IX.
— Somehow you're the only one that wins. How'd that happen?
— I didn't let love get in the way.
— Enjoy an eternity alone
______
THEN
Прошло больше полугода с тех пор, как Элисон сбежала из плена. Она не знала куда податься, что ей делать. Обнаружив горькую правду о себе и о дорогих ей людях, Моро ощущала внутри себя лишь пустоту. Оплакав смерть Джеймса Барнса и Стива Роджерса, Элисон двинулась дальше. Ей стоило большого труда найти деньги на проживание. Она не могла оставаться в Бруклине, да и в Америке в целом. Её искали. Они хотели вернуть то, что как им казалось, принадлежит им. Но Элисон не считала себя «вещью», что имеет хозяина. Она вольна делать то, что хочет. Однако, Моро не до конца понимала в принципе, что с ней сделали. Также она до сих пор не могла понять, как ей удалось очутиться в своей бывшей квартире?! У неё было много вопросов, на которые она желала получить ответы. А если Элисон Моро-Дюбуа чего-то хочет, она обязательно это получает.
У неё были небольшие сбережения. Взяв из своих вещей практически всё, что смогла унести, Элисон отправилась прочь из злополучного места.
Война закончилась. Все начинали жизнь заново и это было отличной возможностью нового начала для самой Моро. Она могла забрать личность любого человека, что был объявлен пропавшим без вести. Но это не лучший вариант, ведь рано или поздно придётся объясняться с родственниками, которые будут жаждать встречи, даже не подозревая, что под личностью близкого для них человека, живёт абсолютно чужой. Однако, ей нужны были документы, чтобы выехать из страны. Не имея ни малейшего понятия как ей поступить, Элисон остановилась в одном из приютов для тех, кто потерял всё во время войны. Ей дали маленькую комнатку, в которой была хлипкая старая кровать, небольшое окно почти под потолком и дряхлая тумбочка, куда можно было что-то положить.
Закрыв дверцу на щеколду, Элисон наконец-то выдыхает, будто, нашла убежище. Она понимает, что оставаться здесь нельзя, но отдохнуть ей нужно. Обдумать план. Найти путь к выходу. Понять всё-таки то, что с ней произошло.
У неё из головы не выходит тот самый момент, когда она находясь в камере, ощутила прилив невероятной силы, что помогла ей сбежать. Сила привела её в безопасное место, дав возможность выпустить наружу эмоции и наконец-то отдохнуть. И Элисон понимает, что это не могла быть «разовая акция». Осознание того, что с ней что-то сделали, даёт надежду, что она имеет невероятную силу. Это значит, что Моро может бороться с теми, кто её преследует. Ей только нужно понять, как работает эта сила.
— Так, Эли, ты можешь, — шепчет она себе под нос, сидя на деревянных половицах, которые скрипят от каждого её движения, — Сосредоточься.
Моро закрывает глаза, пытаясь ощутить внутри себя ту самую силу. Проходит больше пяти минут, но ничего не происходит.
— Чёрт возьми! — выкрикивает Элисон, взмахивая руками.
Сама того не ожидая, она вызывает огонь. Маленький огненный шар, что отлетел от её руки, приземлился прямо на кровать, вызывая пожар.
— Боже мой!
Она вскакивает с места, беря стоящую на тумбочке вазу, выливая воду на кровать, чтобы потушить то, что натворила. Благо огня было совсем не много. Воды хватило, чтобы всё затушить.
— Ничего себе, — восхищенно выдыхает Элисон, когда опасность миновала.
Она раскрывает свою ладонь, хотя видеть то, что вызвало разрушение. Подсознательно, Моро больше не противится своим изменением, поэтому как только та желает, у неё получается призвать синее пламя, что окутывает ладонь полностью не причиняя ей самой никакого вреда. Элисон радостно улыбается, крутя рукой из стороны в сторону, как заворожённая смотря на огонь. Сознание пронзает мысль, что она способна на большее и если сможет научиться контролю над своим приобретёнными силами, то будет непобедима. Ей не нужно будет скрываться и опасаться, что однажды за ней придут, потому что они пожалеют о дне, когда связались с ней. Моро станет той, кем всегда желала быть: сильной и бесстрашной.
