лейтенантом:

— Робур, подними этих двоих с земли. Пора задать им пару вопросов.

Воин махнул рукой, и тут же его люди подбежали к нам с Линдой и грубо поставили нас на ноги.

Вождь окинул нас с головы до ног внимательным взглядом и прищёлкнул языком:

— Клянусь Метом, тела и лица этих двоих ни в чём не уступают нашим! Если бы не отсутствие священных символов на лице самца и наверняка на теле самки, их вполне можно было бы принять за обычных ангелов. Отличные экземпляры! Что скажешь, Робур?

— Полностью согласен с тобой, повелитель Артис, — отозвался воин. — Пора бы уже вновь объявить Священную Охоту и, наконец, истребить всех отщепенцев!

— Не торопись, Робур! Удовольствие следует растягивать. Нельзя уничтожать их всех сразу, иначе нам придётся впоследствии охотиться только на зверей и диких кочевников. Я уверен в том, что после последней Священной Охоты отщепенцы ещё не успели расплодиться в достаточном количестве.

Вождь недобро улыбнулся, и от этой холодной улыбки мне стало не по себе. Взглянув на Линду, я заметил страх и отвращение в её глазах.

— Ты... — предводитель указал на меня рукой, — отвечай, откуда вы явились и куда направлялись?

Я откашлялся, так как в горле у меня пересохло, ведь со вчерашнего вечера в нём не было даже и капли воды, и хрипло произнёс:

— Вы ошибаетесь. Мы не отщепенцы и не ваши враги. Мы вообще не из вашего мира и не желаем никому зла. Я и мои друзья прибыли сюда, чтобы изучить ваш мир.

У вождя глаза полезли на лоб от удивления.

— Робур, что он несёт? — с ехидной усмешкой спросил он. — Ты понимаешь, о чём он говорит?

— Мой принц, не стоит его слушать. Скорее всего, он сумасшедший. Мне уже приходилось видеть полубезумных и одичавших отщепенцев, обитающих в дальних землях. Многие из них талдычат всякую чушь. Чем дальше расстояние от Цитадели, тем сильнее влияние гнева Мета на их рассудок.

— Я вовсе не безумен! Пожалуйста, выслушайте меня, я могу вам всё объяснить! — воскликнул я в отчаянии.

— Заткнись, отщепенец! Говори только тогда, когда к тебе обращаются! — злобно прошипел Робур и приставил острие меча к моему горлу.

— Робур, а тебе приходилось уже видеть такую одежду у отщепенцев? — заинтересованно спросил вождь, абсолютно не реагируя на мои слова. — Она довольно странная, очень необычная...

— Нет, повелитель, ничего подобного я ещё не встречал. Наверняка они дорого заплатили за неё Мастерам.

— Развяжи их, — приказал вождь. — Пусть разденутся, меня смущает эта одежда. Может быть, они скрывают под ней какие-нибудь неприятные сюрпризы.

Робур вложил меч в ножны и достал нож с широким лезвием. Затем быстрыми, ловкими движениями срезал верёвки с наших тел, и я смог наконец-то хоть немного размять онемевшие руки. Линда тоже усердно растирала свои конечности, не сводя настороженного взгляда с окруживших нас людей.

С минуту понаблюдав за нами, принц ангелов нетерпеливо обронил:

— Снимайте одежду. Живо!

Линда растерянно взглянула сначала на меня, а затем на вождя и произнесла:

— Послушайте же нас! Мы...

— Закрой свой поганый рот, самка! — вскричал, брызжа слюной, Робур. — Или я заткну его своим кулаком! Делай, как сказал повелитель Артис!

Все три гиганта, как по команде, наставили свои копья на нас, а воины схватились за рукояти мечей. У меня не было никаких сомнений в том, что сейчас мы балансируем на грани жизни и смерти. Опередив их дальнейшие действия, я резко рванул застёжку комбинезона, и он упал вниз, к моим ногам. Я отпихнул его в сторону и выразительно посмотрел на Линду. Она обречённо кивнула мне и молча последовала моему примеру.

