Нерушимая нить наших душ

Люмин не отрываясь наблюдала за его безмятежным фарфоровым лицом. Длинные ресницы в обрамлении алого цвета в уголках глаз, тихонько подрагивали. Сине-фиолетовые волосы рассыпались по подушке, красиво обрамляя его контуры, а челка беспорядочно лежала на закрытых веках. Он выглядел совершенно расслабленным, Люмин вновь смущённо ловила себя на мысли, что любуется его очертаниями.

Она улыбнулась краешком губ, подумав о том, какой он хороший и спокойный, когда спит.

Ихсан, Паймон и Дурин тихонько открыв тяжёлую дверь, зашли и расположились у книжного шкафа, молчаливо наблюдая.

Неожиданно лоб Странника сильно нахмурился, между бровей пролегла глубокая морщинка, он начал часто дышать и беспорядочно крутить головой по подушке. Люмин напряглась, нервно покусывая губу. Во сне Скары явно что-то происходило, и совершенно точно, ничего хорошего.

Он сжимал кулаки и часто дыша, напрягал челюсть. С его губ срывалось мычание и какие-то обрывки фраз.

— Я… больше не Скарамучча…

В какой-то момент Скару дёрнуло, он согнул ногу в колене и сильно нахмурил нос, будто ему было больно. Его руки, лежащие на животе, сильно дрожали.

Люмин сглотнула, она понимала, что ему снится сон, но он, находясь там, наверняка, чувствовал все как наяву. Девушка боролась со своим желанием разбудить его, но Ихсан отрицательно покачал головой. Все старались хранить молчание, чтобы случайно не разбудить юношу.

Лишь на короткое мгновение он успокоился, после чего вновь начал хаотично крутить головой по подушке, заставляя Люмин нервничать. А когда из его носа вытекла струйка фиолетовой крови, касаясь его губ, Люмин не выдержала, выжидающе посмотрев на Ихсана, который жестом руки попросил ее успокоиться.

Странник начал дышать так, будто ему не хватает кислорода, рука, лежавшая на животе, съехала вниз на край дивана, пальцы тряслись мелкой дрожью, пока не сжались в кулак.

Люмин не выдержала и накрыла его руку своей, ощущая как его кулак подрагивает в ее ладони. Конечно, это не помогло бы ему успокоиться, но зато успокоило ее испуганное сердце.

В какой-то момент Скару вновь резко дернуло, он повернул голову в сторону Люмин, ещё крепче зажмурившись, промычав что-то невнятное и успокоился. Дыхание выравнилось.

Наконец, спустя минуту Странник медленно распахнул веки, фокусируя взгляд. Его длинные черные ресницы чуть подрагивали. Люмин облегчённо выдохнула, расслабленно опустив плечи. Ее радовало, что все прошло довольно гладко. Некоторое время юноша немного затуманенным взглядом смотрел на нее, пытаясь сфокусироваться.

Первое, что Странник увидел было ее сосредоточенное на нем лицо. Затем он ощутил теплую руку Путешественницы на своей, опустил туда взгляд.

— Уже можешь убрать, — немного хрипло произнес Скара. — И давно ты так сидишь? — он двинул пальцем под ее ладонью. — Пф, как это мило, — съязвил он.

Люмин лишь думала о том, что даже в таком состоянии он ещё как-то умудряется дерзить. Но она все же опомнилась и смущённо убрала руку.

Почувствовав горький привкус на своих губах, Странник поднес указательный палец к носу, на котором тут же отпечаталась его фиолетовая кровь.

— Плохо дело, — опустив длинные ресницы, произнес он. — Полное дерьмо.

— Ты что-нибудь вспомнил? — нахмурив брови, спросила Люмин, обеспокоенно заглядывая ему в глаза. — Хоть что-то?

Паймон и Дурин подлетели поближе, зависнув в воздухе за спиной девушки. Как бы фея не старалась делать вид, что юношу терпеть не может, но в данный момент, он отчётливо видел противоположное: как та переживала, теребя кончик шарфика в своих крохотных ладошках.

— Да, я все вспомнил, — Скара сглотнул и приподнявшись на локтях на диване, выпрямился. Он посмотрел на ученого и кивнул в знак благодарности, на что тот ответил тем же.

Ихсан подошёл к Страннику и повернул две части устройства в виде золотой шестиугольной призмы, что лежала на диване рядом с ним. Он аккуратными движениями вытянул многочисленные тонкие нити из висков юноши. Стоит сказать, это было не особо приятно, так как те тонкими иголочками глубоко вошли под кожу, сцепившись с его мозгом. Странник заметно поморщился, но не проронил ни слова.

Когда Ихсан закончил отключать «Ларец воспоминаний», он отошел и держа устройство в руках, принялся аккуратно укладывать нити, возвращая устройство в деревянную шкатулку обратно.

Скара сел, сцепив руки в замок на коленях и сомкнул веки. Он не мог поверить в то, что увидел во сне.

