В Цзянху повсюду удивительно

— Хорошо, расскажи матери, что он сделал, — настаивала госпожа Шэнь. — Что он с тобой сделал?

На самом деле он ничего не сделал… Шэнь Цяньлин хорошенько подумал. Он просто насильно удерживал его на дереве, только и всего! Но какой дурак скажет правду? Поэтому «король экрана» Шэнь выжал из себя слезинки и ничего не ответил, только лицо наполнилось обидой.

Сердце госпожи Шэнь было разбито. Повернувшись, она влепила Шэнь Цяньфэну затрещину.

— … — Шэнь Цянь Лин.

Это… Мама, у тебя не очень хорошее зрение? Это не тот человек!

Шэнь Цяньфэн тоже был потрясен: — Меня-то за что?

— Осмелишься перечить? — подняла брови госпожа Шэнь.

— Не смею, — тут же ответил Шэнь Цяньфэн.

— Каждый раз, когда они с Шаоюем вместе, я не знаю, что еще может случиться, — сердито сказала госпожа Шэнь. — Но с меня хватит! Если в следующий раз Лин-эра снова будут обижать, ты отправишься в храм предков, триста раз переписывать наставления предков, стоя на коленях.

Шэнь Цяньлин сочувственно глянул на своего старшего брата. Это же насколько нужно быть одаренным, чтобы получить пулю даже лежа.

— Почему мать не наказывает Шаоля? — попытался перенести губительную воду* Шэнь Цяньфэн. — Он уже почти сын семьи Шэнь.

*п/п: Наш вариант «перевести стрелки». Губительная вода (женская стихия, которая зальёт мужскую — огонь).

— Если сейчас его наказать, в будущем, когда Лин-эр выйдет за него замуж, он на нем отыграется. Как я могу так поступить? — возразила госпожа Шэнь. — Если ты хочешь быть приданым, я обещаю подумать.

Шэнь Цяньфэн успешно задохнулся и был вынужден признать жестокую реальность: — Я найду возможность напомнить Шаоюю о внимании.

— Собираешься отложить это на потом? — пристально глянула на него госпожа Шэнь. — Иди сейчас, мне нужно кое-что сказать Лин-эру наедине.

Незачем так явно демонстрировать презрение! Молодой мастер Шэнь глубоко опечалился и ушел, забрав с собой Бао Доу.

— О чем хотела поговорить матушка? — полюбопытствовал Шэнь Цяньлин.

Госпожа Шэнь с очень серьезным видом закрыла дверь.

Шэнь Цяньлин вдруг напрягся и одновременно слегка заволновался. Что это за исключительно важный вопрос?

Карта сокровищ? Редкие книги Улинь? Шокирующие тайны, глубоко спрятанные в богатой усадьбе? Так волнующе, стоит только подумать!

Столкнувшись с подобными сплетнями, нельзя не потирать руки в возбуждении.

В итоге он услышал как его мать шепчет: — Шаоюй не делал с тобой ничего такого?

…

Шэнь Цяньлин настолько смутился, что повалился на кровать.

А-а-а-а-а, раздражает!

— Скажи своей маме, — госпожа Шэнь потянула его за руки.

— Да ничего он не сделал, — прикинулся дурачком Шэнь Цяньлин. Несмотря на то, что есть некая ситуация в животе, но это проблемы, оставшиеся от истории, и ко мне не имеют никакого отношения!

— Тогда почему ты плакал? — нахмурилась госпожа Шэнь.

Сказать о психологической травме, так его мать тоже не поймет. Шэнь Цяньлину пришлось слабо сказать: — Потому что дерево слишком высокое.

Неловко, как же неловко.

Очевидно, госпожа Шэнь ему не поверила: — Правда ничего не сделал?

— Конечно, — выражения лица Шэнь Цяньлина было невинным.

Они с матерью минутку смотрели друг на друга, потом она глубоко вздохнула.

Мозг Шэнь Цяньлина поплыл. Если я не ошибаюсь, выражение лица матери кажется разочарованным?

И что в этот такого разочаровывающего? Разве не нужно праздновать, если им не воспользовались? Что за потерянное выражение лица?

К тому же я ничуть не переживаю о замужестве!

Тьфу-тьфу, как грустно жениться!

— Съешь это, — госпожа Шэнь больше не допытывалась, а вручила ему фарфоровую бутылочку.

— Что это? — Шэнь Цяньлин взял, открыл ее, и высыпал на ладонь… увеличенную версию шоколадных шариков Мальтизерс.

— Это от твоего дяди, полезно для тела, — госпожа Шэнь поправила ему волосы. — На каждом шагу в обморок падаешь, как мать может не беспокоиться.

Услышав печаль в ее интонациях, Шэнь Цяньлин тоже ощутил некоторую вину. Если бы она знала, что он не ее родной сын, то скорей всего очень огорчилась.

