Позволишь?

Я не знал, куда себя деть, потому что сейчас та девушка, в которую я позволил себе влюбиться спустя два года после моего не совсем удачного опыта, лежала с маской на лице, которая позволяла ей дышать и не приходила в себя. Марго также находилась рядом с ней, она плакала, и одновременно успокаивала подругу, а я был как в тумане... но это только внешне, внутри мои эмоции были смешаны и только изредка звуки мигалок мешали мне погрузиться в собственные мысли.

— Все будет хорошо.

Произнесла Марго, закрывая глаза.

— Да. Не знаешь, что с ней могло случиться?

— Правда не знаю... Глеб... она... она лежала на полу и не приходила в себя, хотя я... я кричала и дергала ее за плечи. — девушка снова заплакала, закрыв глаза ладонью.

— Все с ней будет хорошо, Марго. Надя не может так подло бросить нас.

— Да. Ты чертовски прав...

Брюнетка вытерла слезы, которые шли из ее глаз, не переставая и шумно выдохнула, а я взял Надю за руку, ее ладонь была теплой и мне резко захотелось прикоснуться и к ее губам, проверить, а теплые ли они...

Боже, о чем я думаю...

Я встряхнул головой и продолжил гладить ее косточку на изящной ладони, как вдруг, я заметил легкое движение ее пальцев. Надя как будто начала приходить в себя, как тогда в машине и в голове сразу вспыли слова того врача.

...и если в этот момент стресса с ней рядом будет находиться знакомый или близкий человек, то она может неосознанно приходить в свое нормальное состояние...

И заодно идиота Кирилла.

...план Ангелины был вовсе и нее, а как раз Нади...

Конечно, Ангелина и Надя были похожи как две капли воды, к тому же еще то фото, где они обнимались, точно напоминая со стороны двух близких сестер. Но по сей день, я думаю, что слова Кирилла по поводу плана были брехней, потому что мне хотелось верить Наде и я чувствовал, что она мне не врет. Рука девушки снова зашевелилась, я погладил ее и приговорил тихо.

— Тише, малыш, тише...

Далее мы уже ехали в тишине, если не считать звук сирены, и дороги за пределами этой машины. На секунду я словил себя на мысли, что чертовски боюсь вот так просто расстаться с Надей, и да, вам может показаться, что я вот так безосновательно привязался к ней и нас ничего не связывает, кроме того поцелуя, ну точнее нескольких, но нет я ощущал по отношению к этой девушке безумную тягу, и виноваты в этом были вовсе не ее глаза цвета всего самого красивого и чистого в этом мире... я про невидимую связь, которую, разумеется никто не видел, кроме нас.

***

— Доктор, она же прийдет в себя?

Немного замявшись, но все также серьезным тоном спросила Марго у мужчины со слегка смуглой кожей, который что-то стоял и записывал на листе бумаги.

— Да. Дайте ей пару часов и лекарства подействуют.

— Окей...

Я же сидел возле нее и продолжал гладить ее руку, буравя взглядом. Почему-то мне казалось, что она почувствует его и проснется, но нет... чуда не произошло, и вскоре Марго поспешила удалиться из палаты, сославшись на плохое самочувствие, а я остался со своей любовью один на один.

Сейчас она расслабленно лежала на кровати белого цвета, к ней было подключено множество трубок, но Надя все равно выглядела бесподобно. Да, даже в таком состоянии. Вы можете, назвать меня идиотом, ведь я стою и рассматриваю девушку, в которую влюблён, находящуюся в отключке, но я просто не могу с собой ничего поделать. Неожиданно в тихой комнате, в которой кажется были слышны некоторые шумы, доходящие из коридора больницы, сквозь щели в двери, раздался достаточно громкий звук оповещения, нахмурив лоб, я подошел к своему телефону и разблокировал его. Мне писал Гоша.

