Волшебство в ненастную погоду.
За окном лил сильный дождь, который издали напоминал непроходимую стену. Совсем недавно небо было лучисто солнечным, а сейчас же оно напоминало разводы темных красок, которые остались позабытыми случайным художником.
Гулкий стук тарабанющих капель об стальные подоконники наводил тоску, заставляя накрытую одеялом Саманту укутаться сильнее, оставляя открытыми лишь покрасневший от насморка нос и темную макушку.
Голова девушки раскалывалась, словно по ней били железным молотком, а покрасневшее от температуры лицо покрылось испариной. Жуткая сухость в горле и горящее огнем тело не давало шатенке даже подняться за стаканом воды, уже не говоря о том чтобы сходить в аптеку за лекарствами.
Закрыв от усталости туманные глаза, Трэвис сделала затяжный вдох, пытаясь хоть как-то сравнять дыхание. Лёгкие словно не слушались и жили своей жизнью, из-за чего дышать становилось практически невозможно.
Шум дождя за окном перебивался звоном в ушам. Бедная девушка уже не знала куда себя деть, только бы скрыться от этого звука, схожего на колебания сломанного телевизора. От недостатка воздуха хотелось волком выть, но даже голос не слушался.
В такие моменты Саманта уже считала, что ничего хуже в жизни и нельзя найти, пока на экране разбитого телефона ярким цветом не высветилось смс от Адриана Стоуна.
Прикрытие глаза дрожали и картинка плыла. Разобрать текст и смысл сообщения от этого становилось нереально, тем более что сложность ещё предоставляли трещины и паутинки на экране.
Казалось бы весь мир настроился против Трэвис. Ужасный жар в сочетании с личным дьяволом придавал больше страданий и поэтому девушка решила сейчас не забивать себе голову.
Пускай она получит свое наказание тогда, когда хоть немного полегчает, нежели к этой боли присоединиться ещё и страх быть уязвимой.
Сильный порыв ветра раскачал гибкие ветви рядом стоящей ивы, которые в следующую секунду с гулким ударом хлестнули по окну. Было чувство, словно за окном бушует настоящий ураган, которому нет конца. Серые тучи и не собирались уплывать, только и становясь темнее, а когда-то мелкий дождь перерос в шквальный ливень. Даже природа трепетала от этой силы. Деревья метались по сторонам словно в полном ужасе, а вода стекающая водопадом в конализационные стоки огромными волнами брызгала на тропинки после каждого скрежета колёс мимо проезжающей машины.
Саманта уже собиралась упасть в долгожданный сон, как со стороны двери послышались громкие стуки, как будто кто-то пытался выломать стальную входную дверь. Встать и проверить свои догадки не было и сил и желания, но в этот момент телом шатенки овладел неподдельный страх.
Кто додумается в эту ужасную погоду придти к студентке, с таким напором едва не выламывая её дверь? И что если это воры? В данном физическом состоянии бывшая спортсменка не точно бы не дала сдачи, так даже не смогла бы замахнуться. Да и что там говорить? Она даже встать с кровати не может, не точно дверь открыть.
Чтобы утихомирить свой страх Саманта решила найти отговорку и убедить себя в ней. Возможно из-за высокой температуры ее разум затуманелся, вот и кажется, что в дом кто-то хочет зайти. Это лишь плод её бурной фантазии и взаимодействие болезни.
Ватное одеяло уже не спасало и по коже девушки словно прошёлся ледяной разряд тока. Чувства притупилась и она не могла определится холодно ей в данный момент или наоборот жарко. Хотелось спрятаться далеко от всего этого, откинув одеяло и ступая крепкими ногами по земле. Но увы болезнь оказалась не справедливой и оддержала вверх над измученной Трэвис.
После резкого, охватившего девушку ужаса она уже и не могла обратно заснуть, снова и снова прислушиваясь к звукам у двери. Удары уже не слышались, поэтому студентка уже было вздохнула от спокойствия, как сердце обратно подскочило как дикое.
Среди шумов снаружи её слух четко уловил звук звенящего ключа, который с тремя щелчками покинул прорезь замка. Затем совсем тихо, словно и вправду крадущийся вор, дверная ручка с характерным звуком опустилась вниз, впуская в квартиру незнакомца. От серости погоды Саманта не могла разглядеть тень в дальнем углу прихожей, которая почти слилась с кромешной темнотой, поэтому она лишь прижала к себе недавно откинутое одеяло, надеясь что оно не спасет.
