истории с фикбука

  nastenysch  

— Крис, смотри, я принес его для тебя! — пятилетний мальчик с темными волосами и красивым разрезом глаз показывает игрушечную панду другому мальчишке, играющемуся с машинами с другими детьми.

— Тао, — Крис, как звали этого мальчишку, поднял на него глаза и встал с пола, нахмурившись, — я уже говорил, что ты мне не нравишься! И никогда не понравишься, даже если ты принесешь еще сотню уродливых панд! — он отобрал пушистую игрушку и со злостью бросил ее на землю, после чего показал язык и гордо отвернулся, демонстрируя свой тощий зад.

У Тао задрожала губа, а из глаз стали скатываться маленькие слезинки. Мальчик осел на пол, няньча свою любимую игрушку, которую он целый месяц выпрашивал у родителей, а теперь решил подарить ее Крису. Тао уже три недели все уши прожужжал папе с мамой про «небесной красоты» одногруппника из детского сада, похожего на «могучего и сильного динозавра», с которым он хочет дружить.

Родители мелкого долго удивлялись и все никак не могли понять, откуда у их ненаглядного чадо такой богатый словарный запас, ведь обычно дети в таком возрасте хватают совсем иные слова и выражения.

— Плохой, плохой Крис! — причитал мальчишка, крепче прижимая к себе игрушечную панду, на пушистую голову которой периодически падали капельки слез.

— Так, дети, что у вас тут случилось? — к ребятишкам подбежала воспитательница, чуть нахмурив брови.

— Нехороший Крис бросил на пол мой подарок! — Тао ревел пуще прежнего, отказываясь подниматься с пола и расставаться с единственным на тот момент плюшевым утешением.

После того, как воспитка хорошенько настучала Крису по голове, у Тао настроение поднялось на несколько ступенек выше, что осталось всего лишь 265 их, родимых, чтобы его настроение стало отличным.

Сидя дома в своей комнате и глядя свои любимые мультики про драконов, пожирающих непослушных детей, Тао, который все еще немного обижался на Криса, подумал, что было бы неплохо, если бы Криса тоже слопал дракон, может, тогда самому Тао полегчало бы.

Следующий раз, когда Тао решился на подобный подарок, случился в средней школе. Родители Криса к тому времени переехали в его район, и парни стали мало того, что соседями, так еще и оказались в одном и том же классе по весьма странным и непонятным им обстоятельствам. Узнав, кто будет жить с ним рядом, Тао ужасно обрадовался, ведь наконец-то у него появилась отличная возможность закидать Криса тухлым кимчи. Но надо сказать, что инициатором их бесконечных стычек через окно на втором этаже дома (а они были соседями напротив) являлся не кто иной, как холодный городской парень Крис, а Тао не оставалось ничего, кроме как смириться со своей участью принимающей жертв. Но кимчи он всё-таки покупал, так, на всякий случай. По вечерам он частенько вымещал злость и обиду на ни в чем не повинной плюшевой панде, после чего, успокоившись, засыпал с ней в обнимку, грезя о прекрасном, красивом, замечательном драконе, которого зовут...

Ну так вот, тем днем, в средней школе Тао решил снова попытать счастья с высоким оболтусом, по которому он все равно сох, несмотря на показную ненависть, и нарисовал тому рисунок с драконом.

Выбрав время на перемене, когда в классе никого не будет, и Криса в особенности, он, аккуратно расстегнув школьный рюкзак и оборачиваясь по сторонам, чтобы его никто не засек, всунул туда этот сюрприз.

Надо признать, что способности к рисованию у парня были не ахти, но ради того, кого хочешь заманить в свои расставленные сети, можно и посидеть каждый день по паре часов в течение недели.

После школы, когда Крис все-таки решил заметить подброшенное в рюкзак произведение искусства, Тао, наблюдавший за объектом свои грез из-за школьных кустов гортензий, победно улыбнулся и от счастья едва не заехал по носу одинокому ботанику-пятикласснику в круглых очках.

Тем временем Крис даже соизволил остановиться на полпути и уже зеленел от злости, рассматривая тщательным образом нарисованного дракона красного цвета (почему красного — даже сам Тао не в курсе). Он, будучи слишком занят, бубня себе под нос японские ругательства, не заметил подкравшегося сзади Тао, который, перебежав вперед, заорал: «Сюрприз!»

