Глава 27
Pov Егор
Я проснулся от безумный жары, которая буквально сковала мое горло. Внутри было настолько сухо, что я даже не мог издать звука. Распутавшись кое-как от пледа я присел на диван, и голова начала кружиться будто уже в обратную сторону, чем до этого. Разлепив глаза и пытаясь встать, я удачно упал на пол, больно ударившись всей задней частью головы. Теперь мне точно расхотелось вставать. Я расстегнул ужасно потную рубашку, и присев, все таки снял ее с себя. Опираясь руками за диванный столик, затем шкаф, затем стену, я все таки оказался в вертикальном положении. И все что увидел вокруг оказалось для меня полным сюрпризом.
Я не дома. Я не у Киры. Я не у кого-либо из друзей. Я... у Евы?
Вспомнил, как вызывал такси, но как меня впустили и разместили на этом чудном диване – вообще провал.
Я все таки добрел по ощущениям до кухни. Нашел холодную воду и испил ее до дна, чувствуя как блаженство пронизывает каждую клеточку моего тела. Намочил лицо и волосы прохладной водой, и это словно вернуло меня хоть не надолго к жизни. Правда голова все еще безумно болела, а к горлу подступал этот до ужаса неприятный привкус.
Время 4 утра. Прекрасно. Я пошарил руками по карманам брюк, но сигарет не нашел. Зато нашел их в пиджаке, который висел в прихожей. Вышел на балкон и затянувшись, в удовольствии закрыл глаза. Холод и никотин придавали мне силы и исцеляли мое поганое тело.
Но я же сюда приехал не просто так, правильно? Значит очень сильно хотел увидеть Еву. Так что, разрешаю себе исполнять свои желания.
Добрел до комнаты, с максимальной осторожностью открыл дверь и увидел, как девушка сладко спит развалившись чуть ли не на всей кровати. Я снял с себя брюки и аккуратно лег под одеяло, конечно же позволив себе разглядеть тело девушки. Она мило надула губы и спала спокойным безмятежным сном. Ее руки моментами нервно дергались, но это не нарушало ее сна. За ней было очень интересно наблюдать. Проведя в таком состоянии около 20 минут, я стал чувствовать, как сон подступает и ко мне, но неожиданно Ева резко прижалась ко мне всем телом, обняв за талию.
Я позволил себя погладить ее по волосам, дотронуться до ее плеч, талии, даже слегка ощупал попу. В моменте не стерпел и легонько поцеловал ее в губы.
Она открыла глаза, серьезно и сонно посмотрела на меня, и погладив рукой по щеке ответила на поцелуй. Я нежно переплетал наши языки, все более углубляясь, а руками гладя ее талию, все ниже спускаясь к трусикам. И почти добрался до цели, но она резко прервала меня, дав нормальную такую пощечину.
— Ты нормальная вообще? — вскрикнул я, приподнявшись и смотря на ее лицо в недоумении.
— А ты? Пришел ко мне, залез в кровать, начал лапать, будто я какая-то собственность твоя, чтобы позволять себе такое!
— А нахер ты тогда целовала меня только что? — щека горела, а я был зол. И хотел ее убить.
Она ничего не ответила, и лишь больше закуталась в одеяло, прогоняя меня с кровати своими ногами.
— Твое место на диване. А если честно, даже не в этой квартире!
Я залез на нее сверху, не слушая ее вопли, и закутал одеяло так, что она точно не могла пошевелиться.
— Ты меня раздавишь!
— Тебе нравится со мной целоваться, признавайся, маньячка, — я потянулся к ее лицу, а она стала безудержно мотать им из стороны в сторону.
— Это я еще маньячка!
— Нет, ты какая-то психованная.
Я взял ее лицо в свои руки и грубо проник в ее губы, на что она больно укусила меня за нижнюю губу.
— Блять, Ева!
— Слезь меня!
Я зло посмотрел на нее, и одно рукой держа ее, другой перевернул, а затем со всей силы укусил в сладкую попу.