В его груди ядовитая кровь Дурина с Драконьего Хребта. Причем не в чистом ее виде, а изменённая Дотторе, а это в сотни раз хуже, если не в тысячу. Если чистая кровь Черного Дракона, попадая в людей и вообще любых существ отравляла их, сводя с ума и в конце концов, убивая, то что могла сделать эта?!

В бумагах Дотторе было написано, что Изменённая кровь Дурина с Хребта отравляет, меняя личность и воспоминания. Каким образом и как?

Кем он станет, если они не найдут способ извлечь Устройство? Он что потеряет себя? Чего Дотторе хочет этим добиться?

Скара открыл глаза и вздохнул, вспоминая следующую фразу: «Кровь стремится к Сердцу, чтобы завершить перевоплощение, наградив своего обладателя в сто крат увеличенной силой элемента, завершая трансформацию.»

К какому сердцу? У него нет сердца. Завершая трансформацию. Кем он станет или чем?!

— Блядь, — выругался Странник, сжимая кулаки на своих коленях, ему уже было совершено плевать на всех собравшихся, хотелось рвать и метать, а лучше набить Дотторе морду.

— Скара, ты как? — осторожно спросила Люмин, наклонив голову в его сторону, заглядывая в очи юноши, приобретшие оттенки безумного шторма Инадзумы. — Не поделишься?

Странник отрицательно помотал головой, все ещё сжимая кулаки у себя на коленях. Люмин не понимала, что происходит. Он узнал правду и не собирается ей рассказывать? Почему?

Скара молча встал, прошел мимо книжного шкафа, одна из полок которого лежала набекрень с повалившимися на ней книгами. Он никак не мог отделаться от ощущения того, что это не просто так.

В кабинете Ихсана Марги было прибрано и все лежало аккуратно на своих местах. Но неужели у него не было времени поставить на место упавшую полку и поправить книги? Странник сощурился, что-то здесь было нечисто.

Он подошёл ближе, внимательно рассматривая повалившиеся книги. Прямо под корешком одной из которых, что-то блестело. Скара нахмурился и присмотрелся. Он отодвинул книгу в сторону и увидел то, от чего его руки мгновенно сжались в кулаки, а челюсть напряглась.

Блестящее нечто, спрятанное за корешком оказалось ледяной иглой Дотторе, уже почти рассыпавшейся, словно стекло. Но Странник ни с чем не перепутает то, что Дотторе неоднократно использовал против него.

И юноша был уверен в том, что оставленный след был совсем свежим, через сутки ледяная игла должна была рассыпаться в ничто. Скорее всего, Дотторе приходил сюда ночью, и судя по перекошенной полке у этих двоих была стычка. К их приходу Ихсан постарался прибраться в кабинете, но оставил улики. Возможно, специально, чтоб они заметили. Или случайно? В любом случае, нужно это выяснить.

Скара стиснув зубы, развернулся в сторону ученого, что стоял рядом с другим шкафом и возвращал «Ларец воспоминаний» на место, закрывая дверку на замок.

— Блядь, не верю своим глазам, но неужели вы с Дотторе заодно?! — выпалил Странник, сжимая кулаки и пуская молнии взглядом в сторону растерявшегося ученого.

— Нет, нет, что вы! — оправдывался Ихсан, выставляя ладони перед собой, он нервно часто заморгал.

Скара смекнул, что прав, ведь как мужчина мог бы среагировать на имя Второго Предвестника Фатуи, если бы не знал его.

Странник резко метнулся в сторону ученого, на что Паймон ойкнула, прикрыв рот ладошками. Юноша вцепился мужчине за воротник длинной одежды Академии и грубо толкнув, припечатал того к книжной полке, с которой тут же от удара на пол упало несколько книг. Его Глаз Бога ярко сиял.

— Скажите, что я не прав! — выпалил Странник, его голос вмиг изменился, сменяясь на властный и угрожающий.

— Скара, что ты делаешь?! — Люмин вскачила на ноги, испуганно сжала кусочек ткани своего белого платья в районе груди. — С чего ты решил?

— Считай, это чутье бывшего Предвестника! — рявкнул юноша, ударяя кулаком об шкаф прямо рядом с лицом Ихсана, тот испуганно зажмурился, книги вновь попадали на пол. — Говорите правду!

Паймон закричала, спрятавшись за спиной Люмин вместе с Драконом, алые глаза которого наполнились полнейшим непониманием происходящего, он никогда прежде не видел своего друга таким злым.

— Я… я… — учёный растерялся, все ещё зажмуриваясь. — Он угрожал моей семье! — на его ресницах выступили слезы, он сполз спиной по шкафу вниз, сев прямо на пол, испуганно запустив пальцы в свои светлые до плеч волосы. — Он сказал, что убьет мою дочь и жену, если я…

— Если что?! — не успокаивался юноша, отойдя на шаг от Ихсана, по щекам которого бежали слезы, Скара смотрел на него сверху вниз и выглядел не на шутку угрожающе.

— Если я не подменю часть ваших воспоминаний, — ответил мужчина, его губы тряслись не столько от страха перед Странником, сколько от страха за свою собственную семью, которой теперь угрожала смертельная опасность.

