8 глава
И всё же это было умно — лечь в восемь вечера, чтобы нормально проснуться в пять утра и успеть приготовиться к новому дню.
К шести я уже была полностью готова и ждала у номера Доминика. Видимо, он не был столь гениален, как я, потому что под его глазами залегли глубокие тени, и всю дорогу к машине он зевал. Менее сексуальным, к сожалению, это его не делало.
— Дай мне ключи, я поведу, — сказала я, глядя, как он вталкивает наши сумки в багажник.
— Ты умеешь водить? — скептически спросил Доминик, потирая глаза.
— Да, уже три года. И я ужасно не хочу, чтобы ты уснул за рулём, так что давай сюда ключи.
Я протянула руку и помахала пальцами. Он с недоверием сузил глаза и прижал ключ к груди. Очень по-взрослому.
— Ты ведь боялась садиться за руль.
— Разве сто лет назад мы не уяснили, что я легко избавляюсь от страхов?
Доминик ещё несколько секунд колебался, но в конце концов сдался. Он устроился на пассажирском сидении и с интересом наблюдал за тем, как я регулирую под себя кресло. Координаты следующего города уже были введены в навигатор. Рычащие звуки мотора вызвали дрожь во всем теле. Эта детка не шла ни в какое сравнение с тренировочными машинами, которые издавали последние вздохи на каждом повороте. Этот автомобиль передвигался так плавно, будто мы плыли по воздуху.
На водительские курсы меня когда-то затащил Никки. Он просто не хотел ходить сам и очень по дружески бросил вызов очередному моему страху. Конечно, тогда я его отчитала, но о курсах совсем не жалела. Вот только у них с Китти уже была машина, а у меня ещё нет. Кстати о Китти, где-то около девяти утра у меня зазвонил телефон.
— Слушаю, — произнесла я, включая громкую связь.
На экране светилось их семейное фото с прошлого Рождества.
— Тётя Вэлли, ты же помнишь какой сегодня день? — произнес тоненький детский голосок, которому пока что с трудом давались слова в общем, и буквы «р» и «л» в особенности.
Иногда я удивлялась, как эти дети научились так рано говорить. А потом вспоминала, кто их родители и крестные.
— Адель, солнышко, как я могла забыть? Я думала вы с Эваном ещё спите.
— Эван спит, а я звоню тебе, — сонно пробормотала она.
Губы сами собой растянулись в улыбке. Вот и маленькие лучики солнца в наступившей темной ночи, именуемой никак иначе как Доминик Блэкторн.
— Я помню, что три года назад в этот день в мире появилось два маленьких солнышка, и я обязательно приеду к ним в скором времени, чтобы пожмякать их пухленькие щёчки.
— Ты приедешь сегодня? — с надеждой спросила она.
— Нет, малышка, сегодня я очень далеко и приехать не смогу, но обещаю навестить вас на выходных и привезти много-много подарков.
Прямо перед глазами появилась картина того, как Адель хмурит свой маленький носик и сжимает пухленькие губки. Папина принцесса ненавидела, когда ее расстраивали.
— Обещаешь? — Я отчётливо слышала, как дрожал её голос, и для меня это было самым ужасным в мире — довести ребёнка до слёз.
— Обещаю. Поцелуй от меня Эвана, когда он проснется и передай, что я люблю его.
— Хорошо. Пока.
Сразу после тихого прощания в трубке зазвучали гудки, и я отключилась.
— Адель и Эван? Кто это? У тебя же нет тайных детей?
Я обернулась и уставилась на озадаченное лицо Доминика. Он, вроде, ещё спал, но взгляд не был сонным. Скорее, испуганным.
— Я правда надеялась, что ты не узнаешь, — закусив губу, выдавила я. — Можешь не волноваться, я не буду требовать никаких алиментов. Не хватало ещё, чтобы твоя жена начала охоту на наших детей.
Лицо Доминика стало таким бледным, будто он увидел призрака. Выровнявшись, он приоткрыл рот. Я держалась ещё секунду, после чего взорвалась смехом. Дерьмо, таким напуганным я его ещё не видела, разве что, когда попала в больницу вскоре после нашего знакомства.