Воины начали издавать удивлённые и восторженные возгласы, когда увидели нагую фигуру Линды, а довольное лицо их командира расплылось в плотоядной ухмылке.

— Великий Мет! У этой самки превосходные формы! Не будь она презренной отщепенкой, я бы непременно присоединил её на длительный срок к своей коллекции! Знаешь, Робур, отсутствие священных символов на телах у отщепенок даже придаёт им определённую пикантность!

— Мой вождь, ты же можешь показать её Изориусу. Возможно, гниль и порок ещё не проникли в её тело, и тогда она ещё долго послужит тебе усладой.

— Ты прав, лейтенант! Так и поступим. А если она не пройдёт тест Изориуса, то я отдам её тебе. Тебе, моему верному другу, я предоставлю эту честь. Можешь основательно позабавиться с ней, перед тем как отправить в услужение нашим женщинам. А если она и на это не будет способна, скормишь её боевым котам!

Воины шумно загоготали, причём лейтенант Робур смеялся громче всех, обрадованный словами своего принца. Меня передёрнуло от отвращения и гнева. Девушка с немой мольбой взглянула мне в глаза, и я заметил, как задрожали её губы. В тот момент острое чувство беспомощности и безысходности овладело мной, а сознание просто отказывалось верить в то, что происходило с нами. Я не знал, как помочь Линде сейчас, но внутренне поклялся себе, что сделаю всё от меня зависящее, чтобы в ближайшем будущем предотвратить или по крайней мере облегчить ужасную судьбу, предначертанную ей вождём варваров.

— Что будем делать с самцом, принц Артис? — вдоволь насмеявшись, спросил лейтенант.

— Мы уже видели, что двое из отщепенцев отличные бойцы. Но, к сожалению, один из них уже мёртв. Вполне возможно, этот экземпляр тоже неплох. — Вождь оценивающе посмотрел на моё тело. — Приведите-ка сюда какого-нибудь фермера, более-менее подходящего!

После повелительного жеста Робура один из воинов рванулся к хижинам и уже через несколько минут вернулся назад, подгоняя при этом копьём одного из деревенских жителей, облачённого в грязные и дурно пахнущие лохмотья. Когда они приблизились к нам, обитатель деревни остановился перед Артисом и упал на колени. Испуганные глаза уже немолодого мужчины были широко раскрыты, и тощие руки тряслись от страха. Жидкие волосы росли редкими пучками на его почти лысой голове, а вот лицо было на удивление практически нормальным, если не принимать во внимание полное отсутствие ушей. Без сомнения, он был абсолютно глух.

— Ты не мог найти кого-нибудь получше? — скептически заметил принц.

— Господин, остальные выглядят ещё хуже, — робко произнёс воин.

— Ладно. Сойдёт и этот. Дайте ему меч. И отщепенцу тоже. Пусть продемонстрирует нам свои боевые навыки...

— Мой принц, будет ли это благоразумным? — осторожно спросил лейтенант.

— Робур, ты осмеливаешься подвергать сомнениям мои приказы?

— Никак нет, повелитель! Но ведь этот отщепенец может быть весьма опасен.

— Мои берсерки убьют негодяя при первой же попытке навредить мне. — Вождь взглянул на гигантов, и они сразу же взяли копья наперевес, нацелив их на меня.

Несмотря на всю дикость сложившейся ситуации, мне казалось довольно странным то обстоятельство, что ангелы разговаривают о нас в третьем лице. Словно мы были не людьми, не живыми существами из плоти и крови, а некими неодушевлёнными предметами. Они даже не предоставили нам ни малейшей возможности высказаться — их, похоже, абсолютно не интересовала наша история.

