Глава 31
1
Суджин когда-то обещала себе, что и шагу больше не ступит за порог этого проклятого ночного клуба, но вот она стоит здесь, в рандомную пятницу своей жизни, спустя порядка год, и как и в далёком прошлом, выискивает взволнованным взглядом своего бывшего парня.
Хоть бы ничего в груди не ёкнуло, надеялась она про себя, и надеялась очень глупо.
Посреди пустого танцпола вдруг возник Джисон. При виде неё его потерянный взор мгновенно смягчился. Его глаза наполнились теплом и... как бы ни хотелось отрицать, любовью, а уголки губ лениво приподнялись в искренней улыбке, словно он хотел её сдержать. Словно хотел дать знать, что он счастлив, но при этом не хотел показывать, насколько сильно.
Именно в этот момент сердце Суджин почувствовало знакомую, почти забытую нежность, и забилось сильнее.
Это нехорошо. Так не должно быть.
Сообразив, что Суджин нескоро собиралась трогаться с места, Хан сам к ней подошёл и поприветствовал её.
— Привет, Ким Су.
Ким Су.
Девушка сто раз успела пожалеть, что вообще согласилась на свидание с Джисоном.
«Ким Су»? Как в старые, добрые времена? Когда они ещё не знали никаких обид друг к другу и всё ещё были влюблёнными дурашками? А этот его ласковый тон и взгляд? Что дальше? И вопрос главнее, как она выдержит это всё?
— Привет, Хан.
Суджин улыбнулась ему в ответ. Правда, с трудом, поскольку хотелось плакать, а не улыбаться.
Я по тебе такому скучала безмерно, Хан Джи. Чувствуешь это? Видишь в моих глазах?
И Хан видел. Всегда видел. Не всегда оберегал и ценил её чувства, но всегда видел.
— Прости за клише, но не могу не сказать: ты прекрасно выглядишь.
Суджин глупо заморгала глазами после его комплимента и, сама того не осознавая, осмотрела свой сегодняшний наряд: на ней была красивая бордовая кофта с треугольным вырезом и такого же цвета юбка. Длинные светлые волосы были завиты и собраны в высокий хвост. Причёска не сквозила романтикой, но Суджин находила такую весьма удобной.
Да и Джисону тоже очень нравилось, когда она собирала волосы в такой хвост. Говорил, что так ему лучше видно было её красивого личика.
Суджин смутилась от своих мыслей и нервно заправила прядь за ухо, думая про себя, а не стоило ли ей распустить волосы.
Хотелось сказать ему спасибо, но...
— Заманиваешь сладкими речами?
Чёрт-чёрт!
Но Джисон нисколько не расстроился, как она представляла. Вместо этого он тихонько усмехнулся.
Её сердце снова заныло, услышав его смех.
— Тебя заманить не так легко. Я это знаю лучше всех.
Суджин таяла под его ласковым взглядом. В конце концов она не сдержалась и тоже засмеялась.
Девушка прикинула взглядом всё помещение, отмечая в голове мягкий свет прожекторов, единственный источник света в клубе, и только сейчас улавливая очень тихую музыку в стиле регги, до этих пор игравшую вокруг.
— Ремонт, — только и сказал парень, отвечая на немой вопрос в её взгляде. — Уже закончил с ним, но гостей пока не впускал. Не самый лучший выбор места для свидания, знаю, но при этом оно мое любимое, не обессудь.
За год их отношений у них было бесчисленное количество свиданий, однако студент впервые казался ей настолько взволнованным. Словно его беспокоила каждая мелочь.
Такое его поведение странным образом грело ей душу.
— Ты предложил — твой выбор, всё понимаю, — заверила та с улыбкой, и Хан заметно расслабился.
— Пройдём внутрь? — предложил Джисон и протянул ей ладонь.
Ким на секунду замешкалась из-за его жеста, однако с кивком приняла его руку, позволяя ему повести её в глубины заведения.
2
Прозвенел последний на сегодня школьный звонок. И пока вся школа толпилась в коридоре, спеша накинуть свои куртки и помчаться домой, Чжеин шла им навстречу, одиноко направляясь в кабинет школьного совета.
Обязанности президента никто не отменял.
