12
…Следующие несколько часов пролетели совершенно незаметно. Неожиданно для себя я действительно втянулась, поймала азарт и погрузилась в игру, какую-то стрелялку. Воинственно вопила, подпрыгивала на диване, возмущалась проигрышами, в общем, получала удовольствие по полной программе. Подозреваю, Сашка все-таки поддавался, благородно подарив выигрыш мне. Стоило только поймать его взгляд, когда я радостно скакала по гостиной, выплескивая радость. А потом оказалась схвачена в охапку и утянута на диван.
— Какая же ты смешная, Линка, — выдохнул Сашка и потерся носом об мой висок. — Господи, малыш, какое счастье, что я тебя встретил, а…
Я притихла, уютно устроившись в его объятиях, слушая, как под ладонью сильно, размеренно бьется его сердце. И так хорошо было просто сидеть, молчать, ощущать друг друга, и ничего больше не надо. Вот эта простая ласка, нежные прикосновения пальцев к лицу, кольцо теплых рук — и мое собственное сердечко трепетало пойманной бабочкой, а в груди сладко екало от смутного предчувствия. И так хотелось, чтобы эти мгновения никогда не заканчивались…
— Так, предлагаю все-таки поесть, а потом собираться, — наконец решительно произнес Сашка, выпрямившись и придержав меня.
— А у меня же одежды нет подходящей, — слегка растерялась я, посмотрев на него. — Ну, раз вечеринка тематическая…
На это мне весело ухмыльнулись, подмигнули и легонько щелкнули по носу.
— Ну, не думаю, что тебя выгонят за то, что придешь не в корсаже и юбке, а просто в джинсах и свитере, — отозвался Сашка и ссадил на пол. — Пойдем питаться.
Часа через полтора мы были готовы — как раз, Вовка прислал сообщение, что уже на подходе. Я, когда узрела Ивлева в наряде шотландского горца, едва не подавилась слюной и поняла, что и в юбке мужчина может выглядеть безумно сексуально, если эта юбка — килт.
— Судя по твоим загоревшимся глазкам, скромно надеюсь, я не слишком нелепо смотрюсь во всем этом, — хмыкнул Сашка, подходя ко мне.
— Ага, — кивнула я, как зачарованная.
Спросить, выполнил ли мой демон главную заповедь бравых парней из суровой Шотландии не надевать под килт ничего, я не успела: снизу раздался требовательный звонок.
— А вот и Вольдемар, — Сашка взял за руку и потянул к двери. — Удивительно пунктуальный, ну надо же, — насмешливо добавил он, пока мы спускались по лестнице.
Ворота уже открывались, впуская машину, а мы пока одевались, и когда я вышла, меня ждал приятный сюрприз: рядом с довольным донельзя Вовкой — кстати, тоже в килте, как полагается, — сидела хмурая Майя. В вызывающе салатовых штанах в индийском стиле, меховой жилетке, и с волосами, покрашенными в оранжевый цвет на концах. Красотка.
— Привет. Ты какими судьбами? — весело поинтересовалась я, плюхнувшись на заднее сиденье.
— Этот придурок сел под дверью и сказал, что не уйдет, пока я не соглашусь ехать на его убогую вечерину, — буркнула Майя, отвернувшись к окну.
— Я рассчитывал, что сердобольная леди пожалеет мою бедную задницу, не обремененную лишним прикрытием, и сжалится над несчастным горцем, спустившимся на равнины этого холодного города, — с пафосом продекламировал Вовка, и уже к середине его спича я начала хихикать, представляя себе картину в красках.
Сашка, устроившись рядом со мной, откровенно хохотал над другом, обняв меня и придвинув себе под бок. Майя же выразительно фыркнула и нахохлилась, ничего не ответив.
— Кстати, клево выглядишь, Санчо, — уже нормальным голосом произнес Вова, выруливая со двора. — Волынку, часом не притащил, нет? Для полноты образа? — ехидно добавил он, бросив взгляд на нас в зеркало заднего вида.
