Терапия

Бывает, мир останавливает своё движение. Для двух людей, встретившихся впервые лицом к лицу, это часто случается. Со стороны смотрится смешно, когда двое просто стоят на месте, зависнув. Но внутри каждого в эти секунды происходит очень много. Целая буря проносится в головах и груди каждого. Мысли и чувства смешиваются и путаются. Заканчивается это всё опущенными глазами и неловкой тишиной, когда оба приходят, наконец, в себя.

Чонгук опустил руку, только сейчас понимая, что всё это время так и держал её в воздухе. Неловко. Чимин одет в нелепый домашний свитер с котёнком и волосы лохматые после дурачества с Тэхёном. Неловко.

Чимин крепко сжимал ручку двери, скрывая дрожь в руках. В голове была паника, и в разных уголках сознания проносилось: «Чонгук. Чонгук. Чонгук. Чонгук». С момента, как он открыл дверь, прошло не больше, чем полминуты, а ощущение, будто вечность. У него брови всё ещё были вверху от удивления, и он заговорил, неловко запинаясь:

— Чонгу... ки?

— Сюрприз?

— Ты... эм... это... — Чимин оглянулся по сторонам и бросил взгляд в коридор, зачем-то проверяя, нет ли там кого. Ну, или это был повод отвести глаза.

— Впустишь свой подарок?

Чимин вспыхнул и отступил в сторону, шире открывая дверь:

— Чувствуй себя, как дома, — негромко сказав это, он проследил взглядом за Чонгуком.

«Высокий. Высокий. Высокий. Высокий», — бегущая строчка в голове изменилась с его имени на его характеристики.

Никакого самоконтроля. Всё, что было или могло бы быть в голове Чимина за последние дни, стало просто пшиком. Сдулось буквально в одно мгновение, стоило увидеть Чонгука на пороге своей квартиры. Глядя на то, как он проходит внутрь, Чимин хотел буквально рассыпаться в мелкий песок. В такую маленькую кучку пыли, чтобы ещё мельче быть, чем сейчас, и чтобы не нужно было ничего больше делать и говорить. Можно было бы без зазрений совести просто оставаться на месте и никто бы ему слова не сказал, будь он просто пылью на полу. Скажи ему кто полгода назад, что этот Новый Год будет таким, он бы сначала посмеялся, а потом поплакал, потому что это было невозможно.

Но реальность бьёт по голове и заставляет думать, что делать:

— Хочешь какао? — Чимин захлопнул дверь и, пока Чонгук не видел, бесшумно выдохнул в сторону, похлопав себя по груди.

— Хорошая идея. Тогда вот это на потом, — Чонгук повернулся и протянул ему пакет.

Чимин только сейчас понял, что Чонгук что-то принёс с собой. Там было вино и коробка конфет. Прекрасно. Может, к чёрту какао. Всё равно это не похоже на реальность.

Нет, сегодня праздник, и это первая встреча с Чонгуком. Всё будет зря, если просто напиться.

— Спасибо, — Чимин забрал пакет.

Чонгук слегка улыбнулся, бегая глазами вокруг. В этой маленькой квартире всё сразу было на виду. Он не знал, за что зацепить взгляд: за Чимина, который мило тянется к кухонному шкафчику, чтобы убрать пакет, за ёлку, под которой подарок, за огни возле кровати или за еду на столе рядом с ней.

— Кого-то ждёшь? — он кивнул на столик, снимая куртку.

— Нет, это... Тэхён только что был здесь, — Чимин подошёл к Чонгуку и забрал его куртку, чтобы повесить. Очень холодная. Наверное, Чонгук сильно замёрз пока добирался сюда.

— Так это он был на лестнице? Он пожал мне руку и сказал, что я молодец. Не знаю, зачем это было, но он забавный.

— Да, он такой, — кивнув, Чимин подошёл к столу и собрал оттуда использованную посуду, создавая более аккуратный вид. — Можешь... можешь присесть, я сделаю какао.

Чонгук послушал совета, сев на кровать, и та мягко прогнулась под ним, будто уговаривая чувствовать себя комфортно, но ему всё ещё было неловко, и никакая мягкость это не изменит. Он видел эти огоньки и эту кровать много раз через телефон, но сейчас всё казалось ещё более уютным. Очень подходит Чимину. Низкие тумбочки на кухне тоже подходят ему. Квартира вся будто для него была сделана. Или просто он умел создать такое впечатление о своём жилище. Чонгук немного расслабился, упираясь рукой в кровать, и наклонил голову вбок, наблюдая за Чимином, который возился с кружками и тёплым молоком для какао.

