Глава 12
***
Пять лет назад
- Ну вот, теперь просто записываешь ответ вот сюда, - Лиам провёл пальцем по строке в тетради. - Видишь? С решебником всё совпадает.
- Боже, наконец-то я поняла! - Кейси откинулась на спинку стула, откинув ручку куда-то на стол. - Я просила мисс Вайгер объяснить мне эту задачу, ну раза... три? И всё равно - нифига не понятно.
- Может, потому что ты просто глупенькая, - Лиам ухмыльнулся, прищурившись.
- Ах ты!.. Сейчас получишь! - Кейси со всего размаха пнула его ногой под столом. - Сам ты глупенький.
- Кто из нас ещё получит? - Он засмеялся и легонько щёлкнул её по лбу.
- Ауч! - Кейси возмущённо потерла лоб и тут же дала ответный щелбан. - Ну всё, иди сюда...
- Ай!
Они сцепились в шуточной драке, обмениваясь слабыми тычками и громко хохоча, пока в комнату не заглянула мама Кейси.
- Ребятки, обед на столе. Я убегаю на работу. Кейси, скажи папе, что ужин в холодильнике, ладно?
- Хорошо, мам!
Дети неохотно друг от друга отлынули и пошли в столовую, по дороге оживлённо обсуждая всё на свете - от любимых мультфильмов до того, кто кого случайно уронил с качелей в прошлом сентябре.
- Блин, так обидно, что лето почти закончилось, - Кейси надулась. - Только день рождения отпраздновала, и вот - снова в школу.
- Зато учимся вместе, - пожал плечами Лиам. - Именно это всё и спасает.
- Ха! Ставлю на то, мистер Хеммит до сих пор вздрагивает, когда вспоминает, как мы подложили ему «подарок» в ящик стола!
- Ага, особенно, когда он его открыл...
Смех вновь заполнил кухню.
После обеда Лиам взглянул на часы. Он знал: пора.
Почти каждый день он проводил у Кейси до самого вечера - сидели, болтали, делали уроки, ели вместе. Но потом... всегда приходил момент, когда нужно было идти домой.
Он застегнул куртку, натянул капюшон и вышел за порог.
Тепло и свет дома Кейси растворялись за спиной, как сон, от которого не хотелось просыпаться.
Он шёл к себе в дом, где смех давно не жил.
***
- Заткнись! - крикнул чей-то голос, когда Лиам только перешагнул порог. Это была мама.
Он не удивился. Вообще-то, он бы удивился, если бы в доме было тихо. Крики были фоном всей его жизни. Крики и запах дешёвого алкоголя, впитавшийся в обои. Дом - милый дом.
- А вот и выродок пожаловал! - На пороге стоял Отец. Снова в стельку.
- Ты и твоя мать... неблагодарные твари! - прорычал тот, пошатываясь.
Лиам сжал зубы. Всё внутри него обмякло. Он только что вернулся от Кейси, из её уютного, полного света дома, где пахло выпечкой и где взрослые улыбались. А теперь - снова сюда. Назад в ад.
- Дэвид! - Мать вышла в прихожую, лицо у неё было бледным, как у больничного призрака. - Лиам, иди к себе. Не слушай его.
Лиам молча кивнул. Как будто это вообще что-то меняло.
Он делал шаг за шагом к лестнице, но за спиной вдруг издался громкий звук. Крик. И потом... шлепок.
Он ударил её.
Мир сжался до точки. В следующий миг Лиам уже стоял между отцом и матерью, руки раскинуты, сердце колотится в груди, как пойманная птица.
- Не трогай её! - закричал он. Голос дрожал, но он не отступил. Даже когда взгляд отца стал ледяным.
Он навсегда запомнит этот день.
***
- Мы уезжаем, - сказала мама на следующее утро. Она стояла посреди комнаты с чемоданом, на лице - тень синяка, под глазами - тень бессонной ночи. - Я получила работу в другом городе. Он больше, там хорошие школы. Там... безопаснее.