— В багаже не поместилась, — невозмутимо парировал Саша и кивнул. — За дорогой следи, шутник.
— Яволь, герр капитан, — снова дурачась, отрапортовал Вовка и преувеличенно внимательно уставился в окно, даже чуть наклонившись к рулю.
Я снова хрюкнула, уткнувшись в плечо Сашки, в крови пузырьками щекотало веселье, и не покидала уверенность, что вечер пройдет отлично. А наблюдать за парочкой Майи и Вовы было истинным удовольствием, правда, я не понимала, чем приятель Саши так не нравится моей всегда водившей странные знакомства соседке. Надо на досуге устроить ей маленький допрос, не все же Майе удовлетворять любопытство.
Вовка привез нас в центр города, в район Чернышевской, в уютный шотландский паб, где уже собралась теплая компания Вовкиных друзей. Всего на несколько мгновений я почувствовала себя неуверенно, как всегда в новой тусовке, тем более, где большинство парни, но теплая и надежная рука, обхватившая за талию, вселила уверенность. Вова крепко держал мрачную Майю, похожую на сердитого попугая, и от этого сравнения я снова едва не захихикала.
— Всем привет, а вот и мы, — громко поздоровался Владимир, занимая один из стульев и подвигая второй моей соседке. — Собственно, Сашку вы знаете, а это Аделина и Майя. Не пчелка, — строго предупредил он сразу, а Майя молча закатила глаза и поджала губы. — А за лишние поползновения к Линке Санек настучит в бубен и глаз натянет по самые помидоры, — дружелюбно заметил этот паяц под смешки остальных.
Я смутилась и опустила взгляд, чувствуя, как вспыхнули щеки, Сашка же лишь крепче прижал к себе и даже не подумал одернуть своего говорливого приятеля. Однако, вскоре легкое напряжение исчезло, особенно когда я сделала пару глотков вкусного эля, завязался непринужденный разговор. И даже хмурая Майя слегка оттаяла, обнаружив, что ее сосед прожил несколько месяцев в Камбодже, и демонстративно игнорируя Вовку. Время бежало незаметно, я наслаждалась приятной атмосферой и ненавязчивыми комплиментами, не переходившими границу легкого флирта. Слава богу, Сашка не изображал ревнивого неандертальца, разве что в шутку пару раз грозно повращав глазами и нахмурив брови. А вот к тому, что меня внезапно потянут танцевать под заводные звуки, я оказалась не готова, хотя от выпитого в голове и на душе воцарились легкость и бесшабашность.
— Саш, я не умею, — попыталась отказаться, однако мой кавалер ухмыльнулся и подмигнул, озорно блеснув глазами.
— Ничего сложного, поверь, — заверил он, и пришлось слезать со стула и присоединяться к остальным.
Оказывается, вся бравая компания вполне сносно танцевала всякие польки и еще какие-то исключительно шотландские народные танцы, и в самом деле оказалось легко выучить нехитрые шаги. Кроме меня в компании было еще несколько девушек, а места вполне хватало, и вскоре я вместе со всеми плясала под веселые ритмы, и с моих губ не сходила широкая улыбка. А еще, от взглядов Сашки, шальных и горячих, внутри все сладко замирало, и дыхание сбивалось. И еще, настроение сделалось хулиганским и шаловливым, и мои мысли то и дело возвращались к пресловутому килту. Руки прямо так и тянулись под столом нагло и бесстыдно пощупать Сашку за коленку и выше, и щеки тут же вспыхивали жарким румянцем от волнения и смущения. Кажется, кое-кто на меня дурно влияет, раз я думаю о подобных пикантных вещах…
Все начали расползаться уже за полночь, и мы тоже решили отбыть. Хотя спать на удивление не хотелось, а эмоции и не думали успокаиваться. Мельком заметила, что Майя пошла с Вовкой, и лицо соседки было не слишком довольным, однако мне почему-то казалось, что подруга слегка лукавит в демонстрации своего отношения. А приятель Сашки специально косит под шута, скрывая настоящие чувства. Ладно, время покажет, что между этими двумя будет или не будет, а пока… Поскольку, Вовка укатил на своей машине, Саша вызвал такси, и мы устроились на заднем сиденье. Я привычно прильнула к моему мужчине, ощущая успокаивающую тяжесть объятий на плечах, моя ладонь лежала на его груди, и под ней размеренно, чуть быстрее обычного, билось сердце. Теплое дыхание шевелило волосы на макушке, и внутри разливалось умиротворение, и немножечко волнения. Мой взгляд то и дело опускался к килту, и стоило определенных трудов заставить руки лежать спокойно и не тянуться… пощупать. Все-таки, мы не одни в машине, а я не настолько раскованная. Дождусь, пока мы домой доедем.
