истории с фикбука

maroroo                          foolishbangtan

  Это привычно - проснуться и услышать громкие крики Хосока и шумный смех Тэхёна, скрипучее хихиканье Джина, которое похоже на звук стеклоочистителей, препирательства Намджуна и Юнги, но очень редко можно застать почти бесшумную общагу.

Чонгук обычно просыпается последним, так что это неожиданно, когда он встает до рассвета, раньше всех, и общежитие еще тихое, сонное и умиротворенное. У него сна ни в одном глазу, хотя он почти не спал прошлую ночь из-за поздно завершившегося расписания, но он не спит и не знает почему. В последнее время он не может нормально спать, с тех самых пор, как Тэхён начал избегать его.

Ну, не то чтобы прям избегать, но он больше не смотрит Чонгуку в глаза и тем более не подходит к нему, если рядом нет никого из мемберов. Чонгук задумывается, вдруг он что-то не так сказал или как-то заставил Тэхёна чувствовать себя некомфортно, но всякий раз, когда он пытается заговорить об этом, Тэхён вскакивает и бормочет, что опаздывает или что забыл, что должен что-то сделать.

Это бесит, мягко говоря.

Чонгук - неловкий человек, но не с мемберами. Он знает, что всегда может быть самим собой и не бояться, но он не может не задумываться, что, возможно, зашел слишком далеко с Тэхёном, или в нем есть что-то, что Тэхёну не нравится. Он не знает, но это вертится у него в голове уже несколько недель.

Он со вздохом садится, ведет глазами по комочку, на который похож Намджун, завернувшийся в кокон из одеял, и осознает, что не сможет уснуть в ближайшее время.

И именно когда он садится, вытягивая руки над головой, он слышит это.

Хосок вскрикивает, коротко, отчетливо, очень паникующе и очень испуганно, совсем не так, как его обычные звуки, и Намджун вздрагивает из-за звука, который звенит в их ушах как сирена. Чонгук забивает на штаны, спотыкаясь, вылезает из своей кровати в одних боксерах и открывает дверь, возле которой уже стоит Сокджин с широко распахнутыми глазами.

- Что это было? - хрипит он голосом, все еще не отошедшим ото сна, и Сокджин просто качает головой, сводя брови.

Паникующий голос Чимина слышен сквозь тонкие стены, что-то про успокоиться и не разбудить остальных, но Чонгук уже хвостиком следует за Сокджином в комнату Чимина, Хосока и Тэхёна, а с другого конца квартиры к ним спешит Намджун с очевидным беспокойством на лице.

Сокджин не утруждается стуком, быстро открывая дверь и свой рот, чтобы спросить, что стряслось, но картина, открывшаяся им, заставляет их всех остановиться с круглыми глазами и упавшими от шока челюстями.

- Что за хуйня? - шипит Сокджин, и Чимин шикает на него, вытаращив глаза и сотворив на рыжей голове полный беспорядок.

Между Хосоком и Чимином на тэхёновой кровати спит маленький, ангельский ребенок.

Ребенок. Гребанный малыш.

Чонгук растерянно гадает, вдруг ему это снится.

- Какого хуя у вас ребенок в комнате? - спрашивает Намджун так, словно он не удивлен, и Хосок вскидывает руки вверх.

- Я, блять, не знаю. Я проснулся буквально две секунды назад, не спрашивай меня, - шипит в ответ Хосок с диким взглядом, и к Чонгуку приходит ошеломляющее осознание.

- Где Тэ? - резкий голос Чонгука прерывает их разговор, а глаза Чимина расширяются еще сильнее, если это возможно. - Чимин, где он?

- Не надо спрашивать у меня! Мы все легли спать, как обычно, я видел его - он не сбегал. И с чего это вместо него здесь бы лежал ребенок, а?

- Парни, - говорит Чонгук, - ребят, переверните его.

Сокджин бросает на него удивленный взгляд, а Хосок выглядит слегка шокированным.

Никто не двигается, чтобы дотронуться до спящего маленького ребенка, все еще свернувшегося калачиком в тэхёновом одеяле на кровати Тэхёна с большим пальцем между мягких губ. Чонгук раздраженно стонет:
- Ладно, раз уж вы все так боитесь, я сам.

Все протестующе шумят, и он проталкивается мимо Намджуна, подходя к ребенку, малышу, что бы это, блять, ни было, нерешительно протягивает руку, опускает на его плечо и толкает мягкую кожу, пока ребенок не корчится, переворачиваясь на спину, развалившись в позе морской звезды, полностью утонувший в одеяле, такой маленький, такой мягкий. Чонгук чувствует, как у него перехватывает дыхание из-за знакомого трепета длинных ресниц и родинки на кончике носика, губ, сомкнутых вокруг пальца, черных волос, сложенных в прическу, которая выглядит такой ужасно знакомой, что Чонгук в шоке отшатывается.

- Почему он выглядит как Тэхён, - говорит Хосок, - почему он, черт возьми, выглядит как трехлетняя версия Тэ-

- О боже, ебать копать, у него даже такие же родинки-

- Я до сих пор сплю, да? Намджун, ущипни меня-

Они все замолкают, когда ребенок двигается, издавая тихий, сконфуженный звук, его реснички подрагивают и открывают им большие шоколадные глаза, глаза, которые Чонгук узнал бы где угодно, все еще сонные и смотрящие прямо на него.

