Роковая встреча
— Думаю, всё пройдёт отлично. — успокаивала меня мать примеряя недавно выданную форму для студентов, которые поступили в Даривуд. — Главное, веди себя подобающе девушке.
Брюнетка стоящая перед большим зеркалом в новой одежде принялась корчить смешные рожицы, слушая наставления невысокой женщины в милом зелёном фартуке. Мать Саманты всегда волновалась о дочери, что естественно для родителя, но иногда она переходила все черты, сильно смущая дочь.
— Мам, я туда еду учиться, а не зарабатывать любовь других студентов. — простонала Трэвис разворачиваясь к матери лицом. — А на счёт поведения можешь не беспокоиться. Я же у тебя умница.
Женщина взглянув в родное лицо дочери, грустно улыбнулась. Всё же дети очень быстро растут. Не успела подгузник поменять, как она уже поступает в престижный университет по пути к будущей самостоятельной жизни.
— Умница. — тяжело вздохнув повторила слова брюнетки мать, поглаживая её плечо мягкой и ласковой ладонью. — Ты для меня всегда самая лучшая.
Саманта заглядывая в глаза женщины также грустно смеётся, понимая опечаленость мамы. Она сама то совсем недавно не знала, как правильно готовить пирог, так что там говорить о взрослой жизни.
Становиться взрослым очень сложно, а для брюнетки вдвое сложнее, ведь она даже не может толком поговорить с прохожим. Всё время волнуется при разговоре со сверстниками и не умеет знакомиться.
Куча проблем мешающих в том же университете.
— Да ладно тебе. — ободряюще воскликнула Трэвис, крепко обнимая мать за плечи. — Вот увидишь, не успею отъехать, как тут же вернусь с дипломом.
Конечно, эти слова брюнетка говорила, глотая огромный ком слёз, но успокоить родного человека было важнее, чем собственный испуг и уныние. Она и сама надеялась на только сказанные слова, поэтому терпеть охватившую её скорбь было немного легче.
Да и что тут поделать? Не будет же девушка до конца жизни сидеть под уютным крылом матери. Рано или поздно пришлось бы покинуть родные стены дома, начиная свою новую страницу жизни.
Без утреннего голоса женщины о подъёме в школу, без любимого яблочного пирога на праздники и наконец, без ласкового и подбадривающего взгляда теплых голубых глаз.
Этап взросления наступает и убежать от него нельзя...
— Ты всё нужное упакавала? — придя в стабильность спросила мать, кидая нервный взгляд на стоящий в углу комнаты, чемодан.
Саманта вовсе позабывшая о каком-то там чемодане растерянно устремила едкие зелёные глаза на одиноко кинутый в угол багаж, глупо растирая шею рукой.
— А, чемодан. — вспомнила девушка растягивая накрашенные блеском губы в неловкой улыбке и смешно хмуря брови. — Да, я вчера всё разложила и четыре раза перепроверила на всякий случай.
Тина Трэвис, так звали мать брюнетки, подозрительно прищурила ясные глаза в сторону дочери, раставляя руки по бокам талии, выказывая этим своё недовольство.
А где тут быть довольным, когда брюнетка забывает взять с собой ключи, чтобы элементарно попасть домой?
— Может мне стоит проверить? — подымая вверх темную бровь, обращается к дочери женщина, не видя в этом ничего постыдного. — На всякий случай.
Саманта удивлённо поворачивает голову в сторону матери, по пути придумывая заумный ответ. Ну нет, она сама в состоянии скласть свои вещи, без помощи мамы.
— Не нужно! — категорично выставляя вперёд руки, уверяет женщину дочь. — Ты же не сможешь следить за мной, когда я уеду, правильно? А сейчас как приучишь всегда ждать твоей помощи, дак ничего не смогу сделать самостоятельно.
Миссис Трэвис потупив взгляд мысленно соглашается с девушкой.
Она всегда была смышленной девочкой, что на какую-то часть успокаивало женщину, но увы материнские инстинкты не перебороть... Ребёнок – есть ребёнок в сердце мамы, так что заставить себя не волноваться она никак не могла.