— И вы это сделали?! — сквозь зубы выпалил юноша. — Отвечайте!

— Нет, нет, — его голос трясся, он помотал головой. — Я знаю, сколько Путешественница сделала для Сумеру, — он поднял испуганный взгляд снизу вверх на Люмин. — Я не мог так подло поступить с вами… Я хороший человек.

Девушка сжала юбку своего белого платья, она всем своим сердцем чувствовала страх Ихсана, не только перед Скарой, что выглядел по-настоящему пугающе, но больше страх за его собственную семью. Ведь Ихсан мог просто предать доверие Нахиды, которая так хорошо о нем отзывалась, но он не сделал этого, он хороший человек. И теперь его семья в огромной опасности. Они должны ему помочь.

— Какие воспоминания Дотторе приказал вам подменить в моей голове?! — Скара ни на секунду не останавливался, вновь сделав резкий шаг ближе, сжимая кулаки, его грудь часто вздымалась.

Ещё немного и Люмин была готова встать на защиту Ихсана, если Странник продолжит в том же духе добиваться от него ответов. Ученый ведь ничего не сделал, не предал их. Лишь подверг себя опасности и свою семью.

— Дотторе… Он сказал что-то про голема руин, — мужчина отвечал быстро и не мешкаясь. — Сказал подменить окружение: песок на мох, или на любую другую растительность. Подмена воспоминаний это не то, ради чего я создавал свое устройство. И сделать это очень сложно, практически невозможно.

— Он пытался этим скрыть местоположение своей лаборатории от меня, — сквозь зубы процедил бывший Предвестник. — Я видел песок, который сыпался с потолка.

— Я ничего не изменил, — ответил Ихсан, кивнув головой. — И теперь я крупно пожалею об этом, — он вновь схватился за волосы.

Странник сложил руки на груди, посмотрев на Люмин, которая поймав его взгляд, отвернулась, нахмурив брови и сжав губы в тонкую полоску. Ей было неприятно видеть его таким разъяренным. Путешественница переглянулась с не на шутку перепуганной Паймон и Дуриным.

Странник хмыкнул, подумав о том, что неужели она считает его каким-то светлячком во тьме. Нет, Люмин явно что-то путает с его образом в своей голове. Он конечно, изменился, но не до такой же степени. Не в таких обстоятельствах, когда они требуют от него полной отдачи, ради выяснения информации.

— Это все? — уже более спокойно спросил Странник, делая выдох.

— Да, клянусь, — еле слышно ответил мужчина, пряча лицо в ладонях, ему было очень страшно за свою семью.

Неожиданно для Люмин, Странник подошёл к Ихсану и протянул тому руку. Один короткий миг и юноша уже был совершенно спокоен. Он что специально разыграл этот спектакль?

— Извините, мне нужно было удостовериться, — глубоко вздохнув, произнес Скара, восстанавливая дыхание. — Мне жаль вашу семью, мы вам поможем. Произошедшее с вами, — он посмотрел на ледяную иглу у корешка книги. — Происходит по моей вине, нужно было давно остановить этого подонка.

Паймон от удивления округлила глаза цвета сапфиров, что по размеру стали не меньше сумерских тарелок. Дурин тоже заметно расслабился, осознав, что поведение друга было хоть немного обоснованно.

Ихсан всё ещё трясущимися от испуга пальцами взялся за протяную Скарой холодную руку и поднялся на ноги. Его наполненные слезами очи хоть и были всё ещё очень напуганными, но в них теплился лучик надежды на то, что ему помогут. Больше всего на свете он переживал за свою семью.

— Вы не по своей воле оказались втянуты в разборки между двумя… Эм, — Скара задумался, как обозвать себя в этом случае. — Предвестником и… не важно.

— Простите меня, — извинился Ихсан, устало опустив плечи, вытирая слезы тыльной стороной ладони. — Я просто трус.

— Нет, вы храбрый. Вы не сделали то, что Дотторе приказал, не солгали и сказали правду, — Скара помотал головой из стороны в сторону. — Хоть и с помощью некоторого давления… Это вы меня извините, — он сложил руки на груди и многозначительно посмотрел на Люмин. — Вы нам помогли. Мы поможем вам, — Скара кивнул. — Ваша семья будет в безопасности… Благодаря вашему устройству, я теперь знаю правду. Я должен отплатить вам за вашу помощь.

Люмин округлила глаза осознавая, что просто ради добычи информации, Скара устроил весь этот спектакль, напугав совершенно всех. Ей было страшно представить, что он вытворял, находясь на службе у Фатуи. Она до сих пор помнит, какой холод она чувствовала в его присутствии, когда они были врагами.

— Не думал, что мой опыт Предвестника в проведении допросов мне ещё когда-нибудь пригодится, — он сомкнул веки, положив два пальца на переносицу.

— Ты нас ни на шутку напугал! — Паймон топнула ножкой в воздухе и нахмурив бровки, переглянулась с Дуриным.