Все затаивают дыхание, ожидая действий ребенка, а затем слышат высокий звонкий голосок.

- Г-гукки-и...

Чонгук подпрыгивает на месте, округляя глаза, и ребенок протягивает свою маленькую ручку, смотря на него большими оленьими глазами, наполненными звездами и мечтами, и Чонгук не знает, что делать. Когда губы ребенка начинают подрагивать и бровки хмурятся, Чимин пихает Чонгука прямо на кровать, не слушая его протесты.

- Д-да? - говорит он, и ребенок вылезает из-под одеяла, облаченный в нечто, похожее на футболку Тэхёна, его румяные щечки немного сморщены от подушки, и Сокджин испускает тихий воркующий звук, а сердце Чонгука тает от такой картины. Он понятия не имеет, как вести себя с детьми, ни малейшего, блять, понятия, а малыш прижимает свою крохотную руку к голому бедру Чонгука и заползает к нему на колени, свернувшись на нем так легко, что Чонгук задерживает дыхание, и его сердце замирает в груди.

Его руки нерешительно обхватывают ребенка, чтобы обнять, удивляясь тому, насколько он маленький, по сравнению с Чонгуком, и Чимин издает странный звук.

- Прости, - сладким голосом шепчет Сокджин, усаживаясь на кровать рядом с Чонгуком, - ты можешь сказать мне свое имя?

Малыш выглядывает из-за груди Чонгука, руками упираясь ему в живот, прежде чем снова уткнуться личиком ему в грудь, потираясь щечкой о теплую кожу, и Хосок пищит.

Сокджин бросает на Чонгука строгий взгляд, и тот внутренне стонет, пытаясь игнорировать выражение лица Чимина и то, как он пытается сдерживать смех.

- Хей, эм - можешь сказать им свое имя, пожалуйста? - шепчет Чонгук, и малыш издает тихий скулящий звук, вспыхивая напротив чонгуковой кожи.

- Он покраснел, - пищит Чимин, полностью порабощенный обаянием ребенка.

Его ногти скребут по животу Чонгука, и он поднимает голову, совсем чуть-чуть, губами задевая широкую чонгукову грудь и шепча:
- Тэхён.

Подтверждение тяжело оседает в воздухе, непонимание и шок проходят через всех. Они не могут понять, каким гребанным образом Тэхён превратился в ребенка за одну ночь, как он по-прежнему может быть Тэхёном, и это очень нервирует, когда один из мемберов является чертовым ребенком.

- О боже, что нам теперь делать, - ноет Хосок, - что мы сделали в прошлой жизни, чтобы заслужить такое-

- Черт, пиздос, у нас есть график на сегодня, и один из наших лучших танцоров стал ребенком, который даже говорить, блять, не может, - стонет Чимин, и Чонгук бросает на него свирепый взгляд поверх шоколадных локонов Тэхёна.

Тэхён выдает испуганный звук на их громкие голоса, вжимаясь в чонгукову грудь, и Чонгук выплевывает:
- Вы не могли бы заткнуться к черту? И не материться при нем, пожалуйста.

Намджун кивает:
- Незачем пугать Тэхёна. Он всего лишь ребенок, помним, парни? И где, черт возьми, Юнги-хён?

- Тэхённи, малыш, ты знаешь, кто мы? - шепчет Сокджин, наклоняясь ближе, чтобы взглянуть на Тэхёна, но тот уворачивается, прижимаясь к Чонгуку.

- С-семья, - заикается Тэхён, и они со свистом выпускают дыхание.

- О мой бог, я реально плачу, - визжит Хосок, и Чонгук закатывает глаза, - настоящие слезы, мужики, настоящие.

- Я позвонил менеджеру-хёну, - хрипит Юнги с дверного проема, и они все поворачиваются к нему, удивленные его внезапному появлению. - Он привезет вещи и... Все нужное. По-видимому, это обычное дело для Тэхёна.

- Как, блять, превращение в ребенка может быть обычным делом? - бросает Чимин, и Чонгук стреляет в него испепеляющим взглядом. - Блять, простите. То есть простите.

- Господи, Чимин, ты можешь следить за языком хотя бы три секунды? Пиздец, блин, - бормочет Юнги, и Чонгук уже даже не старается исправить его сейчас, проводя пальцами по шелковистым волосам Тэхёна.

- Синдром эги, или синдром ребенка. Это происходит с ним раз в год, но, как я понимаю, в этот раз мы его застали, - говорит Юнги, и Сокджин выглядит так, словно у него сейчас появится аневризма. - Менеджер сказал, что это происходит и с другими айдолами из-за сильного стресса.

- И мы только сейчас об этом узнаем? - сомневается Чонгук, а Юнги пожимает плечами, - мы всегда рядом с ним.

- Помнишь все те разы, когда он уезжал "навестить семью"?

- Ох, черт, - проговаривает Чимин, и Юнги закатывает глаза.

