Там,где исчезает расстояние
Машина ехала тихо, почти без звука.
Но тишина внутри была обманчива — она дрожала от напряжения, а он был натянут, как струна.
Уличные огни мелькали за окном, отражаясь в его лице.
Он смотрел вперёд, но взгляд был не спокойным — слишком глубоким, слишком голодным.
Раз в несколько секунд он переводил взгляд на неё.
Коротко.
Но так, что у неё по спине пробегал жар.
— Ты уверена? — спросил он наконец.
Голос низкий, будто сдерживал что-то сильное.
— Да, — сказала она. — Если бы не была, я бы не села.
Он коротко усмехнулся — не дерзко, а так, будто это признание ударило в самое сердце.
— Хорошо, — прошептал он. — Тогда я не буду притворяться, что могу держаться дальше.
Он положил руку ей на бедро.
Просто положил.
Но этого хватило — воздух в машине стал горячим.
Его большой палец медленно провёл по ткани…
Не выше, не ниже.
Но достаточно, чтобы она чуть прикусила губу.
Он заметил.
Ох заметил.
— Не делай так, — его голос стал хриплым. — Или я остановлю машину прямо сейчас.
Она не убрала губу.
И он тихо выдохнул, будто потерял контроль на секунду.
Когда машина остановилась, она даже не поняла, куда он привёз её.
Но это было не общежитие.
Не центр.
Тихий район, высотка, закрытый двор.
Он вышел первым, обошёл автомобиль и открыл ей дверь.
Не как джентльмен.
Как человек, у которого едва хватает сил не прижать её к себе прямо тут.
Он подал ей руку.
Тёплую.
Сильную.
Она вложила свою — и его пальцы сомкнулись сразу, будто ждали этого весь вечер.
Они зашли в подъезд.
Там было тихо, пусто.
Когда двери лифта закрылись, тишина стала слишком… тесной.
Он стоял напротив, руки в карманах, но взгляд — на ней.
И этот взгляд делал её слабой, горячей, взволнованной.
Двери закрылись.
Он сделал шаг.
Только один.
Но расстояние исчезло.
— Я старался вести себя спокойно, — сказал он тихо, — но рядом с тобой это невозможно.
Он провёл пальцами по её щеке — медленно, будто пробовал её тепло.
Она прикрыла глаза, едва касаясь его ладони.
Он наклонился ближе, почти касаясь её губ.
— Я хочу тебя, — прошептал он. — Но я хочу, чтобы ты сказала мне это сама.
Она открыла глаза.
Взгляд — честный, уверенный.
— Я тоже хочу тебя.
Этих слов хватило.
Он притянул её к себе резко — но не грубо.
Его губы накрыли её, тёплые, горячие, настойчивые.
Поцелуй был другим — не сдержанным, а настоящим, голодным.
Её руки скользнули по его плечам, он прижал её к стене лифта, но так, будто держал сокровище.
Его дыхание сбилось, губы нашли её шею, он едва каснулся — и она тихо вдохнула.
— Не делай так… — прошептал он снова, голос дрожал. — Я едва держусь.
Но руки его продолжали притягивать её ближе, ближе…
Дзинь.
Лифт остановился.
Он оторвался от неё медленно, будто через силу.
Глаза — тёмные, горячие, слишком честные.
— Пойдём, — сказал он. — Мы почти пришли.
Он взял её за руку.
И повёл к двери своей квартиры.
Он даже не скрывал:
эта ночь уже принадлежит им обоим.