— Скара, Дотторе был здесь? — осознала девушка, оглядывая кабинет, она обняла себя руками, ей стало не по себе.

— Да, — юноша кивнул в сторону полки, подошёл к ней и аккуратно взяв кончиками пальцев ледяную иглу, показал Люмин. — Это дело рук его Глаза Порчи, — он щёлкнул пальцами и игла рассыпалась, словно разбитое на сотни мельчайших осколков стекло.

Услышав имя Второго Предвестника, Паймон испуганно прикрыла ротик рукой и спряталась за спиной подруги, оглядываясь по сторонам.

— Откуда Дотторе мог знать, что мы вообще придем сюда?! — шепотом спросила Люмин, думая о том, что тот может их слушать.

— Хм, — юноша сложил руки на груди. — У меня есть идея, — он перевел взгляд на Ихсана. — Готовы провести небольшое исследование с таким редким экземпляром, как я? — ухмыльнулся юноша.

— Что я должен сделать? — спросил учёный, нахмурив брови. — Конечно, я готов помочь.

— Если я прав, то скорее всего, Дотторе установил жучок в меня, когда… Об этом потом, — Скара вскинул брови. — Сможете его найти?

— Д… да, конечно, — Ихсан немного растерялся, но пошел в сторону массивного деревянного стола и скинув на пол все бумаги и убрав лишнее, обернулся на юношу. — Прошу сюда.

Странник снял с себя верх одежды, мысленно молясь о том, что жучок спрятан там, а не где-нибудь ещё, полностью раздеваться перед ними совсем не хотелось.

Люмин при взгляде на его оголённый торс, спину и руки, смущённо отводила взгляд в сторону, переодически возвращаясь обратно, а Паймон с прищуром смотрела на ее порозовевшие от чего-то щеки. Скара улыбнулся уголками губ подумав о том, что девушка даже не представляет, насколько выдает себя, что это замечают уже все.

Странник коснулся бирюзового символа на своей грудной клетке, обнажая все свое внутреннее устройство, и лег на стол. Ноги не умещались, от того забавно свисали с другого края.

Дурин широко открыл глаза цвета ярких агатов, полные удивления и подлетел чуть ближе.

— Вот это да! — на одном дыхании произнес Дракон.

— Никогда не видел ничего подобного, — восторженно протянул Ихсан, кивнув головой Дурину. — И никогда не думал, что увижу.

— Давайте ближе к делу, — напомнил Скара, закатив глаза.

Учёный отошёл к высокому шкафу и некоторое время покопавшись в ящиках, явно что-то ища, вернулся обратно, победно держа в руках толстую лупу, стекло которой было непривычно ярко-зелёного цвета, оно словно светилось.

— Не думал, что она мне когда-нибудь пригодится, — он продемонстрировал им ещё одно свое устройство. — Я изобрел ее ещё в студенчестве. С ее помощью мы найдем жучок. Конечно, если он и правда, есть.

Ихсан навел лупу на грудную клетку Странника, медленно проводя ею над всем его внутренним устройством. Долго искать не пришлось. Он остановился четко на черном как смоль круглом шаре-сгустке, который рьяно пульсировал, а часть тонких фиолетовых артерий уже немного окрасились в черный цвет.

— Жучок здесь, — уверенно произнес Ихсан, показывая Люмин указательным пальцем на черный сгусток. — Что это такое? Выглядит инородно.

Паймон обеспокоенно нахмурила бровки и переглянулась с Дуриным, который тоже предчувствовал, какой оборот принимает происходящее.

— А этого тут и не должно быть, — процедил юноша, запустив пальцы в челку. — Вот ж подонок, он все продумал, — он перевел взгляд на Ихсана. — Вы сможете вытащить жучок?

— Но я никогда не работал с… — ученый не успел договорить.

— Марионеткой? Пф… Называйте вещи свои именами, — довольно грубо произнес Странник.

В голове мужчины был полнейший диссонанс, он видел перед собой вроде бы, и человека, внутреннее устройство которого было похоже на человеческое, но и в тоже время, не было.

Ихсан вытащил белые перчатки из ящика стола, надел их и взял в руки какой-то тонкий инструмент, напоминающий пинцет. Опустил на мгновение веки, потёр зачем-то нос, он явно нервничал, и глубоко вздохнув, направил руку с тонким пинцетом вглубь открытой грудной клетки юноши.

— Паймон надеется, что все получится, — тихонечко произнесла фея. — Ведь получится же?

Люмин на полпути остановила руку Ихсана, аккуратно схватив за запястье. Паймон и Дурин непонимающе переглянулись.

— Скара, — Люмин пыталась привлечь внимание юноши, посмотрев ему в глаза. — В последний раз, когда мы с Нахидой тронули эту штуку, она соединилась с тобой лишь больше. Ты уверен?

— Что?! — испуганно произнес Дурин, чаще захлопав крыльями.

— Я не хочу, чтоб Дотторе знал каждый наш шаг, — выпалил Странник и кивнул головой Ихсану.