— Съешь скорее, — поторопила госпожа Шэнь.

Шэнь Цяньлин послушно проглотил. Хотя странные штуки нельзя глотать так небрежно, поскольку они могут содержать в себе свинец, медь, и тяжелые металлы, но иногда съесть просто необходимо, тем более, что возвращение матери спокойствия, это своего рода компенсация.

Пилюля быстро растворилась во рту. И действительно… только похоже на Мальтизерс, совсем не сладкая! Скривившись, Шэнь Цяньлин закашлялся, рот наполнился горьковато-кислым вкусом.

— Отвратительный вкус, — он с трудом произнес эти два слова.

Раз у пилюли такой вкус, то зачем делать ее цвета шоколада? Алхимики, которые сбивают людей с толку — плохие алхимики!

— Это лекарство, а не сладости, естественно невкусно, — госпожу Шэнь насмешило его сморщенное лицо. — С этого момента, каждый месяц мать будет давать тебе лекарство, но помни, что никто не должен об этом знать.

— Включая отца? — удивился Шэнь Цяньлин. Что это еще за секреты?

— У твоего отца и дяди всегда были плохие отношения. Чем меньше он знает, тем лучше, — госпожа Шэнь помогла ему укрыться одеялом. — Чтобы Лин-эр был здоров, мама готова на все.

Глаза Шэнь Цяньлина потеплели, в носу защипало.

Оказывается мать так переживает.

— Маленький дурачок, — госпожа Шэнь ущипнула его за щеку. — Отдыхай. Мама подождет пока ты заснешь и уйдет.

Шэнь Цяньлин взял ее за руку и со спокойной душой закрыл глаза.

Должно быть из-за пилюли, он очень скоро крепко и сладко заснул, а затем проснулся уже на следующий день.

***

— Кхэ-кхэ! — Шэнь Цяньлин сидел на кровати и кашлял. — Бао Доу!

— Молодой господин, ты проснулся, — вбежал слуга.

— Что происходит снаружи? — недоумевал Шэнь Цяньлин. — Откуда такой вонючий дым?

— Наложница сказала, что второй молодой господин очарован духом лисицы, поэтому нашла колдуна, чтобы изгнать зло, — смутился Бао Доу.

…

Шэнь Цяньлин молча посочувствовал своему второму брату. Открыв после этого окно, он был поражен клубящимся дымом: — Обязательно колдовать у нас во дворе?

— Это не только у нас во дворе, — сказал Бао Доу. — От главного дома до бокового двора никого не осталось.

— И ни у кого нет претензий? — от едкого дыма у парня на глазах выступили слезы.

— Претензии конечно есть, но хозяин и госпожа ничего не сказали, а остальные не посмеют раздражать вторую наложницу, — объяснил Бао Доу. — Хозяин с женой ушли рано утром, старший господин отправился тренироваться на задний склон горы, второй молодой господин тоже сердится, так что во всей усадьбе теперь наложница самая старшая.

Во всем мире, когда злые бабы и городское управление объединяются, их боевой мощи достаточно, чтобы стереть само существование мироздания. Естественно, Шэнь Цяньлин не стал лезть в это дело. Умывшись, он вытащил Бао Доу за ворота, намереваясь по-тихому ускользнуть.

— Отступи, демон! — босоногий колдун как раз прыгал во дворе на одной ножке, размахивая факелом.

— … — Шэнь Цяньлин.

Колдун протараторил целую связку заклинаний, затем он одним прыжком оказался перед Шэнь Цяньлином, глядя прямо на него!

Король экрана Шэнь растерялся и его большие глаза уставились в маленькие глазки.

— Злой дух! — вдруг громко крикнул колдун и протянул руку, собираясь ущипнуть его за личико.

Шэнь Цяньлин втянул холодный воздух и инстинктивно поднял ногу, чтобы успеть пнуть до того, как его коснутся.

Точно на три цуня ниже пупка!

Очень точно!

— Смелая злобная тварь! — колдун сидел на земле, потрясая золотым колокольчиком. На небывало громкий звук очень скоро ворвались три или четыре рослых мужика, одетых в головные уборы из перьев.

— Дух демона уже привязался к этому человеку, скорее, стащите с него одежду! — приказал колдун.

Шэнь Цяньлин разъярился. Это же все равно, что самому искать смерти!

— Как смело! — Бао Доу, подбоченясь, поднял брови. — Осмелился назвать моего молодого господина злым духом, да тебе жить надоело!

Услышав слова «молодой господин», колдун явно остолбенел.

Шэнь Цяньлин холодно посмотрел на него: — Кто тут, говоришь, демон?

Будучи профессиональным актером, у него обязательно должна быть подобная уверенность в себе!

— Ты… Молодой господин Шэнь? Я… я…я… ошибся, надеюсь на великодушие, надеюсь на великодушие, — колдун был весь в холодном поту.