— И правда маленький хён, — негромко выговорил младший.

— Что? — Чимин обернулся.

— Сколько в тебе? Полтора метра? — Чонгук выпрямился под чужим взглядом и улыбнулся.

— Метр семьдесят три, — строго ответил старший. — Ты выше всего на голову.

— Не я выше, а ты ниже.

Чимин поджал губы и фыркнул, сдерживая улыбку. Чонгук свою не сдерживал, довольный словами. Старший подошёл к кровати и поставил кружки с какао на стол. Потом ушёл и вернулся с чистыми тарелками и приборами. Хорошо, что от посиделки с Тэхёном осталась хоть какая-то еда.

— Поешь, если хочешь. Это поможет согреться, — Чимин сел рядом, подняв ноги на кровать и забирая свою кружку.

Чонгук тоже взял какао, грея руки, и посмотрел на старшего. Сидя на кровати, он кажется увереннее. Похоже, это его любимое место в доме, и оно его успокаивает. В целом, вся эта квартирка — его территория, но кровать, вероятно, была самым любимым уголком здесь. Кошачьи повадки. Он выбрал себе любимое место и только там чувствует себя хозяином. А щенкам, как Чонгук, всегда и везде нужно будет разрешение, даже в собственном доме. Ещё пару минут назад он чувствовал растерянность Чимина, и был главным в ситуации, но стоило старшему оказаться на любимой части его дома, как всё начало меняться. Едва заметно, но ощутимо. С каждой секундой в глазах и даже в позе Чимина становилось меньше напряжения и больше уверенности. Потом он улыбнулся, и у Чонгука сердце дёрнулось и лёгкие сжались.

Он такой красивый.

Чонгук отвёл взгляд, и вспомнил про напиток, подув немного, прежде чем отпить. Вкусно и тепло. В комнате не было ни звука за это время. Сколько прошло никто не знал и не считал, но первым эту тишину нарушил Чимин:

— Ты снова удивил меня.

— В смысле? — Чонгук посмотрел на него.

— Я не мог и подумать, что подарком будешь ты.

— Я не... — младший прочистил горло. — Я подумал, лучшим подарком будет встреча.

— Помнишь, я сказал, что мне будет достаточно поговорить с тобой?

— Я перевёл это на новый уровень.

— Ты перевёл это на новый уровень, — Чимин повторил за ним, а потом добавил. — Если честно, я никогда раньше не был так удивлён.

— Могу представить, — Чонгук хмыкнул.

— Какой уверенный, — старший слегка сощурился.

— Чей там подарок? — спросил Чонгук, указав головой на ёлку.

— Тэхён принёс. Я открою его завтра утром, — Чимин широко улыбнулся.

— Ты и правда любишь подарки.

— Я люблю праздники и внимание.

— Внимание, значит? — Чонгук выгнул бровь.

— Да.

— А мой подарок можно считать вниманием?

— Да, — сказал Чимин, кивая. — Сам Чонгук приехал ко мне в Новый Год. И даже позаботился о вине и конфетах.

— Не вспоминай об этом. Я хотел взять что-то особенное, но выбор был слишком большим. Пришлось быть банальным, — Чонгук вздохнул.

— Я всё равно рад, — Чимин вспомнил, что у него тоже есть подарок, и сейчас идеальное время. — Погоди минутку.

Он поставил какао и слез с кровати под вопросительный взгляд Чонгука. В том же шкафу, где он раньше хранил подарок для Тэхёна, был и второй. Небольшая квадратная коробочка появилась в его руках после нескольких секунд поиска. Он вернулся и встал перед Чонгуком, протягивая ему подарок и внимательно наблюдая.

Взглянув на Чимина, Чонгук взял коробочку. Он не ожидал подарка и тем более прямо сейчас. Ему было приятно и любопытно, поэтому он не медлил, сразу открывая.

Полароидный фотоаппарат.

— Ого... — Чонгук видел такие раньше, и всегда хотел попробовать, но не решался потратиться на это.

— Ты любишь видео, так что я подумал, что будет неплохо, если и фото попробуешь. Из этих штук получаются милые фотки, мне показывали.

— Спасибо, Чимини-хён, — Чонгук широко улыбнулся. Поковырявшись немного, он поднял фотоаппарат и сделал снимок Чимина. Снизу сразу вылезла карточка, и он аккуратно взял её, вглядываясь.

— Эй!

— Уверен, ты прекрасно получился, давай подождём, пока проявится, — младший выглядел довольным.

— Не может быть прекрасно, я не был готов, — пробормотал недовольно Чимин.

— В этом вся красота.