Тот поднес тонкий пинцет к черному Устройству в груди Странника и аккуратно коснулся, проверяя реакцию, которая последовала незамедлительно. Черные тончайшие нити вышли из сгустка оплетая паутину вокруг фиолетовых артерий ещё больше.

Странника тряхнуло в ответ, он сжал кулаки и резко повернул голову, стиснув зубы. Паймон ойкнула. Люмин накрыла его сжатый до боли кулак своей теплой ладошкой, переводя его внимание с боли, что он чувствовал на себя.

— Скара, просто смотри на меня, — одними лишь губами произнесла девушка.

Ихсан нащупал жучок пинцетом, закреплённый на одной из сторон устройства и попытался аккуратно вытащить его, не повреждая при этом, этот непонятный черный сгусток.

— Мастер Шляпка! — донёсся до него, словно через толщу воды, не на шутку испуганный голос Дракона.

Боль застилила глаза, что аж зубы застучали, но по мере того, как Странник все больше вглядывался в очи Люмин, боль будто бы уходила на второй план, даже звуки пропали, словно стали тише.

Был только он, ее прекрасные глаза цвета одуванчиков и теплая ладошка на его холодной руке. Он перестал обращать внимание на все, полностью растворившись в ее взоре, хоть и зубы до сих пор предательски стучали.

— Все, — глубоко выдохнув победно произнес Ихсан. — Вот он, жучок, — ученый продемонстрировал на кончике пинцета крохотную черную точку, размером с рисовое зёрнышко.

— Спасибо, — поблагодарила ученого Люмин, облегчённо выдохнув. — Вы нам очень помогли.

— А теперь уничтожьте его к чертовой матери, — сквозь зубы произнес Странник.

Ихсан кивнул головой и положив жучок на стол, раздавил его пинцетом, из того полетели синие искорки.

Скара облегчённо выдохнул и еле заметно кивнул в знак благодарности. Картинка всё ещё немного расплывалась, было такое ощущение, что яда в крови прибавилось из-за того, что пришлось контактировать с Устройством. Его тошнило.

— Скара, ты как? — спросила Люмин, наклонившись к нему.

— Все хорошо, — соврал он, голова ужасно, просто дичайше раскалывалась, будто собиралась взорваться.

Странник коснулся бирюзового символа на своей груди, запирая свою грудную клетку, но остался лежать на столе, пока что не вставая, приходя в себя.

— Ихсан, вы знаете, что это такое? Это Устройство? — спросила Люмин. — Мы пытаемся выяснить, как…

Ихсан помотал головой из стороны в сторону, он не успел выдвинуть собственных предположений, так как Странник перебил его мысли.

— Это кровь Дурина с Драконьего Хребта, — тихо ответил ей Скара, внутри все болело, будто горя пламенем, он подумал о том, что вот значит как это ощущается, когда кровь Черного Дракона смешивается с твоей, отравляя ядом.

— Что?! — Люмин испуганно округлила глаза, земля словно ушла из-под ног, ей захотелось присесть, девушка облокотилась ладонями о стол, вцепившись пальцами в его край.

— Дурин?! Тот Дурин с Драконьего Хреба, которого поверг Двалин, но тот отравил его своим ядом?! — визжала Паймон, от ее голоса в висках Скары болезненно запульсировало.

Учёный грустно опустил взгляд в пол, судя по его выражению лица, он уже мысленно хоронил юношу, не представляя что всей этой команде делать с его бедой.

— К… Кровь Дурина? — медленно повторил Дракон, его алые глаза расширились от осознания ситуации, в которой оказался его друг. — Ведь она смертельно ядовита… Как она в тебя попала, Мастер Шляпка?

— Прости Дурин, но об этом позже, — юноша помотал головой.

— Это ты вспомнил?! — испуганно спросила Люмин, ее губы собрались в тонкую полосочку, ей было страшно это слышать.

— И не только это, — Странник кивнул, всё ещё приходя в чувство и вновь повторил. — Об этом позже, — он медленно поднялся, присел на край стола, свесив ноги и надел обратно верх своего бело-голубого хаори. — Нужно придумать, как защитить вас, — он посмотрел на ученого. — Дотторе скорее всего, уже знает, что вы нам помогли и не сделали того, что он приказал… Люмин, ты знаешь, как дать знать Нахиде, что Ихсану нужна помощь? — он посмотрел на девушку. — Нужно, чтобы к нему приставили охрану, и к его семье, и как можно скорее.

— Д… Да, — девушка кивнула, доставая что-то из кармана платья. — Нахида сказала, что если мне нужно будет поговорить с ней, я должна просто подумать о том, что я хочу сказать, держа в руках это, — она показала маленькое устройство золотого цвета, напоминающее полупрозрачную сферу с ярко-зеленым камнем внутри, который приятно светился.

Паймон и Дурин подлетели поближе, разглядывая сферу, которую Люмин держала в руках.

— Хорошо, тогда не теряй времени, — попросил ее Скара, положив два пальца на переносицу, голова всё ещё болела.

Девушка поднесла небольшую золотую сферу к своей груди, прикрыла веки, опустив длинные ресницы и мысленно подумала обо всем, что ей нужно сообщить Нахиде.