Однако Чжеин не расстраивалась. Для неё это были приятные хлопоты. Ввиду того, что это был последний её год в старшей школе, ничто так хорошо не отвлекало её от бесконечных экзаменов и подготовок, как дела в совете.
Завернув за последний угол, старшеклассница уже было собиралась вытаскивать из кармана пиджака ключи от кабинета, как вдруг обнаружила, что дверь уже была приоткрыта — кто-то её опередил.
Такое явление было нередко: иногда Рена в качестве нового вице-президента, а иногда и просто участники совета доходили до порога кабинета раньше неё ради каких-то своих личных поручений.
Ничего не подозревая, Чжеин легонько толкнула дверь от себя, сразу встречаясь с повернутым к ней спиной силуэтом девушки. Она удивлённо застыла на месте, когда поняла, кто стоял перед ней: эти до ужаса прямые и блестящие каштановые волосы могли принадлежать только Пак Шиён.
Услышав шорох позади, бывшая президентша отвлеклась от осмотра кабинета и обернулась к Чжеин. Причём с доброй улыбкой на лице.
Признаться честно, Чжеин каждый раз передёргивало от такой её улыбки. Её словно расколдовали, и она только с недавних пор начала замечать приторность, сквозившую в жестах Пак.
Шиён всегда притворялась рядом с Ли, строя из себя абсолютно чужую для себя личность. И всё ради чего?
Неужто ради Хван Хёнджина?
Чжеин раздражённо хмыкнула от своих мыслей, этим самым вводя Пак в замешательство.
— Привет, Чжеин, долго не виделись, — первая заговорила Шиён. — И разумеется, поздравляю тебя с новой должностью. Я рада, что она перешла именно к тебе.
— Надеюсь, ты не ждёшь от меня благодарностей за твою уступку, — резко ответила Чжеин, своим грубым тоном ещё больше выбивая Шиён из колеи. — Ты отказалась от своих обязанностей в разгар всего, и именно я всё сейчас расхлёбываю.
Улыбка Пак в одночасье сползла с её лица. Она молча наблюдала за тем, как Чжеин, явно пребывавшая не в духе, подошла к своему столу и удобно за ним расположилась, а спустя какое-то время снова заговорила:
— Я нахожу несправедливым твое отношение ко мне, учитывая, что изначально и ты, и я подавали на должность школьного президента. Ты недовольна, что наконец добилась своей цели?
— Я своим довольна, а ты, Шиён, мастер забирать то, что принадлежит другим. Или пытаться забрать.
Ли не ведала, что говорила от гнева. Теперь, когда она встречалась с Хёнджином, она понимала, какую чушь Шиён в своё время творила, чтобы заполучить его внимание.
Или, быть может, за неё говорили те цветы, что он подарил своей однокласснице, когда та восстанавливала силы в больнице? Пак Шиён, наверное, чуть ли голову не потеряла из-за них и расценила это, как свой шанс с Хёнджином.
— Так сильно влюбилась в Хёнджина? — фыркнула Пак, быстро догадавшись, что речь шла о нём.
В точку.
Чжеин наконец лениво подняла глаза на собеседницу, однако решила повременить с ответом на её вопрос.
— Я не глупая, Чжеин, — снова заговорила Пак. — Я бы и в сторону Хёнджина не взглянула, если бы он любил тебя по-настоящему. Если бы у него действительно имелись к тебе чувства.
Чжеин озадаченно вскинула бровью.
— Ты в курсе, что эта школа стояла и до твоего появления? Хёнджин сейчас встречается с тобой, это правда. Но до твоего появления он был именно таким, каким ты его себе представляла в самом начале знакомства — бесстыдный любимчик всей школы, который творил с людьми что хотел и как хотел. Плевал он на чувства других девушек, как и на мои. И ты не исключение.
— К чему ты клонишь?
Чжеин с трудом понимала, о чём она так быстро тараторила, однако к середине речи Пак на сердце стало необъяснимо тяжело.
— В начале семестра о тебе расползлись нехорошие слухи и дошли до ушей всех. Ты ведь не забыла? — Шиён сделала паузу и жалостливо вздохнула. — Бедняжка Чжеин, ты даже не подозреваешь, как Хёнджин сперва отреагировал на эти слухи. Он не стал жалеть тебя; наоборот, слухи его веселили. Он проспорил с друзьями, что даже такая, как ты, не устоит перед ним. И знаешь что, ты ведь правда не устояла. Смешно. Посмотри на себя — злишься на меня из-за какого-то парня, на одну из своих самых первых подруг в стенах этой школы, которая приняла тебя такой, какая ты есть.