— Черт возьми, Тао! Какого лешего ты постоянно подсовываешь мне всякую хрень?! — Крис едва жизни не лишился, услышав уж чересчур дикий радостный ор самого лучшего недруга.

— Во-первых, это не хрень, — обиженно возразил парнишка, — а во-вторых...

— А во-вторых, ты меня бесишь. К тому же ты знаешь, что бойцовский клуб у нас с тобой ровно в восемь по расписанию, и то когда у тебя нет тренировок по ушу, — перебил его Крис, со злостью разрывая рисунок на тысячи маленьких дракончик, которые жалким падением приземлились прямо под ноги бедному Тао. — И научись рисовать, а то у меня в глазах рябит от твоего шедевра, — после, по-недоброму зыркнув на оторопевшего Тао, умотал на своих двоих в сторону их дома.

«Вот гад-то, а, — думал Тао, в гордом одиночестве шествуя домой, — ничто его не берет!»

Благо, на улице была сухая и довольно солнечная погода, и ему удалось собрать мелкие бумажки в целлофановый пакет в надежде склеить потом порванный рисунок, который через пару дней красовался на обоях в цветочек.

***

— Знаешь, тебе надо заставить его ревновать.

Тао сидел в своей комнате и жаловался по телефону своему лучшему другу Бэкхену на некоторых обнаглевших китайцев, желающих, чтобы их называли не Крисом, а Ву Ифанем, потому что «так звучит пафоснее».

— Ты думаешь? — засомневался Тао, бросая дротик в фотку Криса (простите, Ифаня), стыренную в его комнате, когда их родители решили провести Рождество вместе. По носу. Прямое попадание! Теперь он стал еще прекраснее. — И как же это сделать?

— Смотри. Мы с тобой притворимся, что встречаемся, и он просто с ума сойдет от ревности! — Тао услышал в трубке возбужденный и немного писклявый голос Бэкхена, которому явно не хватало приключений на жопу.

— Ммм... — Тао подошел к фотке, висящей на двери комнаты, и чуть ли не высунув от усердия язык стал пририсовывать сфотографированному в школьное форме Крису большие заячьи уши.

— Алло, Тао, ты там живой? — послышалось на другом конце провода.

— Прости, Бэкки, ты что-то говорил? — Тао, отойдя на несколько шагов назад, самодовольно ухмыльнулся, будучи в восторге от своего художества.

— Ничего, влюбленный дурак, — обреченно вздохнул Бэкхен, бросив другу на прощание: — Завтра увидимся.

— Эй, никакой я не влюбленный и уж тем более не дурак! — Тао надул губы, на что ему посочувствовали лишь телефонные гудки. Ясень пень, он нисколечки не влюблён в Криса! Ха, было бы там в кого влюбляться. Это всё полная чушь, он просто хочет на ним поиздеваться. Крис ужасный, противный, заносчивый, страшный... Нет, последнее опустим.

Несколько минут парень сидел на кровати в обнимку с обслюнявленной во сне пандой, изредка бросая косые и недовольные взгляды в сторону уже порядком истыканной фотки.

Осознание того, что они собирались разыграть напыщенного Криса, пришло к нему следующим днем, когда они за ручку прогуливались перед носом китайца. У Тао ужасно тряслись коленки, поэтому Бэкхёну пришлось буквально затащить бедного парня в столовку, где и находилась их главная цель.

Крис, сидевший себе спокойненько и попивавший сочок, чуть не обдал содержимым своего стакана рядом сидящих людей и лучшего друга — Чанёля — в придачу, когда увидел неспешно прогуливающегося перед его носом Тао под ручку с Бэкхёном. И этому есть вполне разумное объяснение: не проходило и дня, чтобы Тао на перемене или за обедом не сказал бы счастливым или не очень голосом «Привет, Ву Ифань», делая ударение на имя. А Крис, в свою очередь, демонстративно отворачивался, либо бросал ему в адрес что-нибудь колкое, и Тао не оставалось ничего другого, кроме как строить обиженно-зло-мстительную физиономию. А тут он, видите ли, даже не смотрит на Криса и полностью его игнорит.