- Да, черт. Я не думаю, что это продлится дольше недели, - Тэхён нервно вздрагивает в руках Чонгука, издавая странный звук, и Чонгук бессознательно сжимает его крепче.

- Хей, Тэ, как ты себя чувствуешь? - шепчет Чонгук, наклоняясь к его уху, пока остальные говорят друг с другом, и Тэхён хнычет, вжимая подбородок в свою грудь, сильно зажмуривая глаза.

- Тут шумно, Гукки, - бормочет он, и Чонгук сопротивляется желанию прижаться с поцелуем к его макушке. - Хочу спать. Там, - он показывает на дверной проем, - у тебя.

- В моей кровати? - спрашивает Чонгук, и Тэхён стеснительно кивает. Он удивлен - он бы подумал, что трехлетний Тэхён будет намного шумнее, но он кажется застенчивым, и легкий румянец украшает его щеки.

- Хочу быть с тобой. Мой, - тэхёнова рука сжимается в кулачок на его груди, царапая его кожу, как будто эти следы станут его клеймом.

Чонгук слабо улыбается:
- Да, хорошо, малыш, мы так и сделаем, - он никогда не слышал, чтобы Тэхён называл его своим.

- Чонгук, у тебя скоро мероприятие по графику с Чимином и Хосоком, - напоминает ему Намджун, по-прежнему торчащий на пороге, - это всего на несколько часов, кто-то из нас сможет посидеть с Тэхёном, пока ты не вернешься. У Юнги получилось освободить тебе остаток дня.

Чонгук улыбается:
- Спасибо, хён. Что насчет Тэ? Он останется таким... Навсегда?

Юнги качает головой:
- Не, максимум неделя. Похоже, это случается с айдолами, которые сильно стрессуют и достигают своего предела. Оказывается, это было с Джебомом и Ёнджэ, Миной, Хери, Джиён-

-Да, я понял, - Чонгук вытягивает руку и чувствует, как голова Тэхёна болтается, будто он не может держать её сам, - наверное, нам придется смириться с этим до тех пор?

- Мы должны будем по очереди смотреть за ним, - говорит Намджун, - мы можем избегать графика, но ненадолго. Если мы все исчезнем с радаров, фанаты начнут беспокоиться. Чонгук, иди собирайся, ладно? Мы с Сокджином справимся с ним.

Чонгук вздыхает:
- Тэ, хей, мне нужно идти, хорошо?

Тэхён хнычет, отчаянно прижимаясь ближе к нему, и Хосок со знанием ухмыляется.
- Не уходи, Гукки-и-и, не оставляй меня, - всхлипывает он, слезы собираются в его больших миндалевидных глазах, и Чонгук чувствует, как сжимается его сердце, наполняясь странным чувством при виде такого огорченного Тэхёна. Его внезапная сильная реакция шокирует, и остальные мемберы кажутся удивленными, когда видят наворачивающиеся на глаза Тэхёна слезы.

- Это совсем ненадолго, ладно? Я вернусь так быстро, ты даже не заметишь, - проговаривает Чонгук, пытаясь успокоить его, но Тэхён взвывает, одной рукой дергая его за ухо, а вторую опуская на ключицы.

- Хочу с тобой! Пожалуйста? - надувает губы Тэхён, глядя на него широко раскрытыми, влажными глазами, и боже, как он должен сказать нет такому лицу?

- Ты не можешь пойти, малыш, - говорит Чонгук, и Тэхён слегка всхлипывает. - Люди удивятся, если увидят, что ты теперь маленький.

Тэхён сопит, и Чонгук вытирает дорожки слез с его мягких щек, и его сердце странно запинается.

- Я не могу быть маиньким? П-почему?

- Раньше ты был большим, солнышко, так что люди запутаются. Они все равно любят тебя, но они не привыкли к маленькому Тэхённи, - мягко объясняет Чонгук, стараясь не расстроить Тэхёна еще сильнее.

- Я не привык к милому Чонгуку, - бормочет Чимин, и Хосок согласно хмыкает.

- Это немного мерзко и мило. Я пытаюсь сдержать рвотные позывы, - отвечает Хосок шепотом.

- Н-но, - нижняя губа Тэхёна подрагивает, но Чонгук перебивает его, целуя его маленький носик, и он выпрямляется, красивый розовый цвет окрашивает его щечки, а с его губ срывается писк.

- Никаких но. Джин и Джунни-хён позаботятся о тебе, пока меня нет, ладно? - говорит Чонгук, и Тэхён, смирившись, кивает. Он одаривает Тэхёна улыбкой, и тот выглядит ошеломленным, влажные реснички трепещут над оленьими глазами. Он и сам удивлен своему поведению, но это Тэхён, и у него все получается естественно, но чем дольше он смотрит в тэхёновы глаза, все меньше и меньше он хочет уходить от него.

- Вообще-то вы не могли бы освободить остальную часть моего графика на сегодня? - спрашивает Чонгук, с широко раскрытыми глазами, сфокусированными на Тэхёне, не в силах оторвать взгляд, и Сокджин издает звук.