— Устала? — тихо, ласково спросил Саша, и я помотала головой, не покривив душой.
— Все было здорово, — довольно отозвалась я. — Классный вечер получился.
— Ну отлично, — он обнял двумя руками, и я устроилась поудобнее, прикрыв глаза.
Задремать не успела, так, чуть-чуть разве что, и сразу встрепенулась, когда почувствовала, как остановилась машина. Саша расплатился с водителем и вышел, я за ним, крепко сжимая его ладонь. Мы добрались до дома, Ивлев открыл дверь, пропуская меня вперед, и я переступила порог, вдохнув уже знакомый, ставший родным, тонкий аромат дерева и сухих трав. Скинула куртку, услышав, как Саша закрыл дверь, и тут же повернулась к нему, не дожидаясь, когда он включит свет. Я не думала сейчас, что делаю и зачем, верх взяли инстинкты и то самое, шальное и хулиганское, щекотавшее изнутри от самого паба. Хмелея от собственной смелости, я прижалась к Саше, глядя на отсвечивавшие в густом полумраке багровым глаза и ничуть не пугаясь. Сердце сорвалось в галоп, а моя рука нахально провела по мужскому бедру до самого края килта.
— Са-аш, — томным полушепотом протянула, медленно скользя пальцами по теплой коже, уже под тканью. — А ты правда, как настоящий шотландец, оделся?.. — выдохнула ему в губы, поднявшись на цыпочки.
Ощутила, как напряглось его тело, и в следующее мгновение мы поменялись ролями, и уже я оказалась прижата к стене, и мои руки — над головой. Саша легко удерживал запястья, обхватив их ладонью, а вторая уверенно забралась под свитер, стремительно проведя вдоль тела до груди. Его горячее, хриплое дыхание обожгло рот, и я услышала низкий смешок, от которого по позвоночнику сошла лавина щекочущих мурашек.
— Ты смотр-ри, смелая какая, — тоже шепотом отозвался Сашка, и я с восторгом отметила рокочущие нотки, родившие настоящий ураган в эмоциях и желаниях.
Кажется, на нежность ни я, ни он, сегодня не были настроены. И… мне это нравилось, ох, как нравилось. Хотелось тропического шторма, шквала, потеряться в нем, раствориться с головой. Отдаться на волю инстинктов и умелых рук и губ, ощутить снова резкие, глубокие толчки внутри… Низ живота скрутило болезненной судорогой, я выгнулась, тихо всхлипнув и прижавшись к Саше, зачарованно глядя в рдеющие напротив глаза, уже мало похожие на человеческие. Да и плевать, если честно. Не знаю, то ли алкоголь так подействовал, хотя пила я мало, то ли еще что, но мне, признаться, сейчас было абсолютно все равно, кто такой Сашка на самом деле. И каким он будет со мной. И судя по тому, что я чувствовала, под килтом у него точно ничего нет… Я улыбнулась и медленно облизнула губы, отлично понимая, насколько провокационно выглядит жест. А мне хотелось провоцировать, хотелось почувствовать напор бешеной страсти, от которой срывает крышу вместе с черепицей и чердаком. Чтобы тормоза отказали напрочь, и осталось только горячее желание, заполняющее каждую клеточку.