NOW
Все эти события сильно вымотали Элисон. Она мирно спит, поджимая колени и обнимая своего сына, что сопит рядом с ней.
Джейс очень похож на свою мать: тёмные волосы, аккуратный нос, даже пара родинок на лице в точности повторяют её собственные. Вот только не смотря на то, что у Элисон карие глаза и казалось бы, что тёмный цвет зачастую преобладает над любыми другими, у мальчика глаза цвета чистого неба. Но не только это вызывает какое-то недоумение у тех, кто познакомился с ним. Джейс напоминает кого-то очень знакомого, вот только до конца не ясно кого именно.
— Как мы скажем ей это? — шепчет Роджерс, не желая будить и без того вымотанную девушку.
— Если мы скажем ей, то она решит, что мы всё знали, — столь же тихо отвечает Барнс, не сводя глаз с той, что владеет его рассудком вновь.
Барнс пытался убедить себя, что Элисон не такая, какой была. Не та девушка, которую он любил. Но правда в том, что это она. Моро не изменилась. Он всегда знал, что Элисон эгоистичная, немного самовлюбленная особа, которая однажды разобьёт ему сердце, отказавшись стать его женой. Ведь именно это он и планировал сделать, когда закончится война. Он хотел, чтобы она стала его. Конечно, предполагал, что их «тройничок» никуда не исчезнет, но по крайней мере, он мог попытать удачу и пойти «ва-банк». И вот когда Моро рассказала ему о том, что оставила его продолжать свои мучения в плену «Гидры», он был так зол. Однако, вся ярость сошла на «нет», когда Барнс увидел ради кого она так поступила. А разве оказавшись на её месте, сам не поступил бы также?!
— И что ты предлагаешь?! Солгать ей?
Барнс кидает взгляд на друга, не зная, что следует ответить. Они оба понимают, что если Элисон узнает, что «Мстители» обманули её ради своей выгоды, то в лучшем случае разнесёт это место до атомов, а в худшем, кто-то погибнет. И что придётся делать им? Выбирать между друзьями и девушкой? Этот выбор скорее будет тяжелее для Роджерса, чем для Барнса. «Мстители» не друзья ему, только Стив. И если придётся выбирать между ними и Элисон, то он выберет её.
Роджерс прекрасно понимает, о чём думает его друг, ведь мысли те же. Его мучает совесть. Он должен был догадаться, что Тони темнит. Должен был убедиться в реальности их слов, но ему хотелось просто верить. Видимо веры, порой, бывает не достаточно. Однако, Роджерс не пойдёт против друзей. Значит, ему придётся сражаться с Элисон и, скорее всего, он проиграет ей. Не сможет устранить, если до этого дойдёт. Или сможет?
***
Поздняя ночь. Все спят. Многие сильно вымотались и перебрали спиртного, отмечая удачное завершение миссии.
Элисон уже отдохнула, поэтому аккуратно выпутавшись из «плена» маленьких ручек, выходит из комнаты, стараясь не шуметь. Бродя по коридорам, она обдумывает свои дальнейшие действия после того, как Джейсу станет лучше. Куда они отправятся? Да разве это важно?! Куда угодно! Она покажет сыну мир, самые красивые места, в которых Элисон успела побывать, а после они исследуют новые, возможно те, куда не ступала нога человек вовсе. Вот только в душе проскальзывают нотки грусти. Осознание того, что ей всё же придётся покинуть её «любимых мальчиков», вызывает неприятные спазмы. В конце концов, рано или поздно, ей всё равно придётся это сделать. Они смертные, состарятся и умрут, а она нет. Может стоит отпустить их и дать прожить «нормальную» жизнь? Возможно найти девушку, с которой смогут создать семью и состариться.
От мысли, что её «мальчики» будут любить кого-то ещё и принадлежать кому-то другому, просыпается внутри ревность и ярость. Она грозно рычит, сжимая руки в кулаки.
— Будь всё проклято! — шипит Моро, направляясь обратно.
Она хотела вернуться к сыну, но останавливает у иной двери. В голове возникает воспоминание, как Барнс закрыл её собой, даже не смотря на то, что он вовсе не бессмертен, а она - да. Рискнул своей жизнью, ради неё. Как Роджерс защищал её сына, укрываясь от пуль, что всё же изредка пролетали мимо защиты Моро. Это заставляет её ощутить себя должной им. Она не любит быть кому-то должна. Всегда приходится платить по счетам.