Лейтенант вынул меч из кожаных ножен, с явной опаской протянул его мне и затем, сразу же после того как я сжал рукоять в своей руке, поспешно отступил от меня на безопасное расстояние. Один из воинов вручил свой клинок несчастному жителю деревни и толкнул его в спину по направлению ко мне. Воины расступились, образовав широкий круг, в центре которого оказались я, Линда и глухой мужчина. Невзирая на свою глухоту, он, видимо, догадался, чего именно от него ожидают ангелы, и поэтому встал с поднятым мечом прямо напротив меня. При этом взгляд его метался из стороны в сторону, всё тело сотрясала крупная дрожь, и оружие ходило ходуном в его руках. Для меня было ясно, что он, вероятно, предвидя неминуемую смерть от моей руки, чрезвычайно напуган и потому не представляет ни малейшей опасности. Мне не составляло никакого труда подойти к нему и одним ударом меча выбить оружие из его дрожащих рук. В отличие от него, я не испытывал чувства страха, наверное, я уже просто-напросто устал бояться. Даже наоборот — меня переполняла холодная ярость, но не к этому бедолаге, а к презрительно усмехавшимся воинам, окружившим нас кольцом, и к их жестокому и высокомерному предводителю. Я поймал себя на пугающей мысли о том, что с большим удовольствием проткнул бы мечом мускулистое тело надменного вождя ангелов вместо тщедушного тела моего трясущегося от страха противника.

— Не надо, Кай! Пощади его... — Услышал я шёпот Линды.

— Чего ты ждёшь, тупой отщепенец! Убей вонючего подонка! — рассерженно закричал принц.

Воины зашумели, воплями и свистами призывая меня к схватке. Даже гиганты оживились и, с нетерпением переступая с ноги на ногу, вытянули вперёд свои закрытые масками головы, стараясь получше разглядеть представление. От волнения кровь прилила у меня к лицу и струйки пота заструились по спине. Сбивчивые, хаотичные мысли стремительно проносились у меня в голове. Как поступить? Сразить несчастного аборигена и, возможно, тем самым вызвать благосклонность к нам у нашего пленителя? Или же проявить милосердие, чтобы сохранить не только жизнь невинного деревенского жителя, но также и свою честь, и своё достоинство, как и полагается всякому цивилизованному человеку? Но что тогда произойдёт с Линдой и со мной? Не будет ли это одновременно смертным приговором для нас?

Дикие крики усиливались, а разгорячённые, покрасневшие лица ангелов с выпученными глазами и раскрытыми ртами стали вдруг похожими на кровожадные морды фантастических чудовищ из ночных кошмаров. Я крепко стиснул рукоять меча в руках, направив его остриём вперёд, и сделал первый шаг к противнику. Он закатил глаза, уже окончательно смирившись со своей судьбой.

— Нет! Кай! Прошу тебя! — Отчаянный, надрывный крик Линды резанул мои уши.

Меня как будто окатило ледяной водой. Сумасшедший стук моего сердца постепенно замедлился, мысли успокоились и взор прояснился. Внезапно я совершенно чётко осознал, что не способен убить беззащитного человека. Взглянув прямо в глаза презрительно ухмыляющемуся вождю ангелов, я бросил меч на землю.

— Я не буду сражаться с ним, Артис, — твёрдо сказал я. — Я не убийца.

Воины мгновенно умолкли и замерли в изумлении. Мой жалкий противник уставился на меня непонимающим взглядом, а берсерки повернули головы к принцу в ожидании приказа.

— Спасибо, Кай, — в звенящей тишине произнесла Линда.

Я подошёл к ней и обнял одной рукой за талию. Она прильнула ко мне всем телом, и в тот момент я подумал, что жить нам осталось совсем недолго, но мне, признаться, было уже всё равно. Близость девушки, тепло её тела и дурманящий запах волос вселили в меня мужество, изгнав чувство отчаяния, а вместе с ним и все тревожные мысли о нашей дальнейшей судьбе.

Ухмылка на лице принца сменилась злобным оскалом.

— Убить отщепенцев! — прошипел он.

Все три великана почти одновременно отвели руки с копьями для размаха назад, намереваясь пригвоздить ими наши тела к земле.