Саша тихо рыкнул, а потом я услышала отчетливый треск материи, и живот что-то несильно царапнуло — похоже, мой демон почти потерял контроль над собой, и джинсам пришла хана. Ну и пусть… Откинув голову, я зажмурилась и тихо рассмеялась, выгнувшись навстречу и чувствуя, как безнадежно испорченная одежда скользит по ногам.
— Будешь должен джинсы, — не удержалась я от ехидного смешка, пока жадные губы выцеловывали шею, оставляя на ней огненные следы.
Вместо ответа мой страстный хулиган чувствительно прикусил кожу, оставляя на ней метку, и тело прошила молния удовольствия, заставив охнуть в голос и выгнуться, судорожно стиснув пальцы. А вот теперь точно по моей коже вели отнюдь не пальцами, а — кончиками острых когтей. Но очень деликатно, всего лишь слегка царапая, скорее даже щекоча, не причиняя боли. Не дожидаясь, пока Саша доберется до цели, я закинула ногу ему на пояс, дрожа от предвкушения и нетерпения, между ног пылало настоящее солнце, посылая огненные лучи по всему телу. Очередной тихий треск подтвердил мои предположения, что трусики снимать кто-то нетерпеливый тоже не собирается, решив проблему по-мужски просто и по-демонски быстро.
— И белье… А-а-ах-х, — пробормотала я и захлебнулась воздухом, потому как уже вполне человеческие пальцы нежно провели по влажным складкам, даря первые, пока слабые волны удовольствие.
— Новое куплю, — все тем же хриплым, безумно сексуальным голосом выдохнул мне в губы Сашка и накрыл их нетерпеливым, голодным поцелуем, продолжая перебирать нежное местечко, дразня и играя.
Я бесстыдно потерлась об его руку, пытаясь получить больше ласки, отвечая на поцелуй так же нетерпеливо и горячо, упоительное ощущение беспомощности пьянило и кружило голову почище любого хмеля. Я таяла от откровенных прикосновений, кости плавились, а в крови бушевал пожар. Наши языки устроили настоящую борьбу, губы ныли от напора, а от восторга подводило живот и скручивало мышцы в невообразимый узел. Голодная пустота внутри разрасталась, там образовалась целая черная дыра, и утолить этот голод мог единственный мужчина, которому я готова отдаться без остатка.
Сашин палец безошибочно нашел жарко пульсировавшую точку и мягко обвел, и я глухо, коротко застонала, не прерывая поцелуя, меня как будто окунули в густой, горячий сироп. Руки дернулись в захвате в неосознанном стремлении ухватиться за широкие плечи, чтобы не утонуть в эмоциях, но меня держали крепко, не собираясь пока отпускать. Я поднялась на носочки, двигая бедрами, пытаясь поймать ритм, а Саша сводил с ума, то дотрагиваясь совсем легонько, на одно мгновение, то мягко погружая палец в упругую глубину, заставляя мышцы сжиматься и втягивать. О-о-о. Мучительно-сладко, пронзительно до боли, но боли приятной, приносившей удовольствие и удивительно яркое осознание происходящего. А поцелуй пил мое дыхание и силы, пряный и горячий, как глинтвейн, и все вместе сливалось в волшебный калейдоскоп переживаний, от которых нервы натягивались до предела. Но хотелось большего, не пальцев…
— С-саша… Са-ашенька… — простонала я, запрокинув голову и зажмурившись до разноцветных точек перед глазами, и неожиданно мои руки оказались свободными.