— Ты больной! — прокричала она и начала хныкать от боли, как ребенок.
— Почему же, это очень приятно.
Я вернул ее в исходное положение и посмотрел в эти глаза полные ненависти, но безумной любви.
— Ты очень красивая, — произнес я.
— Ты придурок, отпусти меня! У меня все болит!
Я снова прикоснулся к ее губам, но не получил ни укуса, ни ответа.
— Открой губки.
Забавно было наблюдать за тем, как она беспомощно лежала и не могла абсолютно ничего сделать.
— Отпусти хотя бы руки, они уже затекли.
— Чтобы ты задушила меня? Нет, спасибо.
— Это какое-то насилие!
— А тебе не нравится? — я игриво повел бровями.
— Иди с Кирой занимайся своими животными страстями! — она смогла все таки отцепить одну руку, и я снова получил пощечину, правда уже на другую сторону.
— Это уже никуда не годится.
Я развернул ее лицом вниз, и под ее отчаянные попытки выбраться, ударить меня и руками и ногами, завязал ее запястья валявшейся рядом непонятной одеждой девушки, которая удачно подошла под это дело, продолжая сидеть на ней, тем самым блокируя ноги.
— Ты реально псих и маньяк. Отпусти меня! Или я пойду рассказывать все Кире!
— Нет, Ева, ты должна сказать, поздравляю вас, живите счастливо, нарожайте много детишек, я обязательно разделю это прекрасное торжество вместе с вами, — ответил я и развернул ее лицом к себе. — Так удобнее?
— Вот так и делай доброе дело. Нужно было оставить тебя замерзать в подъезде.
— Как это грубо, — произнес я и снова накрыл ее губы своими. Но девушка отчаянно не хотела поддаваться моему любовному порыву.
Тогда я скользнул вниз по шее, оставляя поцелуи и пробираясь к груди. Все это конечно же сопровождалось криками девушки, что я должен ее отпустить.
— Как же мне заставить тебя замолчать, — ехидно произнес я.
Мои пальцы скользнули вниз и я легонько коснулся ими ее сладкой плоти, на что она машинально ответила всем своим телом. Слабое место нетрудно было угадать.
— Ты не будешь этого делать, — произнесла она, но ее дыхание уже сбивалось от беспрерывных слов, летящих с ее губ и от движений, которые я продолжал делать сквозь ткань, которая становилась мокрой за секунду.
— По-моему, тебе очень даже нравится.
Ева закусила губу, а я, увидев, как ее тело полностью мне сдалось, проник пальцами внутрь. Она была ужасно мокрая, но это безумно возбуждало. Я нащупал ее изнывающий бугорок, и от продолжающегося массирования она стала глотать воздух губами, сопровождая прелестными стонами, которые я поймал своими губами. Она страстно переплетала наши языки, продолжая извиваться подо мной, по мере того как я блуждал пальцами и ускорялся.
— Пожалуйста, — произнесла она, прерывая наш поцелуй и жадно дыша. Ее глаза были безумны и пьяны. — Развяжи мои руки.
Я хитро просмотрел на нее, но решил довериться, не хотя прерывая свое занятие.
Когда я это сделал, девушка зарылась пальцами в моих волосах, продолжая наш горячий поцелуй.
— Я знал, что ты хочешь этого, — произнес я и улыбнулся, — но позволь мне кое-что сделать.
Я снял с нее трусы, и видя ее во всей великолепии, честно говоря, держался из последних сил, чтобы не истерзать. Согнул ее ноги в коленях и припал губами к ее настолько желанному месту.
Ее звонкий стон тут же заглушил мои уши, а пальцы, которые она властно запустила в мои волосы, оттягивали каждую прядь в наслаждении. Я прошелся языком по каждой ее складочке, пока наконец не проник внутрь.
Ева извивалась как кошечка, а ее стоны становились громче, как только я пустил в ход пальцы, набирая темп и видя, как она пропитывает мои пальцы своим сладким соком.