— Прощай, — тихо шепнула мне Линда, и я ещё крепче сжал её в своих объятиях.

— Повелитель! Не спеши! — Раздался вдруг в воздухе чей-то громкий крик.

Гиганты застыли как вкопанные, а к принцу ангелов сквозь толпу воинов пробрался запыхавшийся лекарь.

— Что у тебя опять? — с недовольством в голосе буркнул вождь. — Ты хочешь испортить нам развлечение?

— Принц Артис, я осмотрел трупы отщепенцев, — торопливо заговорил лекарь. — В них нет скверны. Это означает, что они пробрались к нам из земель, неподверженных гневу Мета.

— И что? Какая мне разница?

— Позволь мне напомнить тебе о том, что верховный правитель Одред велел всех пойманных отщепенцев передавать для изучения Изориусу. Ты же знаешь, Одред давно уже ищет повода объявить новую Священную Охоту. Эти отщепенцы могут показать нам путь в те земли, где ещё не бывали ангелы, и которые могут быть пригодными для жизни.

Я заметил, как воины оживились и зашептались при этих словах. Видя их реакцию, вождь так крепко сжал скулы и кулаки, что лицо его покраснело и напряжённые руки вздулись буграми мышц. В нём явно шла какая-то внутренняя борьба.

Он бросил гневный взгляд на лекаря и медленно обронил:

— Твоё счастье, Теорис, что мой отец так ценит вас, лекарей. Когда я взойду на трон, вы с Изориусом сразу вспомните о ваших прямых обязанностях.

Лекарь побледнел и покорно склонил голову.

— Берсерки, уберите ваши копья! — распорядился принц. — Я оставлю этих двоих в живых и покажу их правителю Одреду. Возможно, лекарь, в твоих словах есть правда и эти пленники ещё пригодятся нам. Кроме того, у меня есть определённые планы насчёт этой самки... Кстати, а что с раненым отщепенцем?

— Мой господин, я хорошо позаботился о его ране. Теперь она не опасна для его жизни, но он ещё долгое время не сможет использовать свою левую руку, — поспешно ответил Теорис.

— Жаль... Я хотел уже в ближайшее время выпустить его на Арену.

— Принц Артис, я уверен, этот сильный и искусный отщепенец вполне сможет сражаться и с одной рукой, — заметил лейтенант. — Это будет увлекательное зрелище.

— Согласен с тобой, Робур, — довольно ухмыльнулся вождь. — Знаешь, несмотря на потери, я думаю, у нас всё же был сегодня удачный день. Это была славная охота!

Воины дружными возгласами поддержали его слова, и даже берсерки, потрясая копьями, громогласно закричали в едином порыве воодушевления.

Когда крики смолкли, Артис взглянул на нас с Линдой и провозгласил:

— Напоите их водой и сводите помочиться перед дорогой, затем привяжите всех троих отщепенцев к седлу моего конебыка. Через час мы возвращаемся в Цитадель. Соберите личные вещи павших воинов, а потом пусть фермеры закопают все трупы. — Он ещё раз окинул Линду оценивающим взглядом. — И дайте отщепенцам какую-нибудь одежду. Я не хочу тащить их голыми через всю Цитадель.

Сказав это, он отвернулся от нас и удалился вместе со своим лейтенантом к дому Управляющего. Его люди торопливо бросились выполнять приказания. Глухой житель деревни по-прежнему стоял с мечом в руках, и растерянная, робкая улыбка на его лице явно выдавала радостные чувства по поводу неожиданного финала нашего несостоявшегося поединка. Один из ангелов забрал у него клинок, что-то сказал ему и отвесил сильный пинок под зад. Мой недавний противник заверещал от боли и помчался к хижинам.

Два воина с мечами наперевес направились к нам, и я прошептал Линде:

— Вот видишь, нам ещё рано прощаться. Никогда нельзя терять надежду!

Она закрыла глаза и молча прижалась головой к моей груди.