Шумно выдохнув, мой мужчина подхватил меня ладонью под попку, не прекращая второй дразнить и ласкать набухший, стрелявший острыми вспышками удовольствия, бугорок. Мои ладони стремительно скользнули по сильному телу, вытаскивая из-за пояса рубашку, а потом задрали и сам килт, и я послушно закинула вторую ногу, крепко обхватив его за талию. Господи, как же я хотела его. Теперь понимаю выражение "аж зубы сводит", у меня не только зубы свело, но и искры из глаз сыпались, и хотелось хныкать и упрашивать. Черт, когда Сашка ненадолго убрал руку только лишь для того, чтобы шире развести мои бедра, я все-таки не сдержала короткого, разочарованного стона.
— С-сейчас… Сейчас, малыш-шка… — прошипел Саша, и я с нарастающим восторгом ощутила, как по горячей, истекавшей от нетерпения промежности провела гладкая головка, уверенно подбираясь к цели.
Мои ладони оказались на его плечах, и, кажется, рубашка тоже не подлежит восстановлению — пуговицы я расстегнуть не удосужилась, просто рванув края. Ох ты, и не думала, что во мне дремлет такой вулкан страстей… Ухо защекотал хриплый смешок моего мужчины, а в следующий момент он рывком вошел, буквально насадив на себя. Перед глазами вспыхнул Млечный Путь, я вцепилась ногтями в напряженные мышцы, коротко вскрикнув и выгнувшись, впуская еще глубже, до тянущего ощущения. Он заполнил меня, растянул до предела, большой и горячий, и я на мгновение замерла, впитывая упоительное чувство и счастливо улыбаясь. А потом Саша начал двигаться. Сначала медленно, размеренно, бережно поддерживая, почти полностью выходя и потом скользя внутри на всю длину. Но надолго не хватило ни его, ни меня, и ритм ускорился. Мы снова целовались, яростно, жадно, Саша вбивался в меня с каждым толчком все глубже и сильнее, и вспышки наслаждения становились ярче, пронзительнее. Какая все-таки удобная штука, килт, а…
Время замерло, окутав нас непроницаемым коконом, оставив наедине с чувствами и эмоциями. Мы сами превратились в них, перестав ощущать собственные тела, растворяясь друг в друге, прорастая, сливаясь в единое целое. Я принадлежала ему, а он — мне, и осознание этой простой истины наполняло таким восторгом, что становилось трудно дышать, а глаза неожиданно защипало. Напряжение нарастало, осыпая обжигающими искрами, и наконец, с особо сильным выпадом я не выдержала, сорвалась в пропасть, утянув за собой и Сашку, забившись в его руках и хрипло, ликующе закричав. Кажется, по щекам потекло что-то мокрое, и невыразимое, невозможное счастье было настолько всеобъемлющим, что я на несколько секунд перестала существовать, исчезнув в волнах эйфории. Ох, хорошо, что у Сашки нет соседей, иначе мне их искренне жалко.
— Ну ты голосистая, маленькая моя, — с низким, хриплым смешком произнес Ивлев, и я слышала его, как сквозь вату.
Сил не осталось никаких, и если бы Саша не поддерживал, я бы свалилась на пол безвольной кучкой. Мышцы превратились в желе, с лица не сходила блаженная улыбка, и я жмурилась, как сытая кошка. О да, мне было безумно хорошо, до дрожи в коленках.
— А нечего дарить мне такие оргазмы, от которых кричишь в голос, — сипло пробормотала, прижавшись щекой к его плечу.
Сашка рассмеялся громче, шагнув назад и бережно придерживая, и неторопливо направился куда-то в глубь дома. Признаться, было совершенно все равно, куда он несет, мыслей не осталось никаких, и все существо охватила томная нега полностью удовлетворенной женщины.
— О, Линочка, я собираюсь заставлять тебя кричать как можно чаще, — вкрадчиво сообщил мой демон, поглаживая поясницу под свитером и поднимаясь по лестнице. — Мне нравится слушать тебя, знаешь ли.
— М-м-м, ничего не имею против, — проворковала, выгибаясь под ласковыми прикосновениями.