— Ну как, думаешь, сработало? — слегка нервничая, полушепотом спросил у Бэкхена Тао, замечая на себе пристальный взор Криса. Казалось, парень готов был удушить обоих.

— Да, конечно, ты только посмотри, какие пламенные и страстные взгляды он бросает на тебя, — мило улыбался Бэк, строя глазки Чанелю.

Крис, совершенно не привыкший к таким изменениям, оторопел и, засунув подальше ущемленную гордость, подошел к ТаоБэкам, отцепливая тонкие пальчики Бэкхена от руки Тао и шипя последнему:

— Надо поговорить.

— Эй, отвяжись от меня, тупица! — заверещал Тао, как только они вышли со столовки, и попытался вывернуться из стальной хватки. Крис завел парнишу под лестницу. — Да отпусти ты меня наконец! — парень отцепил свою бедную руку, тут же нянча ее.

— Ладно, — вполне миролюбиво согласился Крис, отходя назад на целый шаг. С первого взгляда могло показаться, что он абсолютно спокоен, но в глазах сверкали не совсем добрые огоньки. — Поступим по-другому. Что за представления ты тут устраиваешь?! — за дело взялась ущемленная гордость.

— Тебе что-то не нравится, милый? — невинно захлопал глазками Тао.

Крис тотчас запыхтел как паровоз, даром, что гудка не издавал.

— Какой я тебе милый? И вообще, что у тебя с Бэкхеном?

— Эм... Как что... Ничего, так, просто по-дружески взялись за руки... — вмиг растерялся Тао, услышав вопрос про Бэкхена. Он, конечно, ожидал какой-нибудь реакции, но не такой прямой, и конкретной, и возмущенной. Неужели им он.?

Взгляд Тао тут же изменился, и парень больше стал напоминать влюбленную девчонку со своей улыбкой, которой можно было освещать ночные переулки.

— Ты что... Влюбился в меня? — еле слышно выдохнул он, завороженно глядя на Криса.

Парень запаниковал. Как, черт возьми, он об этом узнал? Чанель растрезвонил? Эти Чанели, вечно, блин, не держат язык за зубами и треплются покруче бабулек на лавках.

Но, как известно, лучшая защита — нападение, вот и Крис решил попытать счастья.

— Эм? Еще чего! Мечтай, панда! Ты никогда мне не нравился и нравиться никогда не будешь! Адьес, придурок! — да, ничего другого он не придумал, кроме как наорать на черноволосого беднягу и убраться восвояси, краснея то ли от недогования, что его так позорно раскрыли, то ли от смущения и взволнованности, что это радостное событие наконец свершилось в его жизни.

— Ну, как всё прошло? — из-за угла показалась моська Бэкхёна и... стоять, Чанёля?! Так они вместе?

— Отлично, разве не видно? — мрачно произнёс Тао, мечтая хорошенько кого-нибудь огреть по голове. — Эта скотина назвала меня придурком и свалила. Так что встретимся на его похоронах, товарищи!

Через пару дней многоуважаемый ушуист разрабатывал тончайший план мести, чтобы Крису наконец-то стало так же плохо, как и ему. Сегодня самый прекрасный день в его жизни — день рождения Криса. О, как он ждал этого момента! Хотелось насладиться сполна, наблюдая за тем, как Крис будет корячиться и стонать от боли, молить о пощаде и сожалеть обо всех неправильных поступках.

Всего-то пару часов работы — и вот он, любимый шоколадный торт Криса собственной персоной с сюрпризом внутри.

Тао злорадно улыбнулся, чувствуя себя великим тортовным преступником всея Кореи и уже предвкушая этот прекрасный момент, когда китайский нахал попробует торт.

То, что Тао с родителями всегда ходили на семейные праздники четы Ву и их дражайшего сыночка, давно стало традицией. И родителей совсем не волновало ненависть их сыновей друг к другу, наоборот, они постоянно говорили, что им стоит начать встречаться.

— Ни за что, я лучше съем свои грязные носки! — говорил в таких случаях Тао, когда его мама намекала на Криса и его команду.

— С днем рождения, Крис! — проорала орава из шести человек, включая приглашенных на торжество ЧанБэков, даже личный питомец Криса — болонка по имени Пушистик — как-то странно тявкнула пару раз. Тао обернулся и увидел, что животное выглядело так, будто съело что-то непонятное и теперь находилось под градусом. Не произнес тост только Тао, который, отбросив ненужные мысли, триумфально улыбнулся, ведь скоро настанет час расплаты, чего не могла не заметить его маман.