Гоша: Брат, я хз, как тебе это объяснить, но мне надо с тобой срочно съездить в салон свадебных платьев...

Глеб: Ты и Марго?

Сразу раскусил его я. В голове сразу вспыли моменты репетиций, когда Гоша приставал в Марго, а та била его стойкой от микрофона.

Гоша: Блин да... фиговый из меня секретный агент...(

Глеб: Это точно. Я в принципе согласен, но пока Надя не прийдет в себя, я не отойду от нее.

Гоша: Надя без сознания? Погоди, снова?

Глеб: Да... на этот раз никто не знает, что с ней случилось, но кажется, у меня есть подозрения на Кирилла.

Гоша: Таак, уже интересно.

Глеб: Мне кажется, что его появление было спланированным, сначала он заявился в нашу студию и довел Надю до истерики, она заболела, да и я тоже. А потом он появился во второй раз, но уже у меня дома и как раз в то время, когда с Надей что-то происходило.

Гоша: Да, это выглядит крайне подозрительно.

Глеб: А я про что... а после нашего с ним странного разговора, я услышал мигалку скорой, вышел и увидел Надю...

Гоша: Ты сильно переживаешь за нее?

Глеб: Если будет необходимо, я отдам за нее жизнь. Это достаточно сильное переживание?

Гоша: Как ты... гордо заявил. Ну оснований не верить тебе у меня нет, потому что я знаю, на что ты шел ради Гели.

Глеб: Не упоминай ее имя.

Гоша: Прости, бро( Ладно, как Надя прийдет в себя, напиши пожалуйста, потому что мне срочно надо решить вопрос с платьем.

Глеб: Окей...

Я заблокировал телефон и сев рядом с девушкой, тихо выдохнул.

Я и правда был готов пожертвовать своей жизнью ради этой девушки...

Ухмыльнувшись собственной мысли, я подошел к окну, возле него я провел Бог знает, сколько времени, просто потому что стоял и залипал на вид, открывавшийся из него. Осень почти покидала город, оставляя после себя редкий, порывистый ветер и дожди, теперь нужно было ждать холод и снег. Я улыбнулся, ведь я родился зимой и хотелось бы отпраздновать свой праздник с Надей...

***

— Глеб...

Совсем хриплым голосом, проговорила Надя. Я сразу же бросился к ней и смог удержать ее от больного падения на кровать. Я взял ее лицо в свои ладони, оно просто горело.

— Господи, малыш... ты... кто с тобой это сделал?

— Ты назвал меня «малышом»?

Надя улыбнулась, а внутри меня снова все ожило.

— Да. Потому что... блин, да нафиг мне что-то объяснять, ты прекрасно знаешь, что у меня есть чувства к тебе и поверь я накажу того, кто с тобой это сделал.

Я боялся произнести, что люблю ее... вдруг снова ошибусь.

— Я же просто заболела, как и ты.

— Но я жив и не упал в обморок. — я закашлял, виня во всем открытую форточку в окне.

Далее я все же отпустил ее лицо и помог прилечь, ведь понимал, какую слабость она сейчас ощущала, и дождавшись, когда Надя ляжет, я взял ее руку в свою, как и несколькими часами ранее, а затем задал вопрос.

— Расскажи мне, что случилось за последние двадцать четыре часа.

— Нуу, я проснулась с температурой, кажется, пошла поверять квартиру, потому что в ней было тихо, а потом пришла моя сестра.

— Так.

— Ангелина. Мы... мы давно с ней не виделись.

— Так все-таки это правда...

Я выдохнул эти слова из своей груди, захватив еще и воздух.

— Что-то не так?

— Нет, малыш, все хорошо, рассказывай дальше.

Она заправила прядь волос за ухо и продолжила говорить.

— Мы немного посидели, попили чай и потом я отрубилась.

— То есть, это она тебе что-то подсыпала?

— Ну это же моя родная сестра... она не могла. Может это болезнь так подействовала на меня.