— И твоя смелость мне тоже нравится, малыш, — чуть тише добавил Саша, легонько поцеловав в макушку. — Ты такая чувственная, страстная… Моя девочка…
— Угу, твоя, — кротко согласилась я, тихонько вздохнув и обвив руками его шею.
В конце концов, он выиграл поединок за меня, и я действительно приз. Но такое положение вещей совсем не коробило. По крайней мере, принадлежать Сашке гораздо приятнее, чем какому-то жестокому, равнодушному демону. Меня транспортировали мимо спальни сразу в ванную, аккуратно поставили на пол и чуть отстранили, окинув внимательным взглядом. На мне оставался только свитер, остальное лежало внизу, в коридоре, и выглядела я, наверное…
— Чудно выглядишь, между прочим, — усмехнулся этот несносный мужчина и весело ухмыльнулся, подмигнув, потом отступил на шаг, пока я, красная, как помидор, пыталась натянуть свитер пониже. — Очень соблазнительно.
— Пошляк, — проворчала я, внезапно поймав могучий приступ смущения, и отвернулась, прерывисто вздохнув и потянувшись к крану.
За спиной раздался тихий, довольный смешок, и меня обняли сильные руки, а в ухо весело фыркнули.
— Да уж кто бы говорил, Линочка, — ехидно отозвался Сашка и звонко чмокнул в щеку. — Напомнить, кто набросился на скромного меня прямо в коридоре и начал совершенно непристойно распускать руки, м-м?
А потом чьи-то нахальные ладони скользнули под свитер и настойчиво потянули вверх.
— Давай, снимай уже и забирайся, — не дожидаясь, пока я соображу, что ответить, невозмутимо заявил Сашка, и пришлось махнуть рукой на некстати проснувшееся замешательство.
В самом деле, чего это я. Послушно подняв руки, позволила стащить с себя свитер, и вскоре мы уже валялись в горячей воде, вкусно пахнувшей апельсином и корицей. Я устроилась рядом с Сашей, прильнув к его плечу и закинув на него ногу, он обнимал одной рукой, прижимая к себе, и от нахлынувшей нежности защемило сердце. Прижав ладонь к груди, я слушала, как размеренно и сильно бьется сердце моего демона, а собственное суматошно металось, не давая спокойно дышать и рождая сумбур в мыслях.
— Саш… Я же совсем обычная… — вырвалось у меня почему-то шепотом, и по спине промчался эскадрон нервных мурашек.
— А вот и нет, — перебил Ивлев, обняв двумя руками и уложив на себя, потом чмокнул в нос и нежно улыбнулся. — Для кого-то может, и обычная, а для меня — особенная, — мне достался еще один легкий поцелуй, на сей раз в губы. — Самая лучшая, желанная и только моя, — чуть тише добавил Саша, и я успокоенно вздохнула, расплывшись в улыбке и обвив руками его шею. — И самая любимая…
Я вздрогнула от этих слов, внутри все сладко обмерло, а потом маленькая восторженная девочка запищала от переполнявших эмоций. Любит… Наверное, я точно сумасшедшая, раз известие о том, что в меня влюблен самый настоящий демон, приводит не в ужас, а в эйфорию. И совсем на всю голову больная, потому что, кажется, сама втюрилась по уши, окончательно и бесповоротно. Пошевелившись, я длинно вздохнула, свернулась калачиком, с ногами забравшись на Сашку — а он только крепче обнял, похоже, мои действия не причиняли ему никакого неудобства. Набрав воздуха, я зажмурилась, уткнувшись в изгиб шеи и вдохнув вкусный, терпкий запах моего мужчины.