Чжеин отвела взгляд от одноклассницы и уставилась куда-то в пол. В глазах предательски наворачивались слёзы, вот-вот норовя покатиться по побледневшему лицу, но не от сказанного Шиён, а лишь из-за того, как же она всё-таки была жестока. Так жестока! До сей поры староста не понимала, почему Пак так отвратительно к ней относится, и видимо, уже никогда не поймёт.
Это неустанное стремление Пак раз за разом расстраивать Чжеин — словами, холодом, отношением — оставалось непостижимым её уму. И вряд ли причина крылась в Хёнджине. Здесь действовало нечто иное: что-то чуждое, глубоко личное для самой Шиён, спрятанное так далеко, в самых глубинах её сердца, что даже она, возможно, не решалась туда заглядывать.
— Ты мне не подруга, Пак Шиён, — наконец, заговорила Ли. — И никогда ею не была. Ты меня ненавидишь. Я больше не поведусь на твои выдумки.
Всё это ложь. Хёнджин совсем не такой, каким Шиён старается его выставить.
Её ответ позабавил Шиён.
Она всего-то хотела, чтобы Чжеин знала правду. Но раз та видит в её помощи какой-то злой умысел, Пак больше не в силах переубедить её в обратном. Да и этого от неё не требовалось.
— Ненависть — сильное слово, — пожала она плечами. — А впрочем, ты права. Считай, как хочешь, и верь в Хёнджина и дальше. Я тебе не подруга, поэтому не мне тебя спасать.
На этом Шиён покинула кабинет и оставила раздосадованную президентшу одну, наедине со своими мыслями.
***
Хонджун ненавидел, просто ненавидел оставаться в школе после уроков. Дежурить в кабинетах вместо того, чтобы наслаждаться остатком дня после тяжелой учёбы, как все остальные? Что за позорное наказание? Он старшеклассник, в конце концов, а не чёртов ученик 5-класса.
Но сегодня кое-что было другим в его дежурстве: с ним вместе отрабатывала своё наказание и Кан Нарэ.
Парень удивлённо вскинул брови, когда вошёл в сказанный кабинет и обнаружил, что он не пуст. Девчонка с параллели уже находилась там порядка 15 минут. Воткнув в уши наушники, она неспешно протирала подоконники.
Нарэ стояла к нему спиной и ещё не осознала, что у неё появилась компания, и Хонджун решил воспользоваться этим. Он небрежно бросил рюкзак на пол и, поудобнее оперевшись о ближайшую парту, стал наблюдать за ней.
В первый раз, когда его внимание выхватило миловидную соседскую девчонку, — а это было ещё перед началом нового семестра, поздним летом, — её тёмные волосы едва доходили до её плеч. А сейчас они отросли до локтей и в распущенном виде красиво сверкали на солнце. С каре она ещё была мила, а с длинными волосами — иногда, сама того не зная, творила что-то странное с Хонджуном.
Кто вообще такой Ким Хонджун и кто — Кан Нарэ?
Он ни черта о ней не знал. Знал только, что она такая же прогульщица, как он сам, раз они оба оказались в одном кабинете после уроков. Знал, что Ли Чжеин, девчонка Хвана, училась вместе с Нарэ. И на этом его знания заканчивались.
Но разве это важно? Важно только то, что ему хотелось узнать о ней.
Спрашивается, почему?
В школе полно красивеньких девочек, с куда более лучшей репутацией, чем у Нарэ. Но именно её взгляду он отвечал своим, когда случайно виделся в коридоре; именно её встречал на своём пути, когда прогуливал в Богом забытых уголках школы, и именно её случайно провожал домой, когда оказывался чуть позади неё по возвращению из школы.
Её было слишком много в его жизни. Все эти безмолвные взгляды и ни одного нормального диалога между ними? Не пора ли это исправить?
Так же и наоборот: парней получше него тоже хватало в школе. Но именно он нравился Нарэ, — да, нравился, он был в курсе, — и ему было просто интересно, за что? Чем он удостоился такой чести?
— Что слушаешь?
Нарэ испуганно схватилась за сердце и обернулась назад, когда чьё-то дыхание пощекотало ей кожу на затылке.