— Не знаю. Но мы забрали твою кровь на анализы, пока ты спала.

— Я все равно не верю, в то, что это сделала она.

В голове сразу пробежал флешбэк с Ангелиной, которая мастерски вертела мной, играя на моих же чувствах. Я вкрадчиво посмотрел в глаза ее сестры, в которых кажется отражалась любовь ко всему живому, чего не скажешь про мой взгляд.

— Иногда, Надь, люди прикидываются теми, кем не являются... увы.

— Ты прав.

Дверь открылась и в помещение вошла Марго, заметив, что Надя очнулась, она выдохнула и побежала к ней, чтобы обнять.

— Господи... я думала, уже все. Некому будет ставить танцевальный номер на мою свадьбу.

— Прости, что?

Наши с Надей взгляды встретились, и мы оба не понимали, что тут происходит, но в моей голове вспомнился эпизод про платье и Гошу.

— Рассказывай, кому так не повезло?

Я решил, что надо позвонить другу и все выяснить, и на прощание все же сделал то, о чем так долго мечтал. Я поцеловал Надю, но на этот раз этот поцелуй был очень медленным и по-настоящему романтичным. Отстранившись от нее, я заметила в ее взгляде «Хочу еще», но щелкнув ее по носу я ушел из палаты.

***

— Гош, тебя спалили.

Плюхнувшись на неудобный стул, произнес я, далее привычно положил одну ногу на другую, и вспомнил, что так сидел Кирилл. Пришлось экстренно поменять положение ног.

— Да блин...

В голосе друга было слышно искренняя печаль.

— Это, кстати, сделала твоя Марго, так что... можешь оставить ее без платья.

— Ну уж нет, — он хихикнул, — я куплю ей самое офигенное платье.

— Прости, а почему вы вообще решили сыграть свадьбу? У тебя к ней чувства?

— Пфф, нет. Мы просто забились на спор, вот я и загадал по приколу, что поженюсь на ней.

— Гош, ты идиот.

— Я в курсе.

Мы оба прыснули со смеху, я уже начал представлять, как мой друг будет выглядеть в костюме, учитывая еще его цвет волос и прическу... это будет атас.

— А там, музыка, гости, что-нибудь из этого будет?

— Хмм... если честно я не думал. Это же просто фейковая свадьба.

— Ну знаешь, иногда, где фейк, там и любовь.

На моих губах снова появилась улыбка. Она вообще не сходила с них с тех пор, как Надя пришла в себя. И кажется, в моей душе заранее началась весна. Неожиданно для себя, ко мне подошла незнакомая мне девушка, я попросил друга повисеть на линии и прислушался к незнакомке.

— Да?

— Извините, а это вы из Night?

— Я был там, но теперь у меня снова группа.

— I'm broken but not broken!

Девушка изобразила игру на воображаемой гитаре, а я даже открыл рот от удивления. Я впервые встретил своего фаната... это не могло не радовать.

— Да-да, все именно так. Сейчас я организовал новую группу. Название пока в разработке.

— Как круто! — кажется девушка засияла еще больше. — А можно автограф?

— Ох... — я замялся, ведь никогда их не давал и поэтому, взяв листочек из рук этой дамы, нарисовал первое, что прийдет в голову. Так и получился знак вопроса, заключенный в ромб.

— Интересный автограф... а что он значит?

Девушка все не унималась, а я уже пожалел, что признался ей, что это и я правда тот чел из какой-то там рок-группы. Пришлось и это придумывать на ходу.

— Это значит, что вся наша жизнь под вопросом, но ты всегда найдёшь на них ответы, когда она закончится.

— Вау...

Я услышал, как в трубке телефона истерически заржал Гоша, и сам еле сдержал смех. Девушка, видимо, обратила внимание на мой телефон и поэтому еще раз выразив восхищение, поспешила удалиться в неизвестном мне направлении, в я вернулся к другу.