Тяжело вздохнув, Элисон хочет войти, но будет ли это уместным? Она и так достаточно нарушала «границы» появляясь когда захочется ей.
Стоит ей занести руку, чтобы постучать, как та отпирается, не давая ей такой возможности. Немного удивлённая Элисон чуть было не падает, когда не заметившей её Барнс, сносит с ног. Благо у него довольно хорошие рефлексы, поэтому он ловит её за руку, дёргая на себя, заключая в объятия.
— Извини, я тебя не заметил, — усмехается Барнс, не разжимая рук.
— Даже не знаю, считать это оскорблением или нет?! — молвит Элисон, вдыхая такой любимый аромат, что кружит ей голову.
Это не укрывается от внимания Барнса, который зарывается носом в её макушку и делает тоже самое.
— Мне нужно тебе кое-что сказать, — шепчет он, ощущая гнетущее чувство вины перед ней.
— Скажешь потом, — шепчет она, притягивая его ближе, касаясь желанных губ.
Не особо противясь ей, оба заходят в комнату, захлопывая дверь. В порыве страсти, что накрывает обоих, они быстро избавляются от одежды. Толкнув Барнса на кровать, она садится сверху и вновь целует его. Оба понимают, что это «прощание», но не хотят рушить момент.
Элисон касается губами его шеи, медленно спускаясь ниже. Кончиками пальцев проходится по плечам, цепляя шрам, который вновь вызывает в ней чувство вины и ненужные мысли о страданиях Барнса в плену. Она касается губами той самой грани между плотью и металлом, вынуждая всё его тело напрячься.
— Я люблю тебя, Баки, — едва слышно шепчет Элисон, всё же признавая своё «поражение» перед ним. Эмоции сильнее. Они сейчас господствуют над рассудком, обнажая не только тела, но и души.
— Моя милая, Эли, — шепчет он в ответ, зарываясь в её волосы пальцами, притягивая к себе, целуя каждый сантиметр её лица, ловя каждый стон, что вырывается из её рта, — Я пойду за тобой хоть на край света!
— Смотри не пожалей об этом.
Она ощущает его хриплое дыхание, что сильнее возбуждает внутри всё. Моро полностью отдаётся ему, позволяя делать то, что захочется. Сегодня она хочет быть его девочкой. Не будет пытаться взять контроль в свои руки. Будет делать так, как он велит.
Элисон жадно глотает ртом воздух, срываясь на стоны, когда его губы касаются распалённой желанием кожи, слегка царапая её колючей щетиной. Он будто оставляет «свои» отметины на её теле, как бы подтверждая тот факт, что она принадлежит ему. Сейчас только он может касаться её так, как хочет. Только ему позволено слышать будоражащие сознание стоны, что вызывает именно он.
Моро не может пошевелиться. Её руки в стальной хватке заведены за голову, лишая всякой возможности коснуться Барнса, как ей хочется.
— Прошу .. — хрипит она, не в силах больше терпеть его сладкие мучения.
— Что ты хочешь, куколка?!
— Тебя! — стонет Элисон, от очередной манипуляции, что он делает специально, дабы ощутить власть над ней.
Его свободная рука ласкает её там, вынуждая извиваться, насколько позволяет данное положение. Стоны переходят в жалобный писк, подтверждая то, что сейчас она в его власти полностью и бесповоротно. Барнс отстраняется, когда Моро уже готова была ощутить ту самую нужную разрядку, чем вызывает очередной вой с её стороны. Он пытает её. Очередной поцелуй «сладких» губ, даёт новую волну, что нарастает всё быстрее и быстрее.
Наконец, будто, сжалившись над ней, Барнс медленно проникает в неё, вынуждая выгнуться навстречу и вскрикнуть. Не давая ни мгновения на передышку, раз за разом ритмично скользя в ней, постепенно делая толчки все глубже и резче. Всё ещё не позволяя ей коснуться себя, его движения ускоряются, и Барнс, прильнув к её губам, жадно ловит каждый стон, каждый всхлип. Он наслаждается тем, что доводит её до такого состояния. Никто иной. Лишь только он.