— Тао, дорогой, ты почему не поздравляешь Криса? — прошептала она Тао на ухо. — Будь хорошим мальчиком и сделай все, как надо.

— Уж я-то сделаю, — так же шепотом заверил ее Тао, хлопнув в ладоши и призывая к себе внимание.

— Дамы и господа, разрешите мне ненадолго украсть именинника, — Тао, не дожидаясь своего согласия, вытащил из стула старательно пережевывающего куриную ножку и недоуменно глазеющего парня, и потянул за собой на второй этаж, где находилась его комната. Но по пути ему надо было забрать подарок, который парень оставил у входной двери, чтобы никто ничего не заподозрил. Уже внутренне ликуя и таща за собой непонимающего Криса, Тао заметил, что подарочный пакет не хило так вывернуло, а от торта почти ничего не осталось.

— Что за нафиг?! Эй, признавайся, кто спер мой торт? — Тао чуть ли не поседел от злости. Как это понимать?! Целый день готовил этот дурацкий пирог, а от него и след простыл?!

— Какой еще пирог? — Крис на удивление спокойно растерянно хлопал глазами.

Тяв-тяв.

— Ой, бедный Пушистик, что с тобой? Ты, наверное, объелся? — Крис приметил подкравшуюся на ними собачку, которая странно ковыляла, и, взяв её на руки, начал с ней сюсюкаться.

Ага, аж пять раз, интересно, чем это она могла объесться и когда? Когда...

Нет, не может этого быть. Белая шерсть вокруг рта и носа животинки была измазана чем-то коричневым. Что.?

— Крис, быстрее отпусти свою собаку!

— Ээ?

Ну и придурок. Тао со скоростью взлетающей торпеды выхватил Пушистик и побежал на второй этаж в уборную, запирая там ушастое чудовище. Господи, хоть бы она оказалось умной собакой!

— Ты в своем уме? — Тао догнал Крис, схватил парня под локоть. — Куда ты ее дел?

Ну все, подарка не получилось.

— Окей, я расскажу. Я испек для тебя торт, ведь сегодня твое семнадцатилетие, и решил тебе его преподнести. А твое чудище его сожрало, и мне пришлось...

— И?

— И... Я добавил туда слабительного.

— Что, прости?

Тао вздохнул, собираясь с мыслями. Кажется, затея с тортом на самом деле не такая уж и прекрасная.

— Ты всегда на мной издевался и отвергал мои искренние чувства, и я решил тебе отомстить. Поэтому и придумал способ тебе досадить, чтобы ты почувствовал все то, что чувствовал я. Ведь ты меня ненавидишь... — куда-то исчезла вся злость, и парню больше не хотелось предпринимать никаких боевых действий, тем более, когда ЭТА ПСИНА ПРОГЛОТИЛА ОГРОМНЫЙ ТОРТ!

— Тао... — голос Криса стал мягче, чем за секунду до этого. — Это не так. Я никогда не ненавидел тебя. Я просто думал, что ты возненавидишь меня, узнав, что... Короче, я был дураком. Прости, — кажется, он говорит совсем искренне, что на него не похоже.

Тао стоял в полном замешательстве. Вокруг все затихло. Даже не слышен внизу стук столовых приборов.

— И вот еще что... — Крис открыл свою комнату и, взяв оттуда какой-то рисунок, протягивает его Тао. — Это тебе. Я нарисовал его специально для тебя, — на рисунке красуется тот самый красный дракон, которого парень порвал на улице в тот самый день. — Я знаю, я всегда знал, что тебе нравятся драконы и панды тоже, поэтому... — он, немного покраснев, протянул Тао непонятно откуда взявшуюся игрушечную панду. — В общем, — мямлил Крис, — я хочу сказать, что ты мне нравишься. И я просто издевался, потому что не знал, как выразить свои чувства... Тао, ты будешь со мной встречаться?

— О боже, это так трогательно! Я всегда знала, что вы поженитесь, — из-за угла высунулась голова Чанеля щелкая слегка растерянных парней на фотик.