— Да не ржи ты.

— Да боже. Как тут не ржать? — Гоша уже начал кашлять от смеха, я же сидел и рассматривал всех присутствующих в больнице с малым интересом. Пара дедов, несколько бабушек и конечно молодые медсестры. Скукота. — Как ты там сказанул? Вся наша жизнь под вопросом?

И он заржал с новой силой, теперь и я не смог сдержаться от смеха. Со стороны я выглядел крайне комично, представьте, в больнице, куда многие приезжают, чтобы решить проблемы со здоровьем, а тут прямо возле палаты сидит молодой парень и ржет как конь. Мне было и стыдно, и пофиг на все одновременно, я же в конце концов крутой гитарист. Но весело мне было ровно до того момента, как мне не позвонила Анфиса. Пришлось взять трубку.

— Анфис? С тобой все хорошо?

Мой голос стал несколько жестче, но все также в нем прослеживались нотки хорошего настроения.

— Да. Все окей, не поверишь, мне только что звонила Марго и спрашивала что-то про похищение. У вас там прикол такой что ли?

— Нет, просто тебя якобы похитили, но скорее всего это просто был отвлекающий маневр. Вот только зачем...

— Не знаю, Глеб. — на фоне у сестры послышались мужские голоса и звук закрытия или открытия двери.

— Ты, кстати, там готовишься к экзаменам?

— Да.

— Честно?

— Кристально. Я не хочу подвести тебя... снова.

— Хорошо, если приеду в Москву когда-нибудь, так уж и быть, погуляем и отдохнешь от своей учебы.

— Окей. Спасибо, Глеб. Жду тебя и Надю.

— Что? Откуда ты...?

Я только возмутился, как моя сестра шустро сбросила звонок.

Сто процентов Марго слила всю информацию...

Кстати, о ней, может уже стоит вернуться в палату? Я начал вставать с этого чертовски неудобного сидения, спинка которого больно врезалась мне в спину, и, наверное, даже поцарапала ее, и заметил, как в сторону палаты Нади начал подходить ее лечащий врач. Я узнал его смуглой коже и бейджику на белоснежном халате, которых я всегда боялся.

В.А. Григорьев

Он заметил мой силуэт и первым зашел внутрь, я уже не улыбался, потому как после разговора с сестрой немного напрягся. Я продолжал чувствовать подставу со стороны Кирилла, а вдруг во всей этой каше была замешана и Ангелина... не то, чтобы меня интересовала ее жизнь, но она как никак связана с Надей, а это значит, что мне надо обезопасить и одну, и другую.

Пока врач снимал свое оборудование с шеи, и садился на стул рядом с Надей, я аккуратно прислонился к стене, но поддерживал зрительный контакт с девушкой. Марго же подсела прямо возле кровати Нади и держала ее за руку, повторяя тем самым мои действия несколько часов назад. И вот, момент истины! Мы все ждали, что врач, на лице которого была легкая улыбочка весело объявит о выписке Нади, но он просто огорошил нас, сказав.

— Надя, вы больше не сможете танцевать.

Если до этого Надя улыбалась, то сейчас эта улыбка была очень истеричной, я ощущал, как ее удивили слова доктора, но она была не из тех, кто сдается, поэтому задала мужчине встречный вопрос.

— Почему?

— Этот ваш обморок — это действие снотворного, но в связи с вашей старой травмой, у вас случилось обострение болезни..., и я вам советую, прекратить танцевать, потому как никто не знает, что случится после третьего обморока.

— Но я... я не могу. И почему вы думаете, что я потеряю сознание и в третий раз?

И тут она подняла свои заплаканные глаза на меня. Я пытался держать и заодно держать лицо, но черт... как же мне было больно видеть ее такой... беззащитной.

— А может танцы заменить на спорт в ограниченных количествах?

— Спорт — это неплохо, и я даже могу вам разрешить им заниматься.