***
Баки мирно спит после столь бурной ночи. Элисон без труда выбирается из его объятий, возвращаясь в комнату, где её ждёт Джейс. Мальчик ещё спит, что даёт ей возможность отправиться в душ и привести себя в порядок. Мысли путаются. Она злится на себя, что позволяет эмоциям вновь брать верх над собой, ощущая свою слабость пред ним. В груди снова неприятно колит, а внутренний голос твердит о подвохе, который она так и не замечает до сих пор.
Элисон отправляется в лабораторию, желая получить ответы и увидеть как идёт приготовление к инъекции, что должна спасти жизнь её сыну. На удивление, она никого не видит. Время уже около полудня, что заставляет её напрячься.
Моро возвращается в комнату, замечая Родежрса, который играет с её сыном. Они, кажется, не слышали, как та вошла, что даёт ей возможность понаблюдать со стороны. Облокотившись на дверной проём, Элисон невольно улыбается.
— Нравится? — интересуется Роджерс у мальчика, показывая какого-то солдатика.
Тот лишь положительно кивает, увлечённый игрой в «войнушку». Не слишком приятная тема, но благо Джейс этого не понимает. Для него это всего лишь игра и Элисон сделает всё, чтобы так оно и осталось.
Подняв глаза, Джейс замечает её.
— Элисон! — радостно восклицает он, поднимая вверх своих солдатиков, — Смотри, что мне подарили.
Роджерс оборачивается, видя улыбающуюся девушку, что отталкивается от косяка и идёт в их сторону.
— Подарили?! — наиграно удивляется девушка, присаживаясь на корточки рядом с ними, — Вот это да! Тебе нравится?
— Ага, — радуется Джейс, вновь увлекаясь своей воображаемой игрой, не обращая внимание на взрослых, что не смогут оценить масштаб его воображения.
Элисон переводит взгляд на Стива, встречаясь с его небесными глазами. Сама не осознавая почему, девушка улыбается, а затем целует его, кротко, чтобы не заметил мальчик.
— Спасибо, — шепчет она, кладя руку ему на плечо.
От её внимания не укрывается тот факт, что Роджерс заметно напрягается и меняется в лице. Его непринужденность куда-то исчезает, будто, компания Моро его чем-то напрягает.
— Что-то не так?
— Пожалуй не стоит обсуждать это здесь, — тихо отвечает Роджерс, стараясь не смотреть на неё.
— Что происходит? — нервно выдыхает Элисон, когда они выходят из комнаты, — Вы с Барнсом ведёте себя очень странно.
— Значит ты была с Баки?! — как-то грустно усмехается Стив, чем вызывает неприятный укол в груди девушки.
— Объяснишь, что происходит? — сглатывая ком в горле, хрипит она, стараясь прогнать чувство вины, что мучает её.
Такого с ней прежде не было. Она не задумывалась о чувствах к ним, когда «игралась» с ними в сороковых. Да, именно игралась. Элисон и представить не могла, что влюбится. Она уже призналась самой себе, что полюбила Джеймса Барнса, но не могла сказать того же о Стиве Роджерсе. Одно Моро знает наверняка, он не безразличен ей.
Именно из-за этого гнетущего чувства вины за то, что провела ночь с Баки и совсем позабыла о Стиве, она подаётся вперёд, касаясь его губ. Не потому что ему так хотелось, а потому что это нужно ей. Ей нужно разобраться в себе и расставить все точки. Понять свои истинные желания и ощущения. Понять, что делать дальше.
Элисон плотнее прижимается к нему, что несомненно нравится ему. Он удовлетворенно усмехается, что она ощущает через поцелуй. Языком пробует на вкус её влажные искусанные губы, властно заставляя отвечать ему, хотя казалось бы это Элисон первая потянулась к нему. Однако, сейчас контроль перешёл к Роджерсу.
Проворно, так по-хозяйски, он блуждает руками по её спине, опускаясь всё ниже, на бёдра. Благо девушка в джинсах, иначе то, что сейчас происходит могло бы перерасти в спонтанный секс, даже не смотря на то, что они в коридоре, у всех на виду.
— Нужно поговорить, — хрипит Роджерс, нехотя отрываясь от неё, — Очень надо.
— Хорошо, — шепчет она, пытаясь отдышаться, — Давай поговорим.