Как наивно в полном испуге думает наш мозг, пронеслось в ещё не до конца затуманенном осознании шатенки, прежде чем она с болью сглотнула застрявший в горле ком.
Между тем темная фигура потиху приобретала очертания мужского телосложения, что лишь сильнее пугало. Был слышен шорох и звук падающих с одежды капель воды, а через мгновение послышались и крадущиеся шаги.
Трэвис уже не могла выдерживать этого безумия, которое настигло её сегодня утром. Сначало на голову девушки свалилась болезнь, а теперь ещё и проникновение чужого человека посреди белого дня. Хотя стоит отменить, что день был вовсе не белым, как несколько часов назад. Но и это волновало студентку в последнюю очередь, ведь главной проблемой для неё стал человек медленно приближающийся к ней.
Спустя секунды долгого времени девушка стала различать среди отступающей тьмы яркий алый цвет одежды, в которую был одет так называемый вор, а уже скоро она различила в этом человеке мутно знакомый ледяной взгляд, который словно изголодавшийся волк обрушился на её сознание.
Вы когда-нибудь видели как искристо переливается ртуть? Так вот, именно так переливались эти светящиеся из тьмы глаза, отливая жидким металлом.
Сомнений не осталось когда бархатистый тембр мужского голоса достиг охоледевших ушей шатенки, с явным недовольством произнося:
— Какого черта ты не отвечаешь, заставляя меня переться к тебе в такую погоду?
Вроде полегчало, но не надолго, ведь чудо все равно не случилось. Убедилась, что не вор и тут же узнала, что это кто-то похуже. Сам дьявол решил навестить девушку из своего построенного ада.
Что ж, даже и не понятно что и лучше...
Из кромешного мрака вынырнул модельной походкой брюнет в форме университета, которая сидела на нём и смотрелась без того сногшебательно. Казалось, что он идёт не по скрипящему полу съемной квартиры, а по красной вылаженной по подиуму дорожке, показывая многомиллионной публике очередной наряд умелого модельера. Острые черты лица застыли как ледяная скульптура, а мокрые от ливня вороньи волосы спадали на лоб и скулы, очерчивая идеальные изгибы.
Но самым притягательным из всей композиции Трэвис казались мутно серые глаза. Они смотрели на неё с таким интересов, что сердце девушки сжималось до предела. Хоть и лицо не выражало ничего кроме сдержанности эти глаза говорили сами за себя. Не такие ледяные и колючие как для других, они с грацией осмотрели девушку, подмечая и запечатляя в памяти ее вид. Может выглядела она совсем не так красиво как вынуждают это внешние стереотипы, но для Адриана она была в любом виде лучше и прекраснее всех тех, кто бросался к его ногам все годы.
Саманта Трэвис не была похожа ни на одну другую девушку, ни смотря ни на её доброту или красоту. Эта девушка была поистине эталоном красоты для жестокого Стоуна, видевшего в ней эстетику и очарование.
Совсем нездоровый взгляд на девушек для характера и привычек этого парня. Слишком романтично и притарно. Аж тошно...
Долго блуждая по измученному лицу Трэвис, Адриан наконец понял в чем дело, осторожно касаясь холодной ладонью лба девушки. Сильный жар обволок его кожу в считанные секунды, заставляя студента сильно нахмуриться.
— Чего же ты не написала, что тебе плохо..? — приглушённо, словно в пустоту спросил брюнет, поглаживая пальцами едва заметную скулу шатенки. Видя, что его слова никак не влияют на неё, Стоун оставил на горящем огнем лбу студентки неуловимый поцелуй, рывком покидая её квартиру.
За окном послышался дикий рев мотора и лязг колес, после чего лишь дождь продолжил наводить хоть какие-то звуки.
Крепко вцепившись в кожаную обивку руля пальцами, Стоун нарушая всевозможные ограничения скорости летел по опустевшей полосе то и дело жмя на педаль подачи газа. Ему казалось, что время решает всё и что чем быстрее он купит чертовые лекарства, тем быстрее они помогут ждущей его девушке.
С резкостью припарковавшись у круглосуточной аптеки, студент чуть ли не бегом ворвался во внутрь, подходя к кассе без очереди. Сидящая за стеклом молодая фармацевт испуганно окинула брюнета взглядов, натыкаясь на его дикость и злость. Не успев ничего и вымолвить она по его указу побежала за самыми дорогими лекарствами, которые могли бы снизить температуру.