Первым делом её взгляд упал на надменную ухмылку Ким Хонджуна. Румянец на её щеках не заставил долго себя ждать, когда она осознала, что между ними едва ли оставалось и 10 сантиметров. Она вынырнула из его близкого внимания и отошла от него на безопасное расстояние.
— Ким Хонджун, привет, — заговорила она, в спешке снимая с себя наушники и кладя в карман пиджака.
— Приветик.
Нарэ удивлённо смотрела на него, выпучив свои глаза, а Хонджун смотрел на неё в ответ. Ничего поначалу не говорил и просто... изучал её лицо вблизи: вглядывался в карие глаза, большие радужки, подкрашенные ресницы, затем — в порозовевшие щёки и пересохшие от волнения губы.
Девушка нервно отвела взгляд от Кима с тяжелым вздохом, так и не найдя что сказать ему.
В голове сейчас было совершенно пусто, хоть в метре от неё и стоял Ким Хонджун, неизменный предмет её воздыхания.
— Устала? — вкрадчиво поинтересовался он, отвлёкшись от её лица. — Дай-ка сюда.
С этими словами парень аккуратно забрал яркую тряпку с рук опешившей Нарэ и без слов принялся протирать пыль с подоконника.
Её сердце пропустило удар.
Девушка взволнованно опустила взгляд на свои пальцы, которых Хонджун нежно коснулся мгновеньем ранее.
И несмотря на всё, Нарэ не чувствовала себя счастливой в этот момент. Она ощущала себя какой-то игрушкой, которой Ким Хонджуну хотелось воспользоваться в момент скуки. Неожиданно грусть накрыла её всю.
— Ты посиди, я сам всё сделаю, — ещё раз заговорил парень, продолжая убираться.
Старшеклассница оглянулась вокруг: неясно почему, однако сегодня в кабинете была только одна тряпка, хотя обычно их возле доски лежало пруд пруди. Может, так даже лучше.
— Спасибо за помощь, — поклонилась она в знак уважения, ловя его недоуменный взгляд на себе. — Но лучше я пойду домой. Мне незачем сидеть здесь без дела.
И только она зашагала к двери, собираясь зацепить свой рюкзак по пути к выходу, так Хонджун спохватился и остановил её.
— Подожди, — опешил он, бросая тряпку и бегом преграждая ей путь. — На самом деле, Нарэ, мне нужно с тобой поговорить.
Девушка часто заморгала от изумления, когда он внезапно возник прямо перед ней. Снова их лица были в опасной близости. И снова её влюблённое сердце пропустило удар.
— О чём?
Хонджун некоторое время бродил взглядом по полу, затем осторожно посмотрел на неё из-под ресниц.
Неужели он... смущался?
— Знаешь, лучше выйдем наружу, — наконец, заговорил старшеклассник. — Терпеть не могу запах хлорки.
Он взял её за руку и поспешно вывел из кабинета. Уже в следующую секунду они оказались в пустом школьном коридоре. Хонджун удовлетворённо улыбнулся, выбравшись на свежий воздух, и снова взглянул на Нарэ: та стояла, низко опустив голову и думая о чём-то своём. Её рука до сих пор покоилась в его, а она даже ни слова против не сказала. Не возмутилась из-за его своевольных действий и лишь послушно плелась за ним.
Нарэ доверяла ему и нисколько не ставила происходящее под сомнение, и это умиляло его.
Славная девчонка.
— Что-то случилось, Хонджун?
А когда называет его по имени и смотрит на него так, то и вовсе прелестная.
— Ничего не случилось, Нарэ. — Он не сдержал улыбку. — Прости, если напугал тебя.
Парень наконец отпустил её руку и присел на подоконник у одного из окон. Нарэ последовала за ним и встала около него, не решаясь сесть рядом. И пока Хонджун испытующе взирал на старшеклассницу, она утопала в своих мыслях.
В последний раз она виделась с ним во время школьного похода. Стыдно признаваться, но в тот день она была на седьмом небе от счастья просто потому, что ей довелось посидеть рядом с ним в автобусе. В тишине, зато в компании друг друга.
Кан мысленно усмехнулась воспоминаниям.
Глупышка Нарэ.
