Дейрон
На следующее утро Даэрон сидел за длинным столом, украшенным лучшими фруктами Дорна, приправленным мясом и свежим хлебом. Солнце проникало сквозь высокие окна столовой Солнечного Копья, отбрасывая теплый свет на всю комнату, но Даэрон не чувствовал его тепла. Напротив него Алиандра Мартелл сидела со своими братьями и сестрами, ее глаза блестели в утреннем свете, ее выражение лица было таким же соблазнительным, как и всегда. Она выглядела сияющей, ее почти прозрачные шелка облегали ее изгибы, и все же Даэрон обнаружил, что избегает ее взгляда, не в силах избавиться от яркого воспоминания о своем сне прошлой ночью.
Эйгон и Джейхейра сидели рядом с ним, Эйгон возбужденно болтал о своих планах посетить Планки Таун. Их голоса были далеким гулом в его ушах, затмеваемым мыслями, кружащимися в его голове. Он все еще мог чувствовать призрачное присутствие Рейниры в своем сознании: воспоминание о ее мягком голосе, ее смехе и тяжесть ее утраты. Насколько она отличалась от Алиандры. Рейнира, несмотря на напряжение ее последних лет, всегда была королевой: сильной, стойкой и, несомненно, королевской. В ее привычном присутствии было утешение, тепло, к которому он привык. Алиандра, с другой стороны, была сама огонь и очарование, пламя, которое грозило поглотить его, если он позволит ему гореть слишком ярко.
Не слишком ли рано думать о другой женщине? Он взглянул на свои руки, его пальцы сжались на краю стола. Его мысли переместились к Бейлону, его маленькому сыну, который потерял мать, даже не успев ее узнать. Будет ли ему лучше с настоящей матерью? Этот вопрос терзал его. Алиандра могла бы обеспечить стабильность, привязанность, в которых нуждался Бейлон... или она только принесет хаос? Он видел амбиции в ее глазах, и хотя он не мог отрицать своего влечения к ней, мысль о ее хитрых способностях наполняла его беспокойством.
Голос Эйгона прервал его мысли, вернув его в настоящее.
«Ты пойдешь с нами в Планки Таун, Дейрон?» - спросил Эйгон, его яркие глаза были полны предвкушения. Мальчик прижился в Дорне, как рыба в воде, стремясь исследовать каждый уголок странной, залитой солнцем земли.
Дейрон моргнул, чувствуя на себе тяжесть нескольких пар глаз. Мартеллы наблюдали за ним, и Алиандра, в частности, как будто изучала его с этой вечной улыбкой, тянущей ее губы. Она знала, что она в его мыслях, и она наслаждалась этим.
«А, да. Конечно, я пойду с тобой», - поспешно сказал Даэрон, пытаясь стряхнуть туман своего затянувшегося сна. Он заметил, как взгляд Алиандры мелькнул, когда он говорил, едва заметная дуга брови, но она ничего не сказала.
В этот момент одна из младших Мартелл, девочка не старше двенадцати лет, наклонилась вперед с широко открытыми глазами, ее голос пузырился от волнения. «Ваша светлость, это правда, что вы сражались с Каннибалом? С гигантским черным драконом? Как вы выжили?»
Дейрон напрягся, воспоминание о той битве вспыхнуло в его сознании: запах горящей плоти, ощущение напрягающихся под ним мышц Тессариона и вкус пепла в воздухе. Это была не та история, которую ему нравилось переживать заново, особенно за завтраком. Он выдавил улыбку, взглянув на девушку, прежде чем мягко покачать головой.
«Мы можем поговорить об этом позже, малышка», - сказал он мягким, но твердым голосом.
Прежде чем девушка успела продолжить, вмешался ровный голос Алиандры, ее тон был легким, но властным. «Оставь короля в покое, сестренка. У него было достаточно битв, чтобы продержаться всю жизнь». Она быстро улыбнулась Дейрону, как будто говоря: «Ты у меня в долгу», прежде чем снова обратить внимание на еду на своей тарелке.
Дейрон выдохнул, благодарный за передышку, хотя ее вмешательство лишь напомнило ему о странном, несомненном магнетизме между ними. Он бросил короткий взгляд на Алиандру, уловив слабейший след веселья в ее выражении, и быстро отвел взгляд. Он не мог избавиться от ощущения, что она все еще играет с ним, и он играет ей на руку.
Завтрак продолжался, и Дейрон обнаружил, что снова погружается в свои мысли, хотя теперь он не мог перестать задаваться вопросом, чего на самом деле хочет от него Алиандра. Просто власти? Престижа? Или было что-то более глубокое? Каковы бы ни были ее мотивы, Дейрон знал одно: ему придется сохранять самообладание. Алиандра Мартелл была не из тех женщин, которым легко перечить, и не из тех, кого легко удовлетворить.
И вот, пока Эйгон болтал о своих дневных приключениях, а Мартеллы дружелюбно беседовали с ним, Дейрон сидел молча, размышляя о паутине желаний, долга и опасностей, которые теперь окружали его в залитых солнцем залах Солнечного Копья.