— Уже начинаешь мыслить, как фотограф.

— Не знаю, я просто подумал, что так будет лучше, — Чонгук пожал плечами. — Ещё раз спасибо, хён.

— Я рад, что тебе нравится.

— Ещё мне нравится, что первое фото твоё.

Чимин посмотрел Чонгуку в глаза, пытаясь найти там шутку или сомнение, но ничего подобного не было. Чонгук был рад подарку, и он был счастлив сделать эту фотографию. Они оба опустили глаза на руки Чонгука, где уже проявился снимок.

— Хён, это и правда красиво.

Чимин повёл бровью. Да, в этом было что-то, но волосы в полном беспорядке и этот свитер странный. Ему нужно было надеть что-то более приличное. Теперь он жалел, что не переоделся ещё в ту минуту, когда Тэхён пришёл. Но перед другом он не волновался о виде, а сейчас уже возможности не было.

— Чонгуки, я не думаю, что... — Чимин потянулся, надеясь забрать фотографию.

— А! — Чонгук вскинул руку и отвёл её в сторону. — Кто разрешал моё брать?

— Твоё? Там я! — старший возмутился.

— Фотик мой и фотка тоже моя, — заявил Чонгук.

— Я не разрешал меня фоткать.

— Мне не нужно разрешение, — неожиданно серьёзно сказал младший.

— Почему это? — Чимин скрестил руки на груди.

— Потому, что ты маленький хён. Ты ничего не можешь сделать против меня.

— Неужели? — скептически спросил старший.

Чонгук встал, оказываясь перед Чимином во весь рост:

— Думаешь, можешь?

Не такой уж и высокий он был, но его телосложение было крепким, а уверенность — ещё крепче. Такая своего рода живая стена.

«Чёрт. Чёрт. Чёрт. Чёрт», — Чимин упёрся взглядом в грудь Чонгука.

От тела напротив исходило слабое тепло. Чимин чувствовал его своей шеей, чувствовал, как оно проходило по коже под одежду и превращалось в жар. Взгляд медленно пошёл вверх, надеясь добраться до лица Чонгука, но стоило увидеть край одежды, после которой только неприкрытая кожа, он остановился на этом. Зрачки расширились, медленно покрывая радужку глаза, и в горле застрял остановленный на полпути выдох. Чимин сглотнул. Сердце билось быстро и будто занимало всю грудь, мешая дышать. Сознание больше и больше покрывалось туманом, опускаясь в возникшее глубоко внутри желание. Привлекательный вид перед глазами вызвал внезапную необходимость прикоснуться. И не обязательно руками. Губы Чимина едва заметно дрогнули и разомкнулись, будто собираясь исполнить желаемое, но в следующую секунду что-то щёлкнуло в голове, и он моргнул, частично возвращаясь в реальность.

— Может... договоримся? — его голос звучал ниже обычного.

— Так-то лучше, — Чонгук ответил в тон ему.

Он смотрел сверху вниз, уголки губ были приподняты в лёгкой улыбке. Вне своей любимой территории — кровати — Чимин не мог долго держаться в состоянии подавления, учитывая, что из двоих в этой комнате именно он меньше в размерах и слабее. Убери кота из его места, и он будет прятаться и пыхтеть. Чонгук опустил руку с фотографией, не отрывая взгляд от Чимина.

— Зависит от условий, — он продолжил говорить, а хотел бы совсем не разговоров.

Поведение Чимина — провокация. Возможно, он не понимал этого и сам, а если понимал, то тем хуже. И тем сложнее заставить себя отступить. Чонгук посмотрел вверх и прикрыл глаза на секунду, пытаясь сосредоточиться. Но эти тяжёлые паузы, приглушённое сдержанное дыхание Чимина и его запах не давали расслабиться. Кто бы мог подумать, что в нём так много привлекательности. Звонки с видео, оказывается, не передавали даже половины его очарования.

Чонгук опустил взгляд обратно. Раз успокоиться не получается, так зачем лишать себя шанса полюбоваться. Он видел эти глаза и губы множество раз до сегодняшнего дня. Не раз обращал внимание на его руки и хрупкие плечи. Даже его приятный голос уже начинал становиться несколько привычным. В реальности же всё разбилось и разлетелось в стороны, открывая глаза на правду. Будто до этого видимость была через мутное стекло, а сейчас перед глазами чистейшая картинка. Яркая и привлекательная.