— Но тогда, чем танцы отличаются от спорта? Там ведь все то же самое.

Надя изобразила одно из своих любимых движений, как вдруг ее тело отреагировало на это, произведя спазм. Она согнулась пополам, и я уже хотел подбежать к ней и помочь, но это важное дело на себя взяла Марго, она чуть сильнее сжала ладонь Нади и помассировала ей спину свободной ладонью.

— Вот, Надя. И такое с вами может происходит постоянно, если вы и дальше будете танцевать.

— Но я... я просто не могу не танцевать. Я же больше ничего не умею. — слезы все-таки потекли из ее глаз.

— Доктор, а может всё-таки есть шанс, что она сможет танцевать, как и прежде? Но только после продолжительной реабилитации.

Тут уже вмешался я.

— Все может быть, но пока я советую ей не танцевать.

Было ответом нам и после этого, мужчина, наверное, понял, что данная новость просто уничтожила Надю, поэтому поднялся со стула и вышел из палаты, оставив нас втроем в полной тишине. Я за секунду подошел к Наде и обнял ее, она же вцепилась в меня, как в последний островок надежды, я гладил ее по спине, она плакала, тем самым освобождая себя от этих эмоций, а я пытался забрать ее боль, ведь именно так поступают, те кто любят...

— Не переживай, малыш, ты будешь танцевать. Все пройдёт.

За окном громыхнуло, и кажется, даже погода была не на нашей стороне. Далее последовал следующий звук, мелкие капли били по подоконнику, ведь окно было открыто и услышав это, Марго закрыла его, тем самым отгородив нас от излишнего шума. Я все также гладил Надю по спине, проговаривая в голове.

Ты будешь танцевать...

***

— Ну это так се, да?

— Да. Такое себе.

Мы уже битый час ходили по этому салону с платьями, и как два истинных мужика ничего не понимали... нам, конечно, помогали с выбором, что-то советовали, но все это было ни о чем, ровно до того момента, как Гоша не замер как вкопанный напротив одного платья. Я медленно подошел к нему, передвигаясь по белому полу, в котором даже можно было рассмотреть себя, используя как зеркало, и присоединился к другу.

— Красивое...

Мечтательно произнес он, а я мысленно подтвердил его слова. Платье и правда было очень красивым, пускай даже и коротким, но кажется, эту длину компенсировали объемные юбка и рукава.

— Ой, эта модель у нас нарасхват. Какой-то модный дизайнер из Москвы. — пролепетала нам девушка-консультант, очевидно заметив, как мы оба залипли на эту вещицу, а далее она нажала на, непонятно откуда взявшийся пульт и на платье появилось очень много белых огоньков, мне кажется, каждый человек видел в них то, что хотел видеть, либо что его беспокоило. Я повернул голову на Гошу, он стоял с огоньком в глазах и, наверное, уже представлял, как это платье будет смотреться на Марго, а я... я увидел в этих огоньках звездное небо. Да, так банально.

— Оно чудесно... самое то для Марго.

— Да?

— Да. Она же такая... утонченная и звездная.

Я снова повернулся к другу, изогнув бровь.

— А свадьба точно фейковая?

— Да, разумеется.

— Ну смотри... жених звездный ты наш.

Мы оба засмеялись и события после этого созерцания великого как-то ускорились. Пока Гоша расплачивался за платье, которое мы, кстати, взяли на прокат, я отвечал на сообщение от Николая, тот интересовался, что у нас с репетицией.

Николай: Ну так че?

Глеб: Я думаю, сейчас заедем на студию, вы там?

Николай: Да, я вместе с Эдом, а вы так понимаю, с Гошей приедете, а как же Марго?

Глеб: Марго с Надей. Ей нужна ее помощь.

Николай: А, окей, понимаю) Тогда ждем, устроим тут тыр-пыр-дрррр.

Глеб: А вы точно там без нас не начали уже?

