Танцующий хамелеон

В зале стояла непривычная тишина. Все тихо обсуждали все, что только можно, но не то, что произошло. Змей смылся с места своего поражения почти сразу же, при этом кинув на меня взгляд, полный неприязни. Но мне было как-то всеравно. Я переживала за Лисичку, но Колибри успокаивала меня тем, что с ней Заяц, они вместе, а значит не пропадут. Доминик появился минут через пятнадцать после моего героического подвига. Нервный и какой-то дерганый. Он, явно в расстроенных чувствах, прошел в комнату, не замечая никого и ничего. Остановился и посмотрел прямо на меня. Мне показалось это каким-то намеком и я подошла к нему.

— Что такое? — он просто стоял и смотрел на меня своим расстроенным взглядом. — Доминик?

Он протянул ко мне руки и крепко прижал к себе, облегченно выдыхая. Я впала в ступор, но инстинктивно обняла его в ответ.

— Прости меня, — хрипло выдохнул он. Я не поняла к чему он это сказал, но не стала перебивать. — я не думал, что это может так вот обернуться. И, если честно, я безумно благодарен Тимьяну за то, что он сделал.

Упоминание о Тимьяне заставило сердце непривычно подпрыгнуть. Сегодняшняя ночь немного переменила мои чувства к нему. Хотя, кого я обманываю? Я кардинально изменила свое мнение о нем. Мне было спокойно рядом с ним. Я чувствовала себя в безопасности и его сегодняшний поступок еще больше укрепил эти ощущения.

— Доминик, — я осторожно отстранилась. — объясни, пожалуйста, что происходит.

— Я видел его, — тихо ответил он. Я сразу поняла, что он говорит о брате. — он все рассказал мне. — я вопросительно нахмурилась. — про то, что тебя чуть не убили. — он сделал паузу и я кожей чувствовала ту самую недосказанность, что витала между нами. — Но на самом деле…это я чуть не убил тебя. Если бы я подумал, прежде чем ставить защиту, то…

Я стояла в шоке и не знала, что делать, что говорить и что думать. Такое заявление выбило почву из-под ног.

— Как это? — еле выдавила из себя.

— Прости меня, — снова повторил Доминик. — я…

Договорить ему не дала резко открывшаяся дверь, которая, развернувшись на сто восемьдесят градусов, с громким стуком ударилась о стену. Я вздрогнула. В дверном проеме показалась зареванная Лисичка и обнимающий ее за плечи мрачный Заяц.

— Что случилось? — я кинулась к ним. Собственно как и все остальные.

— Т.а.м, — захлебываясь слезами, пыталась что-то объяснить подруга.

Я забрала ее у Зайца и крепко обняла, пытаясь успокоить. Я гладила ее по волосам и прислушивалась к рассказу друга.

-…мы нашли тело. Морозко убили. — меня как будто ведром холодной воды окатило. Морозко? Убили? За что?

В глазах начали собираться слезы. Морозко был прекрасным человеком и другом, он просто не мог кому-то сделать плохого или чего-то такого, за что можно убить. Если только…

— Отведи меня туда. — громко сказала я, привлекая внимание присутствующих. Лисичка мгновенно успокоилась и подняла голову с моего плеча, удивленно смотря на меня. Но я смотрела в глаза Зайца, собираясь твердо стоять на своем. Я должна знать. Я не переживу, если окажется, что Морозко убил Тимьян. Я не смогу больше ему верить. Но внутри что-то очень громко, просто оглушительно орало, что это не он и сомневаться в нем мне не нужно. А вот то, что мне нужно туда идти, я не сомневалась.

— Зачем? — в один голос спросили Доминик и Заяц.

— Надо! — крикнула я.

Неожиданно легко все согласились со мной и мы всей компанией направились за Зайцем. Я хотела оставить Лисичку в здании, но она настояла на своем и пошла с нами.

Чем ближе мы были, тем сильнее напряжение внутри меня росло. Пару раз я чуть не сорвалась с крыши, потому что руки невообразимо тряслись. Доминик приглядывал за мной и отчетливо видел мое состояние, но молчал. Впереди у нас еще разговор.

Вскоре мы добрались до какого-то переулка. Темный, кажущийся бездонным, коридор на первый взгляд был совершенно нормальным. Но как только мы включили фонарики, перед нами предстала страшная картина: бедный Морозко лежал в луже собственной крови в неестественной позе, руки его были вывернуты, на всех видных нам участках тела виднелись синяки и порезы, некоторые из которых были довольно глубокими.

— Мамочки, — вскрикнула Колибри, как только рассмотрела все это.