— И ты мой… — едва слышно произнесла, шалея от собственной храбрости и закончила почти беззвучно. — Любимый…
Нервы задрожали, готовые порваться в любой момент, кровь зашумела в ушах, и в горле пересохло. Я впервые в жизни признавалась кому-то в серьезности чувств, да я вообще первый раз влюбилась, если быть честной. И страшно, и восторженно, и в глубине души зреет уверенность, что все правильно и верно, я не ошиблась, и Саша не обманет. Я почувствовала, как сильное тело подо мной напряглось, а потом объятия стали такими крепкими, что я тихо пискнула, завозившись и попытавшись отвоевать глоток воздуха. Ивлев тут же ослабил хватку, его пальцы нашли мой подбородок и ухватили, заставив приподняться и посмотреть в расширенные зрачки, в глубине которых рдел багровый огонек. На его губах играла одновременно довольная и нежная улыбка, и вообще, он выглядел, как сытый кот, обожравшийся целой стаей мышей и закусивший тазиком сметаны.
— Я чертовски рад это слышать, малыш, — проникновенно сообщил Сашка и наклонился, закрыв рот долгим, сладким поцелуем.
А когда я снова смогла говорить, отдышавшись и справившись с фонтаном эмоций, поняла, что должна сказать ему правду.
— Саш, меня не Аделина зовут на самом деле, — тихо призналась, чувствуя в душе умиротворение и покой.
— М-м? — лениво протянул он, выгнув бровь, и заботливым жестом убрал с моей щеки влажный локон. — Так, это уже интересно. И как же?
— Лиза, — со вздохом ответила, опустив взгляд и рассеянно выводя пальцем узоры на его груди. — Елизавета Карилова.
— И что ты натворила, что пришлось сменить имя? — осторожно уточнил Саша.
— Ничего, — я криво усмехнулась. — Я сбежала из дома, и когда приехала в Питер, соврала, что потеряла паспорт, и документы на новое подала. Пришлось, правда, заново поступать учиться, но это мелочи жизни.
— Почему? — последовал вопрос.
— Когда я заканчивала школу, умер папа от рака, — уставившись в воду невидящим взглядом, начала я рассказывать свою невеселую историю. — А года через полтора мама снова вышла замуж, подозреваю, чтобы заглушить тоску. Мы… не очень хорошо общались к тому времени, — я запнулась на мгновение. — Я слишком напоминала ей папу, и ей правда тяжело было, она его очень любила. А потом в ее жизни появился Олег, и она отвлеклась на него. Ну а его привлекла я, — дыхание снова перехватило от подступившего горького комка, стоило только вспомнить то время.
Саша резко выдохнул, объятия стали крепче, но не перебивал, терпеливо дожидаясь, пока я соберусь с духом.
— Мама посчитала, что я просто не могу смириться, что у нее новый мужчина и новая жизнь, — я невесело усмехнулась. — Мы ругались все чаще, я старалась как можно больше времени проводить вне дома и поставила на дверь своей комнаты задвижку. Олег много себе не позволял, пока я не закончила школу и не поступила в универ в Новгороде. Он ждал, когда мне исполнится восемнадцать, — от поднявшейся изнутри желчи свело скулы, зашевелилась прежняя злость, и по спине пробежал холодок застарелого страха. — У Олега серьезные связи в Новгороде, он там не последний человек, и он честно предупреждал, что сделает мне на день рождения подарок, и я не стала дожидаться. Просто собрала все бумаги, вещи, и в один день уехала из Новгорода, оставив только маме записку, чтобы не волновалась, и что со мной все в порядке. Приехала сюда, сделала новые документы, устроилась на учебу, нашла жилье и работу, — я замолчала, сглотнув сухим горлом. — Ну и вот, в общем. Здесь Олег точно не найдет меня, Питер город большой, и вряд ли у него здесь такое же влияние, как в Новгороде. И документы и имя у меня тоже новые теперь.
В ванной повисло молчание, я слышала только тяжелое дыхание Саши, да его пальцы тихонько гладили поясницу.
— Как, говоришь, зовут его? — обманчиво небрежным голосом спросил Ивлев, и я вздрогнула, различив стальные нотки под бархатом.