Николай: Разумеется нет!) Как можно начинать без вожака стаи?

— Все. Погнали.

Как-то неожиданно себя объявил Гоша, шумя пакетами, прямо перед моим носом. Мы отправились на выход и мне позвонили, я закатил глаза и заодно застегнул пальто. Да после того, как я признался сам себе в чувствах к Наде, я как будто снова начал замерзать. Гоша даже стал шутить, что мол я ожил.

— Да?

— Глеб Антонович?

— Да, это я.

Я посмотрел на Гошу, который уже забрасывал пакет с платьем в багажник моего автомобиля, который я по пути открыл для него и жестами объяснил ему, кто мне звонит, он показал мол «меня нет» и быстрым шагом запрыгнул в салон. Я же остался один на улице, на которой вовсю разбушевался ветер.

— Глеб, скажите, а почему вы не посещаете наш университет?

— Дело в том, что я переезжал, — начал врать я, — и совсем забегался, но сейчас я планирую снова ходить на лекции.

— Вот как раз по этому поводу мы вам и звоним. Вы отчислены за долгое отсутствие на лекциях. Приезжайте к нам и подпишите документы, и мы отдадим вам ваши. Всего доброго.

— Но я...

В трубке были слышны гудки. Я опустил телефон и закрыл глаза. Получается, фиговый я мотиватор, раз меня самого отчислили за прогулы, а еще ведь на сестру наезжал... вот я олень, конечно. Я почувствовал, как в моих жилах закипела кровь.

Я должен сыграть на гитаре...

Очень ловко я оказался на месте водителя. Щелк. И пристегнув ремень безопасности, повез нас с Гошей на студию.

— Ой, че там тебе сказали, что ты так с места газанул.

— Меня отчислили.

— Ну и хрен с ними, ты все равно музыкант, а не журналист.

— Ага... хрен с ними.

Теперь перед моими глазами была пелена, очень злая пелена, я рвал и метал, конечно, внутренне, как всегда. Внешне я не выдавал никаких признаков злости, разве что только мои пальцы, активно стучащие по рулю.

— А может радио послушаем? А то ты сейчас дырку на руле пробьешь своими пальцами.

— Гош...

— Не лови бесяку. Врубай музло.

Я закатил глаза.

— А еще Питерская интеллигенция....

Выпустил я воздух вместе со словами, по лобовому стеклу пошел дождь, я включил дворники и заодно радио, которое так активно просил друг.

— Какое совпадение...

По радио играла наша единственная песня, которую пустили в ротацию по радио. Злость стала нарастать, напоминая снежный ком. Огромный такой, размером с воздушный шар.

I'm broken but not broken,

Why are you carrying all this nonsense?

No one is waiting for you and me,

Probably just hopelessness

***

Стоило только мне доехать до нужного места, как я практически выскочил из машины и врываясь в здание, сбросил с себя пальто. Мне присутствующие в помещении замерли в ожидании, что же будет дальше, но как только Эд с Николаем заметили, что я уже надел гитару, привычно поставив ногу на кахон, повторили мое действие. Я только хотел провести по своей малышке рукой, очень горячей руку, как в студию забежал Гоша со свадебным платьем в руках. Все вопросительно посмотрели на него, а он, отмахнувшись ответил.

— Все ок. Давайте потом расскажу.

После своих слов, он в отличие от меня аккуратно снял пальто, наверное, боясь его испачкать, ведь оно было светло-молочного оттенка. Ни в какое сравнение с моей, любимой черной вещью. И присоединился к нам, Гоша встал за свой синтезатор и дав команду парням, мы начали играть, а я и заодно освобождал себя от агрессии привычным мне способом.

Вскоре, в некогда тихом помещении, проревел настоящий концерт, и возглавлял его, конечно я... ну или мои эмоции.

I tried so hard,

And got so far,

But in the end!

It doesn't even matter,

I had to fall,

To lose it all,

But in the end,

It doesn't even matter!

