Гонщик

Мы шли молча. Просто рядом. Город подсвечивался фонарями, машины редкие, прохожих почти не было — идеальное время, чтобы не притворяться.

Полина шла чуть впереди. Цветы она не отпускала — держала аккуратно, как что-то важное. Иногда смотрела в сторону, потом на меня. И снова тишина.

— Ты часто так исчезаешь? — вдруг спросила она.

— Не люблю быть на виду, — честно сказал я. — Особенно там, где всё слишком правильно.

— А я, по-твоему, «слишком правильно»?

— Нет. — Я усмехнулся. — Ты — исключение. Ты танцуешь, как будто внутри пожар. Это не «правильно». Это сильно.

Она улыбнулась — почти застенчиво.

— Спасибо, — прошептала. — Я просто пытаюсь не сойти с ума. Танцы — это мой способ дышать. Дома... не всё просто.

Я повернулся к ней. Она смотрела вперёд, голос стал чуть глуше:

— Отчим срывается. Часто. Кричит, винит в чём-то. Мама старается, но... я вижу, как она устала. И вот тогда я просто надеваю наушники и двигаюсь. Чтобы всё это не вылилось наружу.

— Знаешь, — сказал я после паузы. — У нас с тобой больше общего, чем кажется.

— В смысле?

— Я тоже не живу с отцом. У меня, может, и тачка, и гонки, и деньги на кармане. Но это не моя жизнь. Я за неё плачу. Каждую ночь. Когда сажусь за руль, как на войну.

Она остановилась. Посмотрела прямо в глаза. Я даже не сразу понял — какое у неё серьёзное выражение.

— Ты не выглядишь, как парень, которому больно. А теперь вижу — ты просто хорошо научился это прятать.

— А ты... научилась видеть.

Она улыбнулась. На этот раз мягко. По-доброму. Без фальши.

— Мне с тобой спокойно, — тихо сказала она. — Это странно, но... спокойно.

Я хотел что-то ответить, но в этот момент её рука сама нашла мою. Она не держала её крепко — просто касание. Но оно будто пробило током.

— Пошли дальше? — спросила она, не отпуская.

— Куда скажешь, Полина.

И мы пошли. Медленно. Без плана. Просто вдвоём.
Потому что иногда этого достаточно, чтобы ночь стала важной.

⸻