- В смысле, ты думаешь, это необходимо? - отвечает Юнги, а Чонгук все никак не может отвернуться, ломаясь под умоляющими глазами Тэхёна и его надутыми губками.

- Эм. Ну, я к тому, что вдруг вы не сможете уследить за ним? - говорит Чонгук, отводя коричневые локоны от лица Тэхёна, проводя большим пальцем по мягкой щеке.

- Ты такой же неумеха, как и мы, когда дело касается детей, придурок, - говорит Чимин, и Хосок фыркает.

Он пытается найти причину получше, и когда не может придумать, поворачивается лицом к остальным:
- Вы можете просто освободить меня на сегодня? Я не могу придумать ничего лучше.

- Ну, по крайней мере, он честен, - бормочет Сокджин, а Юнги вздыхает.

- Неважно. Я попробую что-нибудь сделать, - говорит Юнги, и Тэхён загорается солнечной улыбкой, первой за это утро, и издает радостный звук, хихикая и подпрыгивая на месте, улыбаясь так широко, красиво и искренне.

- Мамочки, он такой милый, господи боже, - стонет Чимин, драматично прикрывая лицо, Сокджин понимающе кивает, а Чонгук внутренне соглашается.

- Кушать хочу, - снова прыгает Тэхён, хихикая и опасно наклоняясь вперед, он ставит свои маленькие ручки на бедра Чонгука, чтобы не упасть, выпячивает попу для равновесия, и смех вырывается из чонгукова горла.

- Что ты хочешь съесть, малыш? - спрашивает Чонгук, ласковое имя так легко слетает с его губ, и Тэхён шлепается обратно вниз, глядя на него счастливыми глазами.

- Е-еду.. Блинчики! - выпаливает Тэхён, как будто внезапно открытие - его лучшая идея, его глаза светятся, и Чонгук хмыкает, уже чувствуя, как Сокджин выходит из комнаты.

- Сокджин-хён приготовит их для тебя, хорошо? - говорит Чонгук, и Тэхён быстро кивает перед тем, как его лицо серьезнеет от уверенности, носик мило морщится, когда он наклоняется вперед и его рука сжимает чонгукову щеку, тыкает его в нос, а Чонгук ухмыляется, позволяя Тэхёну с интересом исследовать себя удивительно нежными прикосновениями.

- К-красивый. Гукки красивый, - бормочет Тэхён, розовый румянец покрывает его щечки и нос, и Чонгук давится, когда его тэхёновы пальцы надавливают на его нижнюю губу, и нервно смеется, поддерживая Тэхёна за тонкую талию, чтобы он не упал лицом в Чонгука.

- Я не могу в это поверить, - Хосок проглатывает смешок, и Чонгук чувствует, как от смущения краснееют кончики его ушей и шея, и резко отодвигается от Тэхёна с раскрытым ртом. Тэхён сконфуженно выпячивает губы со все еще вытянутой рукой.

- Э. Мне надо пописать, - объявляет он, и Намджун ухмыляется, Чимин прикрывает ладонью свою улыбку, и он убегает в ванную, сталкиваясь с Сокджином по дороге.

Он не слышит, как Тэхён запинается на его имени, не видит, как он опускает свою голову и сопротивляется слезам, собирающимся в глазах, и, безусловно, не видит, как Чимин идет обнять его, а руки, которые не принадлежат ему самому, обхватывают маленькую фигурку Тэхёна.

Он тратит большое количество времени на чистку зубов и попытки не волноваться о том, как другие мемберы заботятся о Тэхёне. Сокджин - единственный, у кого есть хоть какие-то навыки общения с детьми, но когда ребенком является Тэхён, у него все получается как-то естественно, и он пытается не задумываться о причинах слишком долго.

- Чонгук! - кричит голос Чимина, и он дергается, сплевывая в раковину и натягивая какие-то треники, лежащие на полу, надеясь, что они его, и вылетает из ванной, спеша на кухню с расширившимися глазами.

- Что? Что случилось? - его голос звучит паникующе, и он игнорирует позабавленные выражения лиц Намджуна и Сокджина, глазами находя маленькую фигуру Тэхёна, свернувшегося на груди у Чимина и смотрящего на него большими глазами.

- Тэхённи хотел тебя, - пожимает плечами Чимин, слегка подбрасывая Тэхёна на своем бедре, а Тэхён протягивает свои маленькие ручки к Чонгуку, отчаянно пыхтя, когда Чонгук оказывается слишком медленным, и когда он легко берет его на руки из рук Чимина, тэхёновы руки и ноги полностью облепляют его, и малыш зарывается лицом в его шею, удовлетворенно вздыхая.

- Разве это не немного странно, что Тэхёну нужен только Чонгук? - спрашивает Хосок с дебильной ухмылкой на лице, и Чонгук кривится. Это не странно. Он просто... У него просто хорошо получается общаться с детской версией Тэхёна по какой-то причине.

Тэхён трется щекой об открытую шею Чонгука, извиваясь в его руках, чтобы придвинуться еще ближе, и Чонгук чувствует себя слегка неловко из-за взглядов, направленных на них, и знающих ухмылок на лицах всех.