***

— Я сейчас поеду к Надюхе твоей, но только не бей, я еду к ней показать платье.

— Сфоткать не судьба?

— Че злой такой?

Я стоял в непонятном мне магазине с игрушками, и Бог знает, как меня сюда вообще занесло... и приложив телефон к уху, общался с Гошей. На фоне играла ненавязчивая музыка, а я все слушал и слушал галдеж друга.

— Обычный.

— Скорее истеричный. Короче, я поехал, а ты догоняй, если время будет.

— Окей.

А будет ли у меня время? Сегодня мне надо было забрать документы из универа, на который я благополучно забил и сообщить об этом отцу, что-то мне подсказывает, что он одобрит мой выбор, ведь в молодости он и сам был отвязным рокером. Вспомнив один из его рассказов, я улыбнулся, отошел от стенда с плюшевыми игрушками и покинул магазин. На улице снова шел дождь, но мне было все равно, ведь я был на машине.

Быстрым движением одной руки я завел своего железного коня и только хотел тронуться с места и поехать прямиком в ад, как увидел на своем телефоне непрочитанное смс от неизвестного номера.

А я случаем не заблокировал его тогда?

Неизвестный номер: Ждешь свои двадцать семь?

— Чего нахрен? Надо бы уже давно пробить этот идиотский номер, чтобы он не портил жизнь, ни мне, ни Наде.

Кстати, о ней, интересно, как она себя чувствует после той новости... да, мы, разумеется, с ней общаемся и достаточно часто, но за эту неделю она ни разу не согласилась погулять со мной, ссылаясь на вечную грусть и печаль.

Мне было непривычно и больно видеть ее в таком состоянии, так что я совершенно точно определил для себя, что после ада, мне нужен будет рай, и желательно с Надей.

***

— Глеб, у вас еще есть возможность восстановиться, может подумаете?

Я недовольно хмыкнул, да так что пирсинг на моей нижней губе слегка пошатнулся.

— Кажется, по телефону вы мне четко дали понять, что это жирная точка.

— Да... но тогда вам звонила другая девушка, а я предлагаю дополнительный вариант. — томно произнесла девушка.

В комнатушке была только эта девушка и я уже с порога понял, что тут какая-то подстава...

— Так. Я пошел. До свидания.

Я резко поднялся со стула, кстати такого же неудобного, как и в больнице. Плюс одна причина, почему я редко посещал сие заведение, и направился в сторону выхода, теперь меня здесь ничего не удерживало от начала моей музыкальной карьеры... или все-таки удерживало.

***

Дорога до... Надо заняла у меня чуть меньше часа, спасибо пробкам, но я даже не заметил, как быстро прошло это время, ведь ехал к ней в отличнейшем настроении. За окном все также шел дождь и с деревьев падали последние оранжевые листья, и кажется, я уже даже видел первый снег.

Проезжая мимо кофейни, где я проработал некоторое количество лет, я вспомнил, что вообще-то оставил там свой блокнот с текстами будущих песен. Аккуратно припарковавшись вдоль дороги, я вошел в до боли знакомое место, где вовсю проходил рабочий день.

На фоне играла ненавязчивая музыка, а за баром уже находился другой бариста, и я, недолго думая, пошел в его сторону.

— Привет, дружище. Я тут работал и однажды оставил свой блокнот на барной стойке, не находил случаем?

Парень приветственно кивнул мне, задумался и опустился, чтобы проверить.

— Вот... что-то есть. Это он?

Он передал мне черный блокнот, я же взял его и открыл, в глаза сразу бросились строчки из песни, там я упоминал Надю и, кажется, это были в тот момент, когда мы с ней поругались. Ухмыльнувшись, я приподнялся со стула, на котором так любил залипать Гоша и поблагодарив молодого парня, покинул уютную кофейню. Стоило мне только закрыть высокую, стеклянную дверь, как звук за секунду изолировался от меня, просто чудо, а не дверь...