— Ему это так с рук не сойдет, — тихо сказал Доминик, видимо подумав на Тимьяна.

— Кому? — видимо помимо меня его реплику услышал Заяц. Его брови нахмурились и он взволнованно, даже грозно, смотрел на Доминика.

Теперь абсолютно все смотрели на блондина с нескрываемым подозрением. Наверняка, у каждого из них в голове образовалась своя цепочка, которая, я уверена, не ведет ни к чему хорошему.

— Коршун, — прищурился Хомяк. — ты что-то знаешь?

Доминик переводил взгляд с одного на другого, не зная, что сказать. И я решила вступить в игру. Сейчас особо не важно, что что-то вскроется, да и к тому же, я уверена, что ребятам можно доверять.

— Это не он, — теперь все с непониманием смотрели на меня.

— То, что он не убил тебя и спас сегодня, ничего не значит, — горячо возразил Доминик. — он без капли сожаления убил десятки людей, включая твою сестру, почему же ты думаешь, что он не сделает этого еще раз?

— А у меня складывается ощущение, что ты даже не пытаешься помочь собственному брату, — мой взгляд заледенел. — тебе абсолютно плевать на него. А знаешь почему это сделал не он? — Доминик молча смотрел на меня. — Потому что он не предал бы меня. И будь уверен, он не будет убивать. Хотя бы потому, что я его за это не прощу.

— Теперь ты его защищаешь? — едко усмехнулся блондин. — Знаешь, я не ищу ему оправданий, потому что знаю, кто он такой и…

— Да черта с два! — в моем резком голосе прозвучали нотки пронзительности. — Ты знал не его! Он теперь другой человек и я полностью ему доверяю.

Доминик не нашел, что ответить, а я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться и отвернулась к телу. И меня прошиб холодный пот. К руке Морозко была привязана атласная ленточка, точно такая же как на смертельной коробочке, а к ней была прикреплена бумажка.

— Доминик, — срывающимся от испуга голосом позвала. Я совершенно забыла о так называемой тайне личности, но мне действительно было наплевать на все это в данный момент. Теперь я точно знала, что это не Тимьян, но кое-кто похуже. — Доминик!

Я резко обернулась. Ребята все также непонимающе наблюдали за нами, но вмешиваться не собирались. Доминик приподнял светлую бровь.

— Это не Тимьян, — он поднял вторую бровь, мол, ты мне это уже говорила. — это послание мне…

Даже я испугалась собственных слов, не то что остальные. Лица у них были не то испуганные, не то шокирующие. Доминик решил отбросить обиды от препирательств и подошел поближе. Я указала на ленточку с запиской и он осторожно шагнул к телу, стараясь не наступить в лужу. Отвязал ленточку и зачитал вслух:

— '' Отсчет пошел. Один''.

— Что это значит? — заговорила Рысь, после непродолжительной паузы.

Но мы молчали. Доминик крутил маленькую бумажку, а я зависла. Выходит, Морозко убили из-за меня. А из записки понятно, что это только начало. Я посмотрела на ребят затуманенными глазами: а что, если в следующий раз это будут они? Или кто-то, кто не заслуживает такой смерти?

— Это значит, что начался отсчет убийств, — промолвил Доминик, поднимаясь и сжимая бумажку в руке. Он прошел мимо меня к ребятам. А я все смотрела на тело. — когда они убьют определенное количество человек, отсчет закончится.

— А если нет? — одинокая слезинка побежала вниз к подбородку. — Что, если этой цифры нет? Мы оба знаем, зачем они это делают. Не проще ли просто сдаться? Я не хочу больше убийств.

Оболочка слетела. Перед ними стояла Ангелина Чарская. Хамелеонка ушла, и, возможно, навсегда.

— Им нужна я — единственное спасение твоего брата, — я тяжело вздохнула, лениво разводя руками.

— Именно, — Доминик шагнул ко мне и взял мое лицо в свои ладони. — неужели ты позволишь им победить? Ты бросишь его? Меня? Нас? Он надеется на тебя, ты нужна ему. Ты нужна мне, — совсем тихо, только для меня.

И я понимала, что не могу бросить их. Не могу бросить Тимьяна. Я нужна ему, как никому другому.

— Но что мы будем делать? — вполголоса спросила я.

Доминик улыбнулся и мимолетно коснулся моих губ, оставляя на них теплый, успокаивающий след. Я уронила голову ему на грудь и тяжело вздохнула.

— Кхм, — кашлянула Лисичка. — если вы закончили, то может расскажете нам, что здесь происходит и почему Хамелеонка выглядит не как Хамелеонка? — истерично закричала она.