Я в наслаждении вылизывал каждую капельку и снова вернулся к ее губам. Правда, не успел и коснуться ее, как девушка оказалась надо мной. Наш поцелуй продолжился, губы уже словно онемели, но не хотели прекращать свой порыв. Присев своими ягодицами прямо на мою изнывающую плоть, она водила по нему прямо в такт углубленным поцелуям. Руками я держал ее талию, и эти прикосновения сквозь тонкую ткань моих трусов выводили меня из себя. Уже становилась тесно и невыносимо.
— Ты знаешь что делать, — прошептал я ей в губы, и снял с нее майку.
Она начала водить руками по своим грудям, открывая мне вид на ее горящую часть тела. Соски были маняще набухшие, так что я не мог ими наесться, напиться, и вкусить их полностью. Как теленок, первый раз попробовавший молоко. Я слизывал и оставлял красные пометки.
Наконец ее рука проникла внутрь моих трусов, и теперь в ее власти оказался я. Теперь она смотрела на мое мучающееся лицо, ядовито улыбаясь. Проводя рукой вверх-вниз, гладя и ускоряя темп она терзала меня. Я зарычал ей в шею и более чем резко вошел в нее. Ева вскрикнула, но сама набрала нужный темп. Одной рукой я держал ее талию, а пальцами другой массировал ее клитор и наблюдал, как она в наслаждении закатывает глаза и хватает воздух.
Она будто полностью овладела мной, а я не мог ей насытиться, я чувствовал как мне мало, и все сильнее и сильнее вдавливался рукой в ее талию, наслаждаясь звуком ее волшебных стонов.
Снова положив ее под себя, я стал ускореннее двигать бедрами, делая толчки более грубыми. Я чувствовал, что меня накрывает волна безумия, а ее тело становится все разгоряченнее и будто тает в моих руках. Удовольствие начинало достигать пика, и чем выше оно становилось, тем сильнее и быстрее я входил в нее, как и мечтая, истерзать полностью. Желание оставить ее в себе, разлиться внутри, получить дополнительный поток сводящего с ума наслаждения туманило мой разум. Удовольствие накрыло с головой, но я успел выйти из нее и кончить на живот.
Тело мигом стало бессильным, я наклонился к девушке и прислушиваясь к нашим прерывистым дыханиям нежно поцеловал в губы, и приземлился рядом.
Мы еще долго лежали в тишине, восстанавливая дыхание, пока Ева не ушла в ванную, а я в этот момент побрел за своими сигаретами. Втянув любимый никотин жить стало определенно легче.
Она прекрасна. И хочется сказать это миллион раз. Дело даже не в сексе, хотя то, что только что произошло, занимает одно из лучших мест. Важнее ощущения, которые я чувствую с ней. Несмотря на то, как сильно она меня не хочет видеть, признаться, я и сам не горю желанием быть возле нее. Но эти ощущения – таких больше нет. То что творится внутри при нашем сближении, даже на расстоянии шага – это покруче всего.
Я докурил и вернулся в кровать. Ева уже лежала в новой футболке, и во взгляде читалось что-то нежное? Это мне бонусом?
— Ты прекрасна, — повторил я, но уже вслух.
Она устроилась у меня на груди, крепко обняв, а я с таким же жаром обнял ее.
— Мне с тобой хорошо, — проговорила она как можно тише, но я услышал каждую буковку и самодовольно улыбнулся.
— Посмотри на меня.
Она поднялась, направив на меня свои темно-зеленые лучи. Я смотрел на нее серьезно, видел свою отражение, и мне нравилось.
Еще раз поцеловал ее и она снова как кошка улеглась, крепко меня обняв.
— Мне не хочется, чтобы ты уходил.
К сожалению, мне тоже этого не хотелось.
Но я ничего не ответил, и закрыл глаза, чувствуя неимоверное тепло и комфорт, которые давно не ощущал.