— Ха-ха, как смешно, котенок, — прочистив горло, съязвил он.
— Если бы это было правдой, папа бы достал тебя из-под земли. Или Кэт. Может быть, Адам.
С учётом того, что Адам готов был порвать любого за своих крестников, он бы за ухо притащил бывшего мужа в случае чего. Доминик невесело засмеялся и потёр глаза.
— Это мои племянники. Сегодня им исполняется по три, а я даже не смогу присутствовать на празднике.
— У Китти есть дети? Она замужем? — удивился Доминик и повернулся ко мне. — И кто этот счастливчик?
Чёрт, а он действительно не интересовался, как у нас дела. От этого сердце ощутимо задрожало, пустив одинокую слезу.
— Никки.
Я ответила коротко и ясно, а у Доминика челюсть отвисла. Он полностью развернулся в своем кресле и уставился на меня расширенными от удивления глазами.
— Твоя Китти и твой Никки? Сестра и рыженький бармен? Но, когда?
— Через год после нашего развода, а ещё через год родились близнецы.
— Вау... это просто вау! — воскликнул он. — У кого ещё есть дети?
— Ни у кого. Только у них. Кэт учится. Адам работает.
— Он всё еще?..
— Да, всё ещё страдает после переезда Тани, и нет, он никого себе не нашел.
Доминик понурил голову и несколько раз кивнул. Я решила больше ничего не говорить. Если захочет что-то узнать, может просто позвонить своему другу. Видно, он давненько этого не делал.
— Останови машину.
— Что? Зачем?
— Я куплю кофе.
Весомая причина. Ладно. Я припарковалась у ближайшей кофейни, и Доминик пулей выскочил из машины. Может, я и задела немного его чувства, но он почти не показал этого. У меня снова зазвонил телефон, и сердце застучало быстрее. Почему все, о ком я сегодня вспоминаю, звонят мне?
— Адам, разве ты не должен спать? — спросила я, выглядывая в окно.
Доминик стоял в средней длины очереди за кофе. Одна его нога нервно стучала по полу, а пальцы то сжимались, то разжимались. Кто-то нервничал.
— Я тоже безумно рад тебя слышать, — саркастически произнес он. — У близнецов ведь сегодня день рождения, верно?
— Да, каков молодец, запомнил наконец, — улыбнулась я.
— Ты начала говорить стихами? Всё в порядке?
— Я за рулём новенькой Audi R8, что может быть круче?
— Хм, может, быть владельцем новенькой Audi R8?
— Ха-ха. Разве сегодня твоя смена?
Обычно Адам допоздна спал в свободные дни.
— Ренли умудрился заболеть, представляешь, летом... придется заменить его, — застонал Адам.
— Ох, отстой.
Адам согласно хмыкнул, и что-то звякнуло на заднем фоне. Вполне возможно, друг варил свой любимый горький кофе. Тихо чертыхнувшись, он зашаркал тапочками и, скорее всего, вышел на балкон. В ухе зазвенело от крика сирены.
— Как командировка?
— Второй день только. Сложно что-то говорить, пока всё идет довольно неплохо.
— Продолжай в том же духе. Не давай никому себя обижать. — Адам сделал особый уклон на этих словах, я же лишь закатила глаза. Когда-то он говорил в точности те же слова. — Ладно, мне нужно бежать. Вечером поеду к именинникам, у меня для них подарок.
— Надеюсь, не такой, как в том году, — засмеялась я, вспоминая, как Китти намучилась с рисунками на стенах по всему дому.
— В этом году всё продумано, — заверил он меня.
— Тогда беги. До связи.
— Береги себя.
А как же. В момент, когда я закрепляла телефон обратно на приборной панели, дверь автомобиля открылась, и Доминик с двумя стаканами кофе сел на свое место.
— Джерард звонил?
— Почему ты так решил?
— Ты так улыбалась пока разговаривала. — Доминик вручил мне мой стакан.
— Нет, Джаред звонил вчера, это был Адам, уточнял, сегодня ли день рождения близнецов.
Кофе был идеально сладким, прямо как я любила.
— Понял. — Доминик слабо улыбнулся, от чего на его щеках появились ямочки.
