Напарник

Приближающийся шум мотора отогнал все мысли, кроме одной: Джон должен об этом узнать! Не теряя ни секунды, Линч выскочил на улицу и подбежал к остановившемуся автомобилю. Ничего не понимая, Джон вылез из машины и, снисходительно улыбнувшись, словно взрослый, общающийся со слишком эмоциональным ребёнком, спросил:

— Чё с тобой? Так есть хочешь?

— Ты должен это увидеть! — только и выпалил Линч, сохраняя небольшую интригу, и за руку потащил Джона за собой. Тот вырываться не пытался, разве что спросил, указав пальцем себе за спину, на оставшуюся позади машину:

— А продукты?

— Потом! Смотри, — Линч подвёл Джона к тому самому окну и первым делом выглянул наружу. Всё осталось как прежде. Тогда он принялся объяснять: — За окном примята трава, а на раме остались мокрые травинки, — он указал пальцем на низ оконной рамы, привлекая внимание Джона. Тот недолго посмотрел со скучающим видом, затем мимолётно выглянул в окно, уткнувшись взглядом в землю, отстранился, помолчал с минуту, сложил руки на груди и наконец сказал:

— И чё?

Линч цыкнул и мучительно закатил глаза. Джон догадливый парень, но почему-то эти очевидные улики не вызывали у него никаких подозрений.

— Тебе не кажется странным, что призрак оставил подобные следы? — подсказал Линч. Джон, однако, зашёл с неожиданной стороны:

— Так мы ж не знаем, призрак это или кто.

На мгновение Линч растерялся. Слишком многое указывало на то, что они имели дело с призраком, из-за чего он совсем забыл о существовании других тварей, ещё неведомых, неизученных, новых. И всё же оставлять начатую теорию и приступать к новой не хотелось, для начала стоило окончательно убедиться, что существо, обитающее в этом доме, – точно не призрак. Линч принялся излагать известные ему факты, как детективы раскладывают все улики по делу на стол, чтобы собрать из них цельную картину:

— Да, не знаем, но нам известно, что это существо может перемещать и бросать предметы, при этом оставаясь незамеченным. Как и призрак. Ещё мы знаем, что оно проявляет себя ночью. Как и призрак.

— Сейчас день.

Линч вновь опешил. Его теория по кусочкам разрушалась, как капелька дождя, упавшая на землю. Разлеталась крохотными брызгами по всей округе, в считанные секунды испаряясь в воздухе. Как бы ни хотелось это признавать, Джон говорил слишком правдивые вещи, совершенно несовпадающие с идеями Линча. Не теряя надежд, он всё же попытался настоять на своём:

— Ну, может... Если верить словам Алексея, обычно всё происходило ночью или рано утром. Думаю, мы просто исключение.

— Мне кажется, что это всё-таки какая-то другая хрень, — пожал плечами Джон и направился на улицу – за продуктами. В задумчивости Линч хвостом потянулся за ним, чтобы помочь донести пакеты.

По пути в голову пришла простая и такая очевидная идея, почему-то не пришедшая сразу: посмотреть по камерам. Линч вспомнил, что изначально хотел так сделать, но прилетевшая в ноги кружка отвлекла его, затем ещё и эта странная примятая трава, и приезд Джона... Мир закружился, как круговорот, и сориентироваться в нём удавалось непросто. Мысли роем жужжали в голове, и выцепить среди них только дельные и правильные – тоже задача непростая. Линч, словно продираясь сквозь туман, ничего не видя, кроме своих идей, зашёл на кухню и поставил пакеты на стол, замерев посреди комнаты. Слишком многое не складывалось, ни с Алексеем, ни с «призраком». Факты противоречили сами себе, отличить ложь от правды никак не выходило, всё происходило слишком суматошно, словно нереально. С каждой новой деталью пазла Линч всё охотнее верил в то, что происходящее – сон, потому что на правду, на настоящую жизнь оно походило всё меньше. Он испуганно вздрогнул, стоило чужой тёплой руке мягко опуститься на плечо.

— Линч, — позвал его Джон. — Я, конечно, не доктор, но, кажись, так быть не должно.

Линч неуверенно проследил за его взглядом. В его ногах валялась разбитая камера, до этого установленная на кухонном столе для наблюдения. Не веря своим глазам, он достал планшет и открыл разом все камеры. Шесть маленьких экранов горели чёрным с единственной белой надписью посередине: «NO SIGNAL». По коже пробежали мурашки.