— Давайте вернемся к нам и там поговорим, — Доминик посмотрел на небо. — через пару часов рассвет, не хочется, чтобы нас обвинили в убийстве.

***
— Стоп, стоп, стоп! — заорала Лисичка на весь зал. Она одна проявляла такую активность, остальные просто сидели с открытыми ртами и не знали, что делать дальше. — Значит ты — король из другого мира. Твой брат свихнулся из-за проклятия, наложенного на него и убил ее сестру, — она тыкнула в меня пальцем. — а потом свалил в наш мир. Она, — снова тык в мою сторону. — единственная, кто может спасти его силой истинной любви и твой брат сможет вернуться на трон. Но появились те, кто узнал, что твоего брата можно вылечить и они хотят убить ее, чтобы он не смог вернуться домой и занять этот многострадальный трон. А тебя зовут Ангелина Чарская, — Лисичка повернулась ко мне. — ты из самой богатой семьи города и до этого лета тебя никогда не выпускали из дома, потому что думали что его брат, — она кивнула головой на
Доминика. — убьет тебя. Но из-за того, что твоя семья — уни…какие-то там маги, у тебя есть способность изменять внешность и благодаря этому ты сбегала по ночам и тебя никто не мог узнать. Так?

Я сама раскрыла рот от такого.

— Все очень запутано, — туманно ответил Доминик. — и с чего ты взяла эту чушь с силой истинной любви?

— Дурень, — покачала головой черноволосая. — в сказках так всегда. Только истинная любовь спасет чудовище и вернет ему облик принца.

— Да-да, — вставила Колибри.

Доминик ушел в мрачные раздумья. Ну, вид у него был ну вот вообще не веселый.

— Кстати, — Лисичка протянула ладонь. — меня зовут Виктория. Можно просто Вики или Тори.

Я улыбнулась и хлопнула по ее ладони. Мы хихикнули. Остальные все еще переваривали информацию, которая свалилась на них как снег в июле.

— Ну, а теперь бонус, — язвительно выдала я и медленно повернулась к Доминику. — расскажи-ка мне, мой дорогой, как это ты меня чуть не убил?

— Это довольно сложно, — король почесал затылок. — после твоей первой встречи с Тимьяном, я решил обезопасить тебя и передал тебе часть собственной защитной оболочки. Но у этого действия есть побочный эффект. Если в носителя частичной оболочки попадет еще более мощное заклятие, то произойдет реакция, в результате которой носитель будет уничтожен. Заклятие, которое в тебя запульнули, были именно такой силы.

— Тоесть, — до меня начало доходить. — если бы не Тимьян, то я бы уже пылью перелетала по городу?

Доминик склонил голову сначала налево, потом направо, мол, ну так и так, не преувеличивай его заслуги.

— А что теперь делать? — после продолжительной паузы спросил Заяц. — тебя хотят убить, и они не оставят тебя в покое.

Все смотрели на меня. И в глазах каждого я видела искреннее беспокойство и желание помочь. Мне было очень приятно, но вмешивать их в это я не хотела.

— Не знаю, но в любом случае, вам не нужно в это лезть.

— Э, нет, подруга, — возразила Вики. — мы уже втянуты. Тронул одного из нас — будешь иметь дело со всеми. Да, ребята? — остальные активно покивали.

— Дак значит тебя зовут Доминик, — протянул Заяц. — чтож, будем знакомы. Марсель.

Пока все называли свои имена, я пыталась их запомнить. Лисичка — Виктория. Заяц — Марсель. Колибри — Ариадна. Коала — Мелиса. Хомяк — Джейк. Рысь — Ева. Ох, столько всего сразу.

— Хм, — Виктория нахмурилась. — Марсель… напоминает французский.

— Марсель Лефевр, — Заяц улыбнулся. — у меня и правда французские корни.

— Это мило, — Вики тепло улыбнулась своему парню, как я поняла, и положила голову ему на плечо.

Я улыбнулась. Посмотрела на Доминика. Его голова была опущена. Кажется, он переживает, из-за того, что его защита чуть не убила меня. Я вздохнула и, покачав головой, подалась к нему. Обняла его за руку и прижалась щекой к его плечу.

— Прости, — он положил подбородок мне на затылок. — я хотел защитить тебя, а сделал еще хуже.

— Не драматизируй, — одернула я его. — я здесь. С тобой. Все хорошо. В какой-то степени. Но я же жива. Ты не причем, я понимаю, ты хотел как лучше и я ни в чем тебя не виню. Ясно тебе?

Он еле заметно качнул головой в знак согласия.