Определённо деньги не значили ничего в данный момент для Адриана, но он знал одно, что чем дороже цена, тем ближе здоровье Саманты, поэтому и долго возиться он не стал. Кинув на кассу пару куппюр даже не считая их, он забрал все нужные медикаменты, в спешке садясь в машину и тем самым оставляя дежурному в этот день фармацевту огромное состояние.
Возвратившись в тесную комнатушку с лежавшей без сознания Трэвис, Стоун быстро вскрывает упаковку дорогих таблеток жаропонижающего, читая как правильно пить их. А затем выполнив все так, как сказано в инструкции, он медленно разбудил горящую девушку, едва не заставляя её выпить эти лекарства. Саманта до последнего отказывалась принимать таблетку из рук парня, то отворачивая голову, то крепко смыкая губы, но в конечном итоге увидев все его старания подчинилась.
С трудом проглатив таблетку, студентка на мгновение закрыла глаза, а после резко распахнув их без стеснения и стыда начала разглядывать наклонившегося к ней ближе Адриана. Зелёный цвет её глаз потускнел, но даже так он был очень пленителен и красив. Приоткрытые от слабости губы были белыми, словно покрытыми мукой, а тёмные закручиные ресницы поддрагивали при каждом сделаном ею вздохе, словно крылья готовой взлететь бабочки.
Сам таго не замечая, Стоун стал все ниже наклонятся к шатенке подсознательно пытаясь прочувствовать её губы своими. И когда расстояние между ними сократилось до того, что оба могли чувствовать жар чужого дыхания на себе, брюнет остановился.
Нет, он не передумал. Он все так же желал ощутить её губы на своих. Просто в голове вспыхнули картины прошлого, когда от его поцелуя на лице Трэвис ручьями стекали слезы и вся сладость от этого касания мгновенна становилась горечью. Это странно, что её чувства его задевают. Хотя нет, они не просто задевают. Они режут его изнутри тупым ножом, заставляя его чёрное сердце обливаться кровью.
Он и вправду сломался...
Как того и боялся он в один момент потерял контроль над собой и своими эмоциями. Он теперь не может смотреть также холодно на эту девушку, не чувствуя той пустоты внутри. Эта пустота начала заполняться чем-то приятным и ужасным одновременно. Словно два черта сидят на его плечах перетягивая канат из стороны в сторону, не желая признавать победу другого.
Вместе с пустотой он теряет себя давнего. Теряет себя того, которым он был практически всю жизнь. Всё то зло и ненависть постепенно исчезает и он начинает смотреть на Саманту совсем по-другому. Не так, как он привык смотреть на девушек.
И это пугает. Он всегда боялся и до сих пор боится своих чувств. Когда-то давно его отец сломал его и воссоздал заново, совсем не таким, каким он был до этого. С тех пор боязнь чувствовать хоть что-то преследует брюнета и сейчас.
Даже самые сильные чего-то боятся. Просто они в том и сильны, что не показывают свои слабости. Но как оставаться сильным, когда твоя слабость буквально в трёх миллиметрах от тебя?
Очень долго вглядываясь в глаза напротив, Адриан не мог понять даёт ли своё согласие Трэвис. И если даёт, то каким будет её завтрашняя реакция...
Раздумия прервались самой девушкой, которая еле как дотянувшись встретилась с губами Стоуна, растворяясь во вкусе табака и мятной жвачки. Она хотела этого и решила позволить себе эту слабость. Если что, то её можно потом легко оправдать жаром, поэтому-то Саманта и не боялась последствий.
Она будет честна перед собой, но не перед окружающими.
Пусть эти настойчивые губы и сводят её с ума, но об этом не будет сказано вслух. Пусть она и жаждет большего, но об этом никто не будет знать. Пусть она его и любит, но она это не признает... Ведь она не любит..?
Шум дождя продолжал наводить тоску, но уже не на Трэвис. Пусть все прохожие проклинают этот день вместе с этим дождем, но она будет благодарна. Эта погода не так ужасна, как раньше.
Удары капель не оглушают, а создают приятную мелодию, понятную только самой природе. Удары веток об стекло больше не раздражают. Все кажется таким, каким оно должно быть.
Пускай сегодня эта сказка пробудет до конца, пока она ещё может доставлять удовольствие. Может завтра все волшебство исчезнет, как нарядность Золушки, а красивая корета привратится в тыкву, но только это волшебство согреет в ненастную погоду.