Лиам сидел на полу, сжимая фотографию, где он и Кейси в обнимку. Улыбаются. Счастливые.
- Но... Кейси... - Тихо протянул он.
- Сынок. - Мама опустилась на колени, взяла его за руки. - Пойми. Мы не можем остаться. Этот дом, этот город... всё это нужно оставить. Чтобы выжить. Ради нас. Ради тебя.
- Кейси поймёт... она всё поймёт, если я расскажу...
- Нет, - перебила она, и её голос вдруг стал твёрже. - Ты должен отпустить всё. Даже её.
Слёзы резали горло, как битое стекло. Он был готов спорить. Кричать.
Но вместо этого, взглянув на кровоподтеки в мамином правом глазу, он прошептал:
- Хорошо...
Когда чемоданы были собраны, Лиам сел за стол и написал записку. Для Кейси.
«Кейси, мы переезжаем. У мамы новая работа, всё очень быстро завертелось, я не успел нормально сказать «пока». Вот наш новый адрес... Пиши. Буду скучать.»
Он не стал писать, что отец ударил мать. Не стал рассказывать, как страх ночами сжимал горло. Не стал говорить, что он, возможно, никогда сюда не вернётся.
Лиам просто положил записку в её почтовый ящик - и исчез.
Первое время Кейси писала.
«Ты как? Как там школа? У тебя появились друзья? Когда ты приедешь?»
А он читал. Но не отвечал.
С каждым днём читать эти письма становилось всё тяжелее. Словно каждое её «привет» напоминало, кем он был. В этом городе. В этом доме.
А потом - он перестал открывать её письма совсем.
Лиам оборвал связь не потому, что разлюбил Кейси. А потому, что слишком любил её, чтобы впустить в этот кошмар. Он не хотел, чтобы она увидела, какой была его жизнь. И не хотел сам окунаться в прошлое, страшно даже вспоминать – не то, что рассказывать о пережитых ужасах.
Лиам начал новую жизнь. Но старую — носил внутри. И именно поэтому, иногда, он просыпался ночью и шептал в темноту:
- Прости, Кейси.
***
Прошло полгода.
Жизнь, как ни странно, начала обретать форму. Школа уже не казалась чужой, учителя больше не смотрели на него, как на белую ворону. Он даже завёл друзей – кого-то, с кем мог посмеяться, погонять мяч после уроков и в целом делать вид, что всё в порядке.
Иногда он скучал по Кейси. Скучал так, что ночью накрывался одеялом с головой и представлял, как они снова болтают у её дома, как смеются по дороге в магазин за конфетами. Но каждый раз, в них врывались крики, удары, слёзы на лице матери. Тот дом. Тот вечер.
И всё внутри него кричало: «Забудь. Иначе всё вернётся.»
Он старался.
И вот однажды, прямо перед Новым годом, когда школа уже была украшена гирляндами, а в главном холле стояла огромная ёлка, дверь класса открылась - и время для Лиама остановилось.
Кейси.
Его Кейси. Настоящая. Здесь.
Он тогда замер, будто в него ударила молния. В голове вспыхнули обрывки: её письма, их шалаш в лесу, синяк на мамином лице, чемоданы в коридоре. Всё сразу.
И радость была. Но длилась она лишь пару мгновений. Потому что следом — паника.
Он буквально почувствовал запах прошлого. Увидел на ней пыль того города, услышал в её голосе знакомое «привет», и это «привет» резануло по нервам, как нож.
Внутри него что-то закричало: Беги. Не впускай её. Ты не готов.
В тот момент он решил, что проще будет сделать вид, что её не существует.
Он отвернулся. Он молчал.
И каждый раз, когда их взгляды пересекались - делал вид, что смотрит сквозь неё.
Он ненавидел себя за это.
Но считал, что иначе - не выживет.