— М-да, — протянула Ева. — ну мы и влипли, ребята.

— А вы не думали, кто это может быть? — Джейк подпер рукой подбородок. — Кто наложил проклятие на твоего брата?

— Колдунья. Это все что мы знаем. — ответил Доминик.

— Плохо, — высказался Марсель. — а если это она? Или ее сообщник?

Я приподняла голову и посмотрела на блондина. Король усиленно работал мозгами.

— Маловероятно, — через несколько секунд вынес вердикт Доминик. Все как-то сдулись после этого. — она бы пользовалась магическими средствами, такими как проклятия, магические яды и травы, но никак не хладнокровные убийства. Это скорее всего простой человек, даже не маг.

— Но зачем он полез в это? — задала закономерный вопрос Ариадна. — Посудите сами. Если он из твоего мира, а вероятно так и есть, он осознает против кого он пошел. Неуравновешенный принц с огненными силами и снежный король! Да его в порошок сотрут, когда найдут. Неужели он так глуп?

— Скорее жить надоело, — вставила Ева.

— Или не было выбора, — предположила я. — скорее всего его наняли для грязной работы, а заказчики сидят в тени.

— Значит надо поймать его! — с энтузиазмом воскликнула Вики.

— Легче сказать, чем сделать, — заметила я.

— Он знает, где ты живешь, — внезапно прогремел голос Доминика. Его лицо было еще более мрачным чем обычно и вот тогда до нас всех дошло, что он прав. — там больше небезопасно.

— Дак, а что мне теперь дома не жить что-ли? — возмутилась я.

— Охрану тебе приставим, — хихикнула Мелиса.

А я прямо услышала как над головой Доминика загорелась воображаемая лампочка.

— Точно! — он аж подпрыгнул, отчего я поморщилась и стукнула его по плечу. — Прости. — я кивнула и снова уложила свою голову ему на плечо. — Я присмотрю за тобой. От меня ни на шаг днем не отходишь. А ночью…

— А ночью за мной Тимьян присмотрит. — Вики поиграла бровями, ухмыляясь. — Хватит. — Но ей как-то налево были мои слова и она продолжила страдать фигней. — Нет, я серьезно. Ночь — время Тимьяна. Думаю, он доказал, что способен меня защитить. Тебе тоже нужно отдыхать по ночам, а как показывает опыт, для Тимьяна это рабочее время и мне кажется он не будет против присмотреть за мной.

— Мне тоже так кажется, — сквозь зубы процедил Доминик.

Я закатила глаза и промолчала.

— Мне только непонятно, — задумчиво молвила я. — когда Тимьян полез в коробку, из которой вылетело то странное заклинание, он нашел на дне записку. Если убийца думал, что эта магическая штучка убьет меня, — я оглядела присутствующих. — зачем оставлять записку?

— Тимьян сказал, что это заклятие снежных, — стал вспоминать Доминик. — их заклятия очень мощные, но не смертельные. В редких случаях смертельные. Не думаю, что этот некто знал о том, что я передал тебе защиту…

— Заклинание было просто предупреждением! — вскрикнула Вики.

— Он ведет странную игру, — медленно проговорил Джейк. — он медлит…

— Может он хочет тебе что-то сказать? — Ариадна посмотрела на меня.

— Если так, то я его не понимаю, — спокойно развела я руками, немного задев спину Доминика.

Я зевнула и прикрыла глаза, вслушиваясь в голоса друзей, обсуждающих, что хотел сказать убийца. Незаметно для себя я ушла в мир сновидений.

***

Я шла по оживленной улице. Люди носились просто невообразимо быстро, сметая всех и каждого на своем пути. Я протискивалась между нестройными рядами, пытаясь никого не задеть.

— Ангелина…

Голос, будто прозвучавший в голове, заставил остановиться на месте, как вкопанной.

— Ангелина…

Он был мне знаком, но я все не могла вспомнить, кому же он принадлежит.

— Ангелина, помоги мне…

Я распахнула глаза.

— Тимьян? — время будто остановилось. Десятки людей застыли, словно восковые фигуры, ветер больше не дул, а солнце не грело. — Тимьян! — мне казалось, будто я в закрытом пустом помещении. Мой голос эхом повторял его имя.

— Прошу, я не смогу сдержаться, — он говорил с таким отчаянием, что сердце невольно сжималось до боли.

— Как? Как мне помочь? — истерично закричала я.

Но он не ответил. Ни через пять секунд, ни через десять, ни через минуту.

— Тимьян! — меня выдернуло из сна. Я резко выпрямилась, вытирая со лба холодный пот.