— Он сломал камеры... — едва выдавил Линч, просматривая каждую. Везде «NO SIGNAL», ни одна не уцелела.

— Эта хрень ещё и умная, — подметил Джон, сложив руки на груди. Линч задумался. Неплохо было бы понять, насколько она умная. Что способна понять, что не способна, различает ли речь, действия, умеет ли думать наперёд или предугадывать. Сам факт того, что противник – не просто аномальное животное, а что-то более осознанное и разумное, вводил в лёгкий ужас. И всё же это – некое существо, не человек, по крайней мере так думали парни, потому кое-что Линч мог утверждать с уверенностью:

— Но не умнее нас.

Джон вопросительно приподнял одну бровь. Линч уверенно улыбнулся:

— У меня есть план.

От ночной прохлады, пронизывающей дом, как нитка иголку, по коже то и дело пробегали мурашки. Слабый ветерок гудел в коридорах и далёких комнатах, протискивался в щели между досок. С улицы доносился скрежет каких-то ночных насекомых, редкое уханье совы, слабый, совсем далёкий лай собак. Небольшую спальную комнату освещала одна свеча, прикупленная Джоном вместе с продуктами. Сам он без конца ворочался на своей кровати, скрипя старыми пружинами, и сквозь сон безнадёжно кутался в одеяло. Спать на сквозняке, вероятно, холодно и совсем не комфортно. Линч сидел на диване и, периодически поглядывая на ворочающегося Джона, разбирался со своими камерами. Была его очередь караулить, и чтобы не сидеть без дела он решил совместить приятное с полезным. Рассматривая последнюю, шестую камеру, он прочно убедился: ни одна из них не подлежала починке, только если закупать новые детали, что может обойтись даже дороже покупки точно таких же камер. И всё же, сломаны они или нет, узнать, что они засняли, нужно, потому Линч придумал довольно простое, пусть и муторное решение. Из каждой камеры он по очереди доставал носитель, на котором и сохранялось всё записанное, и вставлял его в свою основную камеру, на дисплее которой уже и просматривал всё записанное на этот носитель. Однако, к его удивлению, ни один носитель не сохранил записи поломки камеры. Видимо, последние секунды стёрлись из-за неисправности. Крайне удачно для существа, и крайне неудачно для парней, стремящихся его поймать. Узнать бы только, сделало ли оно это намеренно, или ему просто несказанно повезло...

Из гостиной внезапно раздался шум. Линч по привычке схватился за свою камеру, но вовремя вспомнил, что в ней пока что неисправный носитель от другой камеры, на который лучше не снимать, поэтому положил её обратно и взялся за телефон. Включив на нём фонарик, он, попутно объясняя происходящее будущим зрителям, побежал в гостиную:

— Ребята, я опять слышал какой-то шум! Схватился за телефон – камера пока не работает – и...

Линч остановился в проходе. С десяток книг по всему залу валялись на полу, скинутые с одной единственной полки, прибитой к стене.

— Он уронил книги... — констатировал Линч, будто смотрящие сами не могли этого видеть или понять. Из чистого любопытства он принялся поднимать книги и смотреть на различные признаки, которые могли бы выдать какой-то знак, поданный существом. Смотрел на авторов произведений, на названия, на номера открытых страниц. Ничего из этого не имело какой-либо связи. Идею со «знаками» можно было смело отметать.

— Ничего не понимаю. Мы не знаем, что это за существо. Есть лишь ничем не подтверждённое предположение, что это призрак. Действует оно хаотично и беспорядочно, хотя оно вроде разумно. Поймать его никак не удаётся. Ещё и этот Алексей... Мутный тип...

Из спальни донёсся какой-то шум, прервав размышления вслух. «Джон!» — тут же горячо загорелось в мыслях, и Линч без раздумий бросился на звук.

Шумно дыша, Джон стоял посреди комнаты с револьвером в руках и с ужасом пялился в одну точку. Линч подскочил к нему:

— Что случилось? Ты в порядке?

— Твоя камера на меня набросилась! — выкрикнул тот жалобно и дрожащими руками убрал оружие за пазуху. Линч непонимающе свёл брови к переносице и проследил за чужим взглядом. Его камера, едва заметная в тусклом свете свечи, чудом пережившая падение, валялась на полу рядом с кроватью Джона. До этого призрак, а точнее неизвестное существо, ни разу не нападало на людей, только пугало, разбрасывая вещи рядом. Неужели визит новых гостей так сильно его разозлил? Не успел Линч вновь углубиться в раздумья, как откуда-то сверху донёсся очередной шум. Странный скрип и еле распознаваемый скрежет. Джон молниеносно достал револьвер и направил на источник звука. Удивлённый, Линч уставился туда же и снял на камеру телефона явление, ранее упомянутое Алексеем: самовольно шатающуюся люстру. Шаталась она с такой силой, что крепление, казалось, готово было в любой момент оторваться, а из-за тусклого света свечи на стене прыгали жуткие размытые тени.