- На что вы, блять, пялитесь, - ворчит Чонгук, а Чимин подмигивает ему.

- Нет-нет, ни на что, - пропевает он, и Чонгук закатывает глаза.

Тэхён закатывает сцену, когда он пытается посадить его на отдельный стул, начиная дуться так сильно, как будто зная, что Чонгук не может этому сопротивляться, и когда Чонгук спрашивает, где он хочет сидеть, выбирает его колени. Чонгук честно, честно не может противиться, когда Тэхён дергает его за ухо, маленькой ручкой обнимая его за шею, и тихо шепчет "пожалуйста?".

Вот так он и оказывается с маленьким Тэхёном, сидящим на его коленях с широко раскрытым ртом, чтобы Чонгук кормил его, сосредоточенно нахмуренными бровками, когда он закрывает рот вокруг вилки и надувает щеки, чтобы прожевать блинчик, мило сжатыми глазами и кремом, размазанным вокруг рта.

Чонгук вытирает его своим пальцем, прикладывая салфетку к тэхёновым губам, пока тот продолжает жевать, податливый и сговорчивый в его руках после того, как его желудок заполнился едой. Он откусывает кусочек сам, и когда Тэхён выжидающе смотрит на него, кормит его клубникой, и он жмурится так счастливо и искренне, что Чонгук чувствует себя так же от тэхёновых коротких довольных звуков, пока кормит его.

- Вкусно? - интересуется Чонгук, не обращая внимание на взгляды остальных, и Тэхён быстро кивает, качая ножкой взад-вперед на коленях Чонгука, все еще одетый в безразмерную футболку, которая точно принадлежит Тэхёну.

Чуть позже их менеджер приезжает в общежитие с рюкзаком, набитым детской одеждой и любимыми игрушками Тэхёна, виновато улыбается и предлагает забрать Тэхёна к родителям, и как только Тэхён слышит это, то тут же карабкается на Чонгука и прилипает к нему, яростно мотая головой, и Чонгук с ним на одной стороне.

- Они неотделимы друг от друга сейчас, - шепчет Чимин менеджеру, когда Чонгук, не обращая на них внимания, показывает Тэхёну, что грудь игрушечного Железного человека загорается, если сказать нужные слова, и весело улыбается, когда Тэхён удивленно смеется, хлопая ладошками.

- Господи, что Чонгук с ним сделал? - бормочет менеджер, и Чимин смеется.

- Вообще-то ничего. Тэхён вел себя так, как только проснулся, - пожимает плечами Чимин, но в его глазах горит понимание, и он ухмыляется. - Можно сказать, он типа любимчик Тэхёна.

В какой-то момент они остаются одни, Тэхён смеется, когда Чонгук притворяется, что может летать как Железный человек, поднимает руки вверх, раскрывает их, и Чонгук подхватывает его и крутит в воздухе, показывая, как лететь.

- Лети, Гукки! - вопит Тэхён, высоко и звонко смеясь, когда Чонгук поднимает его еще выше, такого невероятно маленького и легкого, и бегает с ним, как будто они летают вместе.

А когда они оба падают на пол гостиной, тяжело дыша и смеясь, Тэхён сворачивается клубочком на его груди, как будто не может быть не рядом, и Чонгук чувствует себя таким счастливым. Тэхён избегал его несколько недель, пока не превратился в ребенка, и сейчас он не делает этого, и это так чудесно, и он беспокоится, что когда Тэхён вернется в нормальное состояние, то снова начнет избегать его.

- Хей, можно спросить кое-что, Тэхённи? - спрашивает он, и Тэхён издает звук, прижимаясь к чонгуковой груди ближе, идеально обхватывая его.

- Ты помнишь, каково было быть большим?

Тэхён моргает, щекоча густыми ресничками его кожу, и отвечает:
- Д-да. Было грустно. Я устал, и мое горлышко и животик болели.

Чонгук чувствует, как его горло сжимается, а уголки губ опускаются. Тэхён никогда не говорил ему, что болел.
- Скажешь мне, почему ты не разговаривал со мной какое-то время?

Тэхён замолкает, уткнувшись лицом в чонгукову грудь, и тот вздыхает, проводя рукой по шелковым локонам Тэхёна, и малыш льнет к успокаивающему жесту, хлопая ресничками, как будто борется со сном, но его щеки покрывает румянец.

- Мм? - подталкивает он, и Тэхён фыркает, выпятив губы.

- Потому что ты... Красивый.

Чонгук моргает.
- Ты не разговаривал со мной, потому что я красивый?

- Мхм, - Тэхён кивает головой, как будто пытается убедить себя, и Чонгук вдруг жалеет, что пытался вести разговор с трехлетним ребенком.

А когда Тэхён дремлет на его руках, приоткрыв рот и пуская слюни на грудь Чонгука, в гостиную входит нахмуренный Юнги.

- Прости, Гук, я не смог отменить твой урок по вокалу. Это всего на пару часов, и, похоже, ты его утомил, верно? - Юнги подходит к ним и тянется за Тэхёном. Чонгук противится желанию притянуть Тэхёна ближе к себе и позволяет Юнги поднять уже крепко спящего малыша.