Мы все еще были в нашем убежище и сейчас друзья испуганно наблюдали как мои глаза мечутся по помещению в поисках защиты и объяснений.

— Ангелина? — Доминик мягко прикоснулся к моей спине. — Кошмар?

— А? — я повернулась к нему. — Да, кошмар. Мне надо домой, а то я уже засыпаю, — я нервно усмехнулась.

— Я провожу, — Доминик уже начал подниматься, но я остановила его.

— Не нужно, — думай! Думай! Думай! — Тимьян сказал, что встретит меня. Езжай домой, тебе тоже нужен отдых.

И я поскорее смылась, даже не услышав ответ на свое вранье. Ну, а что мне нужно было сделать? Сказать правду? Нет! Конечно, я почти сразу поняла, что имеет в виду Тимьян. Проклятие начинает брать верх и он боится сорваться. А кто может помочь? Правильно — я!

Я пулей вылетела из здания и, вскарабкавшись по трубе, выскочила на крышу. Теперь вопрос: где его искать? Я не знаю, где он живет. Вряд ли он пойдет ко мне домой. Ну же! Соображай! Есть! Я почти счастливо улыбнулась и побежала в тот переулок, где мы впервые встретились.

На дорогу ушло чуть больше пяти минут. Я стояла на краю крыши и осматривала улочку. Было так темно, что я еле видела собственные ладони. Я хотела уже спуститься, как меня оглушил душераздирающий крик, доносящийся снизу. Он был полон страданий и отчаяния. Я мгновенно кинулась к трубе и через пять секунд уже твердо стояла на ногах.

В углу кто-то задыхался. И я точно знала кто.

— Тимьян…

В темноте тут же загорелись два красных глаза и маленький огонек повис над нашими головами, освещая наш угол.

— Ты пришла, — еле улыбнулся огневик и снова зажмурился, сжимая руками воротник рубашки. На его лбу блестела испарина, а на лице застыла гримаса невыносимой боли.

— Что мне сделать? — в уголках глаз стали собираться слезы. Он так страдал. Это было невыносимо.

— Расскажи что-нибудь, — хрипло выдохнул он.

Я глупо хлопнула ресницами, смахивая слезы и начала говорить.

— Я стала хамелеоном в девять лет, а может и раньше, я уже не помню, — мой голос жутко дрожал, но я старалась говорить твердо и уверенно. — но я отлично помню, что тогда взяла мамин модный журнал. Сидела рассматривала картинки и одна модель привлекла мое внимание. Она была не такая как другие. Более живая, что-ли, естественная. У нее были рыжие кудрявые волосы и веснушки на лице. Помню, мне так захотелось быть похожей на нее. Я желала этого всем своим детским сердечком, — я усмехнулась, внимательно наблюдая за магом. Его глаза все еще были закрыты, но руки, сжимающие воротник рубашки, ослабли. Лицо разгладилось и гримаса боли исчезла. — а у меня в комнате, недалеко от кровати стоит зеркало и когда я проходила мимо него, заметила, что внешне я безумно похожа на ту девушку из журнала. Кстати с нее я и взяла облик Хамелеонки. Видел бы ты в какой я была панике. — Тимьян улыбнулся, все еще не открывая глаз. — Думала, мама убьет меня, если узнает, что я внешность сменила без ее разрешения.

Я замолчала. Взгляд не сходил с огневика и, когда он открыл глаза, я готова была упасть в обморок от облегчения.

— Поразительно, — шепнул Тимьян. — работает. Твое присутствие побеждает проклятие.

— Может объяснишь, что произошло? — он сел ровно, облокачиваясь о каменную стену.

— Мое проклятие основано на убийствах. Оно питается ими. И когда я не делаю этого, оно пытает меня. Приносит боль, как бы говоря, что пора убивать снова. Но ты, — он с благодарностью посмотрел мне в глаза. — усмирила его. Это невозможно, но ты сделала это.

— Видимо теория, что я — твое лекарство, оказалась верна, — я провела рукой по волосам и усмехнулась. — это не шутки. Проклятие очень страшное. Оно до жути пугает меня.

— Кстати, — спохватился огневик. — а как ты узнала, что мне нужна помощь?

— Погоди, — удивленно нахмурилась я. — ты же сам позвал меня.

— Я?

— Да, — я кивнула. — я уснула и во сне услышала, как ты зовешь меня и просишь помощи.

— Интересно, — протянул Тимьян и попытался подняться.

Я тут же подалась вперед, пытаясь помочь ему, но он немного грубовато отдернул руки и сказал, что справится сам. Обидно…