— Олег Бочкин, — послушно ответила, радуясь, что ярость Саши направлена не на меня, и тут же поспешно добавила. — Он мне ничего не сделал, не переживай, и раз за эти годы не нашел, то вряд ли будет искать дальше. Небось, забыл уже, — я фыркнула и передернула плечами. — Маму только немного жаль, она не заслужила, — у меня вырвался вздох.
— Пусть только сунется сюда, — тем же ласковым тоном произнес Саша, и его пальцы зарылись в мои волосы. — Живым не уйдет.
Я нервно облизнулась и подняла голову, посмотрев на застывшее лицо и отсутствующий взгляд. Вспомнились рассказы Арины, что демоны ужасные собственники и ревнивцы, и сейчас я видела подтверждение ее слов. И вот ну ни капельки не страшно, с удивлением поняла я, даже наоборот — оказывается, это так приятно, видеть, как твой мужчина готов бороться и мстить за тебя. Черт, аж улыбаться тянет, и вся грусть-тоска после исповеди куда-то благополучно испарилась.
— Не стоит, Саш, — я тихонько погладила его по щеке, возвращая в реальность. — Он того не заслуживает, правда.
Ивлев моргнул, тряхнул головой, и глаза снова стали осмысленными к моему облегчению, а лицо расслабилось. Глубоко вздохнул, прижал к себе, бережно покачивая.
— Никто больше не сделает тебе ничего плохого, — пробормотал он, целуя в висок. — И да, можешь предупредить Майю, чтобы искала новую соседку, и собирать вещи, — решительно добавил Саша, и у меня отпала челюсть, я уставилась на него, не совсем понимая, правильно ли поняла.
— В смысле? — осторожно переспросила.
— В прямом, — проворчал Саша, устраивая меня поудобнее на коленях. — Ты переезжаешь ко мне, и это не предложение, — он требовательно посмотрел, ожидая возмущения, пока я ошеломленно хлопала ресницами. — Есть какие-то возражения? — темная бровь выгнулась, и я машинально покачала головой. — Вот и замечательно, — Саша снова обнял, прислонив к плечу, и успокоенно вздохнул. — Буду сам отвозить тебя на учебу и в школу, и вечером забирать, тогда точно буду уверен, что с тобой все в порядке.
— А если дела задержат? — я решила, что строить из себя дальше дурочку и выпытывать, точно ли он хочет, чтобы я жила с ним, глупо.
Тем более, я действительно не против, только вот понятия не имею, как это, когда живешь с кем-то…
— Такси вызову, или Вовку попрошу, — невозмутимо откликнулся Саша, и до меня наконец-то в полной мере дошло, что он в самом деле не шутит.
Восторг взорвался фонтаном, окатил горячими брызгами и прошелся по венам жаркой волной, затаившись внизу живота. Я прерывисто вздохнула, зажмурившись и расплывшись в улыбке, потерлась щекой о сильное плечо.
— А ты научишь меня готовить? — попросила, слушая, как чуть ускоренно бьется сердце моего демона.
— Обязательно, малыш, и не только готовить, — многозначительно добавил он, легонько массируя затылок, отчего хотелось мурлыкать и изгибаться, как кошке.
— Звучит соблазнительно, — протянула я таким томным голосом, что сама удивилась, как умею, оказывается.
— О, ты даже не знаешь, насколько, — со смешком произнес Сашка и аккуратно меня выпрямил. — Давай-ка вылезать, а то замерзнешь еще, носом хлюпать будешь.
Ту я возражений не имела, тем более, навалилась сонливость, и веки налились свинцом. Сладко зевнув, я кивнула, а Сашка, выразительно вздохнув, молча поднял на руки, выйдя из ванной. Как мы добрались до кровати, помню смутно, я задремала в процессе перемещения, и едва под головой оказалось такое ужасно удобное плечо моего демона, моментально вырубилась, привычно свернувшись клубочком в его объятиях.