— Ну, раз ты так говоришь... — вытряшивая от потерянности руки об фартук, тихо говорит женщина с нотками разочарования в голосе. — Хорошо, тогда.
Саманта благодарно улыбаясь матери, за руку ведёт её в прихожую, попутно хватая давно собранный чемодан. Через час у неё поезд в Сиэтл – самый большой город штата Вашингтон, где она будет учиться на психолога.
Не то чтобы девушка так любила детей или общение с людьми. Нет, всё как раз таки наоборот.
Общение и дети – это больное место брюнетки. Но нельзя из-за своих страхов заточить себя вокруг непробиваемого панциря, отгораживая от себя всё вокруг.
Бежать – это не решение проблем, а просто способ закрыть на всё глаза. Порой, так и хотелось сделать, но Трэвис мужественно продолжала бороться со своей фобией, чтобы когда-нибудь с облегчением сказать: — " Я это сделала! ".
— Я пошла. — застегнув чёрную, короткую кожанку, оповестила мать Саманта, открывая железную дверь на улицу.
Трэвис с женщиной жили в небольшом городке Штата, где выйдя во двор можно было увидеть вечно зелёные деревья.
Летом в Вашингтоне очень жарко и сухо, из-за чего приходиться таскать в дом кучу вентеляторов, а осенью погода напротив слишком сырая и туманная. В прочем, осень Саманте нравилась больше, поэтому моросящие дожди не могли отнять хорошее настроение у брюнетки.
Вот и сейчас выйдя на улицу девушка радостно улыбается очередному осеннему дождю, не беря из дому зонтик.
Куда приятнее промокнуть под тёплыми струями дождя, а после высохнуть в удобном поезде.
Ехать Трэвис надо было около часа, не считая того, что затем ей придётся ещё ловить такси до самого университета.
Вот и уместившись на небольшом диванчике в четырёх местном купе, брюнетка воткнула в уши наушники, наслаждаясь любимой подборкой песен, изредка наблюдая пейзажи за покрытым слоем пыли окном.
* * *
—Ничего себе... — раскрыв от восторга рот, произносит Саманта, высоко поднимая голову к высокому четырёх этажному зданию под названием "Даривуд".
Такого она и во сне не ожидала, поэтому проходя по длиной и главной улице в Сиэтле, девушка чуть не прошла нужное завидение, если бы не огромадные буквы с название университета.
Ещё немного постояв у крыльца здания, Трэвис решается войти во внутрь и попросить кого-то, чтоб он отвёл её к директору.
Но решиться не значит сделать, не так ли? Вот и шагая по белой плитке, которую часто моют уборщицы, девушка никак не могла попросить о помощи.
Один раз к ней подошёл парень в такой же бордовой форме студента с вышитой на груди эмблемой двух тигров и спросил не нужна ли ей помощь. Однако Саманта с перепугу не ответила шатёну, из-за чего тот немедленно удалился, думая о том, что брюнетка немая.
Смешно, не так ли?
— Простите, не могли бы вы мне помочь? — спустя десять минут хождений всё же спросила девушка у стоящего к ней спиной парня, читающего расписание и не обращающего на неё внимания.
Саманта просто не могла дойти до студента, который смотрит на неё, а этот парень стоял к ней спиной, поэтому то выбор девушки и пал на него.
Брюнет тчательно что-то вычитывающий у стенда с парами для уроков, оторвался от своего занятия, переводя хищный и заинтересованный взгляд на брюнетку, замечая её высокую неуверенность, благодаря чему голос сильно дрожал.
— С чем тебе помочь, милая? — бархатным голосом отозвался парень, из-за чего сердце Трэвис чуть не выпало из груди. Он казался таким мягким и слишком влекущим, что брюнетка еле как удержалась на ватных ногах, дабы не упасть.
Но и тут есть одно но. Эти глаза.
Хищные, плотоядные и присущие настоящему дикому зверю, они вмиг напугали Саманту. Таких оттенков серого и грязно голубого девушка нигде не встречала до этого момента, поэтому обычные, на фоне тех льдин Антарктиды, её
глаза, ошеламленно расширились.