- Да, да, все в порядке. Просто убедись, что кто-то присматривает за ним, ладно? И переоденьте его во что-нибудь другое, - говорит Чонгук, пыхтя и поднимаясь на ноги, пока Юнги ворчит и несет маленького Тэхёна в их с Сокджином комнату, и Чонгук отбрасывает сбивающее чувство беспокойства. Все хорошо, все будет хорошо. У него нет причин переживать, ведь он доверяет своим мемберам во всем, и пока он одевается и выходит из общежития с дразнящим его Чимином, он пытается убедить себя, что с Тэхёном все будет в порядке.

Всё не в порядке. Когда они с Чимином возвращаются в общежитие, плохое предчувствие заполняет его, какое-то странное ощущение, и с широко раскрытыми глазами он идет прямиком в комнату Сокджина и Юнги.

Он толкает их дверь, и когда не видит Тэхёна, а только спящих Сокджина и Юнги, входит и начинает тормошить их, пока Чимин стоит в дверях.

- Юнги. Юнги, где Тэхён? - спрашивает он, пока еще не паникуя. Он может быть в общежитии, в любой комнате, и Юнги стонет, переворачиваясь, чтобы зыркнуть на Чонгука.

- Я не знаю, он спал с нами. Ты проверил в других комнатах?

Он оказывается за дверью до того, как Юнги успевает договорить, проверяя все комнаты в надежде найти Тэхёна, его руки лихорадочно поднимают одеяла, пока он проверяет под кроватями и в ванной, и его горло сжимается, чем дольше он ищет и не находит Тэхёна.

- Тэхён? Тэхён, малыш, это не смешно, - зовет он, а Чимин уже разговаривает по телефону, наверное, с Намджуном и Хосоком, его руки начинают дрожать, дыхание ускоряется, и он закрывает глаза в попытке успокоить себя, прежде чем он начнет кричать.

- Намджун не знает, где он. Они на радио-шоу... - Чимин обрывает себя, когда в комнату входят Сокджин и Юнги с глазами, полными страха, и Чонгук направляет свой взгляд на Юнги, не заботясь о том, что позже получит по заднице за то, что орет на своих хёнов, но ему все равно, Тэхён пропал.

- Меня не было три часа, и вы, блять, потеряли его? - голос Чонгука поднимается в конце предложения, не совсем до крика, но звенящий от страха и злости, и Сокджин качает головой, закусывая губу.

- Он спал с нами, Чонгук, куда он мог пойти-

- Это у вас надо спросить! - Он вскидывает руки и пытается сообразить, куда мог быть Тэхён, и о боже, он ведь такой чертовски маленький, если он вышел на улицу, машины могли не заметить его, он мог споткнуться и пораниться, и Чонгук хватает свой телефон и куртку, распахивает дверь и кричит имя Тэхёна, надеясь на его появление, бежит по дороге в первое место, что пришло ему в голову, а Чимин бежит за ним.

Теперь он задыхается от страха и бежит так быстро, как только может, в их тренировочную студию, зовя Тэхёна по имени и проверяя каждый угол на случай, если тот испугался по дороге, и когда он врывается в танцевальный зал, задыхаясь и тяжело дыша, Тэхён зовет его со слезами на глазах, всхлипывая и завывая.

- Гукки! Гукки-и...

- О боже, Тэхён, - выдыхает он, на негнущихся ногах подходя к маленькому Тэхёну, прежде чем упасть и притянуть его к себе, крепко сжимая и тяжело дыша, чувствуя головокружительные волны облегчения. - Тэхён, о господи, малыш...

- Мне т-так жаль, Гукки, - всхлипывает Тэхён, хватаясь за его футболку, и Чонгук отстраняется, лихорадочно убирая его волосы, чтобы посмотреть ему в глаза.

- Почему ты ушел один! Нельзя так делать, Тэ, пожалуйста, никогда больше так не делай, - выдавливает он, и Тэхён рыдает сильнее, качая головой.

- Что, если бы ты поранился? - кричит он, его грудь быстро поднимается и опускается, с нереальным облегчением, но пиздецки напуганный, что, если Тэхён поранился бы из-за него...

Тэхён съёживается.
- П-прости меня, Гукки, - кричит он, и Чонгук проглатывает всхлип, притягивая Тэхёна ближе и успокаивая, покрывает поцелуями его макушку, его мокрые щеки и нос, держа его лицо в руках.

- Прости, малыш, я не хотел кричать, - воркует он, покачивая Тэхёна вперед-назад, и Тэхён икает из-за рыданий, подрагивая, - я так испугался, я просто очень испугался, солнышко. Теперь все хорошо, все в порядке, ты в порядке, я здесь, я здесь, я...
Он прижимается ртом к голове Тэхёна, и Тэхён всхлипывает, обнимая Чонгука руками и ногами, и он гладит его по волосам, дрожа от облегчения.

- Я д-думал, что ты оставил меня, - произносит Тэхён, и Чонгук качает головой, обнимая его крепче.