— Давай, Чанель, а то мне как раз надо было обновить свой инсту с этими дорками! — поддакнул ему Бэкхен, роясь в телефоне и пища как девчонка.

— Эй, вы что, подслушивали?! — одновременно вопят Крис с Тао, а последний так сильно прижимает к себе рисунок и панду, словно их эти нехорошие люди отберут подарки.

— Нет, — невинно захлопал Бэкхен.

Бульрельбурль.

— А что там такое происходит в ванной? — парни подошли ближе к двери, прислушиваясь. — Кого вы там закрыли?

Тао решил приоткрыть дверь и всунуть туда голову, чтобы проверить, жива ли шерстяная моська, предварительно всунув подарки его теперь уже парню Крису. Конечно, он буду с ним встречаться, что за вопросы. Да он мечтал об этом с самого детского сада, хотя даже и не подозревал об этом.

— Ой, какая прелесть, — засюсюкал Бэкхен, беря бедное животное на руки. — Зачем вы ее туда засунули?

— Это все Тао, он запер Пушистика там, потому что он съел торт со слабительным, который предназнач...

— Заткнись, Крис, — Тао покраснел, пряча нос в своей новой игрушке.

— Что? Ты хотел отравить Криса? — встрял ушастый Чанель.

— Эм?! Да не хотел я никого отравить! Айщ, отвалите, укурки, я пошел, — ему надоел этот цирк, и парень уже развернулся, чтобы свалить из этой психушки, и не важно, что через пять минут должен родиться его парень, но вдруг Крис схватил Тао за руку и затянул в свою комнату, где было довольно темно, поэтому пришлось включить свет. У парниши перехватило дыхание: он впервые находился один на один вместе с Крисом в его комнате. Раньше сюда он лишь бросал через окно бомбы в виде тухлых помидоров.

Тао стоял, не в состоянии пошевелиться, а потом закрыл глаза, готовясь к первому в своей жизни поцелую, прямо как в дорамах. Он почувствовал, что Крис отобрал и рисунок, и игрушку, после чего подошел к нему близко и...

— Йа, ну ты придурок!

Он измазал Тао непонятно откуда взявшимся кремовым пирожным по лицу и заржал в припадке, а Тао стал его лупить его подушкой.

Вскоре Ифаню-засранцу удалось отобрать боевое орудие, и он сжал своего дражайшего парня в объятиях, целуя в губы и тоже измазываясь кремом.

У Тао в животе тотчас разлилось приятное ощущение чего-то родного, и он понял: ему всегда нравился Крис, он просто закрывался от этого чувства, прикрываясь ненавистью.

— Прости меня, — начал Крис, отодвинувшись и переплетя их пальцы, чему Тао не препятствовал, смущенно улыбаясь. Да и как он не мог его не простить?

— Я тебя уже простил, Крис, потому что... Потому что... — залепетал Тао, то есть его язык, который уже не мог нормально выговаривать слова от нахлынувшего с небес счастья, — ты мне тоже нравишься. Всегда нравился...

— О боже, это так мило! А теперь, дети, скажите это еще раз, чтобы мы смогли вас заснять на камеру! Это будут такие милые воспоминания начала вашей супружеской жизни, — внезапно открыв дверь, и двум парням пришлось в испуге отпрянуть друг от друга, так как в комнату ворвались родители и лучшие дорки сладкой парочки — ЧанБэки, а мама Криса чуть ли не прыгала от радости, одновременно обливаясь слезами.

Парней заставили задуть две огромные свечи, на одной из которых было написано «Крис», а на другой — «Тао», после чего вся чокнутая семейка решила сфоткаться на память.

— С днём рождения новой парочки — парочки Таорисов!!! — хором проорали свидетели.

— Не понял, так вы знали, что всё будет именно так?! — Крис был вне себя от шока, не говоря уже о Тао, у которого челюсть давно валялась на полу.

— Конечно, мы знали, вы были такими милыми в детстве, — сказал папа Тао, промакивая платочком в крапинку глаза.

— Ну, нам всё же кое-кто помог, — мамы решили выдать Чанеля с Бэкхеном с потрохами, после чего спустились вниз на кухню, бросив нам напоследок: — Да, и поскорее спускайтесь, вам ещё нужно обменяться кольцами.

Крис с Тао обменялись взглядами.

Кажется, жизнь больше никогда не будет прежней.