Слишком разные отличие, эти его глаза и голос. Как две никем несуществующие до этого, резкие противоположности. Подобно мягкому, пушистому снегу и холодному, блестящему льду, ударившись об который, можно мгновенно умереть.
— Всё в порядке? — наигранно взволнованно поинтересовался брюнет, щёлкая длинными, как у пианиста, пальцами перед лицом девушки. — Мне тебя оживить?
— Простите, я наверное ошиблась. — сжавшись перед этим парнем, прохрипела Трэвис, желая уйти куда подальше и забиться в самый укромный угол.
Это ошибка. Она нашла помощь не у того человека. Она теряет самообладание рядом с ним.
— Ошиблась в чём? — чуя нужный запах страха пробегает острым взглядом по телу брюнетки, парень. — Тебе же нужна помощь. А от неё не отказываются, не правда?
Саманта медленно отходит назад, запутываясь в собственных ногах, теряя равновесие и падая спиной. Уже зажмуриваясь от скорой боли, она ждёт соприкосновения с плиткой.
Которого нет. Её ловят сильные руки, притягивая девушку к себе и прижимая её напряжённое тело плотно к чужому.
— Я же говорил. — усмехаясь нелепости этой ситуации, добавил брюнет. — Прими мою помощь.
Трэвис, содрагаясь от каждого звука из манящих губ, кивнула не до конца понимая на что сейчас соглашается и ловя довольную улыбку студента, напоминающую оскал голодного волка. Долго голодающего зверя...
— Так, какие проблемы? — сладко протянул сероглазый, облизывая сухие губы и не сводя глаз с девушки. — Чем помочь?
— Директор. — тихо прошептала Саманта отпрянув от хищника и опуская глаза в пол. — Мне нужен директор.
Студент со всей изящностью и грациозностью, берёт в свою холодную ладонь маленькую кисть девушки и неторопясь ведёт её на второй этаж.
Всё, кто проходил мимо, удивлённо оглядывались на пару направляющеюся к директору, жалобно прижимая учебники к себе и отходя как можно дальше.
— Что с ними? — замечая на себе эти пожирающие взгляды, спрашивает Трэвис. — Почему они жмутся к стене?
— Слабые должны жаться к стене. Запомни это. — кидая на брюнетку игривый взгляд ответил парень, сжимая руку девушки сильнее. — Хотя, можешь не волноваться по этому поводу. Тебя здесь никто не тронет.
Саманта поняла о чём он. И сильно пожалела об этом. Он тут главный, он важак. Она, чёрт возьми, попала в лапы к главарю, который видимо и не собирается её отпускать. Он играется с ней...
Подобно добыче, которую поймал дикий зверь. И эта добыча в данный момент – она, а он хищник владеющий ей.
Понимая весь ужас, Трэвис хотела вырвать руку из стальной хватки, но только сделала хуже. Волк показал зубы и разозлился её неподчинению.
— Будь душкой. — прошипел он, прижимая брюнетку к стене. — Иначе будет плохо.
Ледяной айсберг столкнулся с преградой в виде живой зелени, мгновенно давя её и возвышаясь над ней. Сопротивление тут бесполезно, всё равно останешься раздавленной.
— Умница. — довольно изрекает брюнет видя покорение. — Имя.
Непонявшая что от неё ждут девушка, беспомощно уставилась на студента напротив, пытаясь выдавить слова из дрожащих губ.
Она впервые так испугана, не зная что делать. Как бежать. И плевать ей сейчас было на свою цель – никогда не бежать. Он – опасен. Она не может просто стоять, ей жизненно необходимо скрыться. Иначе жизнь её покинет навечно, без шанса на возврат.
— Твоё имя! — спокойствие сразу сменилось разрушающей яростью, которая обрушилась на брюнетку. Парень буквально впечатал её в стену, пытаясь раздавить, как надоедливое насекомое. — Говори!
— Саманта. — не сдержав поток горячих слёз, проревела Трэвис, плотно закрывая глаза от крика брюнета. Его бархатный голос сменился злым воем, который отпугивает других.
Это не тот голос, который она полюбила в первые секунды встречи с ним. Он не тот, надо было бежать без аглядки, как только она посмотрела в его глаза.