Никто не предупредил, что видеть Чимина в реальности — всё равно, что впервые. Слушать его осевший голос равноценно медленному утопанию в песке. Чонгук мог бы прямо сейчас продать себя всего, чтобы послушать, будет ли он лучше звучать возле его уха. Он не был предупреждён, что в реальности будет так сложно смотреть на его губы, почти незаметно открывшиеся от кто знает каких мыслей, гуляющих в этой далеко не невинной голове. Чонгук мог предположить, что происходит, по спрятанным за волосами глазам. Их не видно, но он поставил бы всё, что имеет, и даже новенький подарок на то, что Чимин смотрит в упор на его шею. Этот взгляд чувствовался почти физически. Осознание этого посылало по коже лёгкое покалывание, опускающееся от шеи к рукам, почти вынуждая задействовать их. Чонгуку стоило усилий не сдаться этому порыву, несмотря на бьющееся в мыслях оправдание: «Почему бы и нет?». А может, и делать ничего бы не пришлось. Ещё бы немного и, наверное, Чимин сам бы воплотил в жизнь то, о чём думал.

Ситуация не должна была превратиться вот в это. Весь этот поход в гости не должен был стать таким.

— Любые условия, — наконец, ответил Чимин.

Чонгук моргнул, вспоминая, что разговор всё ещё не окончен:

— Хочешь, чтобы я сам поставил условия?

— Да.

— Хорошо, — он кивнул и отступил, сев обратно. — Но сначала я хочу выпить какао. Ты старался, нельзя дать ему просто так остыть.

Чимин тихо выдохнул. Без Чонгука он будто резко оказался без опоры. Ноги ослабели в ту же секунду, но самообладания хватило, чтобы со спокойствием взять свой какао и снова забраться с ногами на кровать.

Так намного лучше.

Разве что в горле пересохло, в теле всё ещё гуляет тепло, и в глазах застыла картинка открытой шеи Чонгука. Так близко. Ему уже не было дела до какой-то фотографии. Пусть оставит себе и хоть в рамочку на стенку, хоть выкинуть и забыть.

Чонгука начинало понемногу отпускать. Может, из-за того, что какао такой по домашнему вкусный и совсем не вяжется с тем Чимином минуту назад. Может, потому, что расстояние теперь чуточку больше, чем впритык. Или, может, из-за того, что чиминов взгляд больше не прожигает кожу.

Внимание старшего теперь рассредоточилось по комнате, и его тело снова расслабилось. С того момента, когда Чонгук заметил разницу в поведении Чимина вне его любимого места, это стало больше бросаться в глаза.

— Хён, что ты обычно делаешь в выходные?

— Я говорил, — Чимин посмотрел на него, отпивая из кружки. — Дома отдыхаю.

— Если бы я не пришёл, ты бы даже сегодня дома был?

— У меня больше нет интереса к вечеринкам, — ответил старший ровным тоном.

— Почему?

Чимин одарил его взглядом, выражающим немое: «А то ты сам не знаешь», и Чонгук вскинул брови, раскрыв широко глаза.

— Из-за меня? — его губы растянулись в неловкой улыбке, и он повернулся к старшему всем телом. — Погоди, серьёзно?

— Слушай, — Чимин вздохнул. — Не думай об этом настолько серьёзно. У меня как бы... сменились приоритеты.

— Приоритеты, говоришь.

— Ну да, — старший пожал плечами. — У меня появились более важные дела. Вечеринки просто тратят время.

— Вечеринки это не только пустое веселье, — Чонгук многозначительно улыбнулся, и этот намёк не остался без внимания, но Чимин решил не развивать эту тему.

— Как я уже сказал... — он прочистил горло и продолжил. — ...приоритеты.

Чонгук на секунду опустил глаза, обдумывая что-то, прежде чем спросить:

— Давно?

— Несколько недель... — Чимину было неловко, потому что тема уже шла не о вечеринках, и младший смотрел на него с недоверием, вынуждая быть честнее. — Ну ладно. Может, месяцев...

— Чимини-хён... — Чонгук выглядел действительно удивлённым.

— Что? У меня есть дела важнее, — старший вздёрнув подбородок.

— Дома на кровати валяться, — добавил Чонгук. — Да, дела неотложные.

— Кто бы говорил. Ты вообще девственник, — Чимин попытался перевести свою неловкость в нападение.

— Эй, я сказал, что я гей, а не девственник. Я помню, что ответил, — Чонгук возмутился.

— Сначала ты спросил, нельзя ли быть и тем и тем, — старший развеселился.

— Это была шутка!

— Конечно-конечно, — Чимин отмахнулся, посмеиваясь. — Всё, что угодно, лишь бы тебе жилось спокойно.

— Хён, — Чонгук нахмурил брови.

— Чонгуки, — Чимин подражал ему тоном голоса и выражением лица.

