Агония любви. 🔞

Новая учебная неделя для всех началась по-разному. И если Вьен, отдохнувший после поездки за город, был свеж и бодр, как весенний ветерок, то профессор чувствовал себя вымотанным до предела. Всё время выходных он провел во внутренней борьбе с самим собой. Всё это время он злился и был раздражен. Сам не понимая себя, он срывался на всех своих подчиненных. И когда в понедельник он увидел предмет своего вожделения перед аудиторией в обнимку с рыжеволосым парнем, он окончательно уверился в своей ненависти к этому рыжему парню и какой-то болезненной страсти к Вьену.

– Нет, стой... да блин... Джефф... – Вьен был увлечен тем, что творилось у него в телефоне. Его друг без остановки тыкал в его экран, на котором шло сражение двух армий.

– Мочи его гада... Ха-ха! – восторгу парней не было предела, они были так увлечены, что не замечали ничего вокруг. – Мы сделали это! Мы круты! Кто босс? Я босс!!! Дай пять! – довольный Джефри сгреб друга в объятия, и потащил его в аудиторию.

– Сегодня без опозданий, похвально Вьен. – разнёсся по аудитории ледяной голос преподавателя, отчего все студенты притихли, почувствовав давление на ментальном уровне. Но на Вьена этот голос оказал совсем другой эффект. Звук этого голоса будто бальзам пролился на его душу. Согрев, он подчинил волю Вьена, лишил его разума. – Сегодня у нас занятие практическое. Разделитесь на четыре группы.

Не смея поднять взгляд на профессора, Вьен был пассивным наблюдателем за тем, как его одногруппники начали препираться между собой, ругаясь в чьей группе он будет.

Обычно преподаватели на практических занятиях не ставили Вьена ни в какую группу, исключая возможность спора. Гуаньди же этого не знал и был несколько озадачен тем, что он наблюдал, и впал в ещё большее раздражение видя, что в общем, особо рьяно спорили два парня: Джефри и парень с кислотным цветом волос.

– Коли вопрос разделения на группы не решаем, это сделаю я! – резко сказал Гуаньди и прекратил спор. Определив Вьена в группу с девочками, он раздал всем задание. И, в какой-то момент, уже был не рад этому, девицы беззастенчиво кокетничали с Вьеном, и это тоже невероятно раздражало Гуаньди.

Но, в то же время, робкие взгляды от Вьена, что иногда ловил профессор на себе, сбивали его с толку. Вызывали новые чувства. Такие, как робость и нерешительность.

«Что я в ступор-то впадаю, стоит ему только глянуть на меня?» – недоумевал Гуаньди над своей реакцией на парня. Его агрессивная, жесткая по природе натура, не могла принять этого.

Вьен же совсем не мог сосредоточиться на предмете и вскоре его одногруппники были неприятно удивлены, что их всезнайка тупит и совершенно бесполезен.

– Неужели, есть что-то что ты не знаешь? – с недоверием, тихо спросила его одна из девушек. Это была очень милая миниатюрная кореянка.

Ответить Вьен не успел, так как Гуаньди присел на край стола рядом с их группой слушая обсуждения решения задачи.

Почувствовав легкий запах розмарина, у Вьена на затылке волосы встали дыбом. Поджав губы, он отодвинулся от него. Тот же, будто не замечая этого, лишь ближе нагнулся и взяв карандаш из рук студентки, что увлеченно слушала его объяснения, начал делать пометки на листе бумаги.

«Не... Не! Не! Не... Это исключено!» – отмел Вьен навязчивую мысль, вспомнив, что точно такой же запах был у него в кровати пару дней назад.

Закончив объяснять задание, профессор обратил внимание на замершего рядом парня.

– Как занятно... на лекциях спишь, задания не выполняешь... Ты всерьез думаешь, что сможешь таким образом защитить мой курс? – слегка растягивая слова сказал Гуаньди, не мигая уставившись на Вьена.

– Я.. я... – Вьен совсем не мог собраться мыслями. Всё больше студентов отвлекшись от своих заданий стали с удивлением наблюдать происходящем.

– Может ты умеешь решать хотя бы это? – Гуаньди написал пример школьной программы. – Если нет, то делать тебе здесь нечего. – наблюдая, как Вьен покраснел, переведя взгляд на листок бумаги, он и подумать не мог, что парень запылал не от смущения. Точно ужаленный Вьен подскочил со стула опрокинув его, гневно смотря в глаза профессора.

Все с интересом смотрели на происходящее. Всё очарование выходных пропало. Вьену было обидно, дико обидно. Впервые столкнувшись с тем, что не вызывал слепого обожания и восхищения в человеке, Вьен был уязвлен. В эту секунду он понял, что ему совсем не важно мнение всех о нем.

Но ему хотелось, чтоб именно ЭТОТ человек восхищался им. Но тот лишь снисходительно, с пренебрежением смотрел на него. И эта задача на листе, точно пощёчина ему. И самое унизительное было то, что он и это не мог сделать здесь и сейчас, находясь рядом с ним. Медленно он взял рукой лист бумаги и, смяв, швырнул на пол. И когда он красный, злой выскочил из аудитории, он оставил за собой гробовую тишину.

– Вы ещё заберёте свои слова обратно. – нарушил тишину Джефри – Извините... – подхватив рюкзак Вьена и свой, он также поспешно вышел из аудитории. И нашёл друга перед университетом, пинающего дерево.

– Оно твёрже твоей ноги. Если ты повредишься Сианэ тебя придушит. – приобняв Вьена за шею, он потянул его к парковке. – Поехали побоксируем, скинешь пар.

Потащив друга к своей машине, Джефри пытался его успокоить.

– Не парься. Не думай о словах этого дебила слишком много. Все знают, что ты гениален и умен. Что мнение одного человека?

– Но ... но... – Вьен упрямо поджал губы. Поколебавшись немного, он тихо промолвил. – Мне важно, чтобы он знал я – умный. Я хочу, чтобы он признал меня лучшим, а не кто-то еще!