Ей стоило спасаться, прятаться от него. Но уже слишком поздно.
— Полное имя. — как в ни в чём не бывало тем самым мягким тембром, просит брюнет, пальцами обвивая подбородок девушки и заставляя смотреть ему в глаза.
— Саманта Трэвис. — глотая истерику плачет студентка отводя взгляд в сторону. Куда угодно, только не в его глаза.
Улыбаясь её подчинению, парень большим пальцем убирает слёзы с аккуратного личика брюнетки.
Такая покладистая и мирная, что аж жуть как хочется испортить. До кончиков пальцев, всю полностью. Испортить до конца. Научить, как правильно жить в этом мире. Как дать отпор всем, как унизить обидчика.
И главное, показать к кому надо идти, если кто-то тронет. Кем надо восхищаться и кому подчиняться.
Только ему и никому другому.
— Жди меня тут. — поцеловав Саманту в ухо, посоветовал он. — Я скоро.
Затем отталкиваясь от стены парень подмигнул испуганной Трэвис, кладя руки в карманы алых брюк и заходя в дверь справа.
Как только брюнет скрылся за дверью, девушка отчаянно хлюпая носом скатилась вниз по стене, падая на колени. Её пробрал настоящий ужас от знакомства со студентов. Слёзы заливали всё лицо, падая на руки, рубашку и юбку, оставляя тёмные пятна на форме.
Саманта уже сотни раз пожалела о том, как вошла в это здание. О том, что подала сюда документы и решила научиться общаться со сверстниками.
Она хотела перегортать время назад и исправить это критичное положение, в которое она попала по своей глупости. Забыть всё произошедшее словно ночной кошмар и проснуться рядом с любимой матерью.
Вспомнив о матери Трэвис очень дрожащими, как у наркомана руками вынула из кармана юбки телефон, пытаясь найти нужный номер.
Из-за дрожи по телу, пальцы соскальзывали с экрана своего мобильного и нажать на значок вызова не получалось.
Всё же когда до слуха дошли звуки гудков Саманта радостно поднесла телефон к уху, нервно поглядывая на дверь. Она понимала если он сейчас увидит её звонящую кому то, ждать помощи будет уже бессмысленно.
Как только эта мысль проскочила в голове брюнетки, то злополучная дверь распахнулась, а из неё важно вышел парень.
Время вокруг застыло.
Один.
Его хищный взгляд направился в сторону Трэвис, тут же преображаясь в разъяренный вихрь.
Два.
Он оказывается рядом выбивая из дрожащих рук девушки телефон.
Три.
Мобильник встречается с плиткой, а брюнет хватает Саманту за ворот рубашки, поднимая её вверх.
Четыре.
Громкий хлопок разносится по пустому коридору, когда ладонь парня встречается с её щекой.
Пять.
До слуха доходит угрожающий голос выводящий Трэвис из помутнения. Она приходит в реальность.
— Я тебя предупреждал. — яростно прокричал брюнет грубо швыряя женское тело на пол перед собой.
Не успела она и вскрикнуть, как из лёгких вышел весь воздух при ударе спиной. Горящий след от руки пёк скулу, приводя в сознание и давая прочувствовать силу удара.
Парень не давая отползти назад, притягивает девушку опять к себе и пристально смотря на её закрытые от боли и слёз глаза, замечая небольшую струю крови из носа и фиолетовое пятно на щеке.
Саманта не понимала почему он так с ней поступает. Зачем бъет, кричит и унижает. Она же ничего ему не сделала, чтоб он с ней так обращался.
— Слушай меня внимательнее. — словно сумасшедший прошептал брюнет, убирая прилипшие от слёз волосы с лица Трэвис. — Ты теперь принадлежишь мне. Запомни моё имя. Я Адриан Стоун — твой хозяин.
Услышав такие слова от хищника, Трэвис, как и подобает добыче, поняла, что она в ловушке.
Он не отпустит её. Будет портит её и всё что касается её. Убъёт тех, кто позарится на её и сразу разрушит то, что будет этому мешать.
Она принадлежит только ему.