— Связь односторонняя, как я понимаю? — спросил он, на что Люмин кивнула. — И как мы узнаем, что сработало?

Внезапно Ихсан упал на пол, его начало сильно трясти, пена пошла изо рта. Все разом кинулись в его сторону, Скара спрыгнул со стола, присаживаясь на колени рядом с учёным, непонимающе вытянув ладони над ним, ведь он не знал, в чем дело. Точнее знал, это дело рук Дотторе, именно поэтому учёному оставалось жить не более пяти минут. Это понимали все.

— Что происходит?! — завизжала Паймон. — Он умрет?!

— Помогите ему! Сделайте хоть что-нибудь! — пролепетал Дракон, переводя испуганный донельзя взгляд то со Скары на Люмин, то обратно.

— Блядь, — выругался Скара, запустив пальцы в волосы. — Он умрет, Люмин! Мы ничего не сможем сделать! Это Дотторе, он видимо, узнал, что Ихсан не подменил мои воспоминания и мы вытащили жучок. Он нарушил сделку.

— Скара, в сторону! — скомандовала Люмин, оттолкнув его вбок.

Мужчину ужасно трясло, хоть Странник и старался держать его за руки, а изо рта бежала белая пена.

— Что ты д… ? — только лишь и успел произнести юноша, как Люмин протянула перед Ихсаном свою руку, сомкнув веки.

Из ее ладошки начал исходить теплый золотистый свет, он охватывал сначала все тело ученого, а после сконцентрировался в области грудной клетки.

— Скара, там! Быстро! Вытащи это из него! — скомандовала девушка.

— Откуда ты зн… — запинаясь произнес он, вскакивая на ноги.

— Живо! — выкрикнула Люмин, оборачиваясь к нему через плечо.

Странник обежал стол, яростно выдвинул ящики, что они чуть ли не слетели с петель. Он лихорадочно начал рыться там в поисках хоть какого-нибудь подходящего острого инструмента, которым можно было вытащить то, что убивало ученого.

Бывший Предвестник схватил белые перчатки, ножницы, так на всякий случай, и нашел какой-то прозрачный футляр, сквозь стекло которого виднелись различные медицинские инструменты. Быстро открыл и вытащив оттуда острый скальпель, побежал обратно к Люмин.

— Он же ещё… — осторожно спросил Странник, сердце, которого не было, испуганно билось.

— Жив! Давай! — скомандовала девушка, быстро кивнув, выжидающе посмотрев на юношу.

Ученого трясло, но уже все меньше и меньше, это были практически предсмертные конвульсии. Кажется, оставалось ещё несколько биений его сердца и он умрет.

Где-то в уголке у книжного шкафа, плакала Паймон, а Дурин заботливо обнял ее своими крылышками, не позволяя фее смотреть на происходящее.

Скара быстро нацепил на руки перчатки, разрезал ножницами одежду Ихсана, обнажая его грудную клетку. Он слышал, что сердце того практически не бьётся.

Руки юноши предательски дрожали, при виде скальпеля, коим он сейчас должен был разрезать чужую плоть. В памяти всплыли ужасные картины из его службы у Фатуи, ведь он и не такое вытворял. Он закрыл глаза на короткое мгновение, глубоко вдохнул и сделал быстрый идеально ровный надрез, где показала Люмин.

Девушка держала вытянутую ладонь над грудной клеткой ученого, а тёплый золотой свет указывал Скаре место, где находится то, что убивало Ихсана.

Из разреза вытекла алая кровь, нужно было действовать предельно осторожно, нет ни права на ошибку, ни лишней секунды. И вот юноша увидел нечто спрятанное в груди бедного ученого, прозрачную капсулу, что растворялась внутри его тела, пуская какую-то отраву.

Странник аккуратно вытащил ее кончиками пальцев и швырнул на пол. Люмин и Скара не моргая, уставились на Ихсана в надежде, что он ещё жив и все обойдется.

— Пожалуйста, скажите Паймон, что он жив… — сквозь слезы пролепетала фея, прячась обратно под крылья Дракона.

Секунду. Вторую. Третью он не дышал. Люмин опечаленно опустила взгляд, как вдруг до их ушей донесся сдавленный кашель. Ихсан открыл глаза, смотря на них затуманенным взглядом своих карих глаз.

— Спасибо, — с трудом произнес он, морщась от боли разрезанной грудной клетки.

Все одновременно облегчённо выдохнули. Паймон и Дурин наконец, подлетели поближе, у феи были очень мокрые ресницы и дорожка соленых слёз на щеках.

— Ихсан, надо зашить вам рану, — предупредил его Странник, на что мужчина с трудом кивнул.

— Как вы себя чувствуете? — осторожно спросила Люмин, нахмурив светлые брови.

К счастью для юноши, нужные инструменты он нашел все в том же стеклянном футляре в столе. Вернулся и присев на колени, наклонившись над учёным, аккуратно принялся штопать плод своих трудов, его пальцы были красные от крови. Ихсан морщился, но храбро и стойко терпел.