Дойдя до машины буквально пару шагов, мой взгляд зацепила собака, я сразу же вспомнил, как выгуливал их и уже успел соскучиться по этому делу... незаметно для себя, я положил руки на крышу автомобиля и начал наблюдать за хаски.

Милый песик...

И как жаль, что Надя боится собак...

Выдохнув достаточно большое количество воздуха, я вернулся в теплый салон и поехал к дому Марго, а вернее к себе домой.

— Как раз зайду к себе и переоденусь.

Да несмотря на то, что я был «на колесах», я все же немного промок под дождем, перебегая от машины к универу, и у меня вообще сложилось такое ощущение, что природа плачет, расставаясь с людьми.

А снег тоже что ли плачет? Глеб, что ты несешь... господи.

Я быстрым и уверенным шагом вошел в парадную и проследовал на нужный этаж, а далее все происходило быстро. Под ненавязчивый свист, я посетил спальню, взяв из шкафа черное худи и кеды такого же оттенка, и довольный покинул квартиру. На мокрые волосы я решил забить, к тому же однажды Надя упоминала, что мне такое идет, грех не воспользоваться таким козырем.

Захватив на выходе свое пальто, я перешел в соседний дом и поднялся теперь уже на пятый этаж, дверь мне открыла Надя с улыбкой на лице.

Хорошее начало...!

Нам даже не было смысла приветствовать друг друга, потому что я всеми фибрами души ощущал, что она рада меня видеть, ровно, как и я ее. Неожиданно в мои ноги бросилась собака и я, не сдержавшись, нагнулся к ней, чтобы погладить за ушком, и тут я осознал, что это же собака Марго.

Блин... точно, я же к Марго пришел...

Это я, кстати, понял не только по... Асель, кажется, но и по крикам ее хозяйки из комнаты, находящейся рядом с кухней, а когда прошел чуть дальше коридора, то заметил, как Марго бьет Гошу по голове тапком, а тот хватает ее за ногу и кусает. Посмеявшись, я закрыл дверь, и мы с Надей проследовали на кухню.

— Вероятно они репетируют свадебные конкурсы.

— Это точно.

Девушка стояла лицом ко мне, облокотившись о край столешницы, точно статуя, до которой ни при каких обстоятельствах нельзя было дотронуться, но я все же позволил себе некоторые действия. Я подошел к ней чуть ближе, и теперь наше дыхание стало единым, убрал выбившуюся прядь ее волос за ухо, Надя улыбнулась, а я быстрым и ловким движением поднял ее и посадил на столешницу. Она засмеялась еще громче.

— Так вроде не март, чего ты начинаешь-то?

— Я так по тебе скучал...

— Это все взаимно.

Она обхватила меня ногами и запустила свою руку в мои волосы.

— Помыл или с улицы?

— Надя блин... твои вопросы абсурднее, чем драка этих двоих. — я кивком указала на соседнею комнату, а блондинка снова засмеялась и потянулась ко мне за поцелуем. Я конечно же, принял его и сам углубил, но кажется никто не был против.

Мне казалось, что с каждым разом, наши поцелуи становились все откровеннее и откровеннее, потому что сейчас я неосознанно провел рукой по ее бедру, от чего девушка вздохнула, на секунду оторвавшись от моих губ и произнесла.

— Рано, Глеб.

Я устало посмотрел на нее и убрал руку.

— А я смотрю, вы время зря не теряете.

Прозвенел позади меня звонкий голос Марго, пришлось спустить Надю со столешницы на пол и поприветствовать этих двоих, но это все было внешне, внутри же я хотел продолжения, я посмотрел на Надю и прокрутил ее недавно сказанные слова в голое еще раз.

Рано, Глеб...

А может она и права.

Я сломан, но не сломлен

Строчки из песни Night — Hopelessness

Строчки из песни Linkin Park — In the end