Только сейчас я заметила, как утреннее солнце переливалось в его темных волосах, словно ореол вокруг головы святого. Падшего святого.
— Хочешь поменяться? Я уже вполне выспался, чтобы сесть за руль.
— Наслаждайтесь завтраком, мистер Блэкторн.
Доминик пожал плечами и сделал глоток. По тихому шипению было понятно, что кто-то обжёг язык. Кто знает, когда мне ещё предоставится возможность сесть за руль такой малышки.
* * *
— Вы заинтриговали нас, мисс Максвелл, — произнесла женщина средних лет, которая являлась директором коллектива, кому я представляла Арчибальд Энтерпрайзес.
— Рада, что Вы так думаете, миссис Финиган.
Доминик в это время болтал с остальными, а я слушала комплименты от управляющих и в то же время дегустировала канапе с фуршетного стола.
— Мисс Максвелл, как скоро Вы покинете нас? — спросил один из менеджеров.
Этот мужчина был хорош собой и умел этим пользоваться. Он несколько раз подмигивал мне, когда я проводила презентацию, и наконец удостоил личным разговором.
— Боюсь, что очень скоро. По окончании этой конференции мы с мистером Блэкторном отправимся в другой филиал.
— Это столь печально, я был бы не прочь побеседовать с Вами лично, — было видно, что он не удовлетворен моим ответом и ожидает чего-то другого.
— В любом случае, думаю, Ваша жена не оценила бы такого, — подытожила я, указывая на его обручальное кольцо.
— А Вы очень внимательны, Валери, — произнес он с лукавой улыбочкой.
— Мисс Максвелл, мы можем отправляться, — произнес Доминик, положив руку мне на талию.
В последнее время он стал довольно часто так делать, и, клянусь Богом, скоро я начну привыкать, так что нужно срочно исправлять положение.
— Была рада с Вами пообщаться, — улыбнулась я и пожала руку менеджера.
— Взаимно.
Когда мы с Домиником отошли на достаточное расстояние, он помотал головой и тихо засмеялся.
— Ты всех моих коллег будешь так интересовать, или это относится лишь к отпетым ловеласам?
— Не понимаю, о чём ты, я...
В этот момент я почувствовала, как по моей рубашке растеклось что-то мокрое, несколько девушек рядом вскрикнули от неожиданности.
— Прошу прощения, мне очень жаль, что так получилось, — произнесла женщина рядом со мной.
Она держала в руке пустой бокал из-под шампанского, а его содержимое теперь было на моей рубашке.
— Всё в порядке, — заверила её я и направилась к двери.
В зале все затихли, но слух уловил несколько тихих перешептываний. Извинения этой женщины не были искренними, скорее пропитались ядом. Доминик бежал рядом со мной по коридору к ступеням.
— Это была жена того мужчины, с которым ты до этого так мило беседовала.
Мы уже вышли на улицу и остановились рядом с его машиной. Утреннее умиротворение этого города исчезло несколько часов назад, в лицо ударил летний зной.
— Что ты хотел этим сказать? — холодно отчеканила я. — Может, ты считаешь, что я специально стояла там и соблазняла его, или думаешь, я не видела кольца на его пальце? Открой багажник.
Доминик сохранял нейтральное выражение лица, но по глазам было видно: он понял, что задел меня. Мужчина прошагал к водительской двери и, заглянув в салон, открыл мне багажник. Вытянув из сумки блузу, которую погладила с утра в отеле, я залезла на заднее сидение.
— Извини, я просто хотел просветить тебя, — сказал Доминик, заводя двигатель.
— Просветил? А теперь следи за дорогой.
Щёки горели от негодования, переполнившего всё тело. Решил просветить. Не хотел бы ты пойти к черту, Доминик? Я стянула с себя мокрую рубашку и откинула её в сторону. Взгляд Доминика, направленный в зеркало дальнего вида, ощущался на физическом уровне, но я притворилась, что не замечаю этого. Как не замечаю его ладонь на своей пояснице после каждой конференции. Надев чистую блузу, я заправила её в юбку и потянулась к сумочке на переднем сидении. До следующей конференции осталось полчаса.
— Мы успеем? — спросила я, устремляя взгляд на Доминика.
— Котенок, я когда-нибудь опаздывал?