- Я никогда бы тебя не оставил, малыш, клянусь. Я всегда буду с тобой, ладно? Обещаю, я всегда буду с тобой. Что бы ни произошло, и когда ты будешь большим, и когда ты будешь маленьким, хорошо? Просто не делай так больше, Тэ, я люблю тебя...

Тэхён отодвигается и смотрит на него большими глазами.
- П-правда? Ты... любишь меня? - шепчет он, моргая, и Чонгук быстро кивает, начиная улыбаться, и вытирает дорожки от слез на его щеках.

- Да, Тэ, конечно, люблю, - говорит он, и красивые, прекрасные глаза Тэхёна глядят на него с удивлением и трепетом.

- Ты любишь большого Тэхённи? - спрашивает Тэхён, и Чонгук на секунду тормозит.

- Конечно. Я люблю любого Тэхённи, я люблю тебя маленьким, большим и вообще любым, - признается он, и Тэхён вспыхивает сверкающей улыбкой, его ресницы склеены из-за слез, и Чонгук думает, что он самый везучий человек, потому что знает кого-то, как Тэхён, кого-то настолько замечательного и удивительного, как он.

- Тэхённи тоже любит Гукки, - говорит Тэхён, стесняясь, и Чонгук улыбается, целуя его в лоб, закрывая глаза, чтобы успокоить свое быстро бьющееся сердце, полное облегчения.

Они сидят так в объятиях друг друга секунды, минуты, часы, пока оба не перестают дрожать, и Чонгук не может перестать водить руками по телу Тэхёна, проверяя, цел ли он, здоров ли, и если он все еще здесь, покрывая его лицо поцелуями, пока Тэхён не смеется устало, тянется за лаской с хитрой улыбкой.

- Малыш, нам надо вернуться назад, хорошо? - говорит Чонгук, Тэхён вздыхает, и на долю секунды что-то зрелое мелькает в его глазах, а потом он прилипает к Чонгуку, требуя, чтобы его понесли. Он легко потакает ему, сам не желая отпускать его, и пока они идут в общежитие, Чонгук терпеливо слушает о тэхёновом сне про Железного человека.

Когда они возвращаются в общежитие, их тут же облепляют мемберы со встревоженными лицами, и Чонгук дает им окружить лаской сонного Тэхёна и видит облегчение в их глазах, от которого Чимин практически умирает.

- Похоже, Чонгук справляется с детьми лучше, чем мы думали, - говорит Намджун после того, как они все успокоились и начали готовиться ко сну, а Чонгук качает головой.

- Не-а, только с Тэхёном, - шепчет Чонгук, ведя Тэхёна в свою комнату, - только с ним.

Он чистит зубы с Тэхёном, показывая ему, как правильно держать зубную щетку; умывает его, когда Тэхён забывает сплюнуть в раковину, вытирает лицо полотенцем, даже когда Тэхён кривится, вцепившись в его бицепс, чтобы попытаться оттолкнуть его, и Чонгук улыбается его сморщенному личику.

Когда Чонгук, полностью вымотанный, падает в постель с обнимающим его Тэхёном, он чувствует руку, протянутую, чтобы прикоснуться к его лицу, и сжимающую его щеку в попытке привлечь его внимание.

- Мм? - бормочет он, поворачиваясь к Тэхёну, и тот закусывает губу, внезапно смущаясь. - Что такое, Тэ?

- А большого Тэхённи ты тоже будешь целовать? - тихо говорит он, и Чонгук улыбается.

- Конечно, буду. Я подарю ему все поцелуи в мире и расскажу ему, какой он удивительный и особенный, и что это нормально, если он иногда устает. Я скажу ему, что всегда буду рядом, и я буду заваривать ему чай, если его горло будет болеть. Но ты должен сказать большому Тэхённи не избегать меня больше, ладно? Сможешь сделать это? - он говорит это шепотом, как тайну, и Тэхён хихикает, сжимая свою маленькую руку в кулачок между ними, и его глаза светятся и блестят даже в темноте.

- Смогу, - решительно говорит он, и Чонгук тепло улыбается ему.

- Давай спать, хорошо? - Чонгук проводит рукой по его волосам, убирая их с его лба, пока Тэхён сонно моргает.

- Обнимашки? - тихо спрашивает он, словно это единственное, чего он мог когда-либо хотеть, и Чонгук мычит, притягивая Тэхёна своей груди и целуя в макушку.

- Спокойной ночи, малыш, - бормочет он в его волосы, и Тэхён сжимает кулаком его пижаму, потираясь щекой об открытую горячую кожу его шеи.

- Спокойной ночи, Гукки, - отвечает Тэхён, и Чонгук позволяет себе уснуть под ритм тэхёнова дыхания и провалиться в бессознательность, ощущая тепло маленького тела, прижатого к нему.

Когда он просыпается, Тэхёна нет рядом с ним.

Он просыпается быстрее, чем когда-либо, взлетает с постели и чуть не вываливается из нее, спотыкаясь, идя в гостиную, паника снова окутывает его, и черт, черт, Тэхён что, снова попытался уйти? Блять, как давно он ушел, он, вероятно, опять в студии-

Он замирает, замечая знакомый силуэт на кухне, высокий и статный, и осторожно направляется к нему, пока его сердце по-прежнему колотится.