— Все, — выдохнул Скара, вытирая тыльной стороной ладони вспотевший холодным потом лоб, что окрасился в алый цвет от его пальцев, он снял перчатки и кинул их на пол куда-то в угол.

Люмин поднесла Ихсану стакан воды, тот отпив несколько глотков из стакана и сделав глубокий вдох, произнес:

— Спасибо, вы спасли мне жизнь.

— Нет, — Скара помотал головой из стороны в сторону и поморщился. — Если бы не я, вы не оказались бы на грани смерти. Простите, — он повернулся к Люмин. — Что ты сделала? Как?

— Это крохотная крупинка той силы, что у меня ранее была, — прошептала Люмин, прикрыв веки. — Я не была уверена, что это точно поможет, но нужно было попробовать сделать хоть что-то, — она взглянула на юношу. — Ты тоже молодец, Скара.

— Хм, — он хмыкнул. — Ладно, встать сможете? — спросил Странник, посмотрев на Ихсана, что хмурил брови, наверняка, рана очень болела, но это ничего, ведь он остался жив; к счастью, все обошлось.

Они помогли ему подняться на ноги и присесть на диван, Паймон подложила синюю подушку под спину, на что учёный кивнул ей в знак благодарности.

— Я надеюсь, что ваша семья в порядке, — произнес Скара то, что ему самому было страшно произносить, он чувствовал вину за произошедшее.

Люмин тяжело выдохнула, а руки от ужаса затряслись, вспомнив о том, что у ученого есть жена и дочка. Она сглотнула комок, подступивший к горлу.

Внезапно в дверь постучали, все от неожиданности подпрыгнули на месте. Скара подошёл к двери, его Глаз Бога ярко светился.

— Я открою, — произнес он, уверенно положив пальцы на ручку и открыл дверь, приготовившись молниеносно среагировать в случае чего.

В коридоре стояли целых семь Наемников Бригады Тридцати.

— Здравствуйте, мы по приказу Малой Властительницы Кусанали. Меня зовут Бади, — темноволосый мужчина держал одну руку на сабле, что покоилась на его поясе, а в другой протягивал Страннику пергамент, удостоверяющий законность его действий с печатью Нахиды. — Нам необходимо обеспечить охрану Ихсана Марги. — он заглянул в кабинет ученого, высматривая его глазами.

— Моя семья… Они живы? — подал тихий хрипловатый голос учёный, его семья — то единственное, что больше всего заботило его на свете.

Но Скара все задавался вопросом, почему так волнуясь за свою семью, которая могла находиться на грани смерти, он решил рискнуть и не навредить Люмин и ему? В чем смысл?! Странник засомневался, как бы поступил он. Вряд ли бы выбрал Архонта на месте ученого, он бы выбрал тех, кто ему дорог. Скара не понимал его. Это полный абсурд.

Либо же Ихсан был уверен в том, что они ему помогут и тогда совсем никто не пострадает. Но если бы он ошибся в них? Неоправданный риск. Юноша хмыкнул, посчитав, что это банальная человеческая глупость. Люди глупы и слишком наивны.

Ихсан встал с дивана и неспеша подошел к двери, морща нос от боли и держа руку, сжатую в кулак у себя на заштопанной груди.

— Да, с вашей семьёй все в порядке. Малая Властительница Кусанали так же обеспечила им охрану. Пройдёмте за мной, — ответил Наемник Бригады Тридцати. — Вам нужна медицинская помощь?

— Уже нет, — кивнув головой Страннику, произнес мужчина. — Спасибо. Я надеюсь, вы найдете способ бороться с тем, с чем вы боретесь. Я хотел бы помочь вам, но…

— Вы боитесь за свою семью, — кивнул Скара. — Я понимаю вас и не осуждаю. Вы поступили храбро, не предав Архонта и помогли нам. Спасибо.

— Можно последний вопрос? — спросил Ихсан, оборачиваясь. — Вы чувствуете себя человеком? — он заинтересованно нахмурил брови, смотря юноше прямо в глаза.

Этот вопрос вновь поставил Странника в тупик. Помнится, уже нечто похожее два года назад он обсуждал с Нахидой в Храме Сурастаны и ответ ему каждый раз было чертовски сложно найти в его душе. Размышляя об этом, он постоянно метался между двух берегов.

Странник глубоко задумался, казалось, в это мгновение каждый момент его долгой жизни промелькнул перед ним. Он размеренно вздохнул и ответил, посмотрев почему-то именно на Люмин:

— Да, наверное, чувствую… Сейчас… Правда, у меня нет сердца, — он задумался. — Года три назад я бы и так не ответил… Есть вещи, которые даже из такого, как я, делают хоть какое-то подобие человека…

Что он имел ввиду, смотря на Люмин? Ее сердце отчего-то застучало в ответ, где-то в глубине, понимая смысл этих слов.

— Прощайте, — кивнув произнес Ихсан и ушел, оставив их в своем кабинете.