Лицо Шэнь Цяньлина все еще было холодным, но в душе он вздохнул с облегчением. Только что… ему показалось, что он может разглядеть его личность.

— Молодой господин, как ты хочешь его наказать? — спросил Бао Доу.

— Просто избавься от него, пусть катится отсюда, — Шэь Цяньлин повернулся обратно в комнату, с самого утра такая нервотрепка, все настроение испортили.

На крыше, Цинь Шаоюй смотрел на происходящее во дворе, и глаза его были полны нечитаемых эмоций.

При каждой проверке все идеально, что это может быть… неужели потеря памяти?

— Главарь, — шайка колдуна бежала без оглядки со двора. Один из них, все еще в страхе, спросил: — Столкнувшись с молодым господином семьи Шэнь, мы будем в порядке?

— Лучше срочно собрать вещи и уехать, денег тоже не стоит просить, — другой тоже запоздало испугался. — Я раньше думал, что смогу обмануть их на несколько монет, но кто бы стал выдергивать шерсть из головы тигра. На всем белом свете нет никого, кто бы не знал, что Шэнь Цяньлин — свет всей жизни главы Шэня. Спровоцируешь его, и счастливой жизни тебе не видать.

— Ладно-ладно, я придумаю, как с вами расплатиться, — досадовал главный колдун. Изначально он прославился в Цзянху как насильник, и в дальнейшем привлек внимание слишком многих, и злых и добрых людей, которые преследовали его, чтобы убить. Ему пришлось загримироваться и под чужеродной личиной шамана выманивать серебро. Благодаря своему красноречию, ему удалось приобрести известность. На этот раз, когда к нему явилась наложница семьи Шэнь, он подумал, что его ждет прибыльное дело. Откуда ему было знать, что как только он придет в усадьбу, то сразу столкнется с любезным слугой, который потянет его за собой и начнет расспрашивать с востока на запад, а также укажет дорогу, и расскажет, что во дворе впереди живет попавший в немилость наложник, скорей всего одержимый духом лисы. Решив воспользоваться подвернувшимся случаем, откуда он мог знать, что это окажется сокровище семьи Шэнь!

— Только попадись лао-цзы в следующий раз, я сниму с тебя шкуру! — все еще бранился колдун, выходя из усадьбы.

— Чью шкуру ты снимешь? — откуда-то сверху послышался мягкий смешок.

Как только колдун поднял голову, дротик стремительно вонзился ему меж бровей, вмиг лишив его жизни.

Остальные люди смертельно перепугались, понимая, что встретили мастера. Повернувшись, они побежали, спасая свои жизни.

Несколько темных теней выскользнули из леса, и не напрягаясь, легко сладили с этими людьми, связывая и бросая всех вместе.

— Хозяин дворца, — прошептал один из людей в черном. — Что будем с ними делать?

— Изнасилования, блуд, и грабежи закончились. Бросьте их на задний склон горы, на корм волкам, — ледяным тоном произнес Цинь Шаоюй, повернулся, и пошел вниз с горы.

— Молодой господин, нам все еще нужно выходить из дома? — в усадьбе, Бао Доу как раз спросил Шэнь Цяньлина.

— Конечно, — король экрана Шэнь чувствовал себя невезучим, очищая листьями помело оба рукава. — Ты знаешь дорогу на задний склон горы? Мы пойдем искать старшего брата.

— Не знаю, — покачал головой Бао Доу. — Обычно старший господин не разрешает другим ходить на задний склон горы.

— А куда еще можно пойти? — огорчился Шэнь Цяньлин. Здесь ему ничего не знакомо.

— У подножия горы проходит ярмарка при храме, — сказал Бао Доу. — Но если молодой господин хочет пойти, лучше сначала прикрыть лицо, чтобы не привлекать внимания.

Услышав этот аргумент, Шэнь Цяньлин расстроился. Что в предыдущей жизни, что в нынешней, нельзя спокойно из дома выйти. Ну что за измена, надоело прятаться.

Вдобавок, ко всему прочему, в современном обществе есть бейсболка, темные очки и маска, в этой комбинации может возникнуть эффект суперзвезды! А здесь… Король экрана Шэнь держал в руках шляпу со свисающей вуалью и чувствовал, что готов разрыдаться.

— Молодой господин? — Бао Доу помахал рукой перед его лицом.

Шэнь Цяньлину все-таки пришлось надеть шляпу, ощущая себя трансвеститом.

Она еще и прошита золотой нитью!

— До этого я тоже так выходил? — спросил Шэнь Цяньлин, не удержавшись, пока они шли по горной дороге.

— Верно, — кивнул Бао Доу. — Есть еще много других цветов, очень красивых.

Уголок рта короля экрана Шэнь дернулся.

В будущем лучше поменьше выходить из дома.