— Знаешь что, я не буду тебя переубеждать, — младший сдался и обратил внимание на свою кружку.

— И правильно, всё равно бесполезно.

Несмотря на этот спор, они оба немного улыбались, и в новой возникшей тишине уже было комфортнее, чем в самом начале их встречи.

В Чонгуке взыграло любопытство. Всё это могло значить, что Чимин перестал развлекаться — во всех смыслах этого слова — ещё с момента начала их общения. Но до знакомства он ведь какое-то время был фанатом. Может, всё это длится дольше, чем кажется? И, может, на недавнее замешательство Чимина перед ним повлиял именно тот факт, что он давно нигде не был и, вероятно, так же давно ни с кем не спал.

— Как давно ты смотришь мой канал? — Чонгук посмотрел на старшего.

— Сегодня год.

Чонгук поперхнулся, убирая кружку и уже теряя надежду допить свой напиток. Теперь понятно, почему Чимин так яростно переводил тему и перенаправлял стрелки внимания. Очевидно, он не хотел, чтобы тот разговор дошёл до правды. Чонгука бросило в жар от своих же выводов. Доказательств ничему из этого не было, это просто самостоятельно выстроенная последовательность предположений. Но если допустить, что выводы правильные, получается никто не прикасался к Чимину почти год, никто даже не стоял рядом с ним, и его единственный друг тут не в счёт. Это было бы просто прекрасно, хоть и маловероятно. Даже Чонгук со своей бессонницей находил для этого время хотя бы раз в пару недель.

— Чонгуки? — Чимин взволнованно посмотрел на него, прикоснувшись к спине. — Ты в порядке?

— Да, я... я удивился, — он улыбнулся Чимину и перевёл взгляд на стол.

Чимин сощурился. У Чонгука в глазах всё написано. Наверняка придумал себе лишнего и теперь не может побороть свои мысли. Это даже немного мило. Любопытно, что именно он выдумал. Выспрашивать Чимин не стал, не уверенный, что ответ ему понравится. Да и без этого понятно, что это как-то связано с ними двумя. О чём ещё можно было бы думать в такой момент.

— В том году я первый раз никуда не пошёл праздновать Новый Год. Я сел смотреть ютуб, и мне попалась твоя трансляция, — Чимин убрал руку, рассказывая, чтобы развеять обстановку. — Но я подписался только через месяц или типа того, когда мне начали попадаться другие твои видео.

Чонгук посмотрел на него, слушая с интересом, а потом усмехнулся:

— Так ты уже год по мне сохнешь.

Чимин с силой пихнул его вместо ответа, опуская глаза вниз. Младший широко улыбнулся, глядя на него:

— Ладно, ладно. Я знаю, что на самом деле всё не так, — он ненадолго замолчал и продолжил чуть более серьёзно. — Ты уже не настолько фанат, как раньше, я прав?

— Смотря, что ты имеешь в виду, — Чимин мельком взглянул на него.

— Ты изменился за эти три месяца.

Чимин молчал, обдумывая смысл сказанного, а потом вдруг неискренне улыбнулся:

— О, я вижу, к чему всё идёт, — он слез с кровати. — Давай не будем доводить это до чтения чужих чувств, ладно? Ты тоже весь как на ладони.

— Мне нечего прятать, — Чонгук пожал плечами. — Я говорил... Всё так, как ты видишь.

— Я тоже ничего не прячу, ты с самого начала всё знал, — Чимин поджал губы.

— Только то, что ты был фанатом, но ты изменился, и теперь я не уверен, что понимаю хоть что-то, — младший смотрел на него с приподнятыми бровями и ожиданием в глазах. У Чимина даже злиться не получалось, глядя на него.

— Как будто это моя вина, — он буркнул, глядя в сторону.

— Нет, никто не виноват, хён, — Чонгук тихо выдохнул и встал, приблизившись к Чимину. — Ты говорил, что хочешь понять меня, и я дал для этого все возможности. Но я тоже хочу понимать тебя.

Чимин отступил на шаг назад, в этот раз глядя Чонгуку в глаза. В этот раз он не завис, и это уже было маленькой победой. Он выглядел спокойным и, казалось, вот-вот ответит, но на самом деле он понятия не имел, что сказать. Чонгук был прав, и это было неприятно признавать. Ситуация тоже была в его руках, и даже при желании Чимин не смог бы вести себя и дальше так смело, выкручиваясь через разные варианты. Чимин скрестил руки на груди и выдохнул носом, но Чонгук смотрел на него щенячими глазами, перекрывая любые попытки проявить недовольство. Он терпеливо ждал ответа Чимина.