Она посмела надеяться, что поход чудным образом сблизит их. Однако под конец дня её сердце было разбито. Ничего хорошего из всего этого не вышло: тот день лишь дал понять Нарэ, что все её мечты и надежды были напрасны.
А сегодня он внезапно присоединился к дежурству в кабинетах с ней, хоть она и была уверена, что он наплюёт на выговоры директора и свалит домой с первым же звонком, рвался ей помочь и непривычно одаривал её своим вниманием.
Почему? Что она сделала?
— Ты должна знать, что тебе идут длинные волосы. Больше не состригай их.
Вот так себе заявление. Услышав его, девушка возмущённо скрестила руки на груди.
— Я поступаю как хочу.
И конечно, первое, что она ловит слухом, это не комплимент, а его приказной тон.
Хонджун довольно ухмыльнулся на её ответ.
— Ты милая, когда злишься.
Девушка озадаченно посмотрела на Кима. Злость сменилась шоком.
— Но много злиться вредно. Я же просто пошутил, — продолжал Хонджун. — И правильно делаешь, что следуешь только своим желаниям. Но! — Нарэ от неожиданности вздрогнула, услышав его воодушевлённо громкий тон. — Хочу тебя попросить в этот раз прислушаться и к моему: давай погуляем на выходных? Отказов не приму, потому что мы живем по соседству, и я знаю, что по выходным ты совсем не вылезаешь из дома.
Старшеклассник не сводил с неё глаз, в ожидании смотря на неё. Уголки его губ были чуть приподняты, сигналя о его хорошем настроении, о том, что слова его были искренни, и что он не шутил и вовсе не издевался над ней, как Нарэ сначала подумала. Она всё никак не могла сосредоточиться на своих мыслях и лишь смотрела и смотрела на парня, ища в его карих глазах какой-то подвох.
Хонджун местами отвлекался и скользил своим взглядом по её волосам, от корней до кончиков, а затем снова возвращался к её лицу. Когда их взгляды в очередной раз встретились, он улыбнулся ей ещё шире, и в этот момент старшеклассница сдалась.
Во всём этом не было никакого подвоха.
Согласится ли она на прогулку с ним? Да. Безусловно. Конечно же, она согласится.
Но прежде, чем она успела озвучить свои мысли, позади неё кто-то молниеносно прошёл по коридору, злостно цокая каблуками. Нарэ устремила взор куда-то влево и увидела свою одноклассницу и по совместительству — президентшу школы. Старшеклассница тоскливо вздохнула в мыслях, наблюдая за Ли Чжеин, которая даже не заметила странную парочку в коридоре и выбежала прочь из здания. У Бога несомненно имелись любимчики, и раз так, то одним из них точно являлась Чжеин: ангельский характер, высокая успеваемость, везение, отцовские денежки, красивое лицо и такой же красивый бойфренд.
Поначалу новенькая лишь забавляла Кан, а после, когда Ким Хонджун неожиданно начал крутиться вокруг неё, то стала раздражать. Затем по-настоящему злить. В итоге Нарэ остыла. Остыли и её надежды.
Нарэ украдкой посмотрела на Кима, отчего-то боясь выяснить, что его внимание уже давно перекочевало от неё к Чжеин, но тот всё так же смотрел ей точно в глаза и ждал пока она заговорит, словно и не замечал в коридоре никого и ничего, кроме них двоих.
— Что скажешь? — Хонджун чуть замялся после её долгого молчания. — Я снова пошутил, ты вовсе не обязана со мной гулять. Просто я подумал, раз мы давно уже соседи и видим друг друга почти каждый день, то...
— Хонджун, — перебила она разволновавшегося старшеклассника. Он тут же замолчал. — Будь по твоему. Погуляем.
Давно уже пора, подумала Нарэ про себя.
Парень снова расплылся в улыбке, обнажая ровный ряд зубов. А она млела, безвозвратно таяла от такого Ким Хонджуна — простого, уютного и искреннего. Нарэ когда-то зацепил плохиш, непослушный мальчик и задира, в него же она и влюбилась. Но парень, который сейчас стоял перед ней и с искрой в глазах очерчивал её лицо своим взглядом, был совершенно другим, находился за пределами всех её мечт.
Сегодня Кан Нарэ влюбилась в него во второй раз, споткнулась о свои чувства и ударилась сильнее, чем когда-либо раньше.