Глава 7. Я не хочу тебя потерять...
Включить: The Way — Zack Hemsey
Знаете, что пробирает человека на слёзы, когда его близкие люди ушли из жизни? Вот настал день похорон. Его близкий человек лежит в гробу, он смотрит на человека, прощается с ним, но он пока что не может смириться и осознать то, что этот человек больше не откроет глаза, не возьмет вас за руку, не обнимет, вы больше не сможете поговорить, провести время с этим человеком. То же самое чувствую я сейчас. Все эти три дня Елизавета Владимировна за меня готовилась к похоронам. Я не знаю как ее за это отблагодарить, я просто не могла этого всего делать. Вот сейчас настал день похорон. Я стою в прохладном зале дома моих родителей. Передо мной стоят два гроба, в которых лежат самые близкие мне люди. Господи, я просто не могу это осознать, что я больше никогда их не увижу, это последний момент, когда я могу посмотреть на них. Я просто не осознаю все то, что сейчас происходит. Все плывет перед глазами, я не чувствую себя в реальности. Все это нахлынуло на меня волной, из которой я уже вряд ли смогу выбраться. Но знаете что меня задело больше всего? На похоронах находятся я, Елизавета Владимировна и некоторые знакомые моих родителей. Но, не приехал тот человек, который был частью нашей семьи. Моя старшая сестра, Таня. Когда ей исполнилось 18 лет, она со своим возлюбленным уехала жить в Германию. Это было 6 лет назад. На тот момент мои родители были в плохом материальном состоянии. Мне тогда было 12 лет, мы голодали, у нас не было постоянной крыши над головой. Но Таня, она просто взяла и уехала вместе со своим «молодым» папиком, у которого много денег. Она оставила нас тут, изредка напоминая о себе какой нибудь небольшой повесточкой, сообщением. Спустя пару лет, когда мне было 14, у родителей появилась постоянная работа, а затем появился бизнес, который набирал обороты. И вот, когда родители умерли, она даже не приехала на их похороны, она скорее всего и не знает об этой трагедии, хотя я ей писала... Ей там наверное хорошо, никаких забот, роскошь, все такое. Но меня очень сильно задела эта ситуация.
— Ир, пойдём на улицу, свежим воздухом подышим? — тихо спросила Елизавета Владимировна, на что я молча кивнула.
День был очень тяжелый, я не знаю, как я его вытерпела. Мы вышли с кладбища, направляясь в сторону машины Елизаветы Владимировны. Она открыла мне дверь машины, усаживая меня на сиденье. Через пару мгновений мы выехали в парковки.
— Ир, ты эту неделю не ходи в универ. Я тебя отведу к очень хорошему психологу.
— Но, Елизавета Владимировна, зачем?
— Ира, ты закроешься от всего мира, ты просто уйдёшь из нормальной жизни, понимаешь?
— Но, это наверное дорого стоит...
— Ира, если я предложила, это значит, что ты не будешь платить ничего.
— Но, Елизавета Владимировна, мне как-то неловко...
— Никаких но, Ирина. — перебила меня учительница.
— Понимаешь, я не хочу тебя потерять такую, какая ты есть сейчас. — произнесла она, резко замолкая.
— Я не хочу, чтобы моя ученица осталась закрытой и вымотанной. — добавила она.
Что она имела ввиду? Всю оставшуюся дорогу у меня в голове крутились ее слова...
Прошёл месяц...
Прошёл целый месяц со смерти моих родителей. Да, я очень сильно скучаю по ним, мне тяжело без них, но Елизавета Владимировна.... если бы не она, я не знаю что бы со мной происходило, в каком состоянии я бы сейчас находилась. Психолог мне очень помог, помимо этого, учительница постоянно навещала меня, поддерживала, помогала. Кстати с французским у меня все чудесно, мне он очень даже нравится. Я так люблю когда Елизавета Владимировна рассказывает о жизни во Франции, в Париже. Дух захватывает. Теперь моя небольшая мечта, это съездить во Францию, но не одной, а с моей, уже любимой, учительницей, которая уже стала мне как подруга.
Кстати, Илью выгнали из универа. Елизавета Владимировна, как я поняла, сделала всё, чтобы я его больше не увидела. А ещё, моя сестра Таня, так и не объявилась...
Меня разбудил раздражающий звонок будильника.
— Господи, зачем я поставила будильник в выходной день... — пробурчала я себе поднос, вылезая из кровати.
— Черт, сегодня же нам поставили занятия в университете, господи, ну за что! — начала я ныть в подушку. Собрав себя в кучу, я направилась в сторону ванны, куда по дороге, меня шатало. Чувствовала я себя как-то не очень. Голова болела, слабая и вялая какая-то была. Я откинула все мысли, быстро привела себя в порядок, выпила таблетку и пошла в универ.
Уже через час, я сидела на скучных парах в университете. Я не знаю, как я высидела первые две пары, потому что мне было ужасно плохо. Болела голова, морозило, клонило в сон. Недолго думая, на перерыве, я направилась в кабинет учительницы, попить воды и перевести дух в спокойной обстановке. Как только я зашла, меня встретила знакомая улыбка учительницы, на которую я просто обожаю смотреть.
— Ира, здравствуй. А я думала ты сегодня осталась спать в кровати, а ты, оказывается, на пары явилась? — смеясь, сказала учительница. Да, любит она над нами подшучивать.
— Да ладно Вам, Елизавета Владимировна, редко я прогуливаю пары.
— Ну, надеюсь, когда-нибудь в будущем, ты оправдаешь свои слова. — сказала Елизавета Владимировна, смотря в окно, на что я вяло начала смеяться, после чего она перевела на меня взгляд, начиная подходить ко мне.
— Ир, ты как себя чувствуешь? Бледная какая-то. — сказала учительница, ещё ближе подходя ко мне.
— Ну, честно говоря, плохо я себя как-то чувствую. — сказала я, а Елизавета Владимировна поцеловала меня в лоб. Боже...
— Ира, ты сейчас сгоришь. У тебя температура. — протараторила она, уходя за аптечкой.
Через пять минут я уже сидела укутанная в пледу, с кружкой чёрного чая с лимоном в руках.
— Тебе точно не холодно? — донёсся голос с учительской.
— Елизавета Владимировна, ну мне правда тепло. — улыбаясь, сказала я.
— Так, Ира, я тебя сейчас отвезу домой. Попробуй только завтра сюда явиться. Я тебя сегодня и завтра после пар навещу, если ты не против конечно. Все, давай собирайся, я тебя отвезу. Все лекарства вечером тебе привезу. Сейчас приедешь домой, ляжешь спать. Посмей мне с кровати встать. — строго сказала учительница, на что я с улыбкой кивнула.
Через двадцать минут я была дома, уже под одеялом. Елизавета Владимировна лично тепло одела меня, уложила в кровать, укрыла одеялом, даже заварила чай в термос. Какая она заботливая.
— Все, Ириша, лежи, не вставай. Через пару часов вернусь к тебе. Только никуда не сбегай, пожалуйста. — сказала учительница, после чего покинула квартиру.