Странник сел на диване, сцепив руки в замок. Люмин присела рядом с ним. Фея и Дурин наконец, свободно выдохнули.

— Паймон хочет сказать, — издалека начала фея, смущённо отводя свои большие глаза цвета ночного неба. — Что Мастер Шляпка молодец.

— В чем?! — вспылил Странник. — В том, что по моей вине он чуть не погиб? Я так не думаю.

— Эм, — фея не нашла, что на это ответить, лишь сжала губы в тонкую полосочку, растерянно переглянувшись с Дуриным.

— Скар, — Люмин положила свою ладонь ему на плечо. — Но мы правда, его спасли. Ты спас его… И в произошедшем нет твоей вины, — она помотала головой. — В этом виноват Дотторе, и только лишь он. Прекрати взваливать на себя одного всю ответственность. Я тоже могу сказать тогда, что причастна к этому, — она гордо вздернула нос. — Потому что тоже могла вступить с ним в битву раньше, но не сделала этого… Мы на одной стороне. И справимся вместе.

— Если кто-нибудь из вас пострадает, я… — он сглотнул, отводя взгляд. — Быть может, мне лучше продолжить этот путь в одиночку.

— Гхм! Ты опять за свое! — Люмин вскачила на ноги, уперев руки в бока. — Надоел уже! Сколько можно!

— А Паймон говорила, что он невыносим! — фея тоже уперла кулачки в бока.

— Пф, — он закатил глаза и посмотрел на Люмин. — Черт с тобой.

Путешественница села обратно, думая о том, как же с ним было тяжело. Но вздохнув, наконец, спросила то, что беспокоило ее больше всего:

— А теперь расскажи, что ты вспомнил.

Странник сцепил руки в замок у себя на коленях и поведал им краткую историю, что он увидел во сне, опустив детали о жестокости Дотторе, все и так об этом знали: каково это, проходить через его опыты. Ему не хотелось вновь все это прокручивать в своей голове.

— Эм… Эм… — Люмин растерялась, нервно покусывая губу. — Мы обязательно, что-нибудь придумаем.

— Я в этом не уверен, — он покачал головой. — Мы понятия не имеем, как вытащить эту штуку из меня, и вряд ли, кто-то имеет понятие, кроме самого Дотторе, — Скара задумался. — Зато теперь я хотя бы знаю, где гипотетически находится его лаборатория… Но скорее всего, после подставы со стороны Ихсана, он просто перенесет ее в другое место… Блядь. И мы вновь ни на один шаг впереди.

— Скара, я думаю, что после такого тяжёлого дня нам всем нужно отдохнуть, — произнесла Люмин. — А потом мы все вместе что-нибудь придумаем. Идём, — она встала и протянула ему руку, улыбнувшись уголками губ.

Он ухватился за ее пальцы, мысленно думая о том, что она тоже чрезвычайно наивна, как и большинство людей.

Когда они покинули кабинет Ихсана и наконец, поднявшись вновь вверх по лестнице, оказались в оранжерее Пардис Дхяй, Люмин повернулась к друзьям, заметив насколько сильный ливень льет снаружи.

— Предлагаю пройти чуть дальше по дороге к деревьям и укрыться в Чайнике, — предложила она. — При такой погоде, мы не разобьём лагерь.

— Ох, да, — фея радостно потерла ладошки. — Паймон хочет уже поспать в уютной кроватке, а не на полу палатки, особенно, при такой-то погоде.

— Укрыться в Чайнике? Это как? — Дурин явно не понимал о чём идёт речь, вопросительно округлив алые глазки.

Мощеная дорожка тонула в непрекращаемом потоке холодной воды, а в помрачневшем, уже закатном небе сверкали яркие вспышки молний, вдали гремел гром. Даже стоя здесь в оранжерее, они чувствовали сильнейший запах озона, мокрой травы, деревьев и земли.

— Идём, — Скара кивнул в сторону выхода, но Люмин остановила его за руку, он обернулся, ловя на себе ее взгляд.

Девушка в ту же секунду выпустила его пальцы, но зато многозначительно посмотрела на его шляпу.

— Ты хочешь использовать мою шляпу вместо зонта? Как тебе в голову могло такое прийти… — он вскинул бровь. — Пф, смешно. Ладно… Иди сюда, — он издевательски расставил руки в стороны.

— Я не обниматься с тобой собираюсь, — съязвила Люмин, вставая под его шляпу и прижав руки к своей груди, не зная куда их деть, на что юноша довольно хмыкнул.

— Жаль, — рассмеялся Странник и шагнул под проливной дождь. — Мне ведь это и правда, тогда понравилось, Люмин толкнула его локтем вбок.

Путешественница обернулась на Паймон и Дурина, указывая им взглядом, что они тоже поместятся.

Под одной шляпой, прижавшись друг к дружке, шлепая по лужам мощеной дорожки, они покинули Пардис Дхяй. И двинулись в сторону раскачивающихся от сильного порыва ветра деревьев, в надежде перести дух у уютного теплого очага Бессмертной Обители, освежить мысли и попытаться выстроить дальнейший план действий.