- Тэхён? - осторожно зовет он, и Тэхён поворачивается и дарит ему яркую улыбку, и оу. Тэхён вернулся в норму.

- Привет, Гукки, - говорит Тэхён, его глубокий, мягкий голос завораживают его, знакомые морщинки вокруг его теплых глаз и его мягкий рот успокаивают его, и он делает неуверенный шаг вперед, переживая, что Тэхён будет снова избегать его, и когда он этого не делает, Чонгук тянется к нему в тот же момент, когда Тэхён делает то же самое.

Чонгук прижимает его к себе, и они соединяются, как две части паззла, и Чонгук чувствует вырывающийся вздох облегчения, обнимая Тэхёна руками, чтобы притянуть еще ближе. Он любит маленького Тэхёна, но он скучал по большому Тэхёну больше, чем можно описать словами.

- Прости, что избегал тебя, - урчит Тэхён, уткнувшись ему в шею, и Чонгук вздрагивает.

- Скажешь мне, почему? - спрашивает он, и Тэхён фыркает в мягкую кожу его шеи. Он отстраняется, его глаза сужаются и сверкают, и Чонгук чувствует, как у него перехватило дыхание, чувствует, как сердце запинается в его груди.

- Потому что я люблю тебя, - говорит он, глядя на свои ноги, и Чонгук выпускает сдавленный смех, удивленный, но совершенно счастливый и довольный.

- Это хорошо, потому что я тоже тебя люблю, мудак, - бормочет Чонгук, и Тэхён резко поднимает голову, широко раскрыв глаза. - Ты заставил меня пройти через ад, ты знаешь?

Тэхён дует губы удивительно похоже на детскую версию себя:
- Мне очень жаль. Я не хотел-

- Эй, эй, все хорошо, - успокаивает его Чонгук, проводя рукой по тэхёновым волосам, - это было очень мило, на самом деле. Маленький ты не говорил так много.

- Заткнись, - Тэхён слегка толкает его, смеясь, и Чонгук усмехается. - Так ты на самом деле имел это в виду?

Теперь он выглядит нервным, и Чонгук наклоняет голову.

- Ты действительно имел это в виду, когда сказал, что всегда будешь рядом со мной?

Чонгук разжимает губы.
- Конечно, я имел это в виду, Тэхён. Я всегда буду рядом с тобой, ладно? И в следующий раз, когда будешь так переживать, дай мне знать. Я всегда буду стараться помочь, - он нежно проводит большим пальцем по скуле Тэхёна, и Тэхён сразу тянется за прикосновением.

- И целовать меня ты тоже будешь?

Чонгук давится смехом.
- Да. Да, я буду, - шепчет он и дразняще кусает нижнюю губу Тэхёна, прежде чем они целуются, и их поцелуй нежный, светлый и такой невероятно сладкий, что Чонгук не может насытиться вкусом Тэхёна, который нереально притягательный. Когда они отрываются друг от друга, их лбы прижаты друг к другу, и Чонгук думает, что он пройдет через что угодно, лишь бы увидеть Тэхёна счастливо и беззаботно улыбающимся, каким он был, когда был ребенком.

- Хей, Тэ? - спрашивает он, и Тэхён мурлычет. - Есть какая-то причина, почему игрушка Железного человека была твоей любимой?
Он ухмыляется, и Тэхён закатывает глаза, слегка ударяя его по груди.

- Ой, заткнись, - говорит он и целует его, чтобы заставить замолчать, руками обнимая его за шею и смеясь в его губы так тепло и радостно.

- Ну и ладно. Железный человек не сравнится с тобой.

И возможно, это привычно - проснуться и услышать громкие крики Хосока и шумный смех Тэхёна, скрипучее хихиканье Джина, которое похоже на звук стеклоочистителей, препирательства Намджуна и Юнги, но очень редко можно проснуться раньше всех, держать Тэхёна в своих руках и чувствовать его губы на своих, и уж тем более непривычно слышать улюлюканье Хосока и чиминово бля, я так и знал.

- Ты должен мне, лошара, - посмеивается Хосок, слегка толкая Чимина, и тот стонет. - Гони бабки.

- Да пошел ты. Если превращение в ребенка заставит мою любовь заметить меня, то мне стоит сделать то же самое, - бормочет Чимин, в основном для себя, и Хосок окидывает его странным взглядом.

- А? Что за любовь? Почему я не знаю об этом? - Хосок звучит чуть-чуть обиженно, и Чимин закатывает глаза, вздыхая.

- Никакая, хён, я шучу, - стонет он, несмотря на то, что это неправда, и уходит обратно в свою комнату, куда Хосок следует за ним.

- Подожди-ка, мне нужно знать все об этом прямо сейчас, - зовет Хосок, и Чимин скрещивает руки.

Он ведь не может сказать Хосоку, что влюблен в него, был уже какое-то время, но и не может избегать его, так что, когда он просыпается позже в тот день, чувствуя, что стал значительно меньше и менее способным формулировать полные предложения, и слыша, как хныканье срывается с губ, он внутренне бьет себя.

И всё начинается снова.