— На фига здесь вообще люстра, если нет электричества? — спросил Джон совсем неуместно, видимо от испуга, и поудобнее перехватил рукоять револьвера, совершенно не намереваясь его опускать. Как будто выстрел в люстру мог бы ему чем-то помочь или как-то защитить.

— Когда-то же оно здесь бы... — Линча прервали на полуслове. С жутким скрежетом люстра оторвалась от крепления и рухнула прямо на парней, с грохотом обрушившись им на плечи. Оба упали, от страха и недоумения замерев в сжатых позах ещё на пару лишних секунд. К счастью, обошлось, никто не пострадал. Только потом, едва ли собравшись, они кое-как поднялись на ноги и уставились друг на друга с одинаковым немым вопросом: «Бежать или остаться и выяснить?». Страх твердил первое, но упрямство, свойственное обоим, требовало второе. И у обоих оно победило.

Осматривая развалившуюся люстру, Джон размыслил:

— Алексей, вроде, не говорил, что эта хрень опасная. Что мешает – да. Но что может навредить...

— Он и не говорил, — согласился Линч, поднимая свою камеру с пола. — Просто мы, как я уже предполагал, исключение.

— Или он... — загадочно добавил Джон и замолчал, оставляя пищу для размышлений. Линч задумался. Ведь и вправду, тот призрак на заброшке не то, чтобы пытался кого-то убить, но и жалеть не собирался. А Алексея, по его словам, ни разу даже не тронули, только пугали. Довольно странно... И вправду походило на то, что неким исключением являлся Алексей, давно, если верить его словам, живущий в этом доме, а не новые гости, как казалось изначально. Предварительно отставив на стол телефон с включённой съёмкой, Линч, задумавшись, начал невольно крутить камеру в руках и внимательно её оглядывать, будто видя в первый раз. Вдруг он заметил на ней что-то странное, поблёскивающее в слабом свету свечи. Присмотрелся, нахмурился. Какой-то волос... Аккуратно подцепил его пальцами, легонько потянул, и по коже проскользило ни с чем несравнимое ощущение. «Леска!» — тут же догадался Линч. Присмотрелся вновь, теперь со знанием, и заметил, что эта блестящая нить обвивала всю камеру поперёк корпуса, как бы держа её, как в удавке, а хвостиком уходила куда-то совсем далеко, за окно.

— Джон, подойди-ка, — подозвал он, продолжая с интересом рассматривать леску и мысленно задаваться десятком вопросов.

— Чё? — в своей манере ответил тот и подошёл.

— Смотри, — Линч всучил ему свою камеру и принялся терпеливо ждать. Джон покрутил её какое-то время в руках, после чего тоже догадался:

— Леска? И на фига тварине леска?

— Вот и я не знаю.

Мысли заходили всё в новые тупики. Вопросов становилось больше, а ответов не прибавлялось. Леска – человеческое изобретение, которое явно не найдёшь посреди леса, никакая тварь, даже разумная, не могла бы ей воспользоваться. Выходит, всё это – всё же дело рук человека. Но кому это нужно? Разве стоят такие старания обычного розыгрыша? Линч внимательно проследил за леской. Вполне вероятно, что другой её конец и приведёт их к правде.

— Она ведёт за окно, — констатировал он и, не дожидаясь ответа, пошёл в нужном направлении. За окном леска обрывалась, больше никуда не ведя. На оконной раме опять валялись мокрые травинки, а под самим окном была примята трава. Пазл начинал складываться... Вдруг в плечо чем-то больно прилетело. Линч айкнул и мгновенно обернулся. За окном напротив он заметил какую-то тень, мгновенно скрывшуюся из виду. Линч подбежал туда. Никого уже не виднелось. Тогда, мигом ухватившись за всё ещё снимающий телефон, он ринулся наружу, туда, где только что видел тень, и лишь крикнул Джону через плечо:

— Я что-то видел!

И тот, не раздумывая, ринулся за ним.

Выбежав на улицу, парни включили фонарики на телефонах и принялись осматриваться в поисках каких-либо улик. Если эта тень принадлежала материальному существу, – а Линч всё больше в этом убеждался, – то бесследно пропасть оно не могло. И пока проходил скучный процесс поиска чего-нибудь, хотя бы похожего на зацепку, Джон, видимо, решил скрасить это время и поговорить:

— А чем в тебя прилетело-то?

— Не знаю. Не обратил внимание, — пожал плечами Линч, продолжая уже десятый раз осматривать одно и то же место.

— А я обращу, — сказал Джон, как вызов, подошёл к дому и, подтянувшись на оконной раме, заглянул внутрь. Повисел так с секунду, после чего спрыгнул и назвал то, о чём даже и думать никто не стал бы:

— Линч, там яблоко.

«Яблоко?» — мысленно повторил Линч и посветил на ближайшие деревья. Яблонь среди них не было, а если и были, то яблоки на них пока не росли. Существо не смогло бы достать их, просто неоткуда. Догадки о неудачных шутниках всё больше обретали свой смысл.

— А ты покупал яблоки? — всё теплил он надежду о неком существе. О настоящем деле, а не глупом розыгрыше.

— Не-а.

— Тогда совсем странно...

Поиски продлились ещё какое-то время, пока наконец не подвернулась удача: Линч заметил на траве следы, ведущие в лес. Нечёткие, почти стёршиеся, кривые, оттого непонятные, но определённо недавние следы. Парни пошли по ним.

Идти долго не пришлось, уже через десяток шагов впереди показался дом, из окон которого доносился свет, благодаря чему в ночной темноте леса заметить его было крайне легко. Линч смутился:

— Разве Алексей не говорил, что у него нет соседей?

— Так и знал, что он какой-то мутный, — прокомментировал Джон и двинулся к строению. Линч за ним. С каждым шагом он всё больше верил и всё меньше хотел верить в последнюю теорию.

Поднявшись на крыльцо, парни, вопреки правилам приличия, принялись заглядывать в окна. Людей видно не было, зато в глаза бросилась другая немаловажная деталь: яблоки во фруктовнице, стоящие на комоде. Линч только собрался спросить, как Джон опередил его, заговорив первым, и как раз ответил на этот вопрос, будто прочитав мысли:

— Это те яблоки! В тебя таким же прилетело.

Линч глянул на него удивлённо, не веря. Правда, выстраивающаяся из улик, ему совершенно не нравилась.

— Ты уверен? — в надежде спросил он. Бесчеловечно обрушив всякую веру, Джон чётко кивнул и вдруг резко, не дав и сообразить, дёрнул за ручку и открыл дверь.

— Не заперто, — оповестил он и, чуть согнув колени, как профессиональный спецназовец, беззвучно вошёл в дом. Из соседней комнаты слышались голоса, поэтому Линч не рискнул оспорить, хотя это проникновение казалось ему очень неправильным. Джон, видно, шёл к своей цели уверенно, и какая-то там частная территория, за проникновение на которую можно получить больших проблем на голову, его явно не останавливала. Линча останавливала, но, раз он в любом случае стал бы соучастником, решил всё же не оставаться стоять на улице и, как дурак, дожидаться приглашения. Тихо пошёл вслед за Джоном.

Проход в следующую комнату был широкой аркой, сквозь которую заметить незваных гостей не составило бы труда, поэтому парни прильнули к стене. Джон – у самого края, чтобы подсматривать, а Линч за ним.

— Что там? — спросил он едва слышным шёпотом Джону прямо на ухо. Тот почему-то не спешил отвечать. Замер, затаил дыхание. Неужели его заметили и он растерялся? Но не успел Линч и начать паниковать, как вдруг Джон резко дёрнулся и с криком выпрыгнул прямо к тем людям:

— Руки над головой! — завопил он и направил на трёх растерявшихся парней револьвер. Линч испуганно подскочил к нему и, едва управляясь с заплетающимся от страха языком, разгорячённо выпалил:

— Ты что делаешь?! Опусти пушку!

Не сводя с парней прицела, одной рукой Джон грубо схватил Линча за рукав и притянул к себе, сквозь стиснутые зубы тихо шепнув прямо на ухо:

— Доверься мне.

— Ты что делать собрался? — шёпотом, в такт, спросил Линч, совершенно не понимая, как можно довериться такому безумному поступку.

— Сказал же, доверься... — ещё тише повторил Джон и медленно, аккуратно отпустил рукав, доказывая своё здравомыслие. Угнанная машина, револьвер, Молотовы – всё это не звучало, как повод поверить и убедиться в адекватности, но Линч сделал шаг назад и опустил руки вдоль тела, только убрав телефон, всё ещё снимающий происходящее, в нагрудный карман, чтобы в случае чего обе руки были свободны. И Джон ему едва заметно одобрительно кивнул и улыбнулся. А потом повернулся к перепуганным парням и прикрикнул:

— Стоять!

Один из них, чуть отодвинувший ногу в сторону, явно собирающийся бежать, замер и округлившимися глазами уставился на направленное в его сторону дуло револьвера. Его кадык заметно дёрнулся – сглотнул ком, встающий поперёк горла в моменты страха.

— Вы всё нам объясните. И только попробуйте соврать... — пригрозил Джон, показно возводя курок. Тот парень, что пытался бежать, в красной футболке, вжал голову в плечи и, запинаясь, удивлённо спросил:

— Вы кто такие?

— Дурачком не прикидывайся! — крикнул Джон и уверенно шагнул вперёд. Все парни разом отшатнулись. — В него прилетело то же яблоко, что у вас на входе! Вопросы?

Парни мимолётно глянули на Линча, словно только в этот момент заметили, что он вообще здесь, и снова вернули взгляды на Джона. Всё-таки человек с оружием привлекал куда больше внимания.

— Слушай... — начал было парень в красной футболке, как посреди напряжённой тишины, нарушаемой только им, раздался звонок. Стандартная мелодия звонка телефона, известная всем. Поджав губы, он судорожно достал его из кармана и всё такими же округлёнными глазами уставился на экран.

— Телефон мне! — приказал Джон.

— Это он... — с ужасом произнёс парень в красной футболке, глянув на остальных парней. Кажется, этого некого позвонившего они все боялись куда больше, чем Джона с заряженным револьвером. Его это начинало раздражать:

— Оглох?! Телефон ко мне, я сказал!

— Подожди, я должен ответить... — испуганно продолжил парень в красной футболке, подняв одну руку над головой, а во второй всё держа телефон. Другие парни тоже принялись уговаривать:

— Это не полиция, это... — парень с бородой прервался, вопросительно глянув на третьего. Тот сглотнул и продолжил наигранно уверенно:

— Это наш босс. Нельзя не ответить.

— Не врите мне! — крикнул Джон остервенело, словно озверевший, и шум выстрела заглушил все звуки. Согнувшись пополам, Линч закрыл руками уши и зажмурился. Инстинктивно, неосознанно. В голове молотом билась лишь одна мысль: «Он выстрелил!». Старясь как можно быстрее оправиться, Линч разогнулся и с воплем побежал на Джона:

— Что ты сделал?!

Он схватил его за ворот свитера и притянул к себе. Воспользовавшись мгновением, пока Джон ничего не понимал, Линч шустро выхватил у него револьвер. Мало ли, что ещё могло произойти. Но победа длилась недолго. Чужая рука с силой толкнула в плечо, едва не повалив на землю, вынудив удерживать равновесие. И, стараясь не упасть, Линч совсем не заметил, как револьвер из его рук снова вернулся к владельцу.

— Я же сказал: доверься! Смотри!

Джон бесцеремонно схватил Линча за лицо и повернул головой в сторону парней, до сих пор сжимающихся от испуга. Никто из них при этом не пострадал, а телефон, чья мелодия больше не раздавалась, лежал в паре метров позади с простреленным корпусом. Джон выстрелил в телефон. Он и не думал никому вредить. Линча неприятно укололо чувство вины. Как он мог усомниться в Джоне? Да, он странный тип, до сих пор сохраняющий немало тайн о себе, но ведь при всём он добрый, и это качество ему никогда не удавалось скрыть даже за слоем грубости и хамства. Как Линч мог не поверить такому человеку, даже зная его? Может, пора уже прекращать так сильно сомневаться в людях?.. Вновь раздался звонок. Уже другая мелодия, видимо установленная вручную. Второй парень, с бородой, искренне испуганными глазами уставился на Джона, вновь направившего на них револьвер, и несмело потянулся за своим телефоном в карман, всем видом показывая, что правда не собирается делать ничего «глупого». Медленно достал и взглянул на экран.

— Это он... Это наш босс. Прошу, позволь ответить. Клянусь, я ничего не скажу, обещаю. Только позволь, — взмолился бородатый, повернув телефон экраном к Джону с Линчем. Там в самом деле было написано «Босс». Немного поколебавшись, Джон согласился:

— Но если что-нибудь учудишь – прострелю колено.

Бородатый понятливо закивал, медленно поворачивая телефон к себе. Как вдруг Джон остановил его:

— Стой! Другие правила. Клади телефон на центр комнаты.

— Что?

— Клади, сказал! — Джон вновь показно взвёл курок. Бородатый засуетился и покорно выполнил приказ.

— Теперь шагай назад.

Бородатый исполнил. Телефон всё не умолкал. Не переставая целиться, Джон подошёл к нему и сам ответил на звонок, поставив на громкую связь. С того конца трубки раздался бархатный низкий мужской голос, говорящий тихо и спокойно, но отчего-то пугающе где-то на уровне подсознания:

— Прискорбно, парни, что вы не справились с такой лёгкой задачей. Напугать парочку студентиков – что может быть проще?

Линч с Джоном переглянулись. Да, их догадки определённо были верны: их намеренно пытались напугать люди, а никакой твари и не существовало. Но зачем?

— Что ж, такой вариант событий я тоже предусмотрел. Мистер Линч, мистер Джон, — сказал вдруг мужчина из трубки. Очевидный вопрос не заставил себя долго ждать:

— Ты откуда?..

— Вы публикуете в сеть видеоролики, где афишируете свои имена, поэтому не удивляйтесь. Ради справедливости представлюсь тоже. Меня зовут Генри Лэмптон, я занимаюсь исследованием паранормальных существ и явлений на официальном уровне. И, согласно нашей политике, мы не разглашаем информацию о нашей работе гражданским. Понимаете, к чему я клоню?

Линч понимал и не хотел об этом даже думать. Всю жизнь он мечтал о том, чтобы ему поверили, чтобы перестали считать сумасшедшим дураком и увидели то, что доводилось видеть ему. И вот, у него наконец появилась возможность поделиться своими приключениями, он наконец нашёл людей, которые верят ему и даже просят о помощи... И теперь ему говорят просто взять и прекратить? Он не стал отвечать, притворился идиотом, каким его считали всю жизнь, и решил бороться за свою мечту, за свою цель, до конца.

— Мистер Линч, прошу вас, выключите камеру, сотрите все видеозаписи, удалите свой интернет-блог и забудьте обо всём сверхъестественном, что видели. Просто начните жизнь обычного человека, не знающего ни о каких паранормальных явлениях. Надеюсь, мы поняли друг друга, иначе придётся решать этот вопрос... — Лэмптон выдержал недобрую паузу, — ...при иных обстоятельствах.

Линч молчал. Неужели ему правда придётся просто взять и бросить всё это? Всех людей, обретших надежду на спасение от того, что они не могли даже объяснить? Все приключения, что ещё могли бы состояться и подарить не одну победу? Взять и бросить, выкинуть, как мусорный мешок на свалку? Нет!

— Нет, не поняли, — вдруг вмешался Джон удивительно низким, серьёзным голосом. — Мы людей вообще-то спасаем! Это то же самое, что сказать врачу: «Иди работай дворником!».

— Мистер Джон, — тоже понизил и без того низкий голос Лэмптон, — вы правда хотите этих проблем?

— А ты правда хочешь смертей? Пока люди ничего не знают, они так и будут дохнуть от этих тварей! И ты можешь их спасти! — Джон сделал акцент на «ты». — И мы! В чём проблема?

— Мистер Джон, повторю свой вопрос...

— Не стоит! — вмешался Линч. Атмосфера стала слишком накалённой, ещё чуть-чуть – и воздух начал бы плавиться. Кто-то должен был это остановить. Линч встал между Джоном и телефоном, будто таким образом мог как-то препятствовать разговору, и принялся по возможности сглаживать все углы:

— Мы вас поняли, Лэмптон. Джон просто... вспыльчивый, но он всё поймёт, когда успокоится.

— Эй!

— Поэтому давайте просто мирно разойдёмся, хорошо?

— Правильная позиция, мистер Линч. Рад, что мы поладили. До свидания. А вас, — Лэмптон обратился, вероятно, к парням, и те, словно он мог их видеть, тут же натянулись, как струнки, — я жду в своём кабинете в ближайшее время.

Разозлённый Джон, казалось, готов был извергать пламя, как дракон, и выдыхать горячий пар, поэтому Линч схватил его под локоть и поспешил увести куда